Три брата три судьбы

Тройняшки Веснински росли вместе до восьмилетнего возраста. Каждый из них был индивидуален по-своему. Нил любил бегать по саду, прятаться от родителей и прислуг, поднимая всех на уши, а также подшучивать над братьями. Про него часто говорили, что у него шило в одном месте. Найти его спокойным на одном месте было невозможно. Он был единственным, кто был ближе всех к их матери — Мэри. Мальчик всегда приходил к ней, если чувствовал опасность для себя, куда бы она ни пошла за ворота их поместья, малыш Нил сразу оказывался под боком. За такую прилипчивость к матери, братья его не очень любили, ведь тоже хотели провести с ней время иногда. Второй брат — Натаниэль с младенчества проявлял свою серьёзность ко всем вещам, и в нём сразу были отклики отцовской натуры. Это сразу выделялось в холодном взгляде и отношении ко всем вещам. Он из тех, кто любит помучить кошек и собак, убивать жучков и паучков, проявлять своё непослушание, чаще действовал самостоятельно и необдуманно. Хоть за это ему и прилетало от прислуги и от матери, которая хотела участвовать в его воспитании, но получалось отнюдь плохо, ему было всё равно. Натаниэль то и дело показывал свою хитрость и проворность, уворачиваясь от наказаний. Больше всего после пыток над животными, конечно, любил смотреть за тем, как отец и его приближённые ходят на стрельбища и проводят дела с должниками. Последний — Абрам. Его нельзя назвать вундеркиндом, но он явно больше отличался умом от двух других. Он не тянулся ни к одному из родителей. Даже когда хотел подойти, лечь к маме под бок, там сразу оказывался Нил, и желание исчезало. А вот отец пугал своим видом, а когда увидел, что тот делает, любое желание пропало. Воспитанием паренька занимались лучшие учителя, готовя его к школе, что в будущем сыграло ему на руку. Из всех троих он самый воспитанный и послушный. Чаще его таланты выделял их дядя, который наставлял свою сестру, чтобы та занималась воспитанием Абрама. Наверное, Стюарт единственный, кто из родственников нравился ему. Но и с ним не получилось нормально общаться из-за его редких визитов и встреч. Братьев объединяло не так уж много вещей. Наверное, самая основная и значимая — это занятие спортом. Их отец принадлежал мафии, управлял людьми и сотрудничал с другими главами мафий. Самым главным его другом и напарником был Тэцудзи Морияма — властный мужчина, с которым был заключён контракт о продаже каждого сына в команду «Воронов» по исполнению восемнадцатилетнего возраста. Собственно, поэтому их младшие сыновья с детства готовились к тому, чтобы в будущем их запомнил весь мир как самых лучших игроков в экси. Также семья Веснински была знакома с Кейли Дэй — одной из создательниц этого вида спорта. У неё тоже был сын примерно того же возраста, что Морияма и Веснински. Его звали Кевин, и его также готовили для того, чтобы стать не менее известным и талантливым в мире экси. К сожалению, он тоже был продан клану Морияма и после смерти матери стал приёмным сыном Тэцудзи. Когда тройняшкам исполнилось по шесть лет, отец принял решение взяться за их воспитание, чтобы вырастить из них не только популярных спортсменов, но и первоклассных помощников в делах с должниками. Это было второе, что объединяло братьев. Суть этих занятий заключалась в том, чтобы воспитать в них силу духа, избавиться от страха перед убийством и закалить характер. Мужчине не нравилось, что только один из троих с младенчества проявляет «правильные» гены Веснински, а двое других, по его словам, занимаются не тем, чем надо в их семье. И поэтому он решил, что будет водить их на охоту на зверей, естественно, не без возможности опробовать оружие, показывать и рассказывать про каждое: как правильно собирать, разбирать, в каких случаях и на ком применять, учить, как правильно держать и орудовать им. И по идее хороший отец должен был только демонстрировать, но это не про него, уже со второго такого занятия им нужно было выстрелить в мишень. И всякий раз, когда было точное попадание, он внутри гордился тем, что всё-таки не всё потеряно. Приближённые мистера Веснински всегда были рядом, чтобы также помогать следить за мальчиками и записывать успехи каждого. Мэри старалась образумить мужа, мол, они же ещё дети, они слишком малы для такого занятия, но её слова остались без ответа, и занятия никогда не прекращались. Женщина