underground sound

Ландо нравилась его жизнь. Это абсолютная правда! А кому не понравится? У него были друзья, его аудитория, у него брали заказы, он творил что хотел и когда хотел, он никогда не скучал. Парень старался не думать не о том, как иногда холодно бывает ему засыпать в одиночестве, потому что, ну, думать о том, что ты неудачник - для неудачников. И все же иногда хотелось проснуться в постели не со случайным смазливым парнем из клуба. Иногда хотелось, чтобы рядом был человек, который просто, ну, был бы рядом? Которому можно было бы доверить все-все, поделится чем угодно, с которым было бы до жути комфортно. Периодически Ландо казалось, что он уже упустил свое «долго и счастливо». Норрис сделал еще одну затяжку и убрал электронку в карман. Оглянулся по сторонам, посмотрел прямо - перед собой. Вода была спокойной, волны совсем тихими. Вокруг практически ни души, только он, водная гладь и огромное тёмное полотно над ним, усеянное тысячью звезд, наблюдающих за этими лузерами. Такие редкие ночные рандеву помогали разгрузить голову и вдохнуть полной грудью. *** – Вечер в хату, педики, – Норрис бесцеремонно распахивает увесистую металлическую дверь, привлекая всеобщее внимание, правда, безуспешно. Только одна пара глаза заинтересовано смотрит на него из угла. В гараже пахло древесиной, эмалью и чем-то еще неуловимым, по чему Ландо успел соскучиться. Из динамиков тихонько играл старина Biggie. Уже пару недель они не собирались с парнями на вылазки из-за коммерческих проектов, но сейчас они смогли оставить работу и наконец-то собраться. Здесь было тепло, уютно и в основном светло, а в отдельном углу Даниэль повесил неоновые лампы «для атмосферы». Ландо подходит к Алексу, сидящему на диване посреди гаража, обмениваясь с ним рукопожатиями и направляется к Даниэлю. – Взаимно, Норрис, – Риккардо отвлёкся от очередной фрески, снимая рабочие очки и перчатки и пожимая руку парню. Он поворачивается к неоновому уголку и указывает туда – Кстати, знакомься, это Оскар, я тебе писал про него. Оскар, это Ландо. Только сейчас Ландо замечает присутствие еще одного человека в гараже и вспоминает про то, что австралиец и вправду что-то такое упоминал и о, вау. Вау. Вышеупомянутый Оскар уже подходит к ним из своего угла и, о боже, Ландо не из робких, но прямо сейчас тушуется под теплым взглядом карих глаз. Этот парень был едва выше самого Норриса, но немного шире, возможно, он ходил в зал. У него были восхитительные темно-русые волосы, в которые так и хотелось запустить пятерню и растрепать их еще больше, внимательные глаза и прекрасные губы, которые Ландо тут же захотел поцеловать, что. – Здравствуй, – Оскар протянул ему руку и британец дал себе мысленный подзатыльник чтобы собраться, но тут заметил очаровательные три родинки на широкой шее собеседника. Все, вы его потеряли. – Да, привет, я Ландо, – как только он ответил на рукопожатие, тело прошибло приятным жаром и он никогда не верил в любовь с первого взгляда, но прямо сейчас почувствовал условных бабочек в животе. Хотя, может это был вчерашний сэндвич не первой свежести. – Я уже понял, спасибо, – этот парень только что улыбнулся ему и, о боже, эти очаровательные кроличьи зубки у него, Норрис, возьми себя в руки – Ты же тоже рисуешь? – Да… Оказалось, что Оскар занимается инженерией и познакомился с Риккардо через сто-пятьсот знакомых. Ландо так и не понял как это произошло, он в любом случае благодарен. Сегодня же он идет с ними от нечего делать, к тому же периодически он фотографирует, это у него эдакое хобби, поэтому у него сегодня тоже