Нанами Кенто и Т/И

Вы шли к Шоко по коридору морга, потому что не нашли её в кабинете. Здесь прохладно и тихо. Нанами идёт рядом, думая о чем-то своем. Вид у него… уставший. И видно даже под очками. / Не то чтобы я был чувствительным человеком, по крайней мере меня так ещё никто не описывал, но каждый раз вспоминаю Хайбару… и видеть никого не хочу. Я знаю, что паранойю, но мне становится не по себе, когда кто-то из учеников находится здесь. К Шоко я привык, всё же это ее работа, да и Годжо провел здесь не меньше времени, хотя я просто не волнуюсь за его смерть. Но студенты всё же… дети. Я не люблю ограничения в виде расы, пола, национальности, возраста и так далее, но они правда не должны ходить в такое место, даже если нужно найти кого-то тут. И я знаком с Т/И первый день, так что совсем не знаю, какого ей тут. По запаху никотина доходим до нужного помещения, я оборачиваюсь на неё, проверяя, как она. Мало ли воздух душный, плохо может стать. \ Ты быстро перестала смотреть на него. Заворачивая за дверной косяк двери, вы входите в ещё одно отделение морга. Оно такого же металлического цвета, точнее сделано оно тоже из металла. Столы на колесиках, шкафы со всем необходимым. Если говорят: «Сначала в комнату входит моя, харизма, а потом я»,— то тут запах сигарет, он веский, колючий и ворсинчатый. А за дымом, как за вуалью в индийских хоромах (если пытаться приукрасить ситуацию, то можно сказать именно так), стояла и сама Шоко-сан. Женщина ростом сантиметров на десять выше Нобары, да и волосы почти того же цвета: темно-глиняные с рыжиной, доходят ниже лопаток, челка уложена на правую сторону; под карими глазами большие синяки, а под одним из двух синяков родинка, тоже справа. Одета в серо-синий свитер с горлом, темно-синие брюки, тускло-желтые туфли на каблуках, а поверх всего белый халат. Провертев между пальцами сигарету, она сразу вложила свое внимание в вас. Может, человек она и не принужденный, как многие говорят, но работает серьезно. — Мм-м-м… — протянула Шоко-сан, — Новенькая, да? Т/И. — Здравствуйте! — Садись сюда, — женщина указала на стол, который был напротив того, что она облокотилась. — Первая серьезная миссия? Вижу, особых ран нет… Ты подошла и села, протягивая руки вперёд. Под попой чувствовался холодок. Доктор сунула курево обратно в рот, будто это леденец, и осторожно ощупала повреждения. — Подними ладони. Ты подняла. Та угукнула и стала наворачивать пальцем небольшие стадионы, используя обратную технику, а твои ожоги сразу затягиваться. Довольно необычное ощущение. — Бу-у-уф, готово. Сигарету будешь? — А?! — Шоко!! Если ты начала курить до восемнадцати, ещё не значит, что и остальных надо подсаживать. — Я не подсаживаю, а предлагаю на случай, если она уже курит, — задумчиво отводя взгляд и закручивая волосы в трубочку, ответила Шоко-сан. Так, а тут он почему без суффикса сказал? Хотя они же учились вместе, скорей, просто ближе друг к другу. — Сам-то не огреб? — Я в порядке. — А сэнсэй ведь ещё не в аэропорту? — М… — посмотрела на настенные часы, — полпятого. Только вещи собирать должен. Ладно, я на воздух, а то кремация трупов раньше времени пройдет. Втроем вы вышли на улицу, а потом разошлись с Иэйри. Нанами повернул голову и уточнил: / — Не болит? — Нет. А Вы? Точно всё в порядке? — Да. Тебя проводить до общежития? — Не, я сама. — Т/И вгляделась мне в лицо. Годжо давал ей совет, чтобы не стеснялась ничего, но тут явно смотрит из-за беспокойства. Мне это не надо, я сам о себе позабочусь… — Вы точно в порядке? Вы выглядите очень уставшим… Годжо сэнсэй говорил, что директор Яга купил маленький холодильник и заполнил его разными вкусняхами. Может, Вам стало бы полегче после мороженого или что-то вроде того… — Нет, спасибо. — А… — М? — Насчет миссии… — Одна очень серьезная оплошность: ты отвлеклась, а из-за этого могла получить более серьезные травмы, когда проклятие понеслось на тебя. За решение перепроверить труп и маневр с оружием можно похвалить. Недочет: тебе стоит больше тренироваться над укреплением