You, Have Always Wanted a Place to Call Home

      После заслуженных объятий два отважных героя двинулись дальше вглубь королевства. Время от времени они собирали травы и складывали их в нефритовые шкатулки для сохранности, а затем помещали в мешочек цянькунь, который Ло Бинхэ выделил специально для растущей коллекции растений А-Юаня.       Время от времени Бинхэ спрашивал о каких-то деталях, чтобы услышать, как Шэнь Юань возбужденно рассуждает.       Медленно они направились к большому белому дворцу, который когда-то принадлежал бессмертному старому алхимику, давно ставшему божеством.       Сияющие белые стены были чёткими, как и аккуратно подстриженные живые изгороди, сохранившие свою квадратную и прямоугольную форму. Они создавали симметричные узоры на… Шень Юань задумался, неужели лужайка перед дворцом всё ещё называется лужайкой перед домом? Как бы то ни было, лужайка перед домом была прекрасна, а зелёные кусты с двумя одинаковыми пагодами по обе стороны от неё создавали ощущение красоты, сравнимое с идеальной нарезкой палочек для еды в центре во время обеда в ресторане. — Это дворец? — спросил Шэнь Юань, уже зная ответ. — Ммм, — сказал Бинхэ, — я никогда не был внутри, там очень крепкая граница. Могу сломать, если хочешь? — Бинхэ похлопал по зачехлённому Синьмо, чтобы показать, как именно будет происходить взлом. — Однако я всегда беспокоился, что сад исчезнет, ​​если я это сделаю, так что решение за А-Юанем, — продолжил он.       Шэнь Юань посмотрел на Бинхэ, а затем на дворец. — Думаю, тогда мы просто оставим все как есть, — решил он.       Ему не нужны были ни редкие методы земледелия, ни наследство в стиле «золотого пальца». Он старался не привлекать к себе внимания. К тому же, у Бинхэ была куча безделушек. Неужели ему нужен был этот блестящий белый дом, каким бы красивым он ни был?       Скрывая зевок, Шэнь Юань принял решительное решение развернуться и не бродить по лужайке перед домом какого-нибудь старика. Там, вероятно, всё равно были установлены мины-ловушки, и он был уверен, что где-то в одном из многочисленных хранилищ Бинхэ припасён идеальный обед для них двоих на одном из трёх цветочных полей, которые они увидели. Возможно, не на том, на котором они целовались, подумал Шэнь Юань, краснея.       Но они наверняка найдут что-нибудь. Например, славный клочок травы, за который никто не отдаст душу. Простой, красивый, травяной луг.       Словно почувствовав их решение, Дворец начал приближаться. Чем дальше они отходили, тем больше расстояние от зловеще светящегося здания оставалось одинаковым.       Шэнь Юань несколько раз оглянулся, а затем взглянул на Бинхэ, чтобы убедиться, что за ними действительно следит дом. — Что… нам делать? — спросил Шэнь Юань, как новый иммигрант в стране культивации.       Бинхэ обнажил Синьмо, и Шэнь Юань быстро схватил его за запястье. Возможно, он ещё не был готов к серьёзному сносу дома. Может быть, он хотел подружиться? — Э-э… дом, почему ты за нами следишь? — спросил Шэнь Юань, игнорируя слегка недоверчивый взгляд Бинхэ.       Двери дворца распахнулись и позвали их вперед. — Я думаю, он хочет, чтобы мы вошли, — сухо прокомментировал Бинхэ. — Никогда ничего подобного…? — спросил Шэнь Юань, просто чтобы убедиться. Он прекрасно знал, что ничего подобного не случалось. — Нет, — сказал Бинхэ. — Но если ты захочешь войти, я смогу защитить тебя, а если он попытается причинить нам вред… — Бинхэ высвободил часть своей ци.       Живая изгородь перед домом быстро расцвела, и двери начали тихонько качаться, когда дворец засиял ярче. Под ложным солнцем королевства дворец словно пытался сказать, что это прекрасное место, которому непременно стоит довериться и куда можно зайти.       Шэнь Юань зажал нос и, следуя своей обычной манере «игриво глядеть смерти в лицо», направился в здание, а Бинхэ последовал за ним.       