Нанами Кенто и Т/И

Учитель выругал за почерк, а потом похвалил за работу, растянув это на час, вместо половины. И заняло это последние силы, что ты уже хотела поддерживать тело проклятой энергией, которой уже совсем чуть-чуть. Теперь точно домой. Только вот внутри беспокойно как-то… проклятие это странное, проклинатель, ребята… ещё и не ела… Думать не хочется, всё смешалось, а еще перенос энергии Нанами в эти мячики неоднозначный какой-то… Пишешь в группу: — Есть еда? — Ты про холодильник Яги? — Мегуми. — Про все холодильники. — Второкурсники съели половину, — ответ Юджи. — На Маки не наговаривай! Вы тоже бросились, как только приехали! — Нобара. — Слышь, ты с нами ела! — снова Юджи. — Там ничего не осталось? — ты. — Не-а. Ты прислала эмодзи из знаков: « :( ». — Сорян, мы че-т’ не подумали… Закрываешь чат. Ну, круглосуточное кафе еще никто не запрещал. Была б там только полезная еда… Вяло проходишь сквозь турникеты, еле-еле прощаясь с охранником. На улице ещё и похолодало, а утреннее солнце уже забило на Токио. А вроде и не так поздно… Гу-у-у, хочется начать канючить и издавать недовольные звуки. Блин, младенцам вообще повезло с младенчеством: будут они издавать какой-то сдавленный кашель Ктулху, и не посмотрят на него, как на сумасшедшего. Ты бы представила, как вот идёт бедный японец по темной улице, а мимо него девушка ползет полумертвая и издает хриплые «бувугагукака», его ж инфаркт хватить может, но тебе лень. М? Около пешеходного видишь Нанами. Попрощаться, наверное, надо, да? Подходя чуть ближе замечаешь, что он нахмурен больше обычного и раздраженно что-то делает в телефоне. Сейчас точно надо подходить к нему?.. Ладно, одно «до свидания, Нанами-сан» ничего плохого не сделает. — До свидания, Нанами-сан!.. — стараешься быстро развернуться и уйти в сторону кафе. — Стой, куда здесь можно вызвать такси, чтобы водитель понял? — А?.. Он убирает телефон в карман, ты успеваешь заметить только его темно-фиолетовый чехол. — Почти все машины заняты, а свободным слишком далеко ехать. И автобусов нужных нет. — Я… Я не знаю, извините? — Ты досюда пешком добираешься? — Ага. Ну, есть один автобус, он где-то в середине пути, но до него тоже идти, и ходит он в редкие направления… — Ясно… Ты разве не пропускаешь его? — Пропускаю. Препод задержал дольше, чем я думала. Хотя мне всё равно надо зайти кое-куда… — Ты что-то говорила про посылку. — Ага, но она, оказывается, только через два дня приедет. Я в кафе хотела, там столовая закрылась… — ты замялась. Как-то неловко было говорить о таком. — Заведение далеко? — Минут семь-десять ходьбы. — Отлично. — Ему будто всё равно. А ведь отличная черта характера иногда… — Мне всё равно ждать или позднюю электричку, или пока освободится подходящая машина. Мы бы как раз разобрали твою технику. Понятно, после того, как поешь. — Может, и нелюдимый, а понимающий! — Или ты хотела поесть в одиночестве? — Не, мне без разницы. Кенто кивнул и вы молча направились в нужную сторону. Кошки что-то роют в мусорках, фонари работают стабильно, людей уже не так много. Вывески магазинов горят, хотя те уже закрыты. Потираешь глаз, чтобы сон не склеил глаза, будто Моментом. — Выглядишь устало, — вдруг говорит Нанами. Хах. — Подловили. — Ещё бы. — Ты хотела вглядеться ему в лицо, потому что там явно была ухмылка. Но уже так же явно исчезла. Хотя голос оставался равнодушным. На улице стало ещё тише, слышен только цокот вашей обуви. Молчать как-то не неловко. Нормально. Хотя обычно с учителями или людьми с подобной должностью странно даже об упражнении говорить. Доходите до места. Снаружи всё такое же, как и во всех обычных забегаловках: какие-то плакаты-объявления на окне, через которое виден зал, стеклянная дверь с белыми ручками. Только вывеска мерцает, в отличии от остальных, которые ты заметила. Входите внутрь. Пошарпанный ретро стиль. Плитка черно-белая в шахматном