тела и фильтрации поглощаемой энергии. В целом… нормально. — Ясно… Ну я пойду, до свидания! — До свидания. Т/И убежала. А мне нужно опять идти к Годжо с отчетом. Лучше я найду его, чем он меня. Да почему всех приходится искать сегодня? Хотя благодаря Т/И я быстро сообразил, что если повязчатый не в кабинете или с Итадори, то у холодильника Яги. — Ов, Нанами. — Голос у него как всегда сплющенный. Как остальные находят его глубоким и успокаивающим? — Ну как? — Нормально, справилась, но без меня пропала бы. Тебе следует усилить тренировки с ней и научить фильтровать энергию. — И я стал пересказывать всю миссию: от момента, где она включила свет, до крови из её носа. — Так вот почему от тебя так воняет. — С улыбкой сказал он. Как прорубить его защитную технику? Вмазать хочется до ужаса. — Мне уезжать скоро. Может, сам как раз и обучишь ее? Да в принципе за ребятами надо приглядеть. — Я не сиделка. Нет. — Ну пожа-а-алуйста. — Отстань. — Хотя бы только за ней и Юджи. — Нет. — Только за ней. — Я не сиделка. — Но замечательный учитель. — Я не учитель. — Но.. — Я тебя ударю. — Не получится, гэ-гэ. — Когда будешь обниматься со студентами, я подберусь сзади. — Это низко с твоей стороны. — Ты выше меня на девять сантиметров, шутки про рост неуместны. — Ну ты же ниже. — Но я не коротышка. — Всё «не» да «не». Кого мне ещё просить? — Гиллимар. — Она сидит в своей территории уже четвёртый день, до нее не достучаться. — Тогда сочувствую. — Я привезу тебе круассан с чесночным маслом. Там как раз есть одна пекарня, называется… — Я не пес, чтобы подкупать меня едой. — Блин, ты можешь просто на миссии с ней походить? — Есть такая нужда? — Сам сказал, она не справится без тебя. — Если ты не займешься ее обучением. — Но я не могу. — Тогда отложи это на потом. — Зануда-а-а. У тебя будто много дел. — Я ценю личное время. — Я тоже его ценю, а самое ценное отдаю ученикам. — Тц… — у меня сжались кулаки. — Я оплачу сверхурочную работу. — Я не бедный. — Ты одинокий. «Ты одинокий». Я одинокий? В любом случае это не повод забивать внутреннюю пустоту другими только для насыщения. Так и отвечаю ему: — Офигеть ты мудрые вещи говоришь. — Годжо приподнял повязку и посмотрел на меня удивленными глазами. — Даже стыдно перед тобой стало. То-то же. — Поэтому ты пьешь по бокалу… — Заткнись! Моя оплошность. Сорвался на голос. Но сейчас… он задел за живое, которое у меня осталось. Стараюсь восстановить голос: — Я могу сопровождать её на заданиях, но не обучать. — Но на некоторые её вопросы ответишь же? — Если смогу или захочу. — Спасибки. Если наш червь вылезет из Библиотеки, то так и быть, можешь пристроить её к обязанностям. — Вещи-то собрал? — Ооо, ты переживаешь? — Видеть тебя не хочу, — ого, я даже улыбнулся. — Ладно, пойду попрощаюсь с детьми и поеду в аэропорт. / Поняв, что то проклятие въелось не только в память, но и в одежду, ты первым делом побежала и кинула форму в стирку. Включила душ на мощную струю. Запах долго не выводился. Тебе даже стало интересно, что быстрее: твоя кожа сойдет, или мочалка исчезнет. Да и с водой последнюю неделю перебои: только покрутишь на миллиметр в горячую сторону, как уже плавишься в лаве. — Т/И! Долго ещё? — это Нобара ломится в дверь. — Сама понимаешь! Я вонь не могу убрать! — сквозь шум душа кричишь ты. — Блин… Если не отмоешься, то возьми мой гель для душа в зеленой бутылке! У него аромат приятный, но слишком насыщенный, должен перебить! — Пасиба! — Ага! Ответив, Кугисаки вроде как ушла. Ты оглянулась на полочку с шампунями и прочими ванными штуками. Находишь зеленую бутылочку, открываешь крышечку. Закрываешь крышечку. Уж лучше запах гнили, чем «Lauma: аромат старого дерева после грозы». Никто не спорит, это вовсе не ужасный запах, но носу после такого стало больно. Нобара всегда умудряется находить что-то необычное в еще более необычных местах, кстати, как и ты, но дерево, в которое попало грозой… Что за бред вообще? Где-то через полчаса (двадцать восемь минут) след того чудища полностью спал. К счастью, кожа и