не сдавалась, уговаривала мужа, чтобы тот взял только одного, занимался только им, но так же безуспешно, только лишь избиения, которые долго оставались в памяти Мэри, но попытки не прекращались. На помощь к Мэри всегда приходил её брат. Он обладал нужными связями, чтобы заметать следы, обеспечивать финансовую подушку безопасности и иметь возможность подделать документы. Поэтому после того как женщина подвергалась насилию со стороны супруга в очередной раз, она немедленно отправилась к Стюарту, в другую страну, вместе с Нилом, потому что он не отлипал. — Я уже не знаю, что делать, Стюарт. Это уже не тот муж, которого я знала. Да, было хорошо, но после появления тройняшек что-то изменилось. Он стал реальным мясником. Он не щадит детей своих. Я пыталась с ним найти компромисс, но всё чётно. — Мэри всегда делилась переживаниями со своим братом, поэтому он был в курсе абсолютно всех ситуаций и происшествий в жизни сестры. — Мэри, успокойся, прошу тебя. Я уже знаю, что вам можно сделать. У меня есть чёткий план, сталось подождать немного, и всё наладится, уверяю тебя. Просто доверься мне. Я скажу тебе, когда надо будет взять Нила, вещи и бежать. — Голос и тон мужчины были серьёзными и четкими. Он знал, что говорит и делает, поэтому на непонимающее лицо сестры улыбнулся уголком губ и продолжил. — За остальных не переживай, я всё проконтролирую. Мальчики не должны будут пересекаться в будущем, чтобы вызвать всемирное обсуждение. В соседней комнате сидел Нил и смотрел мультики на телевизоре, вернее, играл с игрушками, которые успел захватить с собой, а на фоне была включена серия «Губки Боб». Ему не было интересно, о чём разговаривали взрослые, он давно понял, что туда лучше не лезть. А сейчас надо вдоволь наиграться, потому что по приезде домой вновь начнутся занятия отца и школа, где у него успехи только в языках и не более. Хэтфорды на кухне продолжали обговаривать дальнейшие действия, что лучше сделать для будущего этих детей, ведь лишняя огласка для их семьи будет отражаться не самым лучшим образом. Но самым главным решением было то, чтобы исключить экси и любой вид спорта, который мог свести братьев в будущем. Нужно быть в тени и молчать до последнего. Это была их последняя встреча за следующие десять лет. Но именно она сыграла важную роль для каждого из братьев, правда, об этом они узнают ещё не скоро. Для доработки плана требовалось ещё много времени, чтобы исключить все провалы. Но за это время жизнь тройшек то и дело становилась всё хуже и хуже. Мистер Веснински как будто слетел с катушек и всячески делил сыновей на любимых и нелюбимых, при этом показания не менялись, в приоритете всегда был Натаниэль, послушный, верно делающий свои обязанности и получавший травмы только от этого дела, а не от отца. Худшим был Абрам. Да, в учёбе ему нет равных, что он аж перепрыгнул начальную школу и учился уже в средней, но не в занятиях с отцом. Огнестрелы ему никак не поддавались, и всегда попадал мимо нужной мишени, про ножи вообще можно промолчать. Каждый раз, как только остро заточенные лезвия попадали ему в руки, оставались мелкие порезы везде, а цель без единой царапины. За это его наказывал отец во всей красе, бил руками, ремнём, швырял и унижал. Как парень остался жить — неизвестно. Нил же оставался между ними двумя. Ножами владел неплохо, метал, доставал мелкую добычу, но больше любил делать трюки и хвастаться ими при любой возможности. Также не стоит забывать про экси. Хоть они и были детьми, нагружали их не по-детски, вот что значит из них растят будущих знаменитостей. Тройняшки были на равне друг с другом, получали похвалу и замечания в равной степени. Каждый горел этим делом, корт их объединял, давая последнюю надежду на нормальные отношения в будущем. На тренировках они становились единым человеком, который поделился на трое. Смотря на них, Тэцудзи понимал, что заключил контракт с правильным и нужным человеком. Кевин и Рико стали для тройняшек тоже своего рода братьями. Они часто оставались вместе на ночёвку в доме Морияма или у Веснински. Между ними были свои секреты, тактики, мечты и желания. Они пророчили себе прекрасное и успешное будущее. В один из подобных вечеров между всей пятёркой было принято решение заключить клятву на крови, что они не предадут друг друга, станут успешными и никогда не потеряют связь. С тех