Им не пришлось долго ждать, прежде чем что-то произошло. Как только они вошли, двери захлопнулись, и пол раздвинулся, открыв вид на постамент, возвышающийся над белой плиткой. На нём лежал нефритовый кулон.       Шэнь Юань уставился на постамент.       Постамент двинулся к нему, пол раздвинулся, пропуская его, словно это была вода, а не… пол.       Шэнь Юань посмотрел на Бинхэ.       Бинхэ смотрел на нефритовый кулон. Много раз он находил тайное наследство, но никогда не видел ничего подобного. Обычно ему приходилось сражаться с каким-нибудь зверем-хранителем или разгадывать загадки, чтобы стать новым владельцем любого доступного сокровища. Иногда ему даже приходилось сражаться с другими за ресурс, который заставлял отпечаток духа, оставленный на кольце, кулоне или инструменте, который настолько впечатлялся, что даровал ему то, что он оставил перед смертью или вознесением.       Никогда еще наследство не приходило к нему просто так. — Похоже, это наследство, — наконец сказал он.       Шэнь Юань похлопал по стойке, которая постоянно на него натыкалась: — Ты его заберёшь? — спросил он Ло Бинхэ, словно тот явно не желал ему принадлежать. Словно соглашаясь с мыслями Бинхэ, постамент переместился от Шэнь Юаня в сторону, где Ло Бинхэ не было. — Я думаю, будет лучше, если его возьмет себе А-Юань, — сказал он.       Он не чувствовал никаких дурных намерений в этом предмете. Скорее всего, это действительно было наследство, оставленное предком. Очевидно, у него был хороший вкус, чтобы оценить, насколько прекрасен А-Юань, и предложить себя ему. Таким образом, предвзятый мозг Бинхэ рационализировал странное поведение кулона. — Капни на него кровью, — велел Бинхэ, протянув руку и вытянув коготь, чтобы Шэнь Юань мог проткнуть указательный палец. Он сделал это, а затем поднёс палец к кулону и капля крови упала со звоном, от которого по всему дворцу прокатилась ударная волна.       В пространстве, где пребывали мысли Шэнь Юаня, он заметил несколько образов, словно на киноэкранах, показывающих различные ячейки внутри нефрита. Это было мистическое сокровище, которое заключало в себе не просто несколько ценных вещей. Это было то самое мистическое сокровище, о котором так много писали, внутри которого была земля и источник Лин-юань!       Шэнь Юань осмотрел своё имущество, заметив, что земля, на которой они находились, фактически была частью пространства внутри нефрита. Как здорово! Теперь, вместо того, чтобы выносить эти растения наружу, он сможет перенести их сюда.       Мысленно представив себе красивый нефритовый чайник, он появился у него в руках.       Ло Бинхэ наблюдал, как в руках Шэнь Юаня появилась Небесная Нефритовая Печь для Пилюль Бессмертия, и тот с удовольствием кивнул. Это была поистине одна из лучших печей, которые можно было найти, или, скорее, никогда не найти. Она была утеряна во времени. Но с каким текстом о поиске сокровищ Бинхэ не сталкивался, и какое бессмертное, никогда не виденное сокровище он не откопал? Найти ещё одно было неудивительно. Он видел изображение такой печи на одной из нефритовых табличек в каком-то другом Дворце, где-то. Она была… синей? Подробности не имели значения. Он приобрёл для А-Юаня Дровяную Печь «Пурпурное Сердце», но эта была ещё лучше, она могла сопровождать его на любом этапе, от Заложения Фундамента до превращения в божество. Такая хорошая вещь, он был только в недоумении, почему её оставили. — Бинхэ, что ты думаешь об этом чайнике? — спросил Шэнь Юань, протягивая его с горящими глазами.       У Ло Бинхэ не хватило смелости сказать ему, что это не чайник, к тому же в нём можно заваривать чай. Вместо этого он сказал: — Я уверен, что чай будет очень вкусным, его также можно использовать для приготовления таблеток.       Шэнь Юань покраснел и крепко сжал печь, заметив, что его чайник… возможно, оказался не тем, чем он его считал.       