Три брата три судьбы

Всю свою жизнь Натаниэль посвятил изучению дела отца и упорной подготовке к тому, чтобы стать звездой в мире экси. Изнурительные тренировки, терпение наказаний от кого бы то ни было, стремление стать лучшим во всем и везде — всё для того, чтобы на него смотрели как на сильного человека, на которого можно положиться. Даже нахождение в свите, при всей его почётности, не казалось Натаниэлю достойной целью. Он не хотел оставаться в тени, быть тройкой, на которую мало кто обращает внимание, когда есть те, кто выше и лучше. Отец тоже не забывал о своих планах. Мистер Веснински растил достойного наследника, не жалел сына и редко его хвалил. Поэтому с шестнадцати лет он отправляет Натаниэля на задания, доверяет ему «работу» с должниками и ждёт момента, когда сможет проверить сына на стойкость и верность. В случае неудачи исход будет плачевным — просроченный материал мистеру Веснински не нужен. Ему уже хватило двоих других сыновей, которые проявили себя ещё тогда. Относительно свиты у него были свои успехи и неудачи. Натаниэль всегда старался быть заметным, значимым и нужным. Разрывался на тренировках, терпел всю боль и унижение, которые ему приходилось испытывать после неудачных дней. С детства, когда уже ушли его братья парней стало трое. До определённого момента между ними всё было хорошо.Такая же крепкая дружба, поддержка и амбиции. Тогда Натаниэль не чувствовал себя лишним. Но после того, когда им набили татуировки, которые раньше были всего лишь шуткой, внутри парня что-то щёлкнуло. Места в свите были распределены ещё с детства и были укреплены клятвой на крови. Первое и второе места занимали "сводные" братья Рико и Кевин, на них возлагалась большая надежда, и они всегда ходили вместе. Третье досталось Натаниэлю. Так как изначально их было пятеро, пустовало ещё два места. Одно из которых занял парнишка высокого роста, с кудрявыми волосами, суровым взглядом и с сильным французским акцентом. Его звали Жан Моро в основном был сам по себе или вместе с Натом, получал больше всех, а потом пытался исправиться, выкладывался больше всех, молчал, соблюдал дисциплину, но из-за порой неугомонного Натаниэля приходилось начинать всё сначала. Оставшееся место хотели отдать парню из детской колонии, где он показывал своё мастерство на позиции голкипера. Но всегда получали отказ и даже уговоры, престиж и хорошее будущее не заставили его передумать. В команде была особая система наказаний. Всё было просто: они были поделены на условные пары, где косячит один — получают оба. Чаще наказания раздавал Рико за всякую провинность: мяч полетел не так, плохо тренировался или просто не совпали настроения. Реже наказания давали они между собой, младший Морияма заставлял смотреть как бьют и издеваются. Против этой системы никто идти не собирался, с детства в них выращивали дисциплину и силу воли, поэтому лишнее нытьё так же каралось наказанием. В последний год Натаниэль понял, что уже не хочет быть грушей для битья за косяки других. У него было странное влечение к тому, чтобы приблизиться к верхушке, ему всегда приносило удовольствие то, как именно над ним издевается Рико. Но это был не единственный путь к их королю. А именно с помощью Кевина. Начиная с подросткового возраста у них начались отношения. Они старались это скрыть за проведением времени вместе, когда они были в гостях дома Веснински, когда в соседней комнате наказывали Жана, во время тренировок, уходя вместе в раздевалку. Постепенно их не до отношения стали видными. Но для Натаниэля это всё было неважно, потому что именно с помощью этого, он приблизился к Рико. На Кевина, который видел в нём что-то святое и прекрасное, ему всегда было плевать и через силу показывал свою любовь, заботу и ласку. И даже когда близилось время дебюта они так же состояли в отношениях, только в них не было никакой искренности. Со временем палн Натаниэля стали срабатывать успешно. Рико стал реже смотреть на Кевина, засматривался на Натаниэля и стал чаще подзывать к себе. Для таких встреч он специально становился из лучшего худшим. Только вот забыл учесть, что и Жан, его друг и опоры, тоже будет получать и не в мягкой форме. Каждый вечер, когда Рико подходил к их комнате, Моро сверлил парня взглядом, полным