Право на последнее желание

      Сидя на жестком стуле с закованными в антимагические цепи руками, мало что можно сделать, даже если захочется. После камеры предварительного злоключения ( или как там ее назвал тот лысый надзиратель) на арене хотя бы тепло. Да, выглядит это совершенно как арена цирка, где моя семья -клоуны, которых хотят съесть очень голодные звери. Только сражаться нам не дадут, нас просто сожрут с особым, я бы сказал, садистическим удовольствием. За что? Да просто потому что могут. Никому нет дела до сложных разбирательств, ведь скоро всему этому сумасшествию придёт конец: последние аккорды войны отгремели, всех врагов схватили и обезвредили, скоро люди будут праздновать победу без страшных напоминаний о том времени. Огромные своды серых потолков зала суда совершенно не добавляли уюта и чувства комфорта. В прочем, как и сотни ненавидящих взглядов, жестоких фраз - мол смерть пожирателям, на поцелуй дементоров их и прочее. Война закончилась с большими потерями среди мирного населения и сейчас толпе было плевать, кто прав. Главное, что у тебя есть метка, а значит виновен. Толпа жаждет крови и отмщения. И она их получит.       Мне жаль мать с отцом. Мать этого не заслужила, она женщина, которая любила и заботилась о семье, оставаясь истинной Леди своего Рода. Себя не жаль - я уже умер, ушёл на бой в лес, в след за тем, кому так давно отдал свое сердце, душу и что там ещё отдают? Зачем выдавать конвульсию за попытку выжить, если можно закончить все быстро и безболезненно? Может быть есть посмертие, где мы снова будем вместе, во всяком случае хочу на это надеяться.       …Малфой! Мистер Драко Малфой! - кажется, меня опять зовут. Спрашивается - зачем? Есть протокол, адвокаты защищать отказались. Логично с их стороны, ведь против нашей семьи выступает не только простой народ, но и герои войны. Рыжий уже весь изошёл слюной, пытаясь выдать как можно больше порочащих фактов. Хотя меток более чем достаточно.       Наверное, надо сказать хотябы о маме. Нам с отцом уже не помочь.       -Если у вас нечего добавить, то я зачитываю обвинения:       Люциус Абраксис Малфой, за пособничество Воландеморту, преднамеренные убийства магов и магглов, махинации с целью подрыва жизни мирного населения Магической Британии вы приговариваетесь к пожизненному заключению на нижнем уровне Азкабана. Все имущество семьи будет изъято в пользу пострадавших и их семей.       Драконес Люциус Малфой, за пособничество Воландеморту и действия, повлёкший за собой гибель группы лиц вы приговариваетесь к 20 годам лишения свободы. Учитывая ваш юный возраст и давления со стороны Главы Рода, вы будете обывать своё наказание на верхних уровнях Азкабана. Все ваши счета будут изъяты в пользу пострадавших и их семей.       Нарцисса Дунея Малфой, за бездействие, повлёкшее за собой гибель группы людей вы приговариваетесь к исправительным работам на срок 20 лет в отделении тяжелобольных больницы св. Мунго. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит.- стук молота правосудия после Воландеморта в собственном доме, карцера со свирепыми вояками и собственным безразличием уже даже не оглушает.       -У вас есть право на последнее желание.       Глупо с моей стороны сыпать соль себе на рану, хотя это слишком мягко сказано, но я всё-таки прошу:       -Прошу дать возможность попрощаться с Гарри Поттером! - голос звучит хрипло, но твёрдо. Достаточно, для того, чтобы просьба была услышана. Нестерпимо хочется рыдать, но пока не время. Слёзы будут, как и мольбы о прощении. Будут там, в бальной зале в слепящем свете вычурных люстр и украшений. На праздновании Дня Победы.       -Других просьб нет? - судья смотрит на мать с отцом, но что им сказать? Думаю, если бы это было разрешено, они бы просили за меня, но приговор оглашён и последняя просьба не может его смягчить. - в таком случае, мы удовлетворим вашу просьбу. На этом суд окончен. Я будто в замедленной съемке вижу, как горбится всегда прямая спина отца, как мать уводят в другом направлении, а на ее грустных глазах выступают слёзы. Простите меня, я ничего не смог сделать. У вас никудышный сын.

***

      Сотни ненавидящих взглядов все также прожигают спину, но мне плевать. Все, что меня заботит - любимый, человек, которого можно коснуться через пару шагов.       Почётный гость, приглашённый на День празднования Великой Победы, великий герой, награждённый орденом Мерлана первой степени. Посмертно…       Лежащий неподвижно в хрустальном гробу, он выгладит так, словно вот-вот откроет свои невозможные зелёные глаза. Родной, как же так, у нас было столько планов: поездка к морю, прогулки по магловским улицам и тихий домик с собакой непременно чёрного цвета. Мне без тебя не нужна эта жизнь. Веришь?       Я делаю шаг, потом второй. Авроры, конвоирующие меня наконец отступают перед ступеньками к тебе. Мои руки все ещё в кандалах, чтобы такой опасный преступник, мерзкий пожиратель, не дай Мерилин, не совершил что-то ужасное.       Я провожу рукой по твоей-холодная. Что ж, пора прощаться, мой герой. На глаза непрошено выступают слёзы, я наклоняюсь и целую тебя в лоб. Секунда, две - толпа разъяренно шипит, а кто-то порывается убить меня. Как же, я грязь, которая своими прикосновениями осквернила святой лик. Но я не против умереть здесь, рядом с тобой. Но ты, кажется, другого мнения. Я ведь все ещё очень-очень близко к твоему лицу. Не верю в то, что услышал! Твой тихий вздох.       Он дышит, -тихо шепчу я подоспевшим и скрутившим меня аврорам, а по щекам катятся слёзы. Потом уже громче: Дышит, черт возьми! Зовите колдомедика! - звучит совершенно сумасшедше, но врач подбегает, а ты уже делаешь ещё один громкий вздох. Я вижу, как дрогнули ресницы, мой любимый демон проснулся.       -Драко? Что? - тихо восклицаешь ты, я вырываюсь и притрагиваюсь к рукам, шее, лицу. Живой…       Ты ничего не понял, лишь успел принять положение «сидя» и обхватить меня за талию, прижимая к себе. Как же я люблю твой запах, он меня успокаивает. Сразу слетает всечь депрессивный настрой, потому что ты озаряешь все вокруг, как Солнце.       -Драко, можно ситуацию во всех подробностях? И почему на тебе наручники? - люди вокруг замерли. Я их понимаю, не каждый день увидишь воскресшего кумира, да ещё и мило беседующего с врагом.       -Ммм. Ну ты умер.             -Очень содержательно, Дракон!- мой прекрасный принц ломает мои, на минуточку, магические кандалы, и они осыпаются прахом. Наконец-то я тоже могу его обнять. Гарри, живой!       -Отойди от него, Малфой, а то хуже будет! - о, а вот и заучка с рыжим. Остаётся только закатить глаза. И как Гарри с ними дружил все это время?       -Ребят, успокойтесь и, Рон, опусти, пожалуйста, палочку! Надо было раньше вам сказать, но война! Сами понимаете.- мой миротворец поднимает левую руку и опускает манжет, на запястье по его желанию проступает широкий магический браслет. Просто повторяю за ним. Рожи этих умников надо было видеть. Конечно, теперь они прекрасно понимают, что никуда герой своего меня не отпустит. Магический брак - это вам не шутка! Я весело улыбаюсь и целую моего любимого на глазах у ещё не очуховшейся публики. О да, запомните, он мой. Мой мальчик-который-выжил. Снова!