Он вернулся, чтобы осмотреть своё новое богатство, вынимая предметы для изучения и возвращая их на место. В руках у него осталась серия нефритовых табличек, и он протянул их Бинхэ. То, что они пользовались в основном бумажными руководствами, не означало, что Шэнь Юань не узнавал нефритовые таблички, внутри которых были целые книги или даже записи движений людей, выполнявших последовательности движений, когда речь шла о определённых боевых руководствах.       Бинхэ протянул руку, взял одну из табличек и прижал её ко лбу, изучая написанное на ней. Редкие или важные руководства почти всегда были начертаны на нефрите, доступ к которому можно было получить с помощью ци, а не на обработанной бумаге. Таким образом, они были неподвластны времени.       Бинхэ с удовольствием рассматривал различные рецепты и методы. Они были бы идеальными. Он не собирал специально руководства по дереву и воде, так что искусство из этих томов вполне подошло бы А-Юаню.       В истинном стиле «Самолёта-бро» практика Дао могла быть либо глубоко специфичной, со своими правилами и уровнями, либо… совершенно бессмысленной. Совершенствующиеся могли прокладывать свой собственный путь по мере повышения уровня, используя лишь несколько основных методов поглощения ци. В целом Дао делилось на боевые и духовные навыки совершенствования. В эти широкие категории входило многое (музыка, алхимия, физическое совершенствование, совершенствование меча, создание артефактов и так далее).       Бинхэ передал нефрит Шэнь Юаню и сказал: — Стиль Небесной Воды и Защита Дерева подойдут для начала. У каждого стиля свои методы поглощения ци, и оба они направлены на уклонение и защиту. Остальные искусства можно освоить со временем.       Шэнь Юань радостно улыбнулся, надевая кулон поверх одежды и прижимая остальные кулоны ближе к сердцу.       Красная струна и свисающий зеленый круг выглядели особенно благоприятно.       Бинхэ предложил руку, и они вдвоем вышли из дворца. — Он принадлежал вознесшемуся практикующему по имени Ван Сю Ин, — сказал Шэнь Юань. — Он был алхимиком, вознесшимся три тысячи лет назад.       Информация заполнила его мозг, и это определённо было жутко, но что он мог поделать? Он был в «Пути гордого бессмертного демона». Фанат внутри него сейчас радостно танцевал от того, что у него есть своё личное пространство, с источником! Как же это круто! Тринадцатилетний Шэнь Юань, кусая локти, отрывался по полной. — Ты знаешь, почему он не взял печь с собой? — спросил Бинхэ, всё ещё обеспокоенный тем, что с печью что-то не так. Может быть, проклятие?       Шэнь Юань попытался проанализировать полученную информацию: — Он так и не смог привязать её к себе, пока находился в этом мире, поэтому не смог взять её с собой, когда вознёсся. После вознесения он, вероятно, смог бы навязать эту связь, но не смог вернуться в мир смертных, чтобы забрать её, поэтому она осталась здесь.       Но он, конечно, пытался, потратив много лет и применив множество методов, заставить сварливую печь признать его своим хозяином, и всё это он записал.       Бинхэ принял ответ, пожав плечами. Кто сделал предка настолько слабым, что тот не смог привязать к себе хотя бы один горшок? Он был убеждён, что при небольшом давлении эта печь послушно привяжется к А-Юаню. Они попробуют, как только он построит свою Основу.       Он сказал: — По крайней мере, у нас будет очень хороший чайник?       Шэнь Юань рассмеялся, словно звоном колокольчиков, и оценил, как Бинхэ всё ещё пытался скрыть свое смущение из-за того, что он принял мистическое сокровище за кухонную утварь. …       Шэнь Юань сидел под постоянно растущим Юнь-Юнем, рост которого был всего лишь около метра, и который едва выпускал достаточно ветвей, чтобы давать хоть какую-то тень, пока впитывал ци.       