Три брата три судьбы

30 августа. 2005 год. 5:20 На утренней тренировке Натаниэль то и дело старался выложиться по полной. Ночную он пропустил. Хоть она и была три часа назад, многие успели отдохнуть и вернуться снова в строй. Но парню не давали покоя травмы и затруднённое дыхание из-за многочисленных ударов в районе груди. За что ему ни раз делали замечания тренер, ловил на себе недовольный взгляд Жана и других сокомандников. Единственный, кто вообще не реагировал на него, так это Рико, который так же продолжал гонять всех по полю и орать на других, кроме парня. Парня это преображало, наконец-то на него обратили внимание, вернее, не обратили, но и не приравнивали к другим, считали особенным. Правда, здесь были и минусы, упражнения стали жёстче, и они требовали высокую выносливость. Это у Ната было хоть отбавляй, но не в нынешнем положении полуживого человека. К перерыву вся команда уже валилась с ног, а Веснински, несмотря на бодрость духа, лежал на полу. Ему казалось, что вот-вот из него выйдет все содержимое организма. Какая бы у него ни была выносливость, недосып дал о себе знать. Сил, чтобы встать, не было, а вот желание уснуть имелось. Он прикрыл глаза и почувствовал, как в него что-то прилетело, парень мысленно уже обматерил того, кто это сделал, но подачку принял. — Попей, а то помрёшь от жажды. — сказал Жан, который и сделал это. Моро присел рядом и стал наблюдать за своим другом, который с большим трудом поднимался и ворчал под нос нечленораздельные слова. — Если не от жажды, так от бессилия помрёшь. А тебе ещё ещё публику кадрить надо. — Поддержал он его и забрал обратно бутылку с водой. — Когда-нибудь я тебя прибью за то, что нарушаешь мой покой. Но ладно, проехали. Помоги встать. — Приняв сидячее положение и протянув руку, его потянули на себя и привели в стоячее положение. Вторая часть тренировки полностью посвящалась манёврам с клюшкой: практика броска, удержание, бег. Если бы не такое усердство, Вороны никогда бы не смогли стать лучшими из лучших. На этой части тренировки мышцы и чувства боли исчезли, но появились другие: «Куда пропал Рико? Вот он и был, и тут же пропал». Никто не мог пропускать и пропадать с тренировок, а если и пропадал, то потом легко мог поплатиться за это по приезде в Гнездо. Спустя два часа, а может и больше, команду отпустили. Натаниэль всё так же гонял мысли насчёт Рико, куда-то мог пропасть, что с ним случилось, виноват ли он в этом, и так далее по кругу. Стоя под душем и осматривая раны, парень сделал вывод, что их стоит обработать, а может лучше и к врачу сходить, но в следующий раз. Ему не хотелось забывать эти раны, ведь именно они придают эту жгучую боль, которая пронизывает каждый миллиметр его тела, и не дают забыть человека, оставившего их. Для многих такое наслаждение, конечно, покажется странным и не свойственным для нормального человека. Но что, если вы всю жизнь провели под влиянием воронов, являетесь наследником дела отца, а причинение боли стало неотъемлемой частью жизни? Конечно, мозг перестаёт различать, что хорошо, а что нет, что приятно, а что не очень. Многие, кто находятся в этой команде, лишаются здорового сознания, ведь изначально они приходят в это место ради славы и обладания титулом лучших из лучших. Но за этой маской лучших скрываются страдания и убийство морального состояния. Идя по коридору общежития в свою комнату, он прочитал сообщение от отца, который очень хочет увидеть сына в назначенном месте и поговорить. Младший Веснински сразу сообразил, что произошло что-то серьёзное, либо же просто надо кого-то грохнуть. Парень шёл медленно и был сосредоточен на этом сообщении и не заметил, как к нему подошёл Кевин. — Как самочувствие? Что-то случилось? — В его голосе была нотка обеспокоенности, и это не исключено, они же вместе, даже