самых пор у каждого был длинный шрам на правой ладони, показывающий их близость. — Давайте поклянемся, что когда мы взойдем на вершину популярности и известности, мы так же будем вместе, и ничто не разрушит нас и нашу связь! — Заявил Рико и сделал первый порез своей ладони. Дальше остальные повторили это действие одним и тем же ножом. Кровь капала с ладоней и ножа, но их это не волновало. Она должна была смешаться ради того, чтобы закрепить эффект. Близилось день рождения тройняшек. Каждый относился к этому празднику по-разному. Больше всех его ждал Нил, ради новых вещей, которыми можно будет похвастаться в школе и ещё перед Рико и Кевином. Каждый год он прыгал вокруг матери, в попытках узнать, что же ему подарят и что будет. Этот год не исключение, только вот ему запретили шуметь, как и другим братьям. Они должны были сидеть тихо и не высовываться, потому что к отцу пришли важные люди. Нил не годовал, почему именно в этот день. Сидя в одной комнате с братьями, которые занимались своими делами, он ходил из стороны в сторону, думая, что ему сейчас лучше сделать. — Нил, сядь на место и успокойся. — Абрам поправил свои очки, которые появились у него недавно, и обратно вернулся к чтению книги. — Да, сядь, пожалуйста, а то в тебя сейчас прилетит нож. — Он уже замахнулся, показывая серьёзность своих слов. Меткость у него прекрасная, поэтому не сомневался в своих словах и действиях. — Вы нудные такие. Пойду проверю, что там происходит. — Его не оставили ничьи замечания, и он вышел из комнаты, направляясь в гостиную, откуда доносились громкие голоса мужчин. Поступок Нила был необдуманным и резким. Одним своим видом он заставил и без того злого Натана стать ещё злее. И это не остановило малыша Нила для того, чтобы он зашёл на кухню попить воды. Это ещё не было ужасным поступком. Самое ужасное было потом. Старший Веснински после ухода всех лишних глаз из дома взял сына за шкирку и повёл в свой кабинет, где пахло крепким алкоголем вперемешку с алкоголем и табаком, это был тяжёлый запах, который давил на голову. Следующие секунды отпечатались в его жизни навсегда в виде следа от раскалённого утюга. Он орал так сильно, что слышал весь особняк, он осознал все свои грехи, совершенные за всю жизнь, он жалел, что решил выйти в тот момент из комнаты, жалел, что вообще появился на свет именно в этот день. С тех пор он ненавидел тяжёлый запах как в кабинете отца, самого отца и свой день рождения, который, к сожалению, делил с двумя другими братьями. На следующий день после этого Мэри схватила Нила вещи и сбежала с этого ада. Ей бесспорно было жаль оставшихся сыновей, но так было решено уже давно. Их первый пункт остановки находился где-то в гетто Франции. То, что их начнут искать, было не исключено, поэтому было сразу принято решение менять документы, вернее, уже давно они были сделаны. Теперь не было ни Мэри, ни Нила Веснински. Как только Стюарт получил послание Мэри о побеге, он пришёл в это место ада и забрал Абрама, оставив там Натаниэля. Это было обговорено давно, потому что стало понятно, что именно этот парень станет наследником дела отца, а Абрам имеет большую предрасположенность к получению знаний. Стюарт дал мальчику свою фамилию, они переехали на юг США, где и началась новая жизнь для них двоих. Младший Хэтфорд был вынужден перейти на домашнее обучение, все с таким же сильным уклоном знаний. Он делал большие успехи и старался сосредоточиться на занятиях, но шрам на руке давал напоминание о том, что больше не будет никакого экси, ни тренировок, ничего связанного со спортом, пока он не вырастет и уже самостоятельно не сбежит от дяди. Но для новообретенного родителя всегда говорил, что уйдёт в политику, что тоже было не самым лучшим решением, но всякое было лучше, чем разговоры про экси и большой спорт. Когда Натан узнал о том, что его бросила жена, двое сыновей пропали и он остался с одним ребёнком, он был зол, настолько что почти разгромил весь дом. Ведь то, во что он вложил все свои силы, опыт и знания, были утеряны навсегда. Так он думал изначально, пока не стал поднимать свои связи ради поиска жены и Нила, которые украли неплохую сумму денег из личных сбережений мужчины. Ему хотелось их убить немедленно. На пропажу Абрама ему было плевать, потому что никогда не видел в нём потенциала в наследовании бизнеса и не видел никакого таланта