мочалка живы. Обматывая полотенце вокруг головы (все студенты уже привыкли так делать, фен сломался, на новый скидываться никто не хочет), ты выходишь из ванной. Юджи, Мегуми и Нобара стоят на выходе из общежития и что-то обсуждают. — О! Т/И! — кричит Итадори. — Блин, сэнсэй уже уехал на вокзал. — В аэропорт, дурень, — с вежливостью в голосе поправил Фушигуро. — Просил передать тебе «пока». — И крепко обнять. Еп, — подружка прильнула к тебе и сжала по бокам. Крепкая ж хватка до чего… — Хе-хэ… — посмеялась-вздохнула ты. — Мы с Юджи были на миссии вчера, а там… — А там мужик недружелюбный был. — Говори прямо, он просто ужасно противный. — Короче, у него были карты УНО, и так получилось, что мы договорились, что если я или Мегуми выиграем, то заберем их. — Это ты уговорил его на такие условия. — Короче, у нас теперь новый дизайн карт. Они мне зашли так, потому что все с героями аниме и фильмов, на любой вкус. Сыграем? Делать было особо нечего, поэтому вы все согласились. Нобара только ещё предложила: — А может, второкурсников позвать? Маки злая ходит последнее время, развеялась бы. — Не, она мне такую взбучку уже устроила… — розоволосый поник. — Она на задании с Инумаки, а Панда… Где, кстати, Панда? — С директором по магазинам пошёл, — поделился ежеголовый. — И без нас?! — наконец захват девушки рассеялся, ты быстро набрала воздух. — Тогда вчетвером. Жалко даже. И Тодо нет. — Я с этим чуваком возиться не собираюсь… И вдруг тебя как по голове стукнуло. Нанами хоть и выглядит супер-серьезным, но, может, тоже не отказался бы. А то ходит совсем уставший. — А Нанами-сан? Он вроде бы ещё тут. — Точняк! Я сгоняю за Нанамином. Т/И, молодчина! / — Нет. — А?! — Я бы хотел вернуться домой и заняться своими делами, — может, зайду за багетом. — Вообще никогда не будете играть с нами?! — Я не говорил этого. — Взбодрились бы. Т/И сказала, Вы выглядите уставшим. \ Вот дурак — проболтался! Ты стояла с остальными за углом, убирая полотенце с головы. / — Я не устал, — отвожу глаза, но под очками не видно. Наверное. Да и ей я говорил, что в порядке, зачем столько беспокоиться? Отстала бы и всё. — В следующий раз, может быть. — Обещаете? — Я сказал: «может быть». И передай ей, что я в порядке. Сами лучше отдохните, ты ведь тоже был на задании с Фушигуро? — Но… — Без «но», я сам с собою справлюсь. До встречи, Юджи. — Но Нанамин! — До встречи, Юджи. Я начал уходить, но Итадори обгоняет. — У нас УНО с дизайном новым! В магазинах точно не всех есть такие! — … — Там и фильмы, и аниме… Может, даже сериалы! Вы что смотрите вообще? Дай пройти. Надо как-то вежливо отделаться… / Если не по взгляду, то по ситуации ты поняла: надо спасать мага. Итадори, конечно, милашка, когда упрашивает кого-то на что-то, ведь очень старается. — Да ладно тебе, может быть, и правда в следующий раз. Пойдем, — взяв мальчика за плечи, ты ненавязчиво потащила его в сторону. / — Спасибо, — тихо шепнул я. Даже огромное спасибо. / В ответ ты незаметно кивнула и увела юношу к ребятам. Игра и правда была лимитированной: на красных картах чаще встречались герои боевиков — как аниме-боевиков, так и фильмов с мультиками, — на зеленых в основном только что-то юношеское — сёнэн* и сёдзё*, желтые, почему-то естественно, — комедии, а синие — приключения. На картах с эффектами (поменять направление хода, дикая* и так далее) всё вразнобой. Инструкция говорит, что половину нужно отделить, ну или четверть, в зависимости от числа игроков, ведь колода слишком большая, что и неудивительно, охвачены почти все произведения, у которых есть хоть какая-то популярность, но: — Да ну, такое для скучных слабаков! Давайте всю колоду используем! — выпалил Итадори. И сейчас, кажется, идёт первая половина третьего часа игры. Нобара чуть не вколола гвозди в Мегуми, потому что он сидел сбоку от неё, и все его карты с добавочными свойствами доставались ей. Ты с Юджи решила помалкивать, особенно, когда у тебя такие же лакши*, как у Фушигуро, а у него со сменой направления. Нетрудно догадаться, кто из вас с