если взаимодействия ограничены. — Всё как всегда, Кев. Мне сейчас надо уехать по делам, поэтому не скучай. — Они уже были в комнате Натаниэля, что дало зелёный свет его парню поцеловать любимого в шею. — Не буду. Ты надолго? — Дэй обнял его со спины, но его сразу оттолкнули. — Прости, прости. — Просто не обнимай меня, и так всё тело ноет. Вернусь не знаю когда, но вернусь. Не волнуйся. Натаниэль открыл свой шкаф, где был его скудный гардероб, достал чёрные джинсы и такую же футболку. Не стесняясь Кевина, он переодевался специально так, чтобы тот стал облизываться. На ногах у него были берцы, несмотря на теплую погоду, всё-таки не на тихую прогулку отца и сына собирается. Взяв ключи от машины, он собирался быстро покинуть комнату, но вспомнил о своей игре в хорошего парня и поцеловал Кевина в щеку. После этого он уже уверенно шёл на парковку. Вороны редко покидали стены Эвермора, поэтому даже сам Натаниэль был рад уйти отсюда на некоторое время. 30 августа. 2005 год. 11:00 Дорога придавала парню чувство свободы и лёгкости. Он ехал на скорости, которая явно превышала допустимую норму, окно было нараспашку, и прохладный ветер ещё больше давал знак того, что он выбрался за пределы клетки. Вся поездка заняла около двух часов езды, и парень оказался где-то за городом, вокруг был лес и машины отца. Натаниэль припарковался рядом, взял с собой из бордочка ножи, пару перчаток и вышел осмотреться. Через пару минут к нему подошла Лола и повела за собой. Эту женщину он знал хорошо. На вид обычная, не подающая никакого скрытого смысла, но в душе она тот ещё демон, который никого не пощадит. Она была одним из нескольких виновников первых шрамов парня. По пути к нужному месту они не проронили ни слова, лишь обменялись приветственными взглядами и всё. Проходя через лес, парень прикидывал, что задумал отец, потому что он не человек, он загадка. Если его пригласили в лес, то значит надо кого-то обязательно убить, и он прикидывал способы, как это сделать эффективнее: сломать ноги и смотреть, как тот мучительно ползёт, в надежде скрыться, но потом его все равно найдут и убьют, или же сразу устроить догонялки. Оба варианта ему приходились по душе. Спустя десять минут они дошли до нужного места. За кучей деревьев их было сложно найти. Жертва привязана к дереву и как будто еле дышит. С такой «играть» никогда не было интересно. Они слишком вялые и смазливее обычного. Одарив несчастного злобным оскалом, он подошёл ближе и плюнул в лицо. — Ну рассказывай, за что? Долги, верно? — Первым делом спросил Натаниэль, а уже после повернулся к своему отцу и пожал ему руку. — Что делать с ним будем? — Это не просто один должник. Это один из десяти должников, и тебе как ответственному парню предстоит найти оставшихся и убить с доказательствами. — Натан говорил об этом, как будто они обсуждали погоду, и в этом нет ничего плохого. Младший был удивлён таким новостям, потому что это означало, что со сном ему придётся окончательно попрощаться и в свободное время искать этих ублюдков. Смотря на одного такого, он сразу сообразил, что умом такие персоны не отличаются, значит, и накопать информацию будет очень легко. — Будет сделано, отец, дай недельку, и ни следа не останется. — С уверенностью произнёс он, а потом вновь перевёл взгляд на сегодняшнюю «игрушку». — А с этим что делать? — Я сказал, что ты большой уже. Так что решай сам, я просто проконтролирую выполнение. Натаниэль обрадовался такой воле действия и сразу подошёл к жертве, присаживаясь на корточки. Его лицо выражало всю жестокость намерений — злобный огонёк в глазах, прожигавший душу насквозь, что вызвало у бедолаги ещё сильную дрожь. А оскал у него был как у волка, который видит свежее мясо и хочет его отведать. В один момент из обычного парня Натаниэль превратился в монстра. Он