Кристал

      Блядь, вот это пиздец. Обычный день, хуле. Тринадцать лет, Бруклин, душная квартирка, в которой пахло старым линолеумом и вчерашней пиццей. Лео, а это было его имя, барахтался в этом болте, как муха в сиропе. Лето, жара, кондиционер хрипел, как астматик, и нихуя не спасал. Он сидел, уткнувшись в ноут, в своей комнате, заваленной хуйней – футболки, скейт, наушники с оторванным амбушюром. Скука, пиздец как тоскливо.       Интернет был его спасением, его личной дырой в мир, где не было этой унылой хуйни. Он, как обычно, залез на один из тех сайтов, где творится настоящая жизнь. Не то чтобы он прям уж так хотел, просто – залипнуть, убить время. Руку он не запускал в штаны, просто смотрел, как какие-то чуваки и телки делают это. Банально. Очередной ролик, очередная хуйня. Он листал ленту, полуотключившись, пока его взгляд не зацепился за миниатюру.       Сердце ёкнуло. Не так, чтобы сильно, просто странно. Лицо. Ебаный насос. Это лицо он знал. Он видел его каждый день, всю свою сознательную жизнь. Но не таким. Не с такими глазами, полными похуизма и пошлого желания, не с растрепанными волосами, не с губами, облизанными явно не для того, чтобы целовать его в лоб перед сном. Это была его мать. Молодая, дико молодая, может, лет двадцати, не больше. Но это была она. Стопроцентно. Такая же родинка над губой, такие же брови, тот же разрез глаз. Только в этих глазах сейчас было что-то чужое, дикое, порочное.       У Лео перехватило дыхание. Весь воздух из легких будто выкачали. В ушах зазвенело. Он не поверил. Блядь, не может быть. Это пиздец, галлюцинация. Он тыкнул на видео. Название: «Crystal Dreams: First Time for Blonde Teen». Имя актрисы: Кристал. Кристал. Его мать звали Элис. Но на экране была она, его мать, Элис, которая сейчас готовила ему на кухне макароны с сыром и ворчала на беспорядок в комнате.       Первая мысль: пиздец. Абсолютный, окончательный пиздец. Его мать снималась в порнухе. Она была порноактрисой. Не учительницей, не офисным работником, а ебаной порнозвездой. Вторая мысль, глубокая, пошлая и грязная: а она, блядь, какая горячая. В молодости, конечно. Но хули. Тело – пиздец. Грудь упругая, соски твердые, талия тонкая, а попа… блядь, попа просто шикарная. Он смотрел на это молодое, гибкое тело, на эту улыбку, одновременно невинную и развратную, и его мозг начал медленно, но верно ебаться.       Адреналин ударил в виски. Он резко оглянулся. Дверь в комнату была приоткрыта, с кухни доносился звук посуды. Мать была там. Она была здесь, в нескольких метрах, а он смотрел на нее, на ее голое тело на экране. Это было сюрреалистично, ебануто. Он должен был скрыться. Сейчас.       Он захватил телефон, наушники и, стараясь дышать ровно, вышел из комнаты.       — В туалет, — бросил он в сторону кухни, голос прозвучал хрипло.       — Обед через пятнадцать, не засиживайся! — донесся голос матери. Обычный, добрый, знакомый до боли.       Он зашел в ванную, щелкнул замком. Сердце колотилось, как сумасшедшее. Тишина. Только гул вентилятора. Он прислонился лбом к прохладной двери, пытаясь успокоиться. Потом опустил крышку унитаза, сел. Руки дрожали, когда он вставлял наушники. Экран телефона светился в полумраке, освещая его бледное лицо.       Он снова открыл то видео. «First Time for Blonde Teen». А потом он увидел подзаголовок, мелкие буквы в описании: «First Interracial». Первое межрасовое. Блядь. Он пролистал. Кадры мелькали: его молодая мать, Кристал, флиртовала с огромным черным парнем. Он был просто гигантом. Мускулистым, с голым торсом, а в шортах угадывался внушительный бугорок. Лео проглотил комок в горле. Он промотал начало, все эти дурацкие диалоги, ему было не до них. Ему нужно было увидеть... это.       Он остановил прокрутку как раз в тот момент, когда его мать, Кристал, опускалась на колени перед этим черным парнем. Он уже был голый. И его член... Боже ебаный. Это был не просто большой член. Это был монстр. Длинный, толстый, темный, с огромной башкой, налитой кровью. Он казался нереальным, инородным объектом, пришитым к телу. Лео почувствовал, как по его спине пробежали мурашки.       А потом его мать взяла этот член в руку. Ее тонкие, изящные пальцы едва могли обхватить его. Она посмотрела на него снизу вверх, с какой-то смесью страха и возбуждения, а потом высунула язык и лизнула головку. Лео аж подпрыгнул на месте. Он видел, как работает ее язык, как она облизывает эту громадину, смачивая ее слюной. Потом она открыла рот и попыталась взять его в рот. Он не влезал. Она давилась, слюни текли по ее подбородку, но она продолжала, с каким-то одержимым упрямством. Звуки... блядь, звуки были отвратительными и возбуждающими одновременно. Хлюпающие, влажные, ее прерывистое дыхание, ее тихие стоны.       И тут Лео почувствовал это. Тепло внизу живота. Прилив крови. Его собственный член, который до этого мирно дремал в штанах, начал набухать, твердеть. Он упирался в ткань боксеров, требуя внимания. Лео застонал. Нет. Блядь, нет. Это же его мать. Это неправильно, это ебаное извращение. Но его тело не слушалось. Оно реагировало на голую женщину, на ее мастерство, на ее похотливое выражение лица. А эта женщина была его матерью.       