Кхамори

      Мне снилось пространство из белых облаков. Они мягко пружинили под босыми стопами, проплывали сбоку и запутывались в волосах. И пахли сладкой сдобой. Ощущения были такими же непривычными, как и место. Я четко осознавала, что сплю, но воспринимала место отдыхом от надоедливого социума, бродя по облакам и вдыхая сладкий аромат. Женский голос прервал мой покой, когда я уже легла на мягкие подушки и любовалась идентичным видом сверху.       – Так и знала, что найду тебя здесь. Почему-то ты все время выбираешь Белые Грани, хотя Радужные Чертоги, на мой взгляд, гораздо красивее.       Я резко подняла голову, встречаясь взглядом с хрупкой блондинкой. Девушка была во вкусе любого мужчины – миниатюрная, с пышной грудью, белоснежными локонами, широкими голубыми глазами Бэмби и пухлыми розовыми губами. Созданная для имитации «дамы в беде», что так любит противоположный пол. Но вот взгляд – прямой, внимательный, жесткий, совсем не вяжущийся с образом.       – Мы знакомы? – я встала, растеряв всю расслабленность.       – Еще как, – девушка рассмеялась, – только ты не помнишь. Мы взрослеем позже, а ребенок не запомнит ничего здесь. Но теперь мы можем, наконец, нормально поболтать с пополнением.       – Пополнением? – нить разговора начала запутываться, образуя комочки. Однако место начало вызывать смутное дежавю. Белые Грани? Как в Телохранителе для демона?       – Конечно. С тобой. У нас редко появляются новенькие, вся семья уже страшно устала друг от друга, потому в радужных гранях появляемся редко. Думали, сейчас будет повод проведать родные края, а ты чаще сюда сбегаешь. И вот чем тебе Чертоги не угодили?       – С радостью бы ответила на вопрос, понимай я твои слова, – я раздражалась все сильнее, сожалея, что долгожданное одиночество было прервано запутанным диалогом.       – Тц, язва какая. Пойдем, покажу, – девушка открыла проход в радужный мир. В целом, крайне похожий на предыдущий, только облака менее перистые и цветные. Если они и двигались с той же скоростью, то переливы цвета все равно создавали видимость большего движения и рябили в глазах. Девушка изучала мое лицо и, заметив скривившееся выражение, не выдержала. – Ну что не так?       – Слишком навязчиво, – я огляделась и пожала плечами, – и переливы цвета облака зрительно ускоряют. Выглядит беспокойно.       – А вся семья считает Белые Грани слишком скучными, – девушка обиженно надула губки и, скрестив руки на груди, отвернулась.       – Почему тебе это так важно? Сама создавала место?       – Украшала, вообще-то. Создавали Хаос и Свет, – девушка продолжала дуться.       – Я не сказала, что мне здесь не нравится. Можем посидеть тут, если хочешь. – девушка перевела на меня удивленный взгляд и едва заметно улыбнулась, показывая ямочки на щеках. – Расскажешь мне обо всем сначала?       – Привела к нам новенькую, и не сказала? – нас прервал звонкий бас. Обернувшись, увидела высокого мужчину с пшеничными волосами и эффектным загаром – типичный серфер. Мужчина нам улыбнулся, спрыгивая из потока света в облака и сразу устраиваясь средин них с руками за головой. – Дай хоть взглянуть на тебя, – мужчина уставился на меня, рассматривая с ног до головы. – А на лицо что нацепила?       Я только непонимающе переводила взгляд с мужчины на девушку и обратно. Последняя ответила за меня, также устраиваясь в облаках, как в подушках.       – Артефакт, внешность портит, – блондинка скривилась. – Поклонников отгонять.       Мужчина расхохотался. Оглушительный смех отдался рокотом по пространству, сдвигая массивы облаков в стороны от нас. За этим рокотом я так и не смогла расслышать его слов. Кажется, мужчина сказал «так вот, почему ты такая недовольная».       – Зато вот Ненависть счастлива, должно быть. Песня явно ей понравилась. – И девушка засопела, скуксившись и отвернувшись от нас.       – А мне кажется, это скорее Воля оценила. Не зря же она от своих орков и троллей оторвалась впервые за столетие и к людям наведалась. А ты не стесняйся, малышка, давай к нам, – мужчина вернул взгляд ко мне и похлопал себя по коленке. Я со скепсисом подняла бровь на такое предложение и села в облака в отдалении. Настала очередь девушки хохотать на обиженное выражение мужчины. – Я не Хаос, чтоб за сестрицами ухаживать, вообще-то. Тем более ты вообще маленькая еще.       – Вообще-то, – блондинка передразнила мужчину, но вскоре стала кокетливо наматывать локон на пальчик, – уже взрослая. Самое время для женихов.       – Мм, опять учудила что-то?       – И ничего не учудила. Дала ухажерам свое благословение, всего-то. И не смотри на меня так, Свет, – девушка нахмурилась, – нечего было для песни такую мрачность выбирать.       – Извините, что перебиваю, – я не выдержала, прерывая беседу, – но вы не могли бы нормально объяснить происходящее? Кто вы, почему я здесь и где это – здесь?       – С зубами малышка. Может и выдержит, – вместо ответа задумчиво протянул мужчина, когда оба собеседника вернули ко мне внимание.       – Мы могли бы рассказать, милая. Но какой интерес в простых ответах? – девушка инфантильно тряхнула светлыми локонами. – А вот поиск – совсем другое дело. К тому же совместные попытки докопаться до истины так сближают. А ты все бегаешь и бегаешь, так женихи и состариться успеют, пока ты с артефактами копаешься.       – Не скажет, – подтвердил мужчина, пересаживаясь ко мне и заключая мои ладошки в своих, – не последний раз видимся же, со временем поймешь. – мужчина наклонился и сказал на ухо. – Песня была красивой, я люблю необычное, но Любовь обиделась. Она хотела, чтобы ты спела про нее. Теперь не отстанет от тебя, она обожает сводничать.       – И ничего не обожаю. Просто я вижу потенциал. – Любовь от негодования даже ножкой топнула. – Тем более, тут вообще сводничать не пришлось, и так уже все трое влюблены. – блондинка перевела взгляд на меня, на этот раз злой. Ее перепады настроения поражали. – Вот почему ты решила спеть про такую гадость? Где супруги бьют и убивают друг друга? Брак – это же про счастье, уют, единение душ. А ты все извратила!       – Извратила не я, а люди. Нужно было им напомнить, что брак должен быть другим, – от злобного тона я напряглась, но Свет, как его назвала девушка, успокоил, поглаживая мои ладони большими пальцами. – Вот, эээ, именно тем, что ты описала.       Любовь, и теперь я начинала подозревать в ней богиню из книги, начала успокаиваться. Я же решила не прерывать успех и добавила:       – Хочешь, в следующий раз я спою о любви? Если люди вообще позволят мне спеть, а то они скорее в страхе прячутся, – я нервно засмеялась.       – Позволят, никуда не денутся. Только вот петь нужно от души. А как ты споешь о любви, если от мужчин бегаешь?       – Теперь с переездом, возможно, и о любви сможет спеть, – мужчина попытался помочь мне с убеждением девушки.       – А петь обязательно о романтической любви? Может о другой можно? – И пояснила на заинтересованный взгляд девушки. – О любви к себе, например?       Девушке идея понравилась. Она улыбнулась и, подбежав ко мне, поцеловала в щеку сначала меня, а потом и мужчину. Свет улыбнулся, показывая зубы. И в близи я осознала, что мне ранее не чудилось – его зубы действительно были белоснежными и буквально ослепляющими. Я зажмурилась от рези в глазах. Захлопнув глаза от яркого света, ожидаешь увидеть отпечаток на сетчатке и с опущенными веками, но сейчас передо мной была беспроглядная тьма. Тело налилось тяжестью, мысли замедлились до густой патоки. И через мгновение я почувствовала невесомое прикосновение к щеке, а голос над ухом прошептал:              – Элиза, просыпайся. Скоро мероприятия начнутся.              Я открыла глаза, посмотрев на наклонившегося ко мне магистра смерти. Эллохар, в полурастегнутой белой рубашке и черных брюках с улыбкой убрал прядь моих волос за ухо. После вчерашних посиделок я привыкла не только к его ненавязчивым прикосновениям, но и домашнему виду. Однако теперь степень уюта кратно выросла, стоило мне заметить еще мокрые после душа волосы.              – Который, кхм, – я откашлялась, прогоняя утреннюю хрипотцу, – который час?              Мужчина поднял руку, проверяя наручные часы и называя мне время, пока я осматривала комнату. Незнакомая мне спальня с отделкой из темного дерева и красных тканей. Письменный стол с мягким резным стулом, большой шкаф, пара кресел и торшер в углу, две двери. Половину пространства занимала широкая кровать с полупрозрачным балдахином и шелковым постельным бельем, что приятно холодило кожу. Невольно поерзала несколько раз ногами, наслаждаясь ощущением, но замерла под пристальным взглядом принца Хаоса.              – Подождите, десять? Я же опаздываю!              Я вскочила с кровати, не подумав о степени своей одетости. Уже на пути к сумке на столе с облегчением отметила, что ни один предмет гардероба, кроме обуви, не был с меня снят. Из сумки я моментально выудила новый комплект похожей одежды и убежала переодеваться в ванную под насмешливым взглядом мужчины, что просто расположился на подушках с руками за головой. Там же он и оставался, когда я выскочила, возвращаясь к сумке. Вот только расчесаться на бегу к выходу он мне не дал, хватая за плечи и удерживая на месте.              – Рханэ предупрежден, сказал тебе прибыть только к одиннадцати. Позавтракаешь, после я тебя перенесу сразу к арене.              – Нет, вы не понимаете, мне еще до мероприятия надо подго…              – Никуда они от тебя не денутся. Команда вчера получила от тебя указания, просили передать, что все у них в порядке, – я не поверила. Однако демону мои вера или неверие были не важны. Меня взяли за руку и силком потащили прочь из комнаты, по коридору мимо удивленных Рии и Эдвина – видимо, после тренировки, – и вниз по лестнице к знакомой столовой. Там уже сидели трое: хозяин дома, лорд Тьер и Дан.              – Так ты тоже здесь ночевала? И ректор еще говорил, что предпочитает одиночество. А сам, смотри, какую вечеринку закатил, – парень весело мне улыбнулся, игнорируя недовольного Гаэр-аша. Я и сама хихикнула от такой показной обиды. На секунду вспомнилась обиженная мордашка блондинки из сна. Только вот момент для размышлений был неудачный, стоило оставить воспоминание на потом.              Мужчины, не отрываясь от завтрака, поздоровались, причем весьма оригинально. Тьер сказал «темных», Гаэр-аш – «трупов».              – Даа, веселое утро намечается, – я села и, задумавшись, ответила, – трупов и… кошмарных? Так у вас принято?              Племянник императора с улыбкой кивнул, пододвигая мне чайник и тарелку с бутербродами. Вопрос о кофе все нагло проигнорировали, но молоко слуга согласился принести, так что я приступила к утреннему ритуалу. Достала из сумки блокнот для связи с командой, где мы писали план на день и основные заметки. Пока перечитывала новую информацию за утро, занималась матчей под любопытными взглядами присутствующих.              – Это ты отвар пьешь? – мои мысли прервал чей-то голос.              – Ой, Ри, я тебя не заметила. Доброе утро, – мы обе улыбнулись нормальному приветствию в стане некромантов и темных, – да, хочешь?              Разумеется, хотела, она же так скучала по факультету. Так что я показывала ей процесс еще раз, чтобы сделать вторую порцию. Не знаю, что приносило девочке больше удовольствия – сам вкус или ассоциации с домом. Но пили дальше мы обе с широкой улыбкой.              Я же вернулась к работе, теперь уже внося свои заметки. Руки были заняты сборкой сэндвича с ветчиной, сыром, салатом и помидорами, а потому писать приходилось, удерживая карандаш левитацией. Периодически я слишком отвлекалась на внесение пометок и комментариев на поля планов, а стоило моим подключиться к обсуждению в тетради, так и вовсе забыла о еде. Теперь уже вмешался хозяин дома, напоминая о необходимости восполнить силы. Правда забота его была такой же своеобразной, как и у всех некромантов:              – Если будешь забывать есть, отниму тетрадку, – я только недовольно вскинула бровь, даже не поднимая взгляда от тетради. Но есть начала, а потому искренне не понимала, зачем мужчина продолжил. – И сумку.              – Сумку вам забрать защита не позволит, – взгляда от тетрадки я так и не подняла, наслаждаясь образовавшейся тишиной. Теперь контролировать магией письменные принадлежности было легче, и ручка задвигалась быстрее. Пусть почерк еще был не идеален, но такой способ письма сильно экономил время, давая мне возможность спокойно есть, подготавливать материалы для работы, собирать волосы в пучок и в целом разминать затекшие после сна суставы. Я задумчиво оперлась локтями о стол и, покачивая ногой, дописывала мысль в общей тетради, и только тогда осознала, что пауза в диалоге затянулась – все молча смотрели на меня. Я осеклась, ручка без контроля магии стукнулась о стол и покатилась на пол. Почти у самого пола снова перехватила магией предмет и отлевитировала себе в руку, дописывая строчку уже сама.              – Не знаю, чему удивляться больше – контролю магии или твоему резерву. Рок, это же было не заклинание? – Эдвин сидел со скрещенными руками и смотрел на меня с прищуром. От уменьшившихся глаз его нос зрительно стал еще больше.              Заклинание левитации нам показывали на одном из практикумов начальной ступени. Предполагалось, что мы его отрабатывали самостоятельно – работа над артефактами часто требует больше двух конечностей. Вот только Регар почти сразу сказал, что заклинание для слабаков, к тому же сильно сбивает настрой необходимостью говорить. Так что уже много лет левитацию я отрабатывала «сырую». Резерв с Кириэ-Багу был достаточен на несколько минут такой работы, а вот мощнейший Эль-Таим делал мой резерв и вовсе почти мгновенно восполняемым. По крайней мере, скорость пополнения была выше затрат на примитивнейшую левитацию. Но могла ли я рассказать все это без риска выдать свои секреты? Ответ на оба вопроса был тесно переплетен с фигурой учителя.              – Я же артефактор, – мило улыбнуться и захлопать ресницами в духе девушки из сна. Эдвина проняло, некромантов из Некроса тоже. А вот темных не смутила моя актерская игра, но вопросов задавать более не стали.              Лорд Эллохар просто встал и, протянув мне руку, окружил своим пламенем. С первого мгновения на центральной площади работа захлестнула, выметая все сторонние мысли. Только и успела, что бегло поблагодарить лорда за перенос, спешно надевая артефакт связи и говоря команды видимым мне подчиненным.              В отличие от канона, реальные Мертвые Игры были в разы масштабнее и продолжительнее. Соревнования служили поводом для множества других празднеств, что превращало эти несколько месяцев в серию крупных фестивалей. Сегодня был намечен парад магов, для которого набирали лучших адептов из академий магии разных королевств. За восемь часов подготовки мы нашли поломку в трансформаторе, что означало непричастность ШахназХала к происходящему. Тем не менее, Рханэ все равно поддержал идею о проверке участников на артефакты перед боями. Остальная часть подготовки была уже привычной, ведь сегодня от нас требовалось только оснащение площади и защита от магического воздействия на толпу – просто взяли изделия для арены. Мы перепроверили имеющиеся артефакты, поставили двух дежурных во главе курсантов и отправились готовить материалы для следующих дней.              Вернулись за час до начала парада, когда маги уже пришли на площадь для подготовки и предварительного прохода. Наши встали в сторонке, впервые перекусывая булочками за этот напряженный день и с любопытством следя за подготовкой. Я тоже собиралась вскоре приступить к трапезе, спешно внося пометки в тетрадь. К нам вскоре подбежала Ри, заведя разговор с артефакторами – святое дело. Оказалось, все обитатели имения Гаэр-аша тоже недавно прибыли, присоединяясь к нашей компании. Некрос начал болтать с артефакторами, правда скорее из поддержки Риаллин, чем из искреннего интереса – Дан и вовсе умирал от скуки, не находя братьев по духу. Хотя и на его улице наступил праздник, когда к нам подошли Танаэш и Блаэды, с последними рыжий крепко сдружился. Я же не удивилась, обнаружив рядом трех темных лордов.              Мы так и простояли еще несколько минут за светской беседой о проведенном дне и подготовке к мероприятию. Я спросила их об ожиданиях от парада и намеревалась наконец откусить от сдобы, когда нас прервали крики с площади. Ярослава подошла к репетирующему Инару, громко возмущаясь чему-то. Танаэш спешно пошел к невесте, а мы всей толпой заинтересованно бдели. Вот ведьмочка стукнула парня по плечу, толкнула его один раз, второй. Парень закипал и отвечал все резче, параллельно удерживая так и не выпущенное плетение заклинания.              – Не лучшая идея скандалить с боевым магом в разгар репетиции, он же может… – договорить я не успела, ахнув вместе со всеми нашими.              Разъяренный боевик не совладал с эмоциями и выпустил мощнейший импульс. Не в Ярославу, разумеется, поэтому подбежавший с щитом кронпринц зря заволновался. А вот все наши перестали жевать, в шоке смотря на результат удара. Импульс разорвал на кусочки наш свежий трансформатор. Артефакторы холодны и сдержанны, но в этот момент отчаяние накатило на всех, руки с удерживаемыми булочками буквально повисли плетьми. На площади от шока образовалась звенящая тишина, в которой раздался выкрик Деймона.              – Арканэ, блять, – парень из-за частого общения со мной давно перенял ругательство, пусть и незнакомое, и гневно зарычал, – я тебя лично прирежу!              Вся команда молча посмотрела на меня. Я честно пыталась быть достойным руководства артефактором, но в груди что-то сломалось. Зачем я трачу время? Общаюсь с высокомерными магами, избалованными ведьмочками, пытаюсь выделить время для сраных и бесполезных лабораторных. И зачем? Чтобы безголовый боевик в секунду все раскрошил? Чтобы я в свободное время думала, как избавиться от рабской метки? Чтобы подлизывалась к недолюбливающим меня преподавателям из седьмого королевства ради оценки по предмету, который я знаю лучше них? Почему Регар вообще хотел, чтобы я закончила академию, а не сбежала заранее? На этом вопросе меня отпустило – корочка действительно сделает в будущем жизнь легче. Не нужно будет доказывать профессионализм, просто работать. Получу диплом и сбегу. Сначала в леса дриад на недельку. Нет, на месяц. А лучше на полгода. В одиночестве и тишине, красота.              Словить дзен удалось на несколько секунд. Увидев Арканэ, как никогда захотелось кого-то ударить. Гнев отпечатался на лице ледяной маской, от которой боевик дернулся назад, а я услышала в голове хохот. Моргая, в мгновения темноты на сетчатке отпечатывался образ – загорелая блондинка с острым лицом сидит на камнях в абсолютной темноте и смотрит не мигая мне в глаза. Даже не представляю, как я смогла в таком освещении разглядеть тон кожи и цвет волос. Картинка преследовала еще несколько мгновений, пока я собиралась с мыслями. Затем произошло неприятное – необходимость подавить гнев довела до точки, где ненависть перетекала в жалость к себе. Пришлось теперь сдерживать не гнев, а слезы. Помог, как ни странно, лорд Тьер. Точнее не сам магистр, а его выражение лица. Удивление сменилось тревогой, когда мои глаза защипало, и мужчина перевел разъяренный взгляд на Арканэ, пугая намечающимися черными венами на лице. Я успокоилась вмиг, беря магистра за руку в немой просьбе не реагировать. Команды своим я давала уже через секунду под удивленным взглядом темного лорда, что пытался оставить мою ладонь в своей – не позволила.              – Си, Рорх, за материалами. Мун, Дей, Дум в мастерскую у арены, готовьте все для работы, делаем вчетвером. Тэй, осмотри шнуры и провода, сломанные замени. Дол, отключи энергию в сетке и помоги Тэй. Остальные расчищают территорию, потом готовят площадку для нового трансформатора. Кто закончит – идет к нам помогать. Нужно уложиться за полчаса.              Поток мыслей и эмоций, долгий для меня, на деле же занял не больше четверти минуты. К концу моих инструкций артефакторы стремительно разбегались в разные стороны под все еще падающий пепел.              Я же, с грустью отдав нетронутый ужин Каро, направилась к трансформатору в поисках уцелевших деталей, игнорируя виноватый взгляд боевика. Они с Ярославой шли в мою сторону и, пусть и дернулись от моего ненавидящего взгляда, отступать не планировали, начиная поток извинений. Тормозить не стала – мысленным порывом заковала боевика в тиски, сжимая, перекрывая кислород и ставя на колени. Не сбавляя стремительного темпа ходьбы, только чуть удлинила траекторию пути к трансформатору, чтобы, проходя мимо Инара, под вскрик Ярославы с силой влепить парню хук правой. Ярость не позволила мыслить здраво, и я не стала сдерживать увеличенную татуировкой силу – парню сломало скулу, из носа пошла кровь, пачкая мне костяшки.              – Парад нужно начать на полчаса позже. Отвлеки гостей, – причитания Ярославы я проигнорировала и удалилась, отряхивая руку от крови и окрашивая брызгами брусчатку под ногами. Пара капель попала на ботинки подбежавшего кронпринца, что ошарашенно застыл.              – Элиза? Что с тобой? – Танаэш попытался взять меня за руку, но я без слов прошла мимо.              В какой момент подошел Норт, залечивая мне руку, я не заметила. Но заметила его напряженный взгляд, когда целитель накладывал на меня успокоительное заклинание. Не помогло, поскольку я уже была спокойна – удар Инара хорошо прочистил голову.       

***

             Мужчинам было не по себе, причем эмоции накатили еще до фееричного удара Элизой – напряжение родилось от вида слез девушки. Сумей они тогда отвести взгляд от нервного срыва, то заметили бы, какую реакцию происходящее вызвало у остальных. Подошедший министр Рханэ осознал, что загрузил девушку слишком сильно. Танаэш был готов накричать на невесту за опрометчивый поступок. Нортаэш увидел в артефакторе копию Риаллин – девушку, которую вынуждали постоянно бороться, дожидаясь трещин. Трое глав учебных заведений же были в ярости, готовые разорвать незадачливого адепта.              Вот только Рок, быстро совладав с эмоциями и отдавая холодные команды, почти сразу покинула общество лордов. Присутствующие были готовы поверить в спокойствие главы артефакторов ровно до ее взаимодействия с боевиком. В группе магов только Риаллин, как единственная девушка, вскрикнула при виде брызг крови, отлетающих от места удара. Недолгий ступор у мужчин оборвался, когда девушка автоматически стряхнула кровь с кулака и продолжила путь. Министр наконец вспомнил, что ему полагается назначить наказание за нарушение техники безопасности и с криком позвал Арканэ к себе. Чтобы с ужасом увидеть, как адепт, более не сдерживаемый магией, без сознания падает на брусчатку по возгласы остальных участников парада.              Маги помчались к месту происшествия – бежали, левитировали или переносились пламенем, – чтобы оценить происходящее и помочь. Магического воздействия не было, оказались обычные последствия от удара по лицу. Рханэ смог назначить наказание через несколько минут, когда присутствующий рядом урожденный высший целитель подлатал адепта. Вот только ни министр, ни команда Танаэша не заметили того, что стало очевидным для знающих Норта. Жители имения Гаэр-аша отметили шокированный взгляд Дастела при оценке повреждений.              Глава Некроса дождался ухода министра, чтобы придержать родственника и расспросить подробнее уже при своих.              – Что ты увидел? – настойчиво спросил ректор, а темные лорды не давали целителю увильнуть.              – Повреждения, сильные, – парень не договаривал.              – Насколько? – стоило лорду Тьеру включить свой тон для допросов, как некромант, побледнев, сдался. Впрочем, вся команда Некроса в этот момент ощущала схожие чувства к первому мечу империи.              – Сломаны скула и нос, выбиты несколько зубов, вывих челюсти и сотрясение.              – Как это возможно от одного женского удара? – Эдвин озадаченно провел рукой по ежику волос.              – Понятия не имею. Невозможно, – Дастел развел руками, – но больше я ничего не увидел. Может, артефакт?              Ответить ему никто не мог. Все перевели взгляд на Элизу, что подхватила несколько деталей из кучи мусора и побежала в мастерскую. За вечер девушку они видели крайне редко и все время с расстояния. Только магистр смерти обладал более подробной информацией, что ему стабильно передавали адепты, приставленные к девушке для наблюдения и охраны.              Подойти и поговорить лорды смогли только к середине парада. Рок, как и все артефакторы, игнорировала мероприятие. Пятнадцать человек с лицами не свежее умертвий собрались в стороне от толпы для обсуждений. Беседа шла медленно, артефакторы были истощены хроническим недосыпом и часами изнурительной работы. Беседа регулярно прерывалась на осмотр территории и диагностику артефактов. Спустя четверть часа разговор стал подходить к концу, и лорды понадеялись, что смогут, наконец, увести девушку поужинать без работы.              – Пойдем, тебе нужно отдохнуть.              – Нет времени. Нам до завтра нужно сделать нормальный трансформатор, – и, прежде, чем кто-либо успел сказать хоть слово, девушка ушла в сторону таких же измотанных артефакторов. Оставив двоих дежурных, команда побрела в сторону мастерской, обсуждая необходимость в дополнительном уровне неагрессивной защиты.              Оторвалась от работы девушка только один раз, когда Даррэн подошел и без слов вручил ей свежую булочку. Девушка не поблагодарила – распахнутые глаза покраснели, и мужчина осознал, что девушке просто сжало горло спазмом. Магистр смерти только с улыбкой стер с щеки единственную слезу и удалился.              