ненависти и сожаления. - Я ненавижу тебя. - шептал на он на французском перед тем как в их комнате появлялся Морияма. В один из последних заходов Натаниэль остался почти без сознания. Он лежал по центру комнаты, из носа текла кровь, в уголках глаз были застывшие слезы, рёбра гудели от боли, а на открытых участках кожи виднелись новые синяки и ссадины. Но это было всё таким обыденным для него, что он не чувствовал сильной боли. Натаниэль улыбался и как будто находился в экстазе после полученнной порции побоев. Рядом с ним вскоре оказался Жан, который получил пару пощёчин, но достаточно сильных, чтобы разбить губу. - Ты придурок, Натаниэль. Только ты так лыбишься после приходов Рико. - В этот раз уже с акцентом произнёс юноша. Он обрабатывал его раны и пытался привести в чувства. - Эй, Натаниэль, ты меня слышишь? - Жан. Мой любимый, Жан. Ты вообще представляешь насколько это прекрасное чувство, когда тебя бьёт твоя любовь. - Он говорил опьянённым голосом, взгляд был размытым и он как будто находился на другой планете. Но естественно плохое поведение сына не осталось без внимания отца, который не хотел думать о том, что вложился в говно. И чтобы показать нужное место своему сыну, ему приходилось применять свои методы воспитания. В такие моменты он пытался понять, что стало с его лучшим наследником, ведь приоритеты в воспитании всегда были правильные и рос он всегда в строгости. — Ты хоть понимаешь, что творишь? Почему, блять, мне сообщают о том, что ты нихуя не делаешь? — тон и голос отца на том конце провода были устрашающими, как всегда. В ответ была глухая тишина. Натаниэль был бессилен против отца. — Ещё раз мне скажут об этом, и останешься без всего. Уяснил? — Да, отец. — Парень сжался от грубого тона и вся та радость, которая была недавно, исчезла. Слёзы сами потекли по щекам парня, он понятия не имел почему это сейчас происходит, но и прекратить не мог. 29 августа. 2005 год На следующий день после тренировки парень направился в свою комнату в общежитии. Натаниэль с трудом добрался до своей кровати и рухнул. Сил в нём не было. Всё тело выло от боли. Раны, которые не успели зажить, начали заново кровоточить, но сил и вправду не было, от чего он и отрубился. Проснулся он уже от того, что почувствовал резкий запах нашатыря, а затем неприятное жжение на месте ран. С трудом открыв глаза, он увидел Жана, который обрабатывал его раны. Лицо сокомандника ничего не выражало, он спокойно делал своё дело, хотя у самого виднелась свежая кровь на лице. У Веснински не было никаких сил, чтобы существовать. Он был признателен Жану за его заботу, поэтому улыбнулся уголком губ, посмотрел в глаза француза и отрубился. Вернее он пытался сбежать от всей этой боли, но не получилось. Этому виной были не только раны, но и недавняя встреча с отцом, где его вновь назвали неблагодарным сыном, позором семьи и приравняли к ничтожеству. И именно эта встреча стала виноватой в тех ранах, которые есть сейчас. Мысли о его трагичной жизни съедали его изнутри, а переключиться на что-то более позитивное он не мог, потому что таких воспоминаний не было, поэтому принял решение дойти до душевой. Дорога до общей душевой, и без того не из коротких, для хромого парня стала ещё сложнее. Проходя по тёмному коридору, Натаниэль даже не мог определить время. Сколько он пробыл в отрубе? Сколько раз его избивали и почему досталось Жану? Сегодня же всё было хорошо на тренировке. Вернее он так думал,ведь сам был у отца по его поручению. Натаниэль настолько углубился в свои мысли, что делал всё на автомате, уже не замечая боли. В голове всплывал его последний диалог с отцом, от этого становилось неприятно. Против Балтиморского мясника никто не осмелится пойти, даже родной сын. Нат не из понимающих людей. Он из тех, кто любит издеваться, убивать и действовать по-своему. Натаниэлю не хотелось испытывать это на себе, поэтому тихо слушался и терпел. Но в тоже время ему хотелось быть ближе к Рико, о котором он мог только мечтать и говорить часами. Только для такой близости стоило терпеть все издевательства и пытки, но и этого парню было достаточно. Только тогда, когда он закрыл воду, мысли его покинули. Внутри было пусто, но, может, это тоже к лучшему. Меньше знаешь — крепче