Он расстегнул джинсы, стянул их вместе с боксерами до колен. Его член выпрямился, напряженный и горячий. Он был ничтожен по сравнению с тем монстром на экране. Лео взял его в руку. Ладонь была влажной от пота. Он начал медленно водить вверх-вниз, не сводя глаз с экрана.       Его мать продолжала сосать. Она нашла ритм, ее голова двигалась взад-вперед, ее щеки втягивались, ее губы плотно обхватывали ствол. Черный парень стоял, опершись о стену, и издавал низкие, одобрительные стоны.       — Да, детка, соси его, — хрипло говорил он. — Глотай этот черный хуй.       Лео ускорил движение руки. Он хотел кончить, но не сейчас. Он хотел кончить на самом интересном. Он потянулся другой рукой к телефону и перемотал видео вперед. Он искал тот момент. Тот самый.       И он нашел. Его мать лежала на кровати на животе, ее идеальная попа была поднята вверх. Черный парень стоял на коленях позади нее, его огромный член был направлен в ее промежность. Лео замер. Он видел все. Ее розовую, влажную щель, приоткрытую, готовую. И этот черный член, упирающийся в нее. Контраст цветов был шокирующим: ее бледная, почти фарфоровая кожа и его темный, маслянистый член.       — Готовься, сучка, — прохрипел черный парень.       И он вошел. Не сразу. Он давил, растягивая ее. Лицо Кристал исказилось от боли и наслаждения. Она вскрикнула, высоко и пронзительно.       — Боже! Осторожнее! Он слишком большой!       Но он не останавливался. Он входил в нее, сантиметр за сантиметром, раздвигая ее плоть. Лео задержал дыхание. Он видел, как ее узкое отверстие растягивается, чтобы вместить эту громадину. Это было невозможно, отвратительно и невероятно сексуально. Он дрочил быстрее, его рука работала как сумасшедшая, смазанная собственным соком.       Наконец, черный член вошел в нее полностью. Он исчез в ее теле. Кристал застонала, длинно и безнадежно. И тогда он начал двигаться. Сначала медленно, потом все быстрее и жестче. Это была настоящая собачья поза. Он драл ее, как животное. Его бедра хлопали о ее ягодицы с влажным, шлепающим звуком. Ее грудь болталась в такт его толчкам. Она кричала. Не крики боли, а крики дикого, животного наслаждения.       — Да! Да! Трахай меня! Вытрахай из меня всю душу, черный хуй! Блядь!       Лео не мог оторвать глаз. Его мать. Его скромная, заботливая мать, которая ругала его за двойки по математике, орала вот такие грязные, пошлые слова, пока ее трахал огромный черный член. Ее тело было в поту, волосы прилипли ко лбу, слюна текла из уголка рта. Она была похожа на блядь в самом разгаре акта. И это его заводило так, как ничто и никогда до этого.       Его яйца сжались. Приближалась развязка. Волна удовольствия поднималась от самого копчика, захлестывая его. Он стиснул зубы, его рука стала просто молнией.       Он кончил. Спазмы были такими сильными, что его всего затрясло. Густая, теплая сперма брызнула в унитаз, на его пальцы, на пол. Он сидел, тяжело дыша, пока оргазм медленно отступал, оставляя после себя пустоту и стыд. На экране его мать все стонала, а черный парень истошно орал, изливаясь в нее.       Лео выключил видео дрожащим пальцем. Потом закрыл вкладку браузера. Потом выключил телефон. Экран погас. В наушниках воцарилась тишина, нарушаемая только гудением вентилятора и его собственным тяжелым дыханием.       Он сидел так несколько минут, глядя в пустоту. Потом медленно, как автомат, взял рулон туалетной бумаги, оторвал несколько кусков и вытер свой липкий член, руки, пол. Он скомкал бумагу и смыл ее в унитаз вместе с его грехом. Вода закружилась, унося все доказательства.       Он встал, подтянул штаны, застегнул ширинку. Посмотрел на себя в зеркало. Лицо было бледным, глаза пустыми. Он сполоснул лицо холодной водой, но это не помогло. Стыд жгло изнутри.       Он вышел из туалета. В коридоре пахло макаронами с сыром.       — Лео! Обед! — крикнула мать с кухни.       Он прошел мимо, не заходя. Она стояла у плиты, в своем старом халате, с половником в руке. Та самая женщина. Кристал.       — Я не голоден, — пробормотал он и прошел в свою комнату.       Он закрыл дверь и рухнул на кровать, уткнувшись лицом в подушку. В голове стучало. Он только что кончил, глядя на то, как его мать трахают. И это было самое сильное, самое пиздатое ощущение в его жизни. А потом он вспомнил. Вспомнил, что в рекомендациях были и другие видео. «Crystal Dreams: Anal Adventure». «Crystal and the Gang». «Crystal's Double Penetration». Их было много. Десятки, может, сотни.       Он лежал и смотрел в потолок. Стыд медленно отступал, его место занимало любопытство. Жгучее, нездоровое, похотливое любопытство. Кем была его мать до того, как стала его матерью? Кем была эта Кристал?       Он глубоко вздохнул. Он посмотрит их. Все. Каждое ебаное видео. Он даст себе час. Час, чтобы прийти в себя, чтобы стыд окончательно испарился. А потом он снова возьмет телефон, пойдет в туалет, и его рука снова опустится в штаны. Он будет дрочить на свою мать. Снова и снова. Потому что другого выхода у него не было. Это был его секрет. Его грязный, отвратительный, пиздатый секрет.