другого бока девочки. Надеясь, что УНО закончится хотя бы к четвертому часу, можно и к приблизительному итогу перейти: ежеголовый выиграет, ну, сейчас выигрывает, пока что у него на руке только двадцать семь карт, у сосуда двумордового пятьдесят, у розы пятьдесят одна, а, не, уже сорок девять, скинула только что, у тебя сорок пять, правда, сорок шестой как раз была с «плюс три», так что у Юджи пятьдесят три. — Да блин, Т/И! — Лучше ты, чем Нобара. — Сопляк, ты слаб даже в настольных играх, хотя другого от тебя и не ожидал. Ха-ха. — А вот и Сукуна открыл рот на щеке юноши. Ты осторожно засунула в него печеньку с блюдца неподалеку, чтобы не мешал, и так голова плавится. — Да ты..! — ммкрф! — Там какие-то звуки недовольного пылесоса, но печенину всё таки проглатывает. — Ты будешь первой, чьи кости я сварю в супе. — Ещё печенья? — с правдоподобно наигранной заботой предложила ты, в такие моменты актерское мастерство поднималось выше Джомолунгмы. Рот пропал и глаз под нижним веком парня закрылся. Нобаре тяжелее всех сдержать смешок. — Кххых… Я даже не всегда на такое осмеливаюсь… Ты всё-таки поаккуратнее с ним иногда. — У меня до сих пор флешбэки с сердцем в его культяпке… — поник Мегуми. Да, Сукуна великий, Сукуна двуликий, но подкалывать друг друга стало небольшой традицией: например, однажды вечером ты делала домашнее здание из университета вместе с ежиком, а к вам зашёл розоголовый, до этого что-то обсуждавший с Сукуной (ну как обсуждавший — терпевший буллинг), так Король проклятий сказал: — Как трогательно, один жалкий человек прибегает к помощи другого, чуть менее жалкого человека. — Примерно так, ты уже подзабыла. Зато ответ был превосходным: — Я хотя бы бегать могу. Его ухмылка дернулась, очень сильно дернулось. — Ты будешь первой, кому я сломаю ноги, когда перехвачу контроль над сопляком. — И тебе доброй ночи. — Да как ты!.. — Юджи закрыл его рот и побежал подальше, пока тот тебя совсем не проклял, появившись на руке парня или чем-нибудь ещё. Вот и повелась традиция. Просто то, как он злится и не может ничего с этим сделать — невероятная штука. Правда теперь ты иногда ходишь в храм, даже если и не синтоист*. Из мыслей тебя вырвал звонок телефона темноволосого: Годжо-сэнсэй звонит. — Приве-е-е-ет, ребятки! Ну как вы там? — Норм, — Мегуми. — Всё путем, — Нобара. — Сэнсэй, а у нас тут картейки новые! Во! Тут с героями фильмов, аниме, хорроры… — Юджи стал перечислять карты и даже показал свои. Учитель внимательно слушал о способе, котором они достались, и как вы в них уже кучу времени рубитесь, попутно удивляясь и задавая вопросы. — Ну-ну, кто выигрывает? — Я. — Красава, сыночек. — Ещё раз так меня назовешь — повешу трубку. — А я блин проигрываю! — протараторил мальчик, что будь это перепиской, то запятые опустились бы. — Не кепи, отыграешься. — НЕТ!! — все выкрикнули в один голос. — Лады, лады. На заданиях-то не окочурились? — Не-а! — Мне волосы подпалило. — Я в общаге сидела. — И я в порядке. — Нанами сказал, что ты плохо себя чувствовала. — Да нормально мне было! Кровь из носа была, но чуть-чуть совсем, держалась я нормально. — Да, хлебник похвалил тебя, говорит, ошибка одна только. — Ура! — Но без него пропала бы. — Да блин! Тогда ты уже обрадовалась, что тебя похвалили, хоть виду не подала. Губки Сукуны снова хотели вылезти, но передумали. Болтая с Сатору, вы играли дальше, но уже медленнее. Где- то спустя час закончили. Предрезультаты подтвердились. Полностью довольный Итадори собирал игру в коробочку, сгорбившись над ковром, Кугисаки рассматривала ногти, Фушигуро клевал носом со скрещенными руками, переодически глухо отвечая что-то сэнсэю. Ты опять вспомнила Нанами Кенто — его понурый вид. — Учитель Годжо, а Нанами-сан всегда выглядит таким уставшим и грустным?.. — Почти. — Когда мы с ним били Махито, то лицо у него было вполне уверенным. — Это другое, болван, — хрипло вставил Мегуми. — Э, а че? Спросили же. — В общем, мне показалось, что у Нанами-сан тяжело на душе, — более прямо сказала ты. — Может быть… У