Под чутким руководством Бинхэ он преодолел первые девять уровней основы… и подкармливал таинственные растения, которые, по заверениям Бинхэ, были предназначены для его же блага. Он мог распознать практически все из них, но решил не слишком задумываться о них после того, как Бинхэ принёс ему одно особенное растение, которое можно было продать на аукционе за половину королевской казны страны среднего размера.       В их собственном маленьком доме Бинхэ начал свой новый, слегка вызывающий беспокойство проект строительства дома рядом с их чёрным переносным, пока Шэнь Юань послушно возделывал их маленький сад. Бинхэ говорил что-то о том, чтобы сделать его больше и более подходящим для их нужд, что бы это ни значило. Шэнь Юань был убеждён, что это часть постоянно растущего хобби Бинхэ. Он не жаловался. Маленькие резные фигурки, которые он время от времени получал, были очаровательны.       Время от времени они отправлялись исследовать какие-нибудь заброшенные места. Обычно это были места с богатой флорой и фауной. Скорее, национальные парки «Пути Гордого Бессмертного Демона». Шэнь Юань чувствовал сильное давление со стороны некоторых горных или опасных мест и безропотно обходил их стороной. Бинхэ всегда уводил их прочь, придумывая новые и нелепые оправдания.       В какой-то момент он сказал Шэнь Юаню, что чувствует, будто обгорает на солнце, и им нужно вернуться. Как будто он мог, кто вообще слышал, чтобы демоны обгорали на солнце? Но Шэнь Юань всё равно не хотел идти, так что какое это имело значение?       Он был всего лишь молодым культиватором, ещё не заложившим свою Основу, так что же ему оставалось делать? Попытаться добраться до мест, куда он явно не мог добраться без помощи Бинхэ? Он уже исследовал скрытые миры, куда ему и так было бы нелегко добраться. Больше ему не нужно. Он с удовольствием читал книги из их растущей библиотеки, играл в саду и наблюдал, как Бинхэ осваивает плотницкое дело.       Деревни, города и люди могли подождать, пока он не построит свою Основу, что должно было произойти с минуты на минуту. Очистив разум, он снова прогнал свою ци, чувствуя, как она давит на узкое место, которое он терзал неделями.       Бинхэ почувствовал перемену, подбежал к нему и сел напротив. Бинхэ ждал этого прорыва уже несколько дней.       Он подождал, пока не сгустились тучи бедствия, чтобы мягко напомнить Шэнь Юаню: — Запускай круговые движения своей ци в даньтяне, и она естественным образом превратится в Золотое ядро. Я буду охранять тебя…       Бинхэ увидел, как лицо Шэнь Юаня скривилось от напряжения, и сказал: — Не волнуйся, А-Юань, я просто посажу тебя к себе на колени.       Бинхэ медленно прижал мужа к себе, как это уже вошло у них в привычку. Брови Шэнь Юаня нахмурились, предвкушая боль испытания. Небо грохотало, воздух колебался, а Шэнь Юань не чувствовал… ничего. Наблюдая, как молния пронзает их обоих, он с тревогой посмотрел на Ло Бинхэ, который выглядел… хорошо? Закрыв глаза и сосредоточившись, он решил, что боль вот-вот настигнет его.       Молния ударила шестьдесят раз и исчезла, но Шэнь Юань ни разу не пострадал. Слишком сосредоточенный на циркуляции своей ци и сжатии её в маленький золотой шарик в центре груди, он не заметил до самого конца (когда облака рассеялись и снова засияло солнце), что даже не обжёгся.       Моргая открытыми глазами (он даже не заметил, как они закрылись), он вопросительно посмотрел на Бинхэ.       Бинхэ ухмыльнулся, поцеловал его в нос и признался: — Тело Небесного Демона способно блокировать молнии скорби. Каждый раз, когда у А-Юаня будет прорыв, мы будем делать так. Сядешь на меня, и я буду тебя охранять.       Шэнь Юань, переживший небесное испытание, не имел ни малейшего понятия, что ему следует чувствовать в сложившейся ситуации. Он остался в замешательстве.       Ло Бинхэ, напротив, остался доволен результатом. В А-Юаня не попало ни единой искры.       Шэнь Юань рассмеялся. Бинхэ опустил взгляд, теперь настала его очередь столкнуться с замешательством. Шэнь Юань потянул за волосы, которые вздыбились от статического электричества. Когда дул ветер, трудно было сказать, насколько всё плохо, но когда воздух успокаивался, его парень стал похож на пуделя.       