Выпустить пар

Руслан лежит на диване, расслабленно качая ногой, свесившейся с дивана, в такт ритма песни из его головы. Безмятежно поворачивает голову в сторону Дани, который эмоционально жестикулирует и показывает аудитории очередной скриншот переписки с Братишкиным и другими сливерами, которые за эти несколько месяцев уже успели надоесть как Дане, так и Руслану. Эти месяцы были одними из самых неспокойных времен для Руслана. Пока тот хотел насладиться временем с Кашиным, множество людей бесцельно рушили их маленький мир на двоих. Руслан прикрыл глаза, стараясь держать собственную агрессию в узде. Открыв глаза, он вновь посмотрел на нервного Кашина. Руслан каждый день наблюдал за тем, как Даня борется за справедливость, тем самым разрушая себя еще больше. Руслан неоднократно пытался объяснить ему, что подобные люди, норовящиеся испортить жизнь своему кумиру то ли от сильный любви, то ли от разочарования, будут всегда и стараться добиться этим детям наихудшего исхода — не то, чтобы плохая затея, но бессмысленная. А позже он сидел ночью на полу их общей ванны, обнимая Даню, пытаясь поговорить с ним и успокоить после очередного нервного срыва. Первое время после их случайного примирения было тем, чего Руслан желал с самого первого дня знакомства с Даней. Это было несколько лет назад, когда Даня вновь вернулся в медийку и начал стримить. Руслана не сильно заботила жизнь его уже бывшего друга, от чего он не искал встречи с ним, все уже было сто раз пережевано и выплюнуто, незачем было ковырять старые раны. Но на очередной вечеринке он разглядел в толпе такую знакомую рыжую макушку, а дальше, сам не понял как, они уже во всю болтали и смеялись друг с другом. Со временем они обговорили все свои претензии друг к другу, так и порешали. Никто из них не хотел освещать не публику их перемирие. Даня считал, что это даст «яойщицам» второе дыхание, чего он безмерно не желал, пока Руслан просто не хотел объясняться перед аудиторией, если этого можно было не делать. В тот момент они и решили начать жить вместе, потому что так было удобнее и практичнее, а не потому что в одно утро они обнаружили друг друга в одной кровати после пьяного вечера, в котором Руслан стоял на коленях и лихорадочно цеплялся за Кашина, признаваясь ему в многолетней любви, что эти годы ссоры были худшим временем в его жизни, и он не представляет свою жизнь без Кашина рядом. Так и вышло, неловко, торопливо, но Кашин был действительно лучшим человеком в мире, ведь он не только понял Руслана, так еще и ответил взаимностью. А сейчас его ангела достают какие-то сволочи, мешающие ему жить, от чего Тушенцов не может спокойно насладиться временем со своим любимым человеком, что доводит его до невыносимой ярости. — …он не только подтверждает, но еще и говорит, что у меня хуй здоровый, поняли? Что он прямо сейчас скролит ту самую переписку… Руслан возвращается в реальность, выходя из пучины воспоминаний и понимая, что все это время он неотрывно наблюдал за Кашиным, который продолжал показывать доказательства сливов своей аудитории. Тушенцов уже знал контекст всех переписок, будучи помощником Дани, он лично опрашивал некоторых стримеров, собирая информацию про Глеба и остальных. За все время Кашин стал более открытым и раскрепощенным в отношении Тушенцова, вся эта ситуация сблизила их, потому Даня полностью доверял Руслану и считал его чуть ли не единственной своей поддержкой. А Руслан только наслаждался покорностью и такой бескорыстной любовью Дани. Ему нравилось думать, что в этом мире они одни против всех и вся, и наблюдая за страданиями его парня, он только сильнее убеждался в этом. Но Кашину о его мыслях знать не обязательно, еще подумает, что тот больной ублюдок и бросит его, а лишние драмы в такой момент ни к чему. Психика Кашина с каждым днем расшатывалась все сильнее и сильнее, Руслану по настоящему становилось страшно за его моральное состояние. Чем глубже Кашин рылся в деле, тем хуже ему было, тем кошмары по ночам становились страшнее, тем ночные срывы были длиннее. Вдруг Кашин встал из-за своего стола и направился в ванную, нелепо перебирая ногами и чуть ли не спотыкаясь об собственную ногу. Руслан все еще лежал и провожал Кашина взглядом, не понимая причину такого поведения, но услышав звон стекла об кафель в ванной, будто что-то разбилось, Тушенцов спрыгнул с дивана и чуть ли не бегом отправился в ванну, стараясь не споткнуться об ковер. Забегая в ванну, он видит Даню. Тот яростно моет костяшки рук, из которых течет кровь. Руслан опирается на дверную раму на входе и переводит взгляд на пол, где лежал уже разбитый телефон Дани, а ведь он говорил ему, чтобы тот надел на него чехол, вот теперь придется новый покупать. Даня умывает лицо в раковине и поднимает голову, замечая в зеркале напротив Тушенцова, который стоит за его спиной и смотрит на разбившейся телефон. — Ты блять знаешь, что я понял, помимо того, что тебя интересует разбившейся телефон больше, чем я? — Даня буквально плюется ядом, от чего становилось все некомфортнее. Обычно тот впадал в грусть, но никак не во всепоглощающую ярость. Должно быть, повод был действительно важный. В начале их отношений Руслан при любых срывах парня