спишь, верно? Возвращаясь той же дорогой, его отвлек Морияма, который на ходу схватил Веснински. В тот момент внутри парня всё опять перевернулось, сердце забилось чаще, и снова мысли о его безответной любви начали приходить. Что же его будет ждать именно сейчас? Он свою порцию наказаний уже получил и при всём своём желании, не хотел испытывать эту боль опять. Парня никто не спрашивал, поэтому вновь послушался, сил на сопротивление не было. Рико довёл рыжего до их комнаты с Кевином, где уже сидели Жан и сам Кевин. Он усадил Натаниэля на кровать и только тогда начал разговор. — Итак, наш первый серьёзный сезон. Мы не должны оплошать, Вороны всегда занимают верхушку в рейтинге. Не дай бог кто-нибудь из вас покинет команду. — Эта речь не ободряла, она пугала и настораживала. — Но всё же напоминаю, что за нами идёт команда Троянцев. Не спорю, может, у кого-то из них и есть талант, но вы в любом случае выше них. Для нас наш первый выход будет означать успех на престижное будущее. Никаких пропусков тренировок, никакого нытья и лишних слов. Вы мои подчинённые и вы должны все делать тихо и молча. — Последнее предложение в основном было адресовано Натаниэлю, который часто позволял себе сказать лишнее слова, чем провоцировал скандалы между другими членами команды. — Всем спасибо за внимание, просьба выйти из комнаты. Парни встали и вышли из комнаты, Жан сразу направился в сторону душевых, а Кевин и Натаниэль остались стоять в коридоре. Дэй сразу обнял своего парня со спины и поставил подбородок на его голову. Он любил прикосновения и часто испытывал тактильный голод, который возмешал наедине с Натаниэлем, который часто отталкивал его с такими нежностями. Это произошло и сейчас. — Кев, у меня всё болит, нет никаких сил. — Он медленно пошёл в комнату и слышал шаги Дэя, который плёлся за ним. Так было всегда и при любой возможности. Ната это бесило, но притворялся, что его это забавляло. Оказавшись в комнате они закрыли дверь. Веснински сел на кровать, сразу показывая, что устал и желает только того, чтобы его ублажили. Кевину не надо много раз повторять что и как делать. Подойдя к парню, он уселся на колени, медленно стянул спортивки и нижнее бельё с него. Каждое действие было медленным и пальцы всякий раз соприкасались с кожей Ната, которая имела синеватый оттенок после побоев Рико. Поэтому прикосновения отдавались лёгкой болью. Дэй сделал милое лицо с умоляющим выражением глаз. Он делал всегда такое лицо, чтобы его пожалели и похвалили за работу, хоть он и является вторым, но эта двойка никогда не получает ничего взамен на свои старания. А вот сейчас ,когда Кевин медленно берёт в рот член парня, посасывает и углубляется с каждым разом, он чувствует ответную реакцию организма Натаниэля. И ему это нравится, ему нравится даже то, что его сейчас взяли за волосы тяжёлой хваткой, заставляя работать усерднее и напористее. В этом и была суть их отношений. Кевин начинает со всей нежностью и лаской, а потом дело переходит в руки Натаниэля и все движения становятся грубее, напористее и с жаждой поскорее кончить. Вот и сейчас он взял инициативу в свои руки и уже забыл про чувство боли. Запрокинув голову назад,он тихо мычал, чтобы не услышали за стенкой. Оргазм настиг его быстро и он кончил Кевину в рот. А тот со своей сильной любовью никогда не выплёвывал. И всегда тянулся потом за поцелуем. Сейчас было не исключение. — Тебе понравилось? — Да, это было неплохо, молодец. — ответил он без энтузиазма. — Нам надо поговорить. — С чего вдруг? Тебе что-то не нравится? — Лицо Кевина стало обеспокоенным и он присел на кровать рядом с парнем. — Скоро будет наш дебют и тренировки будут более усердными, поэтому давай постараемся поставить наши отношения на паузу. Ты так же можешь меня иногда целовать и обнимать. Но без близостей, пожалуйста. — Натаниэль умел вести разговоры и всегда делал так ,чтобы собеседник соглашался с его условиями. Вот и сейчас Кевин положил свою голову ему на плечо, сцепил их пальцы и ответил: — Да, я понимаю. Мы будем без сил и не думаю, что Рико одобрит лишнюю близость. Но я тебя люблю если что. — Он оставил лёгкий поцелуй на виске Ната. — Ага, я тебя тоже. — Спокойной ответил парень и проводил Дэя за дверь. На сегодня с него хватит лишней нежности.