порядке, на стыках грязная. Около того окна высокий стол и стулья с бордовыми седушками. Стены мятно-голубого цвета, а из-за ярких ламп кажется, что тут всё такое мятно-голубое. Посетителей немного, в сумме пятеро, с вами семеро. Не пахнет ничем. Кафе явно на пять звезд не тянет, но есть свой уют. Столешницы хотя бы чистые. Садитесь где-то по центру, меню уже лежит, воткнутое в салфетницу. Ты особо не вглядываешься, зная, чтó уже будешь брать. Да, выбор не самый полезный, как и всё в этом заведении, но сытный. Если препод задерживает, а в домашнем холодильнике кот плакал, то можно себе позволить. А вот Кенто внимательно изучает лист. Неужели правда будет что-то брать тут? Через минуты три-четыре к вам подходит официант лет двадцати (ты уже более-менее начала распознавать возраст азиатов*), широкий приплюснутый нос, под ним начала отрастать щетина, короткая черная стрижка, смугловатый. — Готовы сделать заказ? — говорит парень, витая где-то у себя в голове. Нанами смотрит на тебя, уступая право сказать первым. Ты делаешь заказ. Блондин на это никак не реагирует. — А Вы? — пацан даже глаза почти не открывает. — Чёрный кофе, пожалуйста. Выбор мужчины не удивляет, всё-таки именно такая ассоциация с его глазами. Официант записывает в почти полностью использованный блокнот ваши заказы и не спеша уходит. Смотришь на мага. Ладно, теперь стало немного некомфортно. Залезть в телефон? Не грубо ли? Завязать легкий разговор? Да понятно, что он будет пустым. А переходить к обсуждению дня пока ещё тяжело для голодного разума. / Пока мы шли, молчать казалось нормальным и вовсе не приносило дискомфорт, а теперь как-то неудобно, признаюсь. Залезть в телефон? Не грубо ли? Завязать легкий разговор? Да понятно, что он будет пустым. А переходить к обсуждению прошедших событий просто перегрузит её, пока она голодная. Складываю руки на груди и медленно откидываюсь на спинку стула, прикрывая глаза. Т/И сцепляет пальцы, кладя кисти на колени, и тоже откидывается назад. Н-да уж, надо бы спросить у белобрысого, как он готов с учениками всегда лепетать… Нет-нет, не те мысли. Семь минут. Кофе готовится быстрее, но это хорошо, что наши заказы принесли вместе. Один кубик сахара и глоток. Хм… Ну, я ожидал худшего. Для подобного места кофе вполне неплохой. Правда уже почти остыл, что опять же неудивительно (и всё же официанту стоило уточнить, когда приносить!), впрочем, не буду же я заказывать при студенте виски или другой алкоголь. Задерживаю чашку у лица дольше нужного, чтобы Т/И не стеснялась есть, если вдруг такое ей присуще, когда на неё смотрят во время еды. Когда от её блюда остается треть, начинаю: — Насчет твоей техники. — Слушаю. — Когда ты переносила мою энергию в теннисные мячи, что именно перенеслось? Когда я бросал их, то чувствовал свою энергию, но не технику. — Угу. Когда я передавала, то есть кидала Вам в руки мячик, он прилетел прямо в Вашу ладонь, хотя я почти не целилась для такой точности. И ещё… Уже когда я бросала мяч в проклятие, то сила удара была гораздо выше предполагаемой, я бы сказала, почти равная Вашей физической. — Поэтому мой бросок был с удвоенным уроном. Получается, что ты можешь переносить личные характеристики человека. Это… весьма неплохое применение твоей техники. Т/И резко поникла и даже немного сгорбилась. — Да, но только для магов, которые пользуются оружием или сикигами… — Это практически все колдуны. Из сражающихся Токийского техникума без оружия обходятся только Итадори-кун, Годжо и Инумаки-кун. — И Тодо. — Но и силы в них столько, что прочее не нужно. С тесаком мне просто удобнее. — Ну и какой толк в этом всё равно?.. Сама-то я не могу ничего сделать… Болванчиком ходить за магами, что посильнее будут? Да вообще бессмысленно. У Инумаки-куна особых атлетических способностей нет, других характеристик, как у Вас меткость, тоже нет. А если есть, то это нужно еще перед боем