Гарри и Драко. Большой сборник маленьких историй.

*** Драко сын аристократов, финансово участвовавших в государственном перевороте. В процессе переворота власть захватила третья сторона, положившая начало новому, хорошему этапу развития в государстве. За эту третью сторону сражался Гарри Поттер. Молодой, талантливый воин, отказавшийся в последствии от предлагаемых ему регалий и места в белом дворце. Во время переворота Гарри и Драко знакомятся, и Гарри в итоге спасает семью Малфоев от страшных последствий принятых ими финансовых решений. Он спас их искренне, действительно считая, что это верное решение. К тому же, разумеется, он глубоко влюбился в Драко, и это, конечно, повлияло на ту неотвратимую силу, с которой Гарри защищал Малфоев, но надо признать, он защитил бы их и без учёта собственной любви. После завершения всех больших, тревожных событий, Гарри возвращается в мэнор Малфоев. В обычной дорожной одежде, он входит в просторный, сияющий дом, где его встречает Драко. Счастливый, влюбленный, взволнованный. Прекрасный, как самая яркая ночная звезда. Любимый и стремящийся навстречу с объятьями. Гарри крепко обнимает Драко в ответ. Стискивает худое, нежное тело в руках, зарывается носом в изгиб шеи, вдыхая аромат кожи и духов. Драко и Гарри стоят так несколько минут. Недвижимые, вцепившиеся друг в друга. Драко, кажется, силился прорости в тело Гарри, до боли сжимая в пальцах его одежду, дыша отрывисто и поверхностно, почти до головокружения. Наконец, он первым подаётся чуть назад, чтобы поцеловать Гарри, но натыкается на тяжёлый взгляд. – Что-то случилось? – напрягся Драко, ощутив, как внутри живота все съежилось. – Что-то опять не так? Гарри медлит, а потом расцепляет объятия, отступает на шаг, становясь ближе ко входной, распахнутой настежь двери. Драко холодеет от ужаса и шагает следом, рассеянно протягивая руку вперёд. – Мне пора уходить, – говорит Гарри. Голос его звучит отстранено и почти холодно. – Рон и Гермиона ждут меня у ворот. – Что? – шокированным шепотом спрашивает Драко, замирая. – Так скоро? Почему ты не предупредил меня, я бы собрался. Гарри вдруг громко фыркает, едва не рассмеявшись, после чего говорит растерянному, чуть униженному Драко: – Не глупи. Зачем тебе идти со мной? – Потому что я люблю тебя, – как само собой разумеющееся говорит Драко, строго хмурясь. Он сжимает руки в кулаки, продолжая: – Я говорил тебе, я пойду с тобой. – Нет, этого не будет, – качает головой Гарри и даже слегка отмахивается, отчего Драко пробрал надвигающийся ужас. Погодите, что? Что это должно значить? – Почему? – спрашивает Драко, сцепив зубы. Гарри глубоко вздыхает и обводит рукой большой, мраморный холл. – Ты вырос здесь, со слугами, в богатстве. Тебе нечего делать в тавернах, пока мы с ребятами охотится за головами убийц и насильников. По тебе видно, что ты богатенький. Это будет для тебя опасно. – Я собрался отказаться от богатства и слуг, – яростно зашипел Драко, ощущая, как на место ужаса приходит ярость. Лицо покраснело от прилива крови. Драко порывисто подошёл у Гарри и вцепился руками ему в плечи. Но на Гарри это будто не произвело никакого впечатления. Он все так же холодно смотрел в ответ, терпя боль в плечах. А Драко продолжал, мелко трясясь: – Я хочу пойти с тобой! Я пойду с тобой! Ты не можешь просто так отмахнуться от меня! – Тебе будет лучше здесь, – почти без эмоций сказал Гарри. Брови его опущены, губы расслабленно сомкнуты. Гарри казался почти скучающим и очень чужим. Драко испуганно отшатнулся. Он вглядывался в родное, любимое лицо Гарри, и не мог узнать его. – Ты решил меня бросить здесь? – прошептал Драко. – Я не хочу тащить тебя по пыльным дорогам, когда ты можешь мирно жить здесь, с родителями, – ответил Гарри, пожав крепкими плечами, укрытыми дорожным плащом. Затасканным и потертым. – Они найдут тебе достойную партию, женишься на доброй, красивой девушке и проживёшь прекрасную жизнь. Драко в гневе бросился на Гарри, свалив того с ног, сел верхом, замахнулся и без промедления ударил того в лицо. Гарри задышал шумно, сцепил зубы, но и слова не сказал. Только пытался осторожно перехватить руки Драко, но