Бинхэ увидел своё отражение в глазах Шэнь Юаня и то, как оно вздыбилось на его плечах. Самодовольно посмеиваясь, Бинхэ попытался пригладить волосы, но безуспешно. После ванны они вернутся в обычное состояние, но пока ему придётся жить с этим объёмом. Может быть, дело в том, что он не сам консолидировал свою ци? В его собственных злоключениях такого никогда не случалось, но ради Шэнь Юаня он был готов заплатить любую цену. — Ты, — выдохнул Шэнь Юань, — Ты… — и от смеха рухнул на плечо Бинхэ. …       Шэнь Юань смотрел на Ло Бинхэ сияющими глазами. Сегодня они отправятся в деревню, в настоящую деревню с людьми. Бинхэ обещал, и когда Бинхэ что-то обещал, он всегда выполнял свои обещания. Шэнь Юань умел делать второсортные пилюли, его основа была прочной, он постиг начальные техники обоих руководств по самосовершенствованию, которым следовал.       Он был готов как никогда.       Сегодня они были одеты скромно: Шэнь Юань — в простые, на первый взгляд, но бесценные белые одежды без вышивки, Бинхэ — в черные.       Не стоило подвергаться нападкам из-за восприятия… и реального богатства во время посещения города Сиань.       Бинхэ вздохнул, заправляя вечно непослушную, быстрорастущую прядь волос за ухо Шэнь Юаня. Она доходила до середины спины, ниспадая свободными пушистыми волнами. Чёлка была его неотъемлемой частью, в основном из-за того, что Шэнь Юань не хотел завязывать волосы сзади. Он предпочитал распускать её. По всем правилам, будучи взрослым человеком хорошего телосложения, он должен был бы собрать её в корону, но предпочтения Шэнь Юаня были важнее, поэтому она осталась распущенной. — А-Юань готов? — спросил Бинхэ, уже предвкушая ответ.       Шэнь Юань кивнул и замер, бросив взгляд куда-то в сторону Бинхэ. Бинхэ с трудом удержался от того, чтобы посмотреть влево, не появилось ли что-нибудь. — Мы сегодня идем гулять, — начал Шень Юань. — Поэтому я подумал, что, может быть… если ты захочешь… ты сможешь… сделать мне прическу?       Глаза Бинхэ загорелись от удивления. Шень Юань с самого начала сопротивлялся подобным вещам. — Что А-Юань хочет, чтобы я сделал? — спросил он.       Шэнь Юань дернул себя за прядь волос: — Это… ты можешь заплести косу? — спросил он, глядя на Бинхэ, который, конечно же, согласился.       Он пересек стол, чтобы заплести тонкие волосы в тугую косу, и вытащил из косы красную бисеринку, чтобы завязать ее. — А это? — спросил Шэнь Юань, потянув за прядь волос с другой стороны головы. В сердце Бинхэ зародилось подозрение по поводу выбора мужа.       Бинхэ подошёл и завязал эту прядь, заплетя её. Шэнь Юань с радостью взял одну из своих новых косичек, поглаживая пальцем бусину, которая её скрепляла. После, А-Юань заворожил Бинхэ, сказав: — Теперь мы сочетаемся.       Бинхэ заметил, что их причёски похожи. Как же иначе? Он просто не думал, что А-Юань делает это специально, чтобы быть с ним в паре. Он предположил, что А-Юань лучше всего знаком со своими собственными волосами и решил подражать им именно из-за знакомства, а не из… желания, чтобы его узнавали как Бинхэ, а Бинхэ — как его.       Охваченный чувством, он начал целовать Шэнь Юаня, скользя языком в его манящее тепло, следя за тем, чтобы тело А-Юаня не упало на землю. Он приподнял более стройного мужчину над собой, позволяя себе вольности с его телом. …       Ло Бинхэ и Шэнь Юань, немного раскрасневшись и по-настоящему сплотившись, направились в Сиань, крупный город, расположенный достаточно близко к их дому, чтобы добраться до него без слишком долгого путешествия. Им потребовалась, наверное, неделя лёта, чтобы добраться до него. Они спешились в нескольких милях от города, чтобы не спугнуть стражу. Бинхэ сошел с меча, держа А-Юаня на руках.       