своеобразная вылазка будет. Оскар даже показал несколько своих работ и хоть Норрис в этом ничего не смыслит, старался не скупится на комплименты. В свою защиту, ему правда понравились фотографии, было в них что-то. У самого же Ландо были на сегодня заготовлены его фирменные стикеры с папайями, которые он клеит уже в который раз, у Даниэля барельефы, а у Алекса очередные вырвиглазные кошки, о, да этот парень чертовски любит всяких зверушек. Они выбрались ближе к темноте, потому что Риккардо еще что-то записывал для своего ролика, знаете, все эти блогерские замашки, они были у всех в этой компании. *** Решили двигаться от центра к окраине. О-о-о, Ландо безумно любил ночной город, особенно центральные районы. Тут все свои, нет забот, можно забыться в потоке музыки, неона и беспечности. Ты как бы сливаешься с этими бесконечными извилистыми улицами, подвалами, незнакомцами, бесконечным-вечным. Из наушников на шее Drapht что-то пел про какого-то Джимми, по улицам сновали такие же компании весёлых молодых людей, трезвых и не очень, теплый ветер пронизывал кудри. Они завернули в какой-то переулок и Ландо, ухватившись за чей-то балкон взобрался на крышу какого-то закрытого магазинчика, прилепив туда два стикера, свой и Алексов. Слиняв оттуда, пока никто не увидел, они продолжили свой маршрут. Они делали ещё много остановок, чтобы кто-то шлепнул свои стикеры на знаки или трубы или чтобы Даниэль приклеил свои барельефы на особо привлекательные выступы, или чтобы оценить или раскритиковать новые куски, которых тут не было в прошлый раз. Оскар все это время плёлся за ними, тихо щёлкая старой мыльницей и, редко, но метко вставляя язвительные комментарии. О да, Ландо он определено нравился. Через пару часов они решили зайти в бар за пивом. Все четверо сразу направились к барной стойке и взяли фруктовое пиво, кроме Оскара, он взял нулёвку. – Должен же быть один ответственный молодой человек среди вас всех, засранцев, – заявил Алекс. – Ты тоже пьешь, придурок, – парировал Ландо, но мысленно согласился с ним. В помещении стоял полумрак, из угла мурлыкал джаз, вроде бы, Ландо не сильно в этом разбирается. В баре было немного человек, и поначалу здесь было довольно приятно находится, хотя через какое-то время стало уныло. Они ещё немного посидели и, перед тем как уходить, Ландо решил зайти в уборную. Сделав все свои дела, перед тем как возвращаться, он достал свой любимый акриловый маркер вырвиглазно-салатового цвета. Смочив его, он забомбил огромное "LANDO" почти на все зеркало маленькой вонючей уборной этого убого местечка. Оставшись довольным своим шедевром, он достал смартфон, чтобы сделать фото и только сейчас заметил, что маркер протёк и испачкал его пальцы и ладони. Наплевав на это, он сделал пару снимков и тут увидел в отражении позади себя незнакомое лицо. Он медленно повернулся. – Что это?! – Крикнул на него, брызжа слюной какой-то мужик, которого, похоже, очень волновала судьба барного толчка. – А на что это похоже? – Нервно усмехнулся Норрис. – Я сейчас позову охрану и владельца! – Да на здоровье! – Ландо подорвался и, оттолкнув этого парня, преграждавшего ему путь, рванул к своим. – Ребят, нам пора! – Нет! – Да! – Опять!? – Оскар, ты когда-нибудь бегал от охранников? – Кудрявый повернулся к вышеупомянутому. – Эм, нет? - Бедняга явно был в замешательстве и не совсем понимал что происходит. – Значит, самое время начать! – С этими словами Норрис схватил несчастного за руку, когда тот едва успел схватить свою нулёвку со стойки. Благо, остальные заранее разобрали свои напитки и теперь поминай