тот изворачивался, уходя от сильной хватки, и снова ударил Гарри прямо в скулу. – Ты сука! Ты предатель! Как ты можешь?! – кричал Драко, и его пропитанный ненавистью голос разлетелся по всему холлу, отражался от стен, множился, заполняя все пространство. – Как ты посмел решиться на такое?! Чтобы я женился?! На ком-то, кто не ты?! Ты вообще любишь меня?! Ты говорил, что любишь меня! Из глаз Драко брызнули слезы. Он снова ударил Гарри. Тот даже не вскрикнул, а ухватил Драко за бедра, пытаясь столкнуть парня с себя. Драко вцепился в плечи Гарри, сжал его бока коленями, силясь удержаться. Слезы лились по несчастному лицу. Гарри странно, высоко вздохнул, вскинул руку и отвесил сильную, звонкую пощечину Драко. Тот слетел с Гарри, ухватившись за щеку и упав на пол. Драко шокировано смотрел на Гарри, не в силах поверить, что тот действительно ударил его. Унизительная пощёчина, быть этого не может. Гарри без промедления поднялся на ноги и дрожащим, кажется, от злости голосом хрипло сказал: – Прощай, Драко. Развернулся и вышел из дома под потрясенным, пристальным взглядом блестящих от слез глаз Драко. Сидя на полу, прижимая ладонь к пылающей щеке, он онемел, глядя в спину Гарри. Тот сбежал вниз по каменной, парадной лестнице и зашагал по широкой, усыпанной белыми камушками дороге. Он шел, чуть сгорбившись, и Драко, не шелохнувшись, не моргая, онемев, неотрывно глядел вслед. Гарри уходит. Гарри на самом деле уходит. Он дошел до кованых ворот, где, удерживая коней, его ждали Гермиона и Рон. Они встретили его, Гермиона положила Гарри руку на плечо. А Рон обернулся, взглянув на Драко. Было слишком далеко, чтобы Драко смог различить черты лица Рона, но точно знал, что тот смотрит прямо на него. А спустя мгновение все трое вышли через ворота, сели верхом и продолжили путь уже крохотными фигурками, что вскоре скрылись за поворотом. Гарри так и не обернулся. Драко все сидел на полу, прижимая ладонь к пылающей щеке и не веря, что Гарри его оставил. Просто бросил тут, пожелав жениться и забыть обо всем, что между ними было. А Драко ведь был готов уйти вместе с ним. Отказаться от жизни в богатом доме своих родителей, что принимали настолько дерьмовые решения, что это едва не стоило им троим жизни. Драко не хотел здесь быть. И, что куда важнее, он хотел быть с Гарри. А тот ушел, не обернувшись. Это безумие. Страшный, душный сон. Липкий кошмар, охвативший все тело и разум. Это не может быть по-настоящему. Гарри – его любимый, нежный, сильный Гарри – не мог так поступить. Но он поступил. – Господи... – прошептал Драко, поднявшись на не твердые ноги и чувствуя, как слезы продолжают течь по его щекам, обжигая холодную кожу. – Ох, нет. Нет, что за чушь. Это не может быть правдой. Нет. Драко смотрел в пустой проем распахнутой двери. Все нутро сжималось, а сердце так болело, что было тяжело дышать. Драко высоко всхлипнул, ощущая подступающие рыдания, но вдруг развернулся и со всех ног бросился наверх. В стороны разбежались служанки, оказавшиеся за поворотом парадной лестницы. Подслушивали, конечно же. Но Драко было все равно. – Приготовьте коня немедленно! – бросил он одной из служанок и та стремительно слетела вниз. – А ты за мной! – добавил Драко, коротко взглянув на другую, и та побежала следом за ним, до самой спальни. Драко ринулся к столу, схватив чернильницу, перо и бумагу, через плечо велев: – Собирай вещи. Только необходимое. Два комплекта одежды. Найди мой коричневый плащ. Добавь мои документы и найди походный кошель. Сложи туда все, что найдешь в комоде. И украшения. Пихай на дно. Служанка торопливо засуетилась, шумя за спиной, пока Драко, склонившись над столом, быстро писал письмо родителям. Благодарил, ругал, просил прощения и обещал, что будет в полной безопасности. Все будет хорошо. "Обещаю часто вам писать. Я вас очень люблю", – заверил он в самом конце, подписываясь дрожащей от спешности и волнения рукой. – Вы уходите? – встревоженная, спросила служанка, когда Драко всучил ей письмо и забрал собранную сумку. – Мистер Поттер же ударил вас. – Я ударил его первым, – фыркнул Драко. – Отдай письмо моей матери, когда они с отцом вернутся. – Да, конечно