Сиань был крупной торговой столицей и портом. Прямые рейсы были запрещены, но, к счастью, так называемые «охранники» не были дотошны. Мужчины осматривали их чистые документы, не утруждая себя проверкой документов, и вежливо кивали, когда они входили в городские стены.       Шэнь Юань лениво подумал, как вообще выглядит идентификация в этом мире? Возможно, охранники смотрят только на поверхность, и люди в капюшонах или масках, будьте осторожны?       Запах солёной воды ударил ему в нос, а лёгкий ветерок взъерошил волосы. Нос задергался, когда он уловил неприятные запахи, исходившие от большого скопления людей.       Пройдя через ворота, они сразу же попали на оживлённый рынок. Первые несколько кварталов города, вернее, всё пространство у стены, было забито торговцами низшего уровня. Чем ближе к центру, тем ближе оказывался Дворец, крупные аукционные дома и известные торговцы. Если память Шэнь Юаня не подводит его, Сиань был также городом, где жил таинственный благочестивый врач, который когда-то помог одной из жён Бинхэ усовершенствовать Пилюлю для восстановления костей, когда она заразилась тем, что он мог принять только за костяных термитов. Они, по-видимому, грызли её наполненное кальцием тело, пока не были истреблены. Интересно, живёт ли этот врач сейчас здесь?       Однако больше всего Шэнь Юань хотел просто посмотреть город, а не искать людей, которых он никогда не встречал. Он хотел гулять по немощёным улицам и покупать всякую всячину по завышенным ценам. По сути, Шэнь Юань был здесь как турист.       Он с удовольствием охал и ахал над совершенствующимся обычным рынком, разглядывая запряженные лошадьми паланкины и товары, разложенные на больших одеялах или в плетеных корзинах.       Бинхэ последовал за ним, доброжелательно и терпеливо слушая бесконечные восклицания Шэнь Юаня и с радостью объясняя ему мир так же, как Шэнь Юань делал это для него.       Бинхэ наблюдал, как Шэнь Юань разглядывал семью, покупающую сахарную скульптуру. Мужчина быстро нарисовал рисунок половником. Цветы для девочки, которая с радостью подхватила палочку, пока родители вели её в путь.       Бинхэ поцеловал голову Шэнь Юаня и пробормотал: — Хочет ли А-Юань угощение? Шэнь Юань покраснел, но кивнул: — Мн.       Бинхэ, довольный, подбежал к торговцу сахарными скульптурами и заплатил несколько монет, чтобы тот сделал две палочки. Одна в форме кролика, другая — волка. Шэнь Юань внимательно следил за ним, заворожённо наблюдая, как тот быстро работает, выливая поток горячего жидкого сахара, по сути, карамели, на смазанную маслом поверхность, на которой лежали две палочки. Карамель застыла почти мгновенно.       Морщинистыми руками торговец протянул угощение паре. Шэнь Юань взял кролика и поблагодарил продавца, а Бинхэ сделал то же самое с волком.       Старик, создавший скульптуры, поблагодарил счастливую пару, отметив одинаковую одежду разных цветов и то, как один в более светлом одеянии прижимался к другому в более темном. — Пусть ваша совместная жизнь будет наполнена сладостью, — сказал он.       Бинхэ ухмыльнулся и сказал: — У вас хорошее зрение, — передавая ему несколько дополнительных монет в качестве благодарности.       Шэнь Юань снова покраснел и потянул Бинхэ за рукав, чтобы они могли уйти. С угощением в руке Шэнь Юань оглянулся на Ло Бинхэ и пошёл к центру дороги, таща за рукав готового к этому Бинхэ.       Отвлекшись, он чуть не попал под быстро мчащуюся карету. Только крепкая хватка Бинхэ удержала его на ногах, когда он рванул Шэнь Юаня на руки, словно невесту. Сахарная скульптура в его руках упала, разбившись на куски под колёсами.       Шэнь Юань приложил руку к бьющемуся сердцу: — Что случилось? — спросил он, ошеломленный ситуацией. — Южные ворота запретили лошадей и конный транспорт из-за уличного рынка, — протянул Бинхэ, его взгляд впился в символ на быстро исчезающей повозке.       