выяснить, а то получится, что маг зазря потерял свою проклятую энергию. Просто непонятный член из отряда поддержки… Что бы я сделала, если бы не Ваша миссия? Даже не атаковать нормально. Доложила бы потом в техникум, но… — В техникум стоит докладывать сразу. Со стороны Магического Кодекса это ещё более грубая ошибка, что ты не сообщила куда надо сразу же. У тебя ведь есть номер телефона Яги? — Ну, да-а… Просто… — «Просто» что? — Ну он строгий дядька такой, и когда я поступала, кажется, он вообще ко мне всерьез не относится. Но оно и понятно… — В следующий раз не бойся, докладывай сразу. И не гони на себя и свою технику. Кроме того, ты можешь видеть ауру особым образом, что невероятно ценно. — «Маг-ясновидец, эксперт по вопросам вашей ауры, спешите на сеанс!»… — Т/И. — строго говорю я, чтобы она прекратила. — Да знаю я… Но сами посудите: при схватке с серьезным проклятием я вылечу первая. Честно, уже кажется, что Годжо-сэнсэй не вышвыривает меня только из вежливости. — Не говори так, он хорошо о тебе отзывался. — Обо мне или о моих способностях? — … — То-то же. — Не «то-то же». Он сам обозначил условия твоего проживания. Ты ходишь в два заведения, потому что это было ещё одним способом привести тебя в мир магов. Годжо редко заморачивается с кем-то, если те не представляют ему интерес. И согласилась ты тоже под условием «самообороны», не так ли? — Магия и монстры интереснее… Я даже задумывалась, чтобы бросить универ и заняться техникой, да только будет ли толк.. — Обрываю её: — Я лично скормлю тебя проклятию, если бросишь университет. Ты не серьезно относишься к тому, с чем имеешь дело. Ты еще не видела того, что другие колдуны. И лучше не видеть вовсе. — Стараюсь держать лицо, но чувствую, как оно начинает скручиваться от… воспоминаний… — Тебе не нужно быть такой же сильной, как Годжо. Даже не такой сильной, как твои одногруппники. То же самое я говорил Юджи. Мы защищаем людей, но сами другим видом не становимся. Все остальные должны завидовать, что у тебя есть цель и пути к ней следовать, помимо стать магом, то это хорошо. Исходя из всех фактов это хорошо. В техникуме сразу говорят, что ученики идут на смерть, поэтому и ничего другого не прививают не связанного с магией, чтобы умирать с меньшими сожалениями. — А разве это не отбивает желание жить напрочь? — М? — Умирать не страшно. То есть страшно, но когда нас не станет, нам уже будет всё равно. Не воскреснем ведь. Но жить, понимая, что тебе всё равно… это ведь и не жизнь вовсе. Пусть хотя бы будет больше убеждений, что был в этом мире не зря. Черт дери всё руководство, я согласен с этим ребенком как ни с кем другим. — Вот поэтому и не переживай, что ты не так хороша как маг. И научи этому как можно больше людей. — Угу… Нанами-сан… а.. — Да. Я воспитан так, как описал… — Вы можете выговориться, если хотите. Нет, не так. Если Вам нужно. — Я в порядке. — Тогда просто расскажите. И обязательно меня на разговор выуживать? Ладно, всё же я сам начал..: — Еще при обучении я понял, что все маги — психи. Как я и говорил, всех убеждают, что они идут на смерть, даже если будут сильными, но есть люди, которые остаются несмотря на это. Это меня пугало больше всего. Но цели у меня не было, я не знал, чем хочу заниматься. Поэтому пошёл туда, где хорошо платят, чтобы к пенсии иметь приличное состояние и не тратить нервы на доход в старости. Но в офисе все бараны. Поэтому вернулся. / А ему самому не очень-то… Это самое ужасное ощущение, безвыходность-то… Либо одно, либо другое. Но неужели он не пытался понять, чего хочет? Хотя самый явный ответ — спокойствия. Наверное. Да уж… Ты не успеваешь полностью уйти в мысли, как Кенто их словно читает: — Не надо жалеть меня. Пока ты ещё ребенок, тебе незачем тратить силы на подобные вещи, если нет необходимости. А необходимость еще появится. Ты вздыхаешь. Конечно, он прав во многих своих утверждениях, но..: — Я всё-равно хочу быть более полезной. В Японии я явно надолго, не становится же отчужденной от здешнего общества из-за того, что однажды вернусь домой. Тем более я вовсе могу не возвращаться, может, останусь тут или по миру путешествовать начну. А раз уж и в моей стране было проклятие особого уровня, то этой самообороне я должна выучиться на сто процентов, ведь не всегда же будут те, на кого можно положиться. Либо предатели, либо просто отсутствие людей поблизости. И я не хочу, чтобы мои товарищи так рисковали, пытаясь спасти меня, потому что я слабее, вместо того, чтобы сосредоточиться на изгнании проклятий или собственной жизни. Собственная же смерть ничего тебе в душе не делает, потому что твой труп становится символом безразличия, но чужая гибель мне так просто не дастся. Можете называть это не отбитой головой, а расстановкой приоритетов. И есть у меня одногруппница на парах — Юа-кун. На самом деле, она очень хороший человек. Эксцентричный, правда, но не суть. И она видит проклятия, но техники у неё нет, по крайней мере ещё не проявилась, но по её историям она из-за своих видений могла отбросить коньки больше ста раз. И… — на самом деле, она была первой, кто принял тебя в коллектив и вообще затащил в новое общество без сомнений в тебе, в том, что с тобой может быть что-то не так, — я бы тоже не хотела, чтобы её не стало. Я не Юджи, чтобы спасать каждого прохожего, но ценность человека, близкого человека, я осознаю уже лучше. — Твой голос был твердый, словно фуллерит*, позвоночник стал будто железным стержнем, выпрямив твою спину, и смотрела ты прямо сквозь зеленое стекло очков Нанами, которые он почему-то не снял, ровно в его зрачки. Мужчина малость поперхнулся кофе. Ты ж не шокировала его до такой степени, да? — … — не говорит и смотрит куда-то в никуда. Ну… ты же ответ по логике построила, нет? Или что с ним? / Мне даже сказать против ничего нет. «Собственная же смерть ничего тебе в душе не делает, потому что твой труп становится символом безразличия»… «Не воскреснем ведь»… Всё сразу перекрыла. Но стоит проверить: — Что, если перед моментом, когда ты можешь умереть, ты бросишься спасать себя, а не близких? — Я не говорила, что не ценю свою жизнь и хочу на тот свет. Жалеть о том, что не смогла сделать что-то я всё равно буду. Все будут. И это не зависит от идеалов и прочего. Но если я вдруг подставлю под ножи проклятия друга, чтобы дать себе форы убежать, то это лишь показывает, что я отвратительной человек. — И это тоже не зависит от идеалов и прочего. — Именно. А если убегу, когда моего родного будут убивать… — Будешь не виновата. Кодекс магов позволяет заботиться о своей жизни, если заклинатель понимает, что сам может прийти к собственному летальному исходу. — А если враг мелкий, то я просто трус. — Что опять же ни от чего не зависит… — Вздыхаю. Она напрочь отрубила способы переубедить себя, но на самом деле это и не нужно. Она не обременяет себя долгом в спасении и исходит из настолько понятной логики… И не скажешь, что жертвует собой, как Юджи. Ха… Ха-ха-ха. Почему я раньше не додумался сказать это? — Нанами-сан, — она вырывает из мыслей, — знаю Вас только второй день, да и встретились мы по совпадению, и разговор получился случайным, но… — Т/И сглатывает слюну и набирает побольше воздуха. — Пока не вернется Годжо-сэнсэй, не могли бы Вы научить меня чему-то, что могло бы помочь..? Просто Вы кажетесь человеком, который смог бы быть учителем… Можете отказать, если у Вас нет времени или желания! Я не обижусь. — Я вовсе не учитель, и не пытайся так меня называть. Но я помогу чем смогу. Хотя бы сориентирую тебя. — Правда?! — Да. Я не обещаю, что ты станешь сильнее, но хотя бы "не вылетишь первой". — Спасибо большое!! Она улыбается. И широко, кстати. «Спасибо большое!!», ладно, это приятно слышать. Буду знать, что не начну сожалеть о всём так сильно перед тем, как стану "символом безразличия". — Да-да, но подожди. Два дня подряд ты была на довольно выматывающих миссиях, так что отлежись сначала, а потом поговорим, что тебе бы пригодилось. — Угу! М… Фильтровать поглощенную энергию, да? — Вообще да. Но я же сказал, что потом. — смотрю в телефон. — Машины уже освободились. — Мы так долго говорили?.. — Не знаю, у меня оповещение из приложения. — А. Здорово. / Вы подзываете официанта. На этот раз приходит другой человек, тот парень уже слинял со смены. Если такой опытный маг даст хотя бы пару правда дельных советов, то точно что-нибудь да выйдет! Оплачиваете свои заказы и выходите на улицу. — Удачно доехать Вам, Нанами-сан! — машешь рукой и идешь в сторону техникума. — Мне колледж по пути. — А? — В целях безопасности стоит ехать на такси. — Вы можете помогать только с магией, но это-то излишне, хе-хе… — блин, неловко как-то. — Сейчас темно и немноголюдно. Регламент обязывает обращать внимание на твою безопасность. И это мой долг как взрослого. Разве там есть такой пункт в Регламенте?.. Ладно, идти всё равно долго… Да и холодно вообще-то. — Ну, хорошо… Спасибо! — Я же сказал, что это мои обязанности. — М… Ты подходишь обратно быстрыми прыжочками. Мужчина вызывает такси, и где-то через четыре минуты оно приезжает. Нанами обходит машину и садится на заднее сидение со стороны дороги, ты залезаешь с тротуара. Пристегиваетесь. Блондин скрещивает руки. Водитель начинает крутить руль, и автомобиль медленно отъезжает от пешеходной части (но всё же не так аккуратно, как это делает Идзити), а затем ускоряется, освещая фарами дорогу.* — Т/И-кун, напиши ребятам, чтобы встретили тебя у подножья холма. — Да я дойду. — Напиши. — Гх.. — Т/И. — Ладно… Отправляешь сообщение в группу: «Можете встретить меня у начала подъема? Нанами заставляет писать :(», — на что получаешь от Юджи: «Мы уже ждем тебя тут». Яблочки щек приподнимаются — ты улыбаешься. На машине раза в два или два с половиной быстрее. — В лесу живёте, что ли? — говорит таксист, но Кенто ему не отвечает, и ты тоже молчишь, открывая дверь. Выходишь. Перед тем, как закрыть, поворачиваешься к магу и говоришь: — И всё-таки спасибо, что завезли. Вам перевести или наличными отдать? — Ничего не надо, я же сказал, что по пути. — Уве.. — Т/И. Да хватит, блин, Т/И-кать! — Ладно… До свидания, Нанами-сан! — кланяешься по японскому этикету, но в этот раз чуть ниже. — До свидания, Т/И-кун. Закрываешь дверцу и поворачиваешься к ребятам, бежишь к ним. — Ну ты капец поздно сегодня! — ворчит Нобара. — Я надеялся, что тебя проклятие по пути забрало, — наверное, можно не уточнять, кто это, но если что, то Сукуна. — Да профессор задержал. И потом в кафе ещё была, а то в столовую так и не успела. — Я из этого профессора всю дурь выбью! Ух я ему наваляю! — продолжает розочка. — Кстати о еде, — начинает Мегуми. — Мы как раз поняли, что ты без ужина, поэтому успели сгонять в магаз и купили тебе! — Юджи обрывает ежика и трясет пакетом с перекусами, которые ты любишь. — И ещё скоро тефтельки будут готовы, я попросил Панду последить за ними. Так что пойдём быстрее, пока не остыло! — мальчишка хватает тебя за запястье, доставая из мертвой хватки Кугисаки и ведет в техникум. — Ты ей руку оторвешь, болван! — кричит Фушигуро и пытается вас догнать. — Кстати, я исправил ошибки в твоей тетради по японскому, они не твоя вина, я просто неправильно объяснил. — Да погоди ты со своими ошибками, пусть поест нормально, а то в забегаловках ниче толкового нет! Мозг ей сломаешь! И ты смеешься. Хорошие они у тебя друзья. / — Теперь едем? — спрашивает меня водитель. — Да, — отвечаю я, и машина снова начинает движение в сторону моего дома. И всё-таки было бы лучше, если колледж и правда был мне по пути от той забегаловки. Смотрю на студентов, убеждаясь, что они в целости дойдут до общежития. И теперь я точно понимаю, почему она не отказывается быть магом.