как звали. Ландо потянул Оскара к выходу и тот без лишних вопросов рванул за ним, когда сравнительно крупный вышибала уже следовал за ними по пятам. Они вместе побежали вверх по лестнице, вперёд, на спасительный свежий воздух и Ландо автоматически начал смеяться от всей абсурдности этой ситуации и Оскар не заметил, как начал тихонько посмеиваться сам. Ему определенно понравился этот взбалмошный кудрявый парень, разбрасывающийся британским сленгом направо и налево, прогибая всех под себя своей мощнейшей энергетикой. Они бежали ещё пару минут, пока пятиэтажный мат позади них не стих совсем и остановились, свернув в какую-то подворотню, тяжело дыша. – Боже, – пытаясь отдышаться, Оскар сделал паузу. – Зря я пропускал день ног. – Да-а-а, бро, есть такое, – вторил ему Ландо, опираясь на колени, чуть ли не выплевывая свои легкие. Когда он встал ровно, то увидел, как карие глаза внимательно смотрят на него. И тут время замерло на месте. Ландо вдруг понял, что он остался наедине с парнем, с которым он познакомился буквально сегодня и который ему ну очень понравился и почему-то он не знает что делать. Обычно он не робел перед потенциальными любовниками и легко мог сделать «первый шаг» и можно было бы сейчас, как и всегда, подойти, прижать к холодному кирпичу, поцеловать, распустить руки, но с Оскаром… С Оскаром хочется не как со всеми. Хочется до розовых соплей, телячьих нежностей, классических свиданий и условного «долго и счастливо». Потому что этот парень создаёт ощущение безопасности и ответственности, будто он не бросит Ландо, как предыдущие nцать любовников? – Хей, т-там наверно осталн– Норрис не успел договорить, как крепкие руки схватили его собственные, прижав к телу, стоявшему рядом. В тот же момент он почувствовал на своих губах чужие, такие уверенные и сладкие. А знаете, к чёрту все, Ландо дважды повторять не надо. Он прижался к парню, кладя перепачканные в неоне руки на сильную шею, кайфуя. Провел языком по ряду зубов, исследуя чужой рот и чувствуя, как чужие руки перемещаются на его талию. Они отрываются друг от друга только ради передышки и Норрис тонет в этих глазах цвета самого дорого виски. «Вот бы узнать что творится в этой голове» – проводит ладонью по затылку, зарываясь в мягкие волны, как хотел и притягивает к себе для нового головокружительного поцелуя. Неизвестно сколько ещё они бы так простояли, приклеившись к друг другу, пока их не прервал зазвонивший телефон британца. Пришлось отлипнуть от уже припухших губ, Ландо определённо понравилось, как это выглядит, чтобы ответить на звонок, ведь остальные точно их потеряли. – Алло? Ландо? Ландо! Ты где? Оскар с тобой? Вы в порядке? Вас не поймал тот амбал? – Алекс звучат обеспокоено, а на фоне Ландо услышал смех Дэна, говорящего что-то про то, что с ними ничего не случилось бы – Отстань! – Да-да, Оск со мной, все хорошо, кинь мне геопозицию, скоро будем, – Ландо поспешно бросил трубку, зашел в чат с Албоном, чтобы сравнить местоположение его с Оскаром и Дэна с Алексом и обратился к рядом стоящему парню – Эти оболтусы убежали в другую сторону, нам идти до них минут 10. – Тогда нечего медлить. – Да. – Ага. Ландо окинул Оскара взглядом с головы до ног и отметил ещё одну вещь: – Я испачкал тебя в краске. – О, – красноречиво ответил тот, достал из кармана смартфон и, открыв фронтальную камеру, оценил свой внешний вид – Ничего страшного, бывало и хуже. Ландо внутренне взорвался тысячью эмоций, но внешне оставался невозмутим. По крайней мере, он надеялся, что выглядел невозмутимо. Этот парень буквально не против оставить на себе