перевёл взгляд на наручные часы, потом обратно, достал свой нож и стал говорить. — Я тебя сейчас развяжу, а после устроим догонялки. Я как самый добрый из этой компании, дам тебе фору в одну минуту, твоя задача, думаю, ясна. — В ответ жертва быстро закачала головой. Натаниэль разрезал верёвку, встал и отошёл на два шага. — Отсчёт пошёл. — Спустя пять секунд от отсчёта жертва встала под пристальным взглядом парня. Сначала ковыляя отошёл, а потом побежал очень медленно для младшего Веснински. — Эй! Пидор! Ты вообще собираешься бежать? Ты же понимаешь, что твой шанс выжить с каждой секундой становится всё меньше. — Парень обернулся на своего отца, который стоял с безразличием на лице и наблюдал за этим, для Натаниэля это всё равно казалось залогом успеха. Тем временем должник скрылся за стволами деревьев. — Время вышло! Кто не спрятался, я не виноват. К концу времени наследник Веснински рванул сразу с места, догоняя бедолагу. Для него это дело десяти секунд. Когда тот был перед ним в десяти сантиметрах и еле перебирал ноги, Нат обогнал его и бежал спиной вперёд. — Медленно бежишь. Не мой уровень. Тебе бы лучше спортом заниматься, чем деньги брать у всех подряд и притворяться крутым. Так ещё и друзей заводить. — Видя, как его уже ненавидят, он усмехнулся и резко остановился, а несчастный споткнулся о ветку и упал лицом вперёд. — Надо же, сам к моим ногам падаешь. Я польщён. — Схватив его за ворот, он со всей силы ударил кулаком по лицу. — Я тебя отпущу, при условии, если скажешь, где твои сообщники. — Он смотрел в немой взгляд мужчины своим настойчивым взглядом, чтобы получить ответ, но видел только страх и как губы жертвы что-то мямлят. — Говори чётче, бездарь. — Он дал ему сильную пощёчину, а хватку ослабил, Натаниэль кинул его обратно на землю, а сам наступил ботинком на живот и подставляя нож к его горлу. — Они, — дрожащим голосом начал мужчина, его взгляд бегал по лицу Натаниэля, в надежде на помилование. — Они сбежали в Канаду, но уже планируют эмиграцию в Европу. Это всё, клянусь. — Ну спасибо. Только ты настолько трусливый начальник или кто ты там, что ради жизни сдал их. Ты просто жалкая крыса, которая покидает корабль. Ты же в курсе, что капитан должен быть всегда верен своему кораблю и товарищам. Так вот. Ты нихуя не капитан, раз так легко говоришь такую информацию. Поэтому извиняться не буду, а сделаю свою работу. Веснински со всей силой провёл лезвием ножа по дрожащему горлу мужчины, наслаждаясь секундными хрипами и стонами боли. Тело жертвы в миг стало холодным и безжизненным. Он взял голову мертвого, которая ещё принадлежала телу, и со всей силы дёрнул её, что та оторвалась и осталась в руках Натаниэля висеть на волосах. Кровь хлынула сразу, пачкая одежду парня и всё вокруг. Но это мелочи производства, так сказать. Любуюсь своим трофеем, парень произнёс не глядя в сторону: — Лола, выходи, я давно тебя заметил. — А ты внимательный мальчик. Прятать труп будешь или мне предоставишь это? — поинтересовалась женщина, подходя к парню и смотря на всё происходящее вокруг. Её тон был как всегда хитрым и с ноткой флирта. Оно и не исключено, вот почему отец с лёгкостью перенёс побег жены, до того как узнал о пропаже денег. — Моё дело найти и устранить, про то, чтобы избавляться от отходов, не было и слова, так что предоставлю это тебе. — Он бросил голову и пытался начать ей чеканить как мячом, но получилось не совсем удачно. — Мда уж, мяч из тебя так себе, ну или же всю свою жизнь я посвящаю другому спорту. — Натаниэль бросил голову обратно на землю и придавил ногой к земле. Лола на его слова лишь усмехнулась и отошла в сторону, чтобы позвать людей для устранения следов, а младший шёл в сторону откуда начался забег, он держал в руках тот самый нож, он был весь в крови, так же как и перчатки, придётся