К середине ночи девушка не вернулась, заставляя шестерых неспящих мужчин изрядно понервничать.              – К бездне, я переношусь, – Риан вскочил с дивана в кабинете Гаэр-аша, направляясь к выходу.              – Ты не знаешь, где она конкретно, – Артанаэш, перешедший с племянником темного императора на «ты», раздраженно стучал ботинком по полу.              – Найдем, если я тоже перенесусь, – директор ШИС тоже встал, однако портал решил открыть прямо в кабинете. Впрочем, хозяин дома не возражал. Дальнейших слов не было, ибо принц Хаоса не собирался рассказывать о слежке над Рок мужской части команды Некроса. Только вот удержать от переноса трех некромантов темные не смогли – те проявили неожиданную и раздражающую настойчивость в желании помочь в поисках.              Помощь не потребовалась. Хеарин мгновенно ответила на зов директора, сообщая расположение кабинета. Сложнее было пройти незамеченными – пятнадцать спящих артефакторов заняли все горизонтальные поверхности в помещении, и только сноровка опытных бойцов позволила шестерым магам пройти вглубь мастерской, никого не задев. Главу они обнаружили на ковре, свернутую калачиком, чтобы уместиться под небольшим свитерком, и положившую голову на сложенные вместе запястья. Складка между бровей так и не сошла с момента уничтожения первого трансформатора много часов назад.              Тьер собирался переместить девушку и уже было наклонился за ней, но рука легла на плечо. Под пятью вопросительными взглядами Эдвин отрицательно покачал головой, показывая, что девушку не стоит уносить. Лорды принимать такой расклад не хотели, даже Дан возмущенно засопел, чуть не разбудив парня поблизости. Харну пришлось едва слышно прошептать:              – Капитан остается с командой.              Одной фразы было достаточно, чтобы все, кроме Дана, поняли. Мужчинам доводилось вести за собой подопечных – не только в мирное время, но и в боях. Только темным лордам пришлось помочь пересилить себя, а потому адепты Некроса осмелились взять мужчин за плечи, уводя в сторону. Но, прежде чем уйти, глава Некроса остановился в пол оборота к девушке и задумался. Игнорируя поторапливание остальных, мужчина снял с себя мундир и укрыл девушку, слегка переворачивая с одного бока на другой, чтобы подоткнуть ткань между ней и полом. Все шестеро замерли, не в силах отвернуться. Сначала от разгладившейся морщинки и женской улыбки, нарисовавшейся с первым прикосновением к ткани, затем от того, как девушка потерлась щекой о мундир, вдыхая запах на воротнике. И, наконец, присутствующие отметили, насколько серьезной была разница в размерах самих мужчин и Элизы, если девушка с легкостью могла укрыться с практически прямыми ногами под их верхней одеждой.              Раньше все шестеро понимали, что достоинства характера позволяют игнорировать внешность Элизы. Но в этот момент они и вовсе забыли, что девушка перед ними считается некрасивой.       

***

             Проснулись мы тем утром ужасно. Болело все – тело затекло от неудобного места ночлега, пальцы сводило от усиленной работы, шеи ломило от долгого сидения без движения, координация от недосыпа была у всех на нуле, и мы постоянно спотыкались или задевали плечами косяки. У меня, ко всему прочему, раскалывалась голова. Всю ночь я сидела на камне рядом с той блондинкой во тьме. Она продолжала хохотать, своим скрипучим голосом прорезая уши каждую секунду этой длинной ночи. Сны последнее время становятся все странноватее и странноватее, вот только времени обдумать ситуацию не находится. Единственной приятной нотой утра был темно-синий мундир со сногсшибательным запахом Гаэр-аша. Не выдержала и надела его на себя, сонной команде все равно было плевать на происходящее.              Я распустила всех до полудня, приводить себя в порядок перед подготовкой к новому параду – на этот раз участников игр со своей нежитью. К концу моих слов показалось голубое пламя с магистром смерти. Мужчина протянул руку и предложил перенести в имение. Даже не задумалась над тем, как лорд Эллохар так быстро узнал о моем желании отправиться в дом. Молча кивнула и шагнула уже в столовой, садясь за стол все в том же мундире. Мужчины только понимающе улыбнулись, пожелали, как ни странно, доброго утра и придвинули завтрак.              – Элиза?              Каша выглядела мягко, как подушка. Если упаду в нее лицом, будет удобно поспать? Хотя нет, дышать же не выйдет. И края тарелки будут врезаться в лицо.              – Элиза.              – Ммм? – Я не нашла в себе сил оторвать взгляд от овсянки, думая об очередном дне на работе и пытаясь собраться с силами.              – Чего бы ты сейчас хотела?              Я продолжала буравить взглядом овсянку. Сил начать есть все еще не было, руки и пальцы ломило от любой попытки потянуться за ложкой.              – Что? – я осознала, что уже давно не отвечаю. Осознала также, что вовсе забыла вопрос, а потому только медленно подняла взгляд на Дана. Кажется, это он спрашивал, судя по прямоте взгляда.              – У тебя день тяжелый был. Может есть что-то, чего тебе бы хотелось? Знаешь, чтобы поднять настроение, – парень мягко улыбнулся. Невольно ответила тем же, умиленная заботой.              Однако ответа на вопрос я не знала. В голове роились мысли о всякой мелочевке, которую обычно хотят девушки, но ничего не радовало. Так что я просто пожала плечами и отрицательно покачала головой. Ничего не хочу, я просто устала. А вот и ответ.              – Выходной, – я вернула взгляд на тарелку, пытаясь протянуть руки к ложке. Пальцы не слушались, и ложка шмякнулась в тарелку.              Первым порывом было спрятать лицо в ладонях, но идею отмела. Руки болят, да и внимание привлечет. А потому я только устала прикрыла глаза. Не подумала только, что шестеро мужчин и так на меня смотрели. Нортаэш подошел поближе, залечивая руки. Эль-Таим израсходовал запас энергии за этот период напряженной работы и сейчас копил энергию для исцеления не смертельного ранения, а татуировка пошаливала со злополучного сна. Я благодарно улыбнулась Дастелу и принялась за завтрак, когда подал голос глава Некроса.              – И о каком формате выходного мы говорим?              – Плевать. Просто день в одиночестве и без обязанностей, – овсянка оказалась пресной, так что я потянулась за медом и фруктами в качестве добавок. Мужчины от вида моего блюда только поморщились. Мужланы. – Сахар не для бравых воинов, так?              Диалог продолжали уже с улыбками.              – И как ты обычно проводила выходной в такой ситуации? Не считая стандартного «запереться в мастерской и клепать артефакты», конечно, – Даррэн пододвинул мне блюдце с латтом и кивнул на кашу. Спорить с предложением смысла не видела, добавляя кусочки в тарелку.              – Уходила на природу, обычно за город. Сложно сказать, выходные вне мастерской я нечасто провожу.              – Тогда у меня есть идея. У нас же есть еще пять часов, верно? – я кивнула лорду Тьеру. – Только вот одиночество обещать не могу, там опасно без охраны. Но природа замечательная, и озеро отлично восстанавливает силы.              Кажется, я знаю, о каком озере идет речь. Не я ли недавно говорила, что хочу к дриадам? Эльфийские леса очень похожи по свойствам, хотя бы час в подобном месте сильно мне поможет. На мой вопрос о месте магистр подтвердил догадку, речь действительно об эльфийских территориях.              Переносились мы вчетвером – Некрос лорды нагло проигнорировали, как и их желание отдохнуть. И плевать, что идея изначально принадлежала Дану. Место оказалось замечательным. Лазурное озеро, белый песок на берегу, зеленые луга на дальнем краю озера и живой лес сзади. Даже без купания место придавало бодрости, а шепот деревьев из-за спины вымывал скрипучий смех моего сна. Погода была жаркая, вынуждающая снять мундир и с желанием смотреть на водную гладь. Лорды мое желание поддерживали, разуваясь и скидывая свои мундиры и запонки. Я не стала медлить, избавляясь от свитера и ученических туфель, но на белой рубашке замерла.              – Вы не могли бы меня перенести обратно на пару минут? – на вопросительный взгляд добавила. – Хочу рубашку сменить на темную. – вопросительный взгляд не пропал, так что пришлось пояснить. – Светлая ткань, вода. – ноль понимания. – Будет просвечивать.              До лордов дошло, вот только понимание сопровождалось хитрыми улыбками. Улыбки стерлись, стоило мне заявить, что без этого вообще в воду не пойду. Но результат оказался еще хуже. Лорд Тьер подошел и, глядя мне в глаза с высоты своего роста, медленно расстегнул рубашку. Черную. Снял, протянул смущенно отвернувшейся мне теплую ткань и кивнул на ближайшие кусты.              – Там безопасно, можешь переодеться, – соглашаться на такое предложение не собиралась ровно до следующих слов темного, – иначе прямо сейчас в воду кину.              Ткань я под самодовольной ухмылкой вырвала из рук и недовольно побрела к кустам. И вот дилемма – стеснение, что все-таки присутствовало в отношении этих трех мужчин, вынуждало отвернуться и не смотреть на них. С другой стороны, то есть буквально на спине, имелись татуировки, что требовалось скрыть. Итог – стою лицом к мужчинам и краснею, хотя ниже подбородка лорды меня не видят из-за кустов. Но и самой ситуации им хватило, чтобы довольно смотреть мне в глаза. А вот мне, по их мнению, ситуации было мало, потому что главы ШИС и Некроса, не прерывая зрительного контакта, тоже стали расстегивать свои рубашки. И вот их расположение открывало мне отличный обзор. Я выдержала только двадцать секунд этой неспешной провокации, отведя взгляд при первых показавшихся кубиках пресса. Мужчины же явно наслаждались победой – я не смогла удержать взгляд на их лицах и в конце невольно опустила глаза ниже. Разумеется, густо краснея при этом – отвар я пила больше суток назад и в уменьшенной дозировке.              Рефлексы из немагических времен прошлой жизни сыграли злую шутку – я без задней мысли сняла лифчик, чтобы избежать намокания. Забыла, что могу плавать в нем, а потом просто перенестись в комнату для переодевания. Щелчок застежки мужчины уловили мгновенно, возвращая внимание ко мне. На этот раз без улыбок, только пристальный, жадный взгляд. Лорды не обратили внимания на мою попытку промямлить объяснение и не позволили вернуть все назад – Артан подошел, выхватил белье, бросил его к моему свитеру и, перекинув через плечо, унес в воду.              По дороге некромант расспрашивал Риана об этом месте. Шедший рядом мужчина начал подробно описывать местонахождение озера. Вот только с направлением границ, по мнению Эллохара, напутал. Так что я продолжала висеть на плече, пока Гаэр-аш слушал спор двух темных о расположении ближайших клановых земель. Я чуть сдвинулась, пытаясь слезть – не дали, удерживая рукой за поясницу. Я поерзала сильнее – меня, не задумываясь, вернули на место, от чего рука соскользнула под рубашку, прикасаясь к коже над брюками. Дискомфорт от упора животом в немягкое мужское плечо сменился теплом от поглаживания голой кожи. Артан же игнорировал происходящее, все внимание уделяя диалогу.              – Кхм, – ладонь некроманта все еще поглаживала поясницу, а потому кашель вышел достаточно сиплым, – можно мне уже в воду? А вы продолжайте спорить.              Лиц я не видела, все еще повернутая к лесу передом. И к лордам задом, так что возникшему молчанию не удивилась.              – Смотреть в глаза надо, – да, я язвлю.              Гаэр-аш открыто рассмеялся, невольно подтверждая мою догадку. От возникшего шума и сильной тряски я с трудом расслышала слова магистра смерти.              – Брюки лишние, плавать неудобно будет, – в тоне явно слышалась издевка.              – Потерплю. Не вам же плавать. Меня пустят в воду или как?              – Потерпи, – глава Некроса успокоился и поправил меня на плече. Тут ил на дне, хочу отойти подальше.              – Плевать на ил, у вас плечи жесткие, на животе больно лежать, – еще раз поерзать на этих словах мне не дали. Зря вообще это сказала. Мужчина снял с плеча и переложил на руки, и теперь я могла видеть ту же картину, что и остальные. Озеро, что сейчас было по колени, луга и зашедших дальше в воду темных. Эллохар поближе, вода только перешла выше коленок по причине крайне высокого роста мужчины. Тьер – в восьми шагах, вода уже превысила край брюк, и я, краем сознания отмечая ямочки на его пояснице, задумалась о температуре. По лорду было не понять, холодная ли вода – реакции все равно никакой.              – А вода не холодная? – я не выдержала. Все же этот спонтанный отдых должен был быть расслабляющим.              Щеку защекотало дыхание, когда мужчина выдал мягкий смешок. Аналогичная реакция была и у принца Хаоса.              – Отличная, не переживай, – Эллохар мне подмигнул.              Гаэр-аш же остановился, задумавшись. Движение возобновил секунд через десять, когда оба лорда впереди уже начали плыть.              – Теплая, –заключил некромант, – только дно прохладное.              Некромант замер, стоило воде достигнуть пояса и коснуться кожи. Одно из плеч лорд понизил, чтобы мои стопы расположились ниже, предлагая попробовать воду на коже.              – Действительно теплая, – я улыбнулась. Шли дальше с улыбками.              Мы остановились, когда вода была обоим по грудь. Слезть с рук я больше не просила, и так было хорошо. Мужчина тоже не стремился прерывать контакт. Я опустила взгляд и, завороженная, зачерпнула воды в ладонь, чтобы окончательно пропасть – то, что со стороны выглядело прозрачной жидкостью, на деле было массивом довольно крупных прозрачно-лазурных песчинок. Однако я понять не могла, как подобие песка могло в точности повторять свойства воды. А повторяло ли? Руки зачесались от желания изучить явление подробнее и использовать новшество на артефактах. Шестеренки зашевелились, перебирая идеи для творчества, а глаза метнулись к берегу в надежде отыскать свою сумку. Как назло, та осталась в седьмом королевстве.              Кажется, лорд Тьер предвидел такую реакцию, потому что уже подплыл ближе и мягко отпустил мою ладонь под воду, вынуждая прекратить изучение.              – Выходной, помнишь? – на мое обиженно-возмущенное выражение лорды только усмехнулись. Лорд-директор академии проклятий поспешил успокоить. – Потом перенесу еще столько раз, сколько попросишь. Но сейчас без мыслей о делах, согласна?              Мужчина наклонился ко мне ближе, убирая прядь волос от лица. Глаза действительно были завораживающими – беспросветная тьма с едва заметным алым огнем в глубине. Настолько крохотным, что заметить можно было только с такого интимного расстояния. Момент захлестнул надавливанием ладоней Гаэр-аша и дыханием Тьера на моем лице. Я пропустила суть вопроса, только помнила, что от меня просили согласия на что-то. Медленно кивнула. Бессмертный пусть и был удовлетворен согласием, отстраняться не спешил. Ладонь, что убирала мой локон, пальцами защекотала скулу, спускаясь ниже по щеке, плавно очерчивая губы, чтобы в итоге остаться на подбородке и надавливанием приподнять мое лицо. Черные, как само темное искусство, глаза перестали следить за движением пальцев и встретились со мной взглядом, медленно приближаясь и заполняя собой пространство вокруг.              Резкий вскрик какой-то птицы на противоположном берегу вынудил дернуться, отрывая лицо от пальцев магистра. Как в сопливой мелодраме, когда хотят добавить напряжения в отношения между героями. Я же, придя в себя, надавливанием на плечи Гаэр-аша приподнялась с его рук, спрыгнула в воду и отплыла в сторону, пряча раскрасневшееся лицо. Не помогло – пылали не только щеки, но и все тело. Теплая, как парное молоко, вода едва ли спасала положение, но я попыталась. Плавно опустилась ниже, погружая голову под воду и наслаждаясь тишиной, и почти сразу же поднялась обратно, запрокидывая голову, чтобы при выныривании волосы убрались назад. Помогла не столько вода, сколько задержка дыхания и возможность не видеть трех полуголых мужчин хотя бы секунду.              – Где училась плавать? – вид на луга частично закрыл лорд Эллохар.              Ответ «в прошлой жизни» не принимался, а наплести про озеро на летних каникулах не могла – магистр чувствовал ложь.              – Само как-то, уже не помню, – и поспешила отвлечь собеседника, – а вы?              – В Хаосе, в реке в одном из доменов. Наставник решил, что плотоядные рыбы станут отличным стимулом к учебе, – мужчина улыбнулся и жестом пригласил поплыть к противоположному берегу озера. Беседу вчетвером вели уже на пути туда.              – Это в смысле «плыви или умри»?              – Именно.              – И как, сработало? – я ехидно посмотрела на магистра и удостоилась веселого оскала.              – Ну я же здесь, вроде еще жив, если это не счастливое посмертие.              – Здесь, конечно, красиво, но для счастливого посмертия слишком однообразно, – гребла я гораздо медленнее мужчин. Они не торопились, но и постоянно подтормаживать было неудобно.              