Собственность Темного Лорда

Том сидел в кресле, раздумывая о том какой следующий удар ему нанести магической Британии. Теперь в факте его возвращения больше ни один волшебник не сомневался. После той схватки с Дамблдором темный лорд временно скрывался в поместье. Малфоев. Люциус, как хороший солдат, приютил своего «господина», сразу же как тот переступил порог дома после схватки с директором Хогвартса в здании Министерства Магии. От Нарциссы ощущалась нервозность в отношении гостя, но женщина не могла перечить своему лорду. Реддл вел себя в поместье Малфоев как хозяин: устраивал совещания Пожирателей смерти, разговаривал с Драко по душам и вел себя так словно Люциус здесь гость. Малфой скрепя зубами приносил своему повелителю ужин и всячески выслушивал россказни последнего о том что он сделает с Гарри Поттером в следующую встречу. Том чувствовал исходящий страх от Люциуса, Нарциссы и их отпрыска. Реддл был вынужден признать, что ему нравится чувствовать как его соратники дрожат от одного его упоминания. Черт, они ничем не отличаются от добрых волшебников – также сильно боятся Того-кого-нельзя-называть. Мужчина упивался этой силой и смотря на пейзаж леса за окном ощущал себя богом. От стратегических мыслей Реддла прерывала пульсирующая боль на правой руке. Он зашипел в ночной темноте поместья, не в силах терпеть адской боли. Том схватил себя за рукав мантии и потянул тот вниз. На его бледной коже руки была выгривена фраза: Предначертанный Гермионе Грейнджер. Надпись отдавалась болью, словно ее наносили на кожу с помощью ножей, таких же острых которые любила Беллатриса. Через несколько секунд мучений боль прекратилась. Реддл вздохнул с облегчением а рядом уже образовался встревоженный Люциус. Похоже, Том не скрывал своих болезненных стонов пока метка впечатывалась в его кожу. — Что случилось, мой Лорд? — спросил Малфой, становясь на колени перед сидящим в кресле Томом. Блондин пытался прочитать надпись на руке мужчины, но темнота гостиной мешала это сделать. — Что там написано? — снова послышался вопрос от Люциуса, пока Реддл пытался сообразить что только что произошло. — Кто такая Гермиона Грейнджер? — поинтересовался Том со злобой в голосе, специально проигнорировав вопросы своего соратника. Реддл хотел бы знать кто эта девушка из-за которой он только что почувствовал самую мучительную боль в своей жизни. Люциус замялся, явно зная ответ на вопрос лорда: — Просто грязнокровка, повелитель. Сверстница Драко, учащаяся в Гриффиндоре. — Почему у меня её имя на руке? — недоумевал Том, в голове перебирая прочитанные книги заклинаний и проклятий в надежде вспомнить что-то похожее на это. — Она дружит с Поттером, — неохотно пробормотал Малфой. — Не думаю, что это случайность. Реддл поднялся с кресла, поднимая рукав мантии обратно. «Предначертанный» – что бы это могло значит? — Я хочу ее увидеть, — сказал Том с неоднозначной интонацией. — Но это невозможно, мой Лорд, — Люциус взволнованно развел руками в воздухе. — Она в Хогвартсе, и тем более она под явной защитой раз является подругой Поттера. — Ты не понял, Люциус, — прошипел Реддл, гневно смотря на мужчину. — Это не пожелание. — Я вас понял, — пробормотал Малфой, лунный свет падал на его испуганное лицо. — Я свяжусь со Северусом.

***

Гермиона спала, небрежно рассыпая каштановые волосы на подушку. Сон девушки перевала боль в руке, она мигом распахнула глаза и поднялась с постели. Сон как рукой сняло. Грейнджер зашипела и этот стон боли эхом раздался в тишине Гриффиндорской спальни. Она заметила что на её руке вырисовываются какие-то символы, шатенка приблизила конечность к глазам но из-за темноты ничего не было видно. Рядом с её кроватью раздражённо замычала Полумна Лавгуд, сон который Гермиона нарушила своими тихими всхлипами. Девушка прошла мимо девичьих кроватей, продолжая держаться другой рукой за конечность, в глупой надежде что боль от этого станет слабее. Грейнджер вошла в ванную и включила там свет. Яркая вспышка лампы ударила по не привыкшим глазам, она поморщилась. Придя в себя, Гермиона посмотрела на свою руку. «Собственность Темного Лорда» – эти буквы были вгрызаны в кожу девушки. Грейнджер издала тихий стон и провела пальцами по надписи. Это не чернила. Боль наконец-то прекратилась и теперь она могла стереть слезы с глаз и снова посмотреть на свою руку. «Собственность» – это слово заставило сердце Гермионы забиться быстрее, гулом отдаваясь в висках. Она не любила это слово, потому-что это означало что она больше нечему не принадлежит. Можно сказать у неё отобрали свободу. Вихрь мыслей начал подниматься в голове девушки: «Что это такое?» «Розыгрыш?» «Собственность – я?» «Темный Лорд...» Она прекрасно понимала кого в их мире прозвали Темным Лордом. Волан-де-Морт. Грейнджер чувствовала предстоящую войну между добрыми волшебниками и Пожирателями смерти. И не только она одна. По всему Хогвартсу разговаривали о предстоящей битве. Хоть никто и не показывал страха, кроме младшекурсников, и так было понятно что все боятся. Никто не хочет умирать, при этом никто и не хочет позволять чужим забирать их дом. Кажется, что все готовы были сражаться несмотря на страх. Грейнджер посмотрела на свое отражение в зеркале: побледневшая кожа, мешки под глазами, волосы торчащие во все стороны и покрасневшие глаза. Ей нужно было отдохнуть. В последнее время она и так плохо спала, стоило закрыть глаза как в голове проносились не очень приятные фантазии о будущем. Девушка пыталась представлять позитивные исходы войны но почему-то это казалось чересчур сказочным и она перестала это делать. Гермиона выключила свет в ванной и зашагала к кровати. Когда её голова коснулась подушки девушка мгновенно погрузилась в сон. Перед этим подумав о том что надпись могла ей привидится от бессонницы. По крайней мере Гермиона на это надеялась.