всех нас тут что-то не так с душой, даже у тебя. Мелкие неприятности могут отражаться, а большие прятаться в самых недрах и наоборот, а что касается Кенто… он всегда был очень серьезным, но после смерти Хайбару совсем занудным стал. Не обижай его, как Двуликого. — Оу… я не знала. — Да не парься. — А Вы там как? — В самолете, уже взлетел. — Надеюсь, там будут десерты! — Хаха, спасибо… — он немного растерялся. Сил не было из-за игры, ты постоянно смотрела на часы, в некоторых видеоиграх такой прием работает для ускорения времени, но четно, вернулась в свою комнату ты поздно. А еще завтра в универ идти… Пию-у-уф! Ты бултыхнулась на кровать, раскинув по ней руки. Хорошо хоть, что там обучение несложное, на удивление всей Японии, да и домашки почти нет… / Я поздно вернулся домой. К техникуму мне недалеко, я просто перепутал электричку из-за сонливости, но это всё равно лучше, чем попасть в аварию на машине, до которой руки не доходят купить. А я ведь и на права сдавал… Входя, сразу резкий запах бьет в нос хуже, чем вонь того проклятия. На улице что-то подожгла какая-то пьянь, замечаю я, выглядывая в окно. Участковый сейчас с ними разбирается, а те невнятно и громко хамят. Они пьяные, я не могу их осуждать, зная свою склонность, но всё же я знаю меру и никогда не бываю в хлам, ну… почти. Костюм и рубашку придется стирать отдельно, и это раздражает. Часы всё так же пахли кожей, галстук я могу просто замочить. Расстегиваю пуговицы, ширинку брюк, снимаю почти всю одежду, а дальше рутина стирки: порошок, кондиционер, специальный мешок, деликатный режим… Через время, которое я даже не заметил, барабан начинает характерно вращаться. Замачиваю галстук, мою руками в раковине, когда готово — спускаю воду и раздеваюсь окончательно. Перед тем, как залезть в душ, всматриваюсь в свое отражение: я уже привык к мешкам под глазами, хоть они и стали меньше после увольнения, но взгляд не бодрее, всё такой же уставший, хотя сегодня, может, ещё хуже. Хах, а в детстве мне говорили, что я вышел лицом… теперь же из хорошего только тело с волосами, но только если укладывать их. Но по итогу мне всё равно, что думают окружающие, не моё дело, не мои заботы. Сегодня во всём Токио перебои с температурой или в доме проклятие? Какая бы хорошая сантехника у меня не была, я мучаюсь с настройкой воды. Такое происходит не часто, но до жути раздражает. О чем я думал до этого? Заботы… Мне нравится, что я один, не нужно переживать за кого-то ещё: бояться, что он плохо спит, напоминать об отдыхе и так далее. Но признаюсь, что привязался в какой-то степени к Юджи, да, иногда он чересчур легкомысленный и часто жертвует собой, в чем я не всегда вижу смысл, но он хороший человек со своими принципами. У него есть те, кто позаботятся о нём, поэтому я снова могу остаться безучастным. Кожу драть приходится долго, чтобы отмыться от запаха, даже показалось, она слезет с меня, а мочалка раскрошится, но обошлось. Вонь, душ, Юджи, карты… Т/И. Если пересекусь в ближайшее время, то стоило бы ещё раз поблагодарить её, потому что я без понятия, как вежливо и деликатно отказывать в таких ситуациях, Юджи не Годжо, которого можно было бы послать. И это её «Вы в порядке»… Неужели есть дело? Вежливость хороша только в сервисных услугах, например, в магазинах или ресторанах, когда говоришь «будьте добры», «спасибо», «до свидания», хотя последнее не так обязательно, но поступки только из-за вежливости — практически лицемерие. Смысл делать то, что не хочешь из-за каких-то общественных норм, если это не минимальная база, как те же самые слова? Голова снова гудит, но сегодня пить уже не хочу, и так в сон клонит. Выхожу из ванной, вытерев тело и голову, и сразу иду в спальню. «Вы точно в порядке?» — снова в голове. Если я сам не знаю ответ, то легче всегда говорить «да». Даже если из-за доброты к людям, не надо заботиться обо мне, ты ребенок, Т/И, не твои обязанности. Глаза быстро слипаются, я проваливаюсь в сон… Пиб-пиб-пии! О… да… стиральная машина… А я уже обрадовался, что лягу пораньше.