Веснински. Последней каплей для Натана стало воспоминание про контракт, который твердил о том, что сыновья отданы клану Морияма на создание звёзд в мире экси по исполнению восемнадцатилетнего возраста. Да, двоих он потерял, но остался один. Мистеру Веснински пришлось нелегко с тем, чтобы изменить условие контракта. Теперь там было только одно имя, и он значился под номером три до конца жизни. Никто и ничто не должно было помешать этому конечному решению. Шло время. Тройняшки не имели никаких связей друг с другом. Нил путешествовал с мамой по Европе, вернее, прятался с мамой по разным заброшенным улицам, меняли внешность, свою историю. Они давно потеряли свою прежнюю жизнь. Каждый день им приходилось выживать в бегах от людей отца. Но скрываться у них получалось чаще, чем попадаться, ведь они знали тактику нападения и что следует делать. Позитивные моменты тоже были. Нил учил языки, но в основном делал упор на немецкий и французский, потому что больше всего времени проводили в этих странах. К шестнадцати годам парень стал более открытым и взвинченным, несмотря на их режим выживания все годы. Переходный возраст давал о себе знать. Шрам на ладони ему напоминал об экси, от чего ему хотелось больше спорта в жизни. Да, за эти восемь лет в бегах он реально улучшил свою ловкость и скорость, но все было не то. Ему хотелось агрессивной игры, где главная цель — это победа. Мэри же это рвение сына пресекала на корню. Запирала его дома, била и казалась не лучше своего мужа. Почти каждый день он говорил про экси, про рвение заниматься этим видом спорта даже в маленькой школьной сборной, но без толку. После последней ссоры с сыном тот собрал вещи и ушёл из дома. Это не было похоже на их регулярные побеги. Это было просто подростковое бунтарство, которое длилось ещё несколько лет. За это время Абрам закончил школу досрочно в шестнадцать лет, поступил в Южную Калифорнию на юриста и попал в команду экси. Это уже было его проявление бунтарства и желание обрести свободу, избавиться от вечных упрёков дяди, который стал ему отцом, о том, что ему не место на корте. Абраму пришлось доказывать дяде, что все будет под контролем и не стоит лишний раз переживать. Но ему было удобнее закрыться ото всех и принять самостоятельное решение о подаче документов именно в это место и именно в эту команду. Да ему пришлось покинуть Лондон, и он оказался ближе к отцу, но и это не давало никаких поводов для переживаний. Находясь в троянцах, в самой дружной команде первого дивизиона, он чувствовал себя спокойно и счастливо, у него наконец-то был дом, где к нему относятся спокойно. Да эти ребята порой шумные, но уже родные. К своим восемнадцати годам в этом году он был готов идти на третий курс. Их команда обладает огромным успехом в мире экси. Они получают награды за самую дружную и неконфликтную команду. Но их смещает команда Воронов, которая и так находится на вершине и готова анонсировать свою свиту в новом сезоне. Абрам же играет наравне с их капитаном — Джереми Ноксом. Хоть у них двоих и разные характеры и подходы к образу жизни, они неплохой дуэт на поле, лучшие друзья и за пределами поля порой творят всякую дичь. Третий из тройняшек познал весь ад жизни. Ежедневные занятия с отцом и его помощниками становились сложнее и ответственнее. Любая провинность в мелочах отзывалась больным ударом тяжёлой руки отца. Натаниэля это порой выводило из себя, потому что на него давили со всех сторон, а ведь он старался доказать свою верность и силу. Но годы ежедневных занятий с ним, которые не обходились без побоев, смогли сделать из него непробиваемого бойца. Да, в детстве его хвалили до определённого времени, а теперь похвалу надо заслужить. Но ещё больше на него давили на тренировках по экси. С каждым годом время тренировок увеличивалось, их интенсивность убивала в них слабость и растила не просто игроков, а монстров на поле. Свита, которую уже в этом году будут выпускать на поле, перестала быть такой же, как в детстве. Все изменились и не в самую лучшую сторону. Когда Натаниэлю исполнилось восемнадцать лет, а до поступления ещё долг, было принято решение о его переезде в гнездо и завершении школы досрочно. Поэтому кроме экси и занятий с отцом, которых стало меньше, он ничем не занимался. Либо он сам убивал себя на тренировках, либо его убивали морально при любом удобном случае.