всегда старался его успокоить, но в один раз он получил кулаком по морде, потому что Кашину надо было «выпустить пар». Естественно, Даня много раз извинялся за свой поступок, но и Руслан начал действовать более аккуратно. Он научился различать срывы Кашина, которые носили разный характер. Иногда его охватывала печаль, при которой ему просто нужен был человек рядом, несколько подбадривающих слов и плечо для слез. Иногда он злился, от чего приходилось держаться в стороне, чтобы не стать его объектом для агрессии и ждать, пока его настроение не поменяется на тоску. За года их дружбы Руслан знал другого, как облупленного. — Я тебя слушаю. — Ты же понял, что еще в феврале все знали человека, знающего поименно всех этих малолетних тварей, но никто не дал мне его контакт и даже не сообщил о его существовании? — Даня повернулся на Руслана и посмотрел тому в глаза. Глаза Дани светились от ярости и горечи одновременно. Он не понимал, чем заслужил такое отношение. Да, возможно, он не был прям коммуникативным стримером. Он не ходил на чужие стрим хаты и не делал совместные стримы со звездами, но на обычное человеческое отношение от других он рассчитывал. Он даже сделал многочасовой стрим, где поведал остальным причину своего отсутствия и просил помощи в ловле людей, которые несколько месяцев подряд портили ему жизнь, но даже с подобными усилиями с ним никто не связался. Дане действительно было, блять, грустно. Но и одновременно с этим он был просто в бешенстве на всех. На стримеров, на сливеров, на своих фанатов. Его раздражало, что у Руслана таких проблем не было, и его раздражало то, что Руслан постоянно был рядом, чтобы помочь. Он чувствовал себя таким жалким. — Ничего святого в них нет, Дань, — Руслан правда не знал что сказать. Он понимал это, но не хотел говорить Дане, что тот не пользуется уважением среди комьюнити. Это бы действительно его расстроило. — Вот знаешь чт… — Даня хотел вновь вывалить всю ярость, но голова больно ударилась об кафель ванны, а в губы уперся болезненный поцелуй, подавивший желание Дани рвать и метать. Руслан сильнее прижимал податливое тело Дани к стене, медленно приподнимая футболку Кашина, проникая холодными руками к животу и бокам парня. От перепада температур Даня вздрагивает, ощущая проникающий холод на теплом животе. Даня руками цепляется за гладкую поверхность кафеля, ноги подводят. Руслан машинально, не отрываясь от поцелуя, хватает ремень парня притягивая сильнее к себе и углубляет кусачий поцелуй. Руслан отрывается от поцелуя, грудная клетка поднимается, пока Даня старается захватить как можно больше кислорода. Тушенцов, не долго думая, обхватывает бедра парня и поднимает того. Машинально ноги парня обхватывают талию Тушенцова, а тот впечатывает Кашина обратно в стену, кусая его шею. Кашин мычит, царапая руки парня. Руслан прижимается своим пахом к чужому возбуждению, начиная тереться об Даню. Даня скользит по поверхности кафеля, ощущая жар тела напротив. Руслан смотрит на красное и довольное лицо парня, переводя взгляд на его ширинку. Роняя Кашина на пол, парень опускается и расстегивает чужую ширинку, собираясь снять и все остальное. — Ай, блять! Тушенцов, стоп! — Руслан затуманенными глазами смотрит на Кашина, продолжая держать свои руки на чужой ширинке. — Чего? — Я…ээ…видео не доделал. — Ты щас серьезно? — Руслан зло смотрит на парня и переводит взгляд на ширинку в намерении продолжить ее расстегивать. — Нет, нет! Стоп! Кашин судорожно встает и подходит к раковине. Тушенцов наклоняется спиной в кафелю и продолжает сидеть на полу, наблюдая за копошениями своего парня. Тот умывает свое красное лицо и поправляет свою мятую одежду, пострадавшую от рук Руслана. — Ты умеешь из меня пар выпустить, за это я тебя и люблю, — Кашин переводит взгляд на парня, который достает из кармана пачку сигарет и закуривает, — и я, блять, говорил, чтобы ты в квартире не курил! Даня выхватывает сигарету, кидает ее в унитаз и смывает. Руслан прислоняет голову к холодному кафелю, прикрывая глаза. Они слишком хорошо друг друга понимают. Он думал о многом. О себе, о Дане, о разбитом телефоне, которые до сих пор лежит на полу… А! Телефон! Руслан распахивает глаза и смотрит на Кашина, который собирался выйти из ванны, чтобы продолжить запись видео. — Так че ты телефон то разбил? — А, ты про это… Ты же в курсе, что сливеры думают, будто я начал встречаться с Ариной, пока она была в отношениях с Дрейком. Это такой пиздеж! — Серьезно из-за этого? Ты же понимаешь, что их главная задача тебя оклеветать? Вот они и придумали это, будто ты начал катить яйца к Арине, пока она была в отношениях. Чтобы еще сильнее опозорить тебя в глазах общественности, типа ты уводишь людей. — Так я не про это, я же с ней даже никогда не встречался. Им легче поверить, что я увожу людей из отношений, чем в то, что я встречаюсь с тобой. Руслан улыбнулся. Слова Кашина не имели никакого смысла, но они все равно вызывали улыбку. — Я не думаю, что кто-то вообще поверит в наше перемирие, пока мы сами об этом не скажем. — Твоя правда. Кашин протягивает руку парню, помогая встать. Впереди их ждет куча бессонных ночей, новых альбомов и срывов, но главное, что они проходят их вместе.