от них тоже избавиться. Заметив старшего Веснински, на лице сразу появилась игривая улыбка и всё такое же приободренное настроение. — Смотри. Этим ножом я убил его сам и собираюсь убить остальных. Рад? — Он говорил как маленький радостный ребёнок, чтобы показаться умницей в глазах родителя. Вытягивая нож вперёд, перед лицом отца. Мужчина так же не выражал ни одного чувства. — Я буду рад тогда, когда ты за неделю найдёшь всех этих ублюдков и уничтожишь их. И ещё буду рад, когда мне перестанут поступать сообщения о том, что на поле ты нихуя не делаешь. — В его словах чувствовалась вся родительская злоба, не того начальника, который даёт поручения. От этого он сразу поник, потому что это страшнее всего. — Понимаешь... Я правда стараюсь, просто дни тяжёлые были, но я правда стал лучше. — Этими тяжёлыми днями назывались те, когда Рико на него не обращал никакого внимания, только и дело ходил рядом, глаза мозолил. — Меня не ебёт, какие у тебя дни. Ты будущее в этом спорте, ты обязан прославиться, иначе все старания и деньги, которые были в это вложены, пойдут ко дну, точно так же как и ты. — На последних словах у Натаниэля сердце рухнуло куда-то вниз. Неужели его взаправду продали ради лишних денег? — Хорошо, отец, я понял. И я, наверное, поехал. Надо от одежды пойти избавиться. Без возражений он пошёл к своей машине, пиная всё, что попадётся на его пути. Злость кипела в висках, хотелось всё бить и крушить, хотелось поскорее найти этих ублюдков и показать всю свою злость им. Открыв машину, он достал запасную одежду, пачку сигарет и зажигалку. Скрыть следы — вот что сейчас необходимо. Уйдя так же в глушь леса, там была Лола со своим помощниками, которые копали землю, гораздо глубже, чем два метра. Парень снял с себя футболку с джинсами, смял их и бросил в сторону, где лежал труп. Так уж и быть, без сожжений. Он натянул запасные вещи, поджёг сигарету и молча стал смотреть на то, как копают землю. Такое тяжёлое занятие, тяжелее, чем лишать человека жизни. Натаниэль знал всю тяжесть, потому что сам делал именно это долгое время. Его голова была занята размышлениями о смерти и убийстве. Это были расслабляющие мысли, придающие другое чувство, абсолютно противоположное тому, которое он испытывает от размышлений про Рико. Обратно Натаниэль ехал так же на полной скорости, объезжая все впереди едущие машины, он не знал, что им управляло, но этому он был несомненно рад. Скорость немного смягчила его гнев, но всё равно он выглядит как человек, к которому лучше не подходить, если ещё хочется пожить немного. По ощущениям дорога пролетела незаметно, и гнев сменился на грусть о том, что ему вновь придётся зайти в эту клетку. Припарковав машину, он скинул всё содержимое бардачка в рюкзак и пошёл в комнату. На улице уже вечерело, а это значит, что скоро ночная тренировка. Он и так пропустил весь день, но ничего, зато расслабился. К его приходу в комнату никого не было, это его обрадовало. Он вытряхнул всё содержимое рюкзака на кровать — ножи, перчатки, пистолет, шокеры. Каждая из этих вещей несла в себе воспоминания об убийствах должников. На ножах были запечённые остатки крови — их предстояло отмыть, пистолет был заряжен полностью, им он не любил пользоваться, шокеры были его вторыми по важности помощниками, вырубить и помучить, не пачкая рук, самое то, несколько пар перчаток были все в крови, их он забыл выкинуть, поэтому сразу вернул обратно в рюкзак. Сменив одежду на домашнюю, он без зазрения совести лёг на кровать. Пусть тренируются те, кому это надо. Да, ему тоже надо, но он появлялся там ради Рико, поэтому надеялся на то, что ему скоро не придёт разделять внимание парня с кем-то. Будут только они, лицо к лицу, слова, которые не будут слышать другие, и будут действия, которые получит только один Натаниэль.