же, – закивала девушка. Драко, не тратя времени, выскочил из спальни и загрохотал по коридору, в котором со смехом носился от отца, будучи маленьким. Пробежал мимо широкого проема, ведущего к гостиной, в которой провел так много времени принимая близких гостей или просто читая. Спустился вниз, почти не замечая родных комнат, в которых провел все детство и юность. Дверь на улицу все ещё была открыта, и Драко без сожалений выбежал через нее. Он всего на мгновение обернулся, чтобы окинуть взглядом мэнор и попрощаться с дорогими сердцу стенами. А потом кинулся к конюшне, где второпях успели подготовить его коня. Драко взлетел, сев верхом, небрежно сунул сумку перед собой и, подстегнув коня сразу перешёл в галоп. Драко боялся, что если задержится ещё хоть немного, он не успеет. Гарри в сопровождении друзей скроется, и Драко его больше никогда не увидит. Надо торопиться! Он летел почти четверть часа, когда, миновав изгиб окружённой лесом дороги, наконец увидел трёх всадников. Сердце Драко сжалось сильно-сильно. Все тело горело, жгло изнутри. Шум крови в ушах смешивался с грохотом копыт. Он так близко! Первым его услышала Гермиона. Она обернулась, что-то воскликнула, и тут обернулся и Гарри. Ошеломлённый, он развернул коня, и Драко так отчётливо разглядел побледневшее, испуганное лицо. Изломанные от душевной боли брови. Раскрасневшееся глаза Гарри расширились – такое не спрячешь за оправой очков. Рот распахнулся. – Нет! – вскрикнул Гарри, но его руки сами собой раскрылись для объятий. Драко круто осадил коня, натянув поводья. Из под копыт в воздух вспорхнула облако пыли. И Драко, ослеплённый счастьем, прямо из седла бросился к Гарри в руки. Тот схватил в ответ крепко-крепко и одним могучим движением втащил Драко к себе на коня, криво усадив перед собой. Драко извернулся, едва не свалившись, и крепко обнял Гарри за шею, притиснулся, вжавшись грудью в грудь и мучительно простонал: – Я пойду с тобой. Я не останусь тут. Пожалуйста, не гони меня. Гарри затрясся и сжал Драко в своих объятьях почти до треска костей. – Прости меня, – зашептал он надломившимся голосом. – Но не обрекай себя на несчастную жизнь. Никакого дома не будет. Может вообще никогда, понимаешь? – вопреки сказанному, Гарри держал Драко так сильно, что тот едва дышал. – Я желаю тебе только счастья. – Без тебя этому счастью не бывать, не будь идиотом, – зло прошипел в ответ Драко, нежно обнимая Гарри за шею. – Если ты хоть немного меня любишь, позволь уже мне идти с тобой. Жмурясь, Драко ждал. И Гарри, не разжимая объятья, ничего не видя перед собой, кивнул. Драко затрясло от облегчения. Все в порядке. Все получилось. Невероятно. Драко боялся разомкнуть объятья, все ещё опасаясь, что Гарри может воспользоваться этим и снова сбежать. А сам Гарри словно не мог больше заставить расцепить руки, все вжимая Драко в себя. Гермиона громко, раздражённо вздохнула, взяла поводья коня Гарри, и первой двинулась вперёд. Рон, кажется, поднял свалившуюся сумку Драко с земли, взял поводья его коня, и двинулся следом за Гермионой. А Гарри и Драко так и ехали, не расцепляясь, не открывая глаз и до конца не веря, что им не пришлось прощаться. Только спустя добрую милю они осмелились снова взглянуть в лицо друг другу. Драко был красный, с влажными глазами и поджатыми губами. А Гарри казалось, разучился улыбаться. Смотрел тоскливо и стыдливо. – Чувствуешь себя виноватым, да? – усмехнулся Драко и, закатив глаза, умело развернулся, сев прямо перед Гарри и с благодарностью забирая поводья у Гермионы. Та тактично молчала и старалась смотреть в сторону, хотя лицо ее казалось довольным. – Хорошо. Запомни это чувство вины, за то, что был готов расстаться со мной, – продолжил Драко и усмехнулся. – Чтобы больше никогда об этом не думал. – Хорошо, – покорно согласился Гарри и мягко обнял Драко за талию, прижимаясь сзади и утыкаясь лбом в острое плечо. – Когда нам можно будет начать насмехаться над произошедшим? – нетерпеливо спросил Рон, не очень хорошо пряча усмешку. – Через пару недель, – буркнул Гарри. – Я думаю, можете начинать прямо сейчас, – безжалостно сказал Драко. Очень, очень счастливый.