Шэнь Юань нахмурился, сообразив, что к чему: дворянин злоупотребляет своей властью. Или что-то в этом роде. С его уровнем совершенствования он мог бы разбить часть повозки, но при этом сломал бы себе конечность. В конце концов, он не Бинхэ. Тот, кто управлял повозкой, явно был безрассуден, или, возможно, это был хозяин повозки, который поощрял такую ​​безрассудность.       В любом случае у Шэнь Юаня сложилось о них плохое впечатление.       Торговец сахаром прочистил горло и заговорил позади них, привлекая их взгляды. — Уважаемые клиенты. Даму в экипаже звали Му Ванфэй… точнее, она помолвлена ​​с Му Ваном. Их свадьба состоится через три недели. — О, — сказал Бинхэ, — и скоро Му Ванфэй станет фавориткой? — Весьма, — добавил торговец сахаром с поклоном. Он был рад, что покупатель понял ситуацию. Обратиться к властям он не мог, потому что это бы плохо кончилось, но, по крайней мере, никто не пострадал. Му Ванфэй славилась своей избалованностью и безрассудством.       Бинхэ поблагодарил мужчину за информацию и пошел дальше по рынку, держа Шэнь Юаня на руках. — Бинхэ, — позвал Шэнь Юань, похлопав его по груди, — Бинхэ отпусти меня, теперь я в безопасности… Бинхэ, ты меня слушаешь?       Бинхэ с тревогой посмотрел на него и уговаривал: — Но А-Юань, твой Бинхэ так волновался. Ты же не откажешь мне в этом, правда?       Лицо Шэнь Юаня покраснело, и он прижался к груди Бинхэ. — Я-это-оно! — пробормотал он.       Незамеченный Шэнь Юанем, Бинхэ ухмыльнулся. …       Ужин застал их в здании, смело называвшем себя «Павильоном райских наслаждений». По названию оно напоминало бордель, но на самом деле являлось одним из лучших мест, где можно поесть, если верить уличным сплетням.       Шэнь Юань проигнорировал это, чтобы неспешно отпивать сок из пельменей, пока Бинхэ надулся напротив и ковырялся в еде, словно капризный малыш, которым он и являлся. — Этот Лорд мог бы накормить тебя. Этот Лорд приготовил много еды. Посмотри, они всё пересолили и…       Шэнь Юань прервал его тираду, закатив глаза и произнеся лишь наполовину ироничное замечание: — Мой господин готовит лучшую еду, которую я когда-либо ел, но, может быть, вы позволите этому А-Юаню удовлетворить его любопытство?       Он был уверен, что правильно воспроизвел речевой оборот, и на публике Бинхэ должен был выступать в роли его мужа, поэтому он также был уверен, что обращение «Мой господин» будет уместным.       Он не ожидал, что Бинхэ подавится воздухом. Интернет-гремлин в Шэнь Юане жаждал мести за все те разы, когда Бинхэ так его смущал. Бинхэ явно был неравнодушен к тому, чем бы это ни было, что делает Шэнь Юань. Не то чтобы он до конца понимал, что делает, но всё же он мог это сделать. Он это сделает!       Шэнь Юань скромно доел свои пельмени и похлопал по уголками рта, вызывая в памяти драмы гарема и некоторых людей, которых он видел, чтобы посмотреть на Бинхэ из-под ресниц и мягко попросить, положив руки на колени: — Мой господин не откажет мне в этом… не так ли?       Бинхэ открыл рот, закрыл его, затем снова открыл… и закрыл.       Легкий румянец залил его лицо, и он сглотнул, прежде чем передать несколько кусочков жареной тыквы на тарелку Шэнь Юаню: — А-Юань должен это попробовать.       Его взгляд был прикован к выступлению Шэнь Юаня, а на его губах начала появляться дразнящая улыбка.       Их игру прервал грохот, донесшийся снаружи их личной комнаты, и взволнованный официант, вошедший с выражением стыда на лице. — Уважаемые гости, этот скромный господин с глубоким сожалением просит вас покинуть Лотосовую комнату. Ужин будет оплачен Павильоном Небесных Наслаждений в качестве компенсации, — сказал мужчина, низко кланяясь. Капля пота скатилась по его лицу.       В спешке он оставил дверь приоткрытой, и маленькая рука отодвинула сетку.       Там стояла девушка, похожая на подростка, одетая в роскошный наряд. Нефритовые браслеты на её запястьях звякнули, когда она крикнула: — Освободите эту комнату ради этой ванфэй.       