Тогда директор ШИС подплыл, взял за руку, отвернулся от меня и потянул руку вперед, чтобы я корпусом врезалась в его спину. После он обвил себя моей же рукой поперек груди, расположил ладонь в районе сердца и со словами «держись» начал плыть не в пример быстрее. Чтобы от скорости меня не сносило в сторону верхней руки, пришлось взяться второй ладонью за ребра мужчины. Вот только размер грудной клетки не позволял полноценно уцепиться, и я при очередном гребке случайно смесила ладонь на живот демона, мобилизуя всю свою волю, чтобы не начать ощупывать кубики пресса. Я прекрасно помнила, как в книгах Звездной прикосновения к животу назывались крайне интимными и демонстрировали нешуточное доверие. Недовольства своей вольностью за лордом не заметила. Наоборот, пусть я и не могла видеть его лица, щеки весьма характерно напряглись, как при широкой улыбке.              – Однообразие разбавить в наших силах. Так что ставить крест на этом месте я бы не стал, Элиза.              Ответить я бы при всем желании не могла. Речевой процесс у магистра сопровождался регулярным сокращением и расслаблением мышц кора, а потому прочувствовать движение пальцев по кубикам я могла без труда. Едва ли я улавливала нить рассуждений, стараясь отогнать сотни мыслей сразу: о перекатывающихся мышцах, о прижимающейся к мощной спине груди без прикрытия бельем, о необходимости держать дыхание ровным, несмотря на одурманивающий запах кожи. Магистр, зараза такая, настрой уловил, как и причину моей реакции. И завел разговор с мужчинами о жестоких тренировках и безнравственных методах обучения. Я попыталась отцепиться от мага, чтобы доплыть остаток пути самой, но мне не дали. Мужчина перехватил обе руки и, продолжая прижимать к своему телу, заскользил по своей коже, намеренно усиливая мою хватку. Мое подсознательное желание получше ощупать мышцы было исполнено самим лордом, не оставляя мне простора для фантазии; тело сильнее прижалось к его спине, лица приблизились, и от увеличившегося напряжения я судорожно выдохнула магистру в плечо.              – Осторожно, – я завороженно следила за шепчущими губами, – не ослабляй хватку, почти приплыли.              Как течная кошка, голова сходит с ума. Остаток пути я старалась отвлечь внимание. Вода быстро проносилась сбоку, плеск умиротворял, а берег качался вверх и вниз от движений магистра. Белоснежные волосы, сейчас распущенные, в воде окрашивались в лазурный. Обычно прямые от движения в воде, перед очередным гребком локоны ослабляли натяжение и щекотали мои руки и шею. Легкая щекотка расслабляла, и я неосознанно начала ждать каждого мгновения без движения. А потому, когда гребки прекратились вовсе, я только обрадовалась, что теперь волосы могут спокойно парить в водной невесомости. Мы простояли так еще несколько минут, прежде чем я заметила, насколько сильно стало биться сердце под моей правой рукой. Настолько мощно, что рука дрожала от каждого удара. Не знай я, что сердце принадлежит даже не темному лорду, а высшему демону, сейчас бы начала подозревать. Спешно отодвинулась от лорда, не желая провоцировать дальше.              На берег мы не выходили. Лорд Гаэр-аш первым заметил шевеление в камышах у берега. Спустя несколько минут я только беззвучно хихикала. Беззвучно, поскольку трое магистров недовольно на меня шикнули за лишний шум. Дело в том, что в кустах они заприметили силуэты семейства вицек. Вицкой здесь называли волшебного зверька. Внешне напоминал коричневого хорька, что обитает у магически насыщенных водоемов. Я о них знала только из уроков материаловедения – шкуры являлись феноменально дорогими, поскольку добывались только браконьерами и в ограниченных количествах. Специфика волшебных лесов, что нападали на злоумышленников. Не упрощался процесс охоты и способностью зверьков к телепортации в момент опасности, а вицки были чрезвычайно пугливы.              Последнее свойство было также причиной того, что все лорды видели существо только на картинках и сгорали от любопытства. Главное, чтобы не буквально – я не готова сидеть в кипящей воде.              Лорды снова на меня шикнули, медленно окружая заросли камыша. Живность тут была не пуганная – стрекозы, лягушки, даже птички норовили присесть на чрезмерно плавно двигающихся мужчин. Я и сама отслеживала их перемещение только благодаря обостренным татуировкой чувствам. Маги сосредоточились на цели, игнорируя все раздражители, включая сидяющую у них на головах летающую живность. Чтобы не спугнуть своим хохотом добычу, я перевела взгляд в сторону и увидела сидящего на валуне коричневого хорька.              Можно было не сомневаться, что это та самая вицка. Зверек встал на задние лапки и маневрировал верхней частью тельца, чтобы получше разглядеть незваных гостей. В длину зверек был не больше моих предплечья и ладони, с гибким станом, крошечными лапками и абсолютно очаровательной мордочкой. Как можно осмелиться убить такое создание? Очень хотелось показать ему, что опасности я не представляю, и подойти погладить.              Я помнила, что место живое, а потому природа здесь являлась одним цельным организмом – непередаваемое чувство абсолютной гармонии, но крайне заметное. Все вокруг передавало схожую энергию с лесами дриад. Я вспомнила то чувство единения с великой природой, будто лес, земля, даже само небо становились ликами Матери, что с любовью укрывала тебя от тревог и невзгод. Помню, как я лежала тогда на поляне в последний день перед пересечением границы. В небе начали скапливаться небольшие облака, обещающие перерасти в летний ливень. Солнце припекало кожу, а прохладные травинки стирали дискомфорт свежестью, накапливаемой от легкого ветерка. Мне на нос села бабочка, ознаменовав появление эйфории и легкости – я стала воздушным шариком. В этот же момент я была уверена, что из моей спины выросли корни, переплетаясь с общей сетью деревьев. Только эти крепкие жилистые корни не давали шарику улететь в небо вслед за бабочкой. Тогда мне показалось, что деревья начали шептать. Я была уверена, что то было обманом перегретой головы, ведь после я ни разу не замечала подобного. До сегодняшнего дня в этом живом лесу. Может, настолько громко деревья могут шептать только в подобных местах?              Я воссоздала ощущение из земель дриад, мысленно пуская незримые корни вокруг. Путы шли через воду, щупальцами оглаживая дно, когда я подплывала ближе к валуну. Зверек только заинтересованно наклонил голову вбок. Между нами расстояние вытянутой руки. Я протянула ладонь, давая существу принюхаться. Тот дернул носиком пару раз и сделал пару шагов вперед, позволяя прикоснуться.              Шерсть была самой мягкой, что мне доводилось трогать. Пушистой, наэлектризованной магией, переливающейся искорками. Я почувствовала, что передо мной мальчик. Молодой еще, энергичный и бесстрашный. Он пошел на поводу у своего любопытства, прямо как темные лорды. Сбежал от родителей, что сейчас прятались в камышах и переживали за своих детей, пока их сын пытался разглядеть незнакомцев с более удобного ракурса. Он бы так и сбежал обратно, но я успокоила. Ему нравилось есть мелких рыбок, обязательно серебряных, те вкуснее и имели больше интересных косточек. А вот родители обычно приносили коричневых – знакомый цвет меньше пугал. И вместе мы выяснили, что ему нравятся почесывания щечек и макушки – их тяжелее всего достать задними лапами.              Семейство вицек услышало хруст ветки под ногой Тьера и слиняло. Мужчины цокнули и развернулись к берегу, чтобы все-таки выйти на луг и посидеть вчетвером. Вот только Элиза была не там, а сместилась чуть дальше, повернувшись спиной к раздосадованным лордам и рассматривая что-то на валуне.              – Что там у тебя? – мужчины подплыли ближе, но девушка не реагировала.              Замерев, чтобы убавить шум воды, магистры услышали, что девушка что-то бормочет.              – Ты мой маленький. Не чешут тебя тут, да? Бессовестные. И вот тут почешем, и за ушком. Опять между лопаточек почесать? Конечно, мой хороший, все, что захочешь.              Идиллия прервалась, стоило троим горе-охотникам подплыть ближе. Немая сцена: девушка со зверьком стремительно обернулись на плеск, пугаясь от внезапного раскрытия, а мужчины, в свою очередь, замерли, шокировано уставившись на счастливую парочку. Но вот легендарная вицка вспрыгнула на девушку, перебежала на ближайшее к лордам плечо и зашипела.              – Неправильная какая-то вицка. Те телепортируются, а не нападают.              – Лорд Эллохар, – я недовольно прикрыла зверька рукой, ограждая от мужчин, – вот зачем оскорблять? Ему обидно, между прочим.              