фирменный цвет Ландо, одновременно с этим следы их «преступления», боже, как тут можно оставаться спокойным? Тут ему пришла в голову гениальная идея и он поспешил воплотить её в жизнь. – Дай мне фотик, – Ландо протянул руку в ожидании – Пожалуйста. Я аккуратно. Оскар без лишних вопросов снял с шеи мыльницу, небольшую, но увесистую. Норрис уже понял, что несмотря на то, что она была и вправду старая, сам владелец обращался с ней очень бережно. Наверно, с ней связана какая-то история. Ландо вдруг очень захотелось, чтобы сам Оскар когда-нибудь рассказал ему эту историю. Он интуитивно нашел кнопку включения и, наведя объектив на парня, нажал спусковую кнопку затвора. Вспышка на миг ослепила Оскара и через секунду на Ландо с экранчика мыльницы щурился счастливый молодой человек демонстрируя миру очаровательную улыбку. Вернув владельцу фотоаппарат они двинулись в сторону уже заждавшихся товарищей. *** Они терроризировали окрестности города до самого рассвета, до последней капли пива и последнего наклеенного стикера на крышке мусорного бака. Ландо даже дал Оскару маркер, чтобы тот забомбил телефонную будку. Получилось криво-косо, все-таки первый раз, но потенциал определённо имеется. – Мы испортили ребенка, – Прокомментировал Дэни Рик сие действо. – Оскар взрослый самостоятельный человек и сам вправе решать где и когда ему нарушать закон, – Норрис показал ему язык, подхватывая Пиастри за руку и уводя подальше от этих двоих. Албон и Риккардо, кстати, если и заметили их потрепанный вид, то тактично промолчали. С Алексом они разминулись по дороге в метро, его дом был в другой стороне. В вагоне было спокойно, никого кроме них так рано еще никого не было, а мерный стук колес убаюкивал, так и маня завалится спать после насыщенной бессонной ночи. Ландо и Оскар прижимались к друг другу, стремясь поделится теплом и комфортом. Ландо и вправду было до жути уютно находится рядом с Пиастри. С ним можно было не искать темы для разговора, не придумывать идиотские шутки, только ради того, чтобы заполнить неловкую паузу в разговоре. Для Норриса это было важно. Даниэль растормошил их, когда настала пора выходить. *** – Ну, что ж, – Норрис неловко топтался возле подъезда не находя слов. Ночная эйфория прошла, но волнение все еще зудело в груди. Ландо ощущал, как они, эти чувства, поселились там, где-то там, глубоко-глубоко, готовые расцвести с огромной силой. И не знал, испытывает ли Пиастри то же самое. Он смотрел на это непроницаемое лицо, в эти теплые глаза и совершенно не понимал о чем думает этот парень. Нет, он знает сколько от него проблем, лучше не давать себе надежды. – Вот мой дом. Я, наверно, пойду. Классно потусили, Оск. Рад был познакомиться. Он уже развернулся, как тут. – Стой! Ты не дал мне свой номер. – Зачем? Ты в любом случае мог бы попросить у Дэна. – Он начнет задавать вопросы, а я… Я хотел позвать тебя на свидание. Если ты не против. – О, – Теперь уже пришла очередь Норриса проявлять свое красноречие. Он не ослышался? Этот парень и вправду зовет его на свидание? Он спит? Он в коме? Все не может складываться настолько прекрасно. – Тогда зови прямо сейчас. – Хорошо. Ландо Норрис, я приглашаю тебя на свидание. – Я согласен. Зайдешь за мной завтра к шести, авось и номер дам, – Ландо подбежал к Оскару, пока тот не успел одуматься и поцеловал, вкладывая в этот поцелуй все свое счастье и эмоции. Поцелуй был нежным, ласковым как это утро и Оскар, очарованным таким Ландо, не мог не согласиться на такие условия, что продемонстрировал, ответив на поцелуй, сжимая в своих ладонях ладони Норриса.