Её взгляд окинул двух человек в самом дорогом зале павильона. Оба были по-своему красивы, но не казались знатными людьми: их одежда была простой, но изысканной, и за ними не следовали слуги. В Сиане мало кто был выше её по знатности, и ей бы сообщили, если бы кто-то из них был в ресторане её брата.       Уверенная в том, что Бай Биюй скоро станет Му Ванфэй, она была удовлетворена своим правом заставить этих двоих предоставить ей эту комнату. Она хотела обедать в единственном лучшем месте, и эта комната «Лотос» была лучшей. Она не хотела обедать в комнате «Пион», которая тоже была забронирована, и уж точно не стала бы брать комнату ниже этого уровня, и уж точно не стала бы обедать в общем зале на первом этаже. — Ну… вы уйдете, или эта ванфэй заставит вас? — сказала она, насмехаясь над ними.       Человек в чёрном смотрел на неё так, словно она была ничтожной, в воздухе витало ощущение опасности. Она отмахнулась от него. С ней было шестеро охранников, что мог сделать этот человек?       Человек в белом схватил мужчину в чёрном за запястье и что-то прошептал ему. Она не знала, что именно. Топчась на месте, Бай Биюй снова спросила: — Немедленно покиньте эту комнату и прежде поклонитесь этой ванфэй. Неужели вы не хотите проявить вежливость?       Мужчины стояли, один в чёрном, высокий и внушительный. Его лицо выглядело… Бай Биюй очистила разум. Она должна была стать Му Ванфэй. Ей не нужно было увлекаться каким-то негодяем, каким бы красивым он ни был.       Её взгляд скользнул в сторону. Тот, что в белом, был ей не по вкусу, но и он был прекрасен. Его черты лица были прекрасны, как цветущий лотос, как резьба на стенах, и столь же прекрасны. Тот, что в белом, снова что-то сказал, встав на цыпочки и шепча что-то на ухо другому. Они стояли слишком близко. Рука человека в чёрном обнимала того, что в белом, за талию.       Бай Биюй покраснела. Обрезанные рукава. Человек в белом положил руки на плечо человека в чёрном.       Человек в черном вздохнул и наконец обратился к ней: — Мы уходим.       Они ушли, не сказав больше ни слова и не поклонившись, но Бай Биюй решила, что проявит благосклонность и оставит это без внимания.       Как только напряжение спало, официанты быстро подошли, чтобы убрать тарелки, убраться и принести новый чай. Она хотела попробовать суп с клецками. Это было новшество в меню. …       Шэнь Юань рассмеялся и сказал: — Она всего лишь маленькая девочка. И еда у Бинхэ всё равно лучше.       Лицо Бинхэ исказилось от гнева, когда он подумал о том неуважении, которое дважды было проявлено к его мужу. Ему не нравилось видеть, как знать смотрит свысока на его А-Юаня, независимо от возраста и ума.       Вздохнув, он сказал: — А-Юань прав.       Это не значит, что ему это нравилось. Слишком много лет на него смотрели свысока, слишком часто он терпел презрение, будучи крестьянином. Это до сих пор его раздражало, эта рана так и не зажила. Он жаждал, чтобы окружающие знали, что он силён, что он лучше их.       Эта рана зарождалась, когда он видел, как другие смотрят на его мужа свысока. Неважно, что девушка была относительно безобидной, мелочная часть Бинхэ не могла удержаться от того, чтобы не засчитать это пренебрежение. А-Юань был гораздо благороднее её. И действительно, его можно было считать таковым. Он был избалованным третьим сыном богатой семьи, никогда не занимавшимся домашним трудом и не имевшим чёрной работы. Он был высокообразован. В этом мире он был мужем Небесного Демона, человека с сильным и благородным происхождением.       Ему в голову пришла мысль, и он, в глубине души, устроил праздник. Это было бы безвредно. А-Юань наверняка это допустит. Никто не пострадает. Вероятно. — Хотел бы А-Юань посетить аукцион? — спросил Бинхэ. Шэнь Юань моргнул от резкой смены темы, но согласился. — Почему бы и нет? — ответил он. Он никогда раньше не был на аукционе, и этот аукцион обязательно должен был быть волшебным.