Зверек недовольно пискнул, прижимаясь мордашкой к моей щеке. И поспешил укрыться в вороте моей рубашки, когда мужчины попытались приблизиться. Только две глазки-бусинки выглядывали из-за черной ткани. Лорды не остановились, только подходить стали более осторожно.              – Он не укусит? – Гаэр-аш недоверчиво уставился в вырез моей рубашки.              – Не должен, – лорд Тьер тоже опустил глаза, еще и руку протянул. Из-под одежды раздалось шипение и мне пришлось успокоить зверька.              – Не бойся, дружок, – я засунула руку в вырез, чтобы почесать одну пушистую макушку, – дяди тебя не тронут. – я перевела суровый взгляд на мужчин. – Не тронут ведь?              – Не тронут, – Эллохар воспользовался успокоением вицки и подошел почти вплотную, протягивая ладонь к вырезу, а после ехидно добавил, – если ты больше не будешь называть нас дядями.              – А что вы сейчас делать собрались? Забирать его не советую. – смерила всех троих подозрительным взглядом. Мужчины же и бровью не повели, даже не заметив моего выражения лица. Лорды только с любопытством смотрели в декольте, образовавшееся от необходимости расстегнуть пару верхних пуговиц для удобства прохода вицки.              – Дать понюхать ладонь и погладить, если разрешит, – тон принца Хаоса оставался таким же спокойным. Тьер и Гаэр-аш согласно кивнули.              Агрессии или желания навредить я за мужчинами не заметила, и зверек почувствовал мой спокойный настрой, высовывая мордочку из выреза. Мне приходилось придерживать его двумя руками – одной снизу, чтобы зверек не цеплялся за мое тело, второй сбоку, чтобы рубашка не оттягивалась от тела, открывая неприличный вид.              Зверек благодушно воспринял сначала магистра смерти, а после и всех присутствующих, подставляясь под глажку, но не вылезая из моей рубашки. Лорды так и склонились, почесывая зверька и обсуждая свойства и характеристики. Только Эллохар не участвовал в беседе. Если я открыто умилялась зверькам, то Даррэн чуть ли не топил животное в сюсюкании, придумывая сотню милых прозвищ и концентрируя внимание только на питомце. Я бы приревновала, но сам факт такого открытого директора Школы Искусства Смерти шокировал и умилял. Риан и Артан продолжали беседовать о своем, а я откровенно залюбовалась демоном, что в Хаосе именовали Смертью.              Вскоре Хорхе, как я назвала зверька, лизнул протянутую ладонь главы Некроса, ненадолго окрашиваясь в белый. Как я поняла, так срабатывала подпитка от магической воды. Однако некромант во время моих размышлений подумал о другом – Хорхе банально захотел пить. Пока мужчина поил вицку под нашими заинтересованными взглядами, в камышах снова раздались шорохи. Хорхе посмотрел на кусты и исчез в портале, чтобы через минуту вернуться в компании еще трех вицек – одной девочки сверстницы и двух совсем маленьких мальчиков, чья шкурка еще не потемнела от возраста, оставаясь белой.              – Пару и детей показывает? Приятно, – лорд Тьер поправил ворот пока что моей рубашки после пребывания зверька.              – Нет. Это сестра, – я указала на взрослую вицку, – и два младших братика. Родители боятся приближаться.              Вместо того, чтобы познакомиться с другими членами семьи, лорды внимательно посмотрели на меня. Неотрывно и пристально. На мой вопрос они только покачали головой, мол «ничего», и вернулись к юным зверькам. Родители позвали их обратно через десять минут, но до тех пор мы все игрались с вицками – я и Эллохар почесывали, соревнуясь в милых прозвищах, Тьер и Гаэр-аш – создавали магией водные потоки, на которых дети могли покататься. Родители осмелились показаться, чтобы позвать детей с собой, но подходить так и не рискнули.              Мы же после радостного знакомства отправились передохнуть на берег, где улеглись на траву ближайшего луга. Тьер открыл портал в императорский дворец, а точнее на кухню. Прислуга там уже явно была привычна к подобным запросам – обед на четверых передали через огненный портал за две минуты. Магистры возобновили беседу о радикальном обучении, делясь историями из детства и сравнивая их с подходом к современным адептам. Показательным был даже пример с обучением Эллохара плаванию.              Лучшей частью этого обеда была ненавязчивость. Меня не пытались втянуть в беседу, не наседали с необходимостью есть и не донимали лишними прикосновениями. Включали в разговор, если проявляла активность, и оставляли в покое, если мне надо было пополнить социальную батарейку. Последнее происходило гораздо чаще. В большинстве случаев я любовалась видами, фоном слушая беседу и поворачиваясь на самых любопытных моментах, от чего ловила добрую улыбку говорящего.              В какой-то момент вместо природы стала наблюдать за подошедшей саламандрой голубого цвета в зеленую крапинку. Кажется, это водная, что не удивительно для данной местности. Начала ее подкармливать овощами из салата, периодически поглаживая. К концу нашего импровизированного пикника саламандрочка уже спала на моей коленке, перевернувшись на спинку из-за раздутого едой пузика. Кажется, я скоро завершу квест диснеевской принцессы для этой локации.              Еще одной причиной моего упорного разглядывания природы и фауны было нежелание видеть лордов. Дело было не в неприязни или стеснении из-за степени их одетости, а в банальных головных болях. Иллюзию двое жителей темной империи не снимали, а потому лица их все еще двоились, демонстрируя яркую человеческую картинку и полупрозрачную темнолордовскую. Мужчины тоже заметили, насколько сильно я отворачивалась от них за обедом, и медленно расстраивались. Не выдержал первым бессмертный.              – Элиза, – я только вопросительно промычала, не поворачивая головы от земноводного, – тебе некомфортно наше общество? – мужчина отставил бокал вина, разворачиваясь ко мне всем телом. Все трое напряженно ждали моего ответа.              – Можно встречный вопрос? – я по-прежнему не поднимала на них взгляда. – Возможно личный.              – Конечно, – мне тепло ответили. Даже не слыша его интонации, я знала, что подобная формулировка собеседников крайне заинтригует. И я не разочаровала.              – Почему вы не снимаете иллюзий? Я могу понять в седьмом королевстве, но здесь вроде бы толпы людей не наблюдается.              Ответа не последовало. Не выдержав, подняла глаза от саламандры и встретила три пристальных взгляда.              – То есть ты знала? – не выдержал, как ни странно, Гаэр-аш. Комично, учитывая, что из нас четырех он единственный внешность не менял. Я кивнула. – И давно?              – С начала? – я скептически подняла брови, намекая на очевидность ответа, и пожала плечами. Но взгляд к коленкам вернула, боясь смотреть на иллюзии слишком долго.              – И не боишься? – голос Даррэна почему-то сильно охрип.              – О боги, темная кожа. Какой кошмар, боюсь-боюсь, – я ехидно усмехнулась, вкладывая во фразу весь доступный в теле сарказм. Темным лордам мой ответ однозначно пришелся по душе, вызывая смешки и основательно расслабляя их позы.              – Но смотреть на нас не хочешь. Значит, не нравится, – последние слова директор ШИС произнес гораздо тише, отворачиваясь.              – Ммм? – я взглянула на мужчин, смотря на этот раз в настоящие глаза, а не иллюзорные. Темные это отметили. – Вы серьезно сейчас? – на мою скептически поднятую бровь оба только напряженно кивнули. – У вас лица двоятся с иллюзией. У меня только головная боль прошла, я не хочу еще один приступ мигрени перед работой.              Разговор на этом прекратился, каждый задумался о своем. Вот только при следующем моем взгляде иллюзий на мужчинах уже не было, были только напряженные взгляды и, видимо, ожидание моих воплей и криков. Я же и так знала их истинный облик, ничего нового не заприметила, чем немного успокоила мужчин. А вот на мое облегченное «спасибо» мужчины заметно расслабились.              Магистры предложили сплавать до одного кораллового рифа. И я бы была рада, но смущали время и саламандрочка. Время проверил Гаэр-аш по своим часам – у нас еще оставалось чуть меньше двух часов. С учетом переодевания – полтора. А саламандрочку забрал магистр смерти и приклеил под крупный лист кувшинки, объясняя, что это место их обычного ночлега. На этот раз в воду меня понес лорд Тьер, даже не спрашивая подхватив на руки. В воде же магистр темного искусства повторил трюк Эллохара с захватом поперек своего корпуса и стремительно повел нас в незнакомую часть озера. Стараясь не обращать внимание на то, как племянник темного императора намеренно расположил мою вторую руку у себя на животе, я сконцентрировалась на окружающем нас пейзаже.              Вода стала окрашиваться из лазурного в насыщенный синий, сигнализируя об удалении дна. Не удивительно, ведь данная часть озера была гораздо шире, берег удалялся все больше. В один момент Риан перестал целеустремленно рассекать волны, больше кружа по поверхности воды в поисках чего-то. Меня подтянули повыше, вынуждая приблизить лицо к уху магистра. При повороте головы он уперся щекой мне в губы и произнес:              – Готова понырять? Будет легче найти точку под водой.              Отстраниться удалось с большим трудом, и все равно при речи я фактически дышала в щеку мужчине. Условились, что я буду стучать по нему пальцем любой руки при необходимости подняться на воздух. Воспользоваться этим мне пришлось дважды, прежде чем мы добрались до потрясающего кораллового рифа.              Размеры впечатляли, не увязываясь с идеей обычного озера. Я была готова поверить, что мы доплыли до моря, но вода все так же представляла собой массив песчинок. Стена глубокого утеса была увешана кораллами всех цветов и размеров, поражая своей палитрой. Все двигалось, колыхалось от воды и выпускало пузырьки воздуха. В отдельных пустотах можно было встретить пару юрких рыбок, но в целом пейзаж был преимущественно неживым. Насколько неживыми, конечно, можно считать кораллы и водоросли, особенно в месте с живой природой.              Мы изучали пейзаж некоторое время, рядом со мной всегда были либо Тьер, либо Эллохар как знакомые с местной флорой и способные определить степень опасности от прикосновения к конкретному объекту. Решив посмотреть на риф сверху обнаружила уютную полянку. Будто луг со светло-зеленой травой, что колыхалась на ветру. Пространство выглядело необычайно мягким, похожим на поляну из леса дриад. Магистр темного искусства проверил зону и, кивнув мне с разрешением, отплыл изучить одну из растущих поблизости водорослей фиолетового цвета, что уже осматривали двое магистров.              Я же прилегла, смотря на поверхность воды над головой, будто на небо. Не знаю, как долго я лежала. Достаточно, чтобы глаза перестали улавливать что-либо, кроме ряби на водной глади и колышущейся подводной травы. Достаточно, чтобы сознание позабыло о трех лордах, что уже давно изучали меня вместо подводного пейзажа. К тому моменту, как пришло знакомое ощущение корней, лорд Тьер успел подать знак друзьям не приближаться. Они давно ждали чего-то, странности, что объяснила бы им происходящее. Но я не замечала ничего. Я растворялась до киселя, что крупицами растекался по воде, разбавляя синий песок воды. И когда мое тело полностью перетекло в воду, удерживаемое на месте только корнями, вода зашептала на ухо и показалась живность.              Шепот воды был журчанием где-то на горизонте, легко прерываемым плеском от рыбьих хвостов. Сначала надо мной проплыла тонкая желтая рыбка. Протянутую ладонь восприняла с интересом, проплывая через растопыренные пальцы и слегка пощипывая мозоль на подушечке от работы в мастерских. К ней быстро присоединились еще две переливающиеся рыбки и морской конек. Последних я никогда не видела вблизи, а потому попробовала прикоснуться. Как ни странно, зверек поддался, подставляя спину под поглаживания моего большого пальца. Над нами пронесся скат. С каждой минутой над головой показывались новые жители, и я переборола лень ради любопытства, садясь в траве.              В прежде пустынном рифе обитала жизнь. Рыбки, коньки, ракообразные, морские звезды и ежи, креветки – все выползали из норок в кораллах и скалах, разбредаясь по своим делам. Должно быть, мы спугнули их своим приходом. Вот только я не очень понимала, что вынудило их синхронно расслабиться и показаться нам. Сидеть более не хотелось, тело дрожало от нетерпения прикоснуться к красоте. И я плавала, поглаживая живность, или устраивалась подле какой-нибудь группки. Наткнувшись на черепах, пропала окончательно. Они были такими отзывчивыми и игривыми, любили повторять движения и просто обожали, когда им легонько чесали панцирь. В восторге я обернулась к мужчинам, что так и стояли с краю, внимательно за мной следя. Не задумавшись о причине их изучающих взглядов, я улыбнулась настолько широко и радостно, насколько была способна в принципе, и жестом поманила их к себе. Поддались, подплывая ближе и с зарождающейся улыбкой принимали черепашек, что были в восторге от новых пар рук для чесания. Напряжение в их позах быстро спало, и мы провели еще некоторое время в этом царстве красок.              Возвращение к лесу, возле которого мы оставили одежду, проходило гораздо веселее. Плыли теперь под водой, без необходимости прорезать волны своими телами и терпеть брызги в лицо. Меня все еще держал на себе бессмертный как самый быстрый пловец, но виды стали живописнее. Рядом то и дело проплывали с любопытством присматривающиеся стайки рыб и черепах. Мы уже, правда, несколько устали от нахождения в толпе зверей и все мечтали улечься на берегу. Мужчины не медлили, гребя не в пример быстрее. Я уже, не стесняясь, прижимала ладонь к голой коже, чтобы не потерять сцепление. Упрощало ситуацию и то, что мужчины не стремились в этот раз продемонстрировать, что заметили мою реакцию на их внешний вид. Все думали о своем.              Подплыв к берегу заметили несколько рыбок в воде, что повылезали из камышей в стремлении нас разглядеть. Я подплыла поближе, немного заинтересовавшись окрасом. Мужчины, пусть и могли уже встать на дно и вылезти на воздух, остались рядом под водой, в ожидании. При рассматривании рыбок глаза упали на дно мелководья. Я долго не могла понять, что же меня смущает, но потом осознала. Под внимательным взглядом мужчин доплыла до зоны, через которую мужчины заходили со мной на руках в озеро, и зачерпнула песок, внимательно глядя на Гаэр-аша. Песок был такой же приятный и белоснежный, как и на берегу. Никакого ила тут не было и в помине, как и необходимости заносить меня в воду на руках.              Мужчина только невинно-преневинно улыбнулся, развел руками мол, такова жизнь, и пошел на берег. Я тоже не стала задерживаться, вылезая, наконец, на воздух после столь долгого путешествия. Впервые с момента попадания к коралловому рифу оказавшись на воздухе, я использовала возможность говорить для выражения эмоций.              – Лорд Тьер, – мужчина моментально ко мне обернулся, протягивая руку для помощи с выходом из воды, – спасибо вам. Это место просто потрясающее, – я с восторгом обернулась к озеру.              – Пожалуйста, Элиза, – мужская ладонь, крупная и шершавая, огладила мою, слегка сжимая, – буду рад привести тебя сюда еще. Столько раз, сколько захочешь.              С таким заявлением даже спорить не стала, против попадания сюда я точно не стану возражать. Я только улыбнулась мужчине с благодарностью. Племянник императора воспринял это, как повод поцеловать мою ладонь, вынуждая меня густо покраснеть и отвернуться, мягко высвобождая руку. Сбежать далеко не удалось – мы решили провести остатки времени тут же, на пляже. Меня усадили на расстеленный мундир, уже даже не знаю, чей – все равно вся одежда огромных размеров и из темной ткани. Даррэн Эллохар сразу же устроился за моей спиной, бескомпромиссно надавливая на мое плечо и вынуждая опереться спиной о его грудь. Глава Некроса умостился впереди, перекладывая мои босые стопы себе на бедро и растирая для тепла.              Разговаривать никому не хотелось – утомленные активностью, все просто смотрели на озеро. Риан принес вина, давая всем отпить из бутылки. Кроме меня – я отказалась. Эллохар изредка перебирал мои волосы или гладил по плечу, Артан – перешел от растирания стоп к их изучению и измерению. Было забавно видеть, как его раскрытая ладонь оказывалась длиннее моей ноги. Изредка некромант под смешки Тьера позволял себе щекотку. Я с хихиканьем дергалась назад, сильнее вжимаясь в магистра смерти. В очередной такой раз мужские руки попали в поле зрения, обнимая и не позволяя более вернуться в исходное положение. Нос уткнулся мне в висок.              Волнение и стеснение от положения прошло довольно быстро – сил сопротивляться такому личному прикосновению не было, мужчины не обращали внимания на происходящее и не усиливали смущение, сама поза была пусть и близкой, но не провокационной. Скорее уютной. А потому я не стала вырываться, когда ладонью магистр мягко запрокинул мою голову назад, укладывая на плечо. От учащенного сердцебиения меня спасло только то, что принц Хаоса продолжал умиротворенно смотреть на озеро, не добавляя интимности моменту. Я же теперь могла смотреть на небо, окончательно расслабляясь.