Тень Алого Ордена

ГЛАВА I

Жертва и плата

      В начале времен, незадолго до рождения звезд, ткань мироздании треснула. Иные силы ворвались из чужого, умирающего мира, ища спасения. От соприкосновения существ тех, с эфиром, субстанцией, пронизывающей все сущее – родился новый элемент, дополнивший прочие - магия.       Существа те, держали за руку первую жизнь, воля которой собиралась в ману, топливо для магии. Они стали теми кого люди назвали Богами. Были они разными, от малых проказников до кузнецов звезд. Кто-то вмешивался в судьбы, а кто-то лишь холодно наблюдал.       Те люди, что нравились Верховным Существам, одаривались искрой, частичой божественной силы, усиливающую магические талланты или даруя исключительные способности – Дары Сущностей.

=+=+=+=+=

      Крупная, статная фигура мужчины опустила ладонь на переплет пожелтевших страниц. Его широкая ладонь, привыкшая к рукояти меча, закрывает книгу. Тихо хлопнув страницами, он оставил в воздухе последнее эхо прочитанного, вместе с разлетевшимся запахом пергамента.       Рядом сидел юнец, глаза которого горели интересом, а мимика кричала нетерпением. - Ну же, пап, расскажи ещё! – прошептал он неловким но настойчивым голосом. Мужчина чуть улыбнулся, и задержал взгляд на сыне. В этой улыбке была и усталость, и обещание продолжить. - Эх, ты неугомонный... Ладно. Но сначала, проведай маму. – Ответил он мягко, вставая и кладя книгу на полку.       Малец выдал тяжелый вздох, но в котором слышалась не жалоба, а согласие. Он поднялся, срубая на ходу последний взгляд на книгу.       Недовольный, но послушный, он идет по тихим, величественным коридорам семейного поместья – Дому Главы Ордена, хранителя очень влиятельной позиции в Империи.       Перень проходит через широкий дверной проем, встречая ослепляющий алый свет, разогнавший холодный воздух поместья. Источником был маленький шар, размерами с детский кулачок. Свет его не пугал героя, наоборот, загадочно успокаивал, словно мягкое дыхание.       Мать, склонившись над сферой, выглядит усталой. Ее глаза мгновенно поднимаются. В них была нежность и тяжелая, невысказанная любовь. В их отражении ее сын, что с интересом наблюдает за необычным артефактом. - Ну что, Айн, ты настолько достал отца, что он тебя послал ко мне? – Сказала мама, подшутив над сыном. - Ха-ха... – сказал он, уловив иронию. Его безразличная мимика от несмешной для него шутки угосает, сменившись на огонь в глазах. – Что это за шарик? - Ах, это... Не обращай внимания, милый. Просто объект моего изучения. - И все же, что это? Айн вертится вокруг стенда на котором закреплена сфера, и чуть задевает инструменты, что те почти не упали. - Так, все, стой... – Вздох от смирения – Ладно... Парень пришел по ближе к матери, и стал ее внимательно слушать, смотря горящими глазами на сферу. - Это артефакт, который был найден одной из нашей поисковой группой, что спустилась в глубины храма одних из первых последователей богов. - Катакомбы Юты? - Умничка ты мой – Мать радостно гладит парня по его длинным волосам, связанных в хвост. – Да, он оттуда. Мы провели кучу эксперменотов с ней, и поняли только то, что это сосуд. В теории он мог бы даже вобрать в себя душу. - И чья же там душа? - Хах.. Все не так просто, милый. Чтобы туда – Показывает пальцем на сферу. - поместить душу, нужно коллосальное количество энергии, сравнимой со сжиганием этой самой души. - Ооо... – Глаза парня устремлены в туман внутри артефакта, что переливается в ало-черные цвета. Мама берет сына за ушко, тянет его в сторону и толкает от себя. - Все, иди к отцу и ... - Не успев договорить, ее прерыват землятресение, как от падения метеора или взрыва.       За стенами поместья вспыхивает надвигающийся, горящий все ярче желтый свет. Мать осеклась, взрогнула от последовавшего за этим взрыва. Ее глаза, в которых еще секунды назад была нежность, застыли наполненные ужасом. - Мама, осторожнее!       Айн укрывает ее своими руками, пытаясь защитить от падающих на них осколков с потолка помещения. Она скалится, осторожно, рывками, берет несколько артефактов, и хватает сферу. - Бежим к отцу, живо!       Она берет его за руку и тянет за собой, пока за стенами поместья происходит хаос. Добежав, отца не было на его месте. Выглянув в окна, Айн замечает искры и вспышки огненной магии. Там - он. Сражается с нападающими, держит оборону. Мать держит сына за руки, Ее глаза наполнены верой и надеждой. - Отец справится, нам нужно сидеть тихо и ждать. – Сказала она, хриплым но уверенным, старательно сдержанным дрожанием. Айн держался за нее, он чувствовал, как ее рука, сжимающая его, была холодна, как камень, несмотря на жар вокруг.       Поместье окружено. Воины на страже отчаянно сражались, отдавая жизни за его защиту. Натиск сдерживался не долго. Оборона нала. Враги пробрались внутрь. В глубине коридоров, тяжелые шаги сменялись на странный, скребущий бег. Она схватила Айна за руку. Ее хватка была стальной, безжалостной, не смотря на ее хрупкий вид. - Идем! Живо!       Айн паниковал. Единственной опорой для него была мертвая хватка матери, что тянула его, пока тот был оглушен от взрывов. Он смотрел на нее, и впервые видел не маму, а перепуганного, но решительного воина. Это придавало ему смелости.       Мать потянула Айна к ближайшему проему что ведет во двор. «Отец нас защитит». То, что они увидели, заставило Айна застыть, потеряв способность дышать. Отец был там. На коленях. В луже из собственной крови. Доспехи изодраны. От плеча до пояса рана, глубокая настолько, что удивительно как он еще оставался в сознании. Перед ним стоял не Лидер нападавших, а Голем. Существо было не из камня или металла, а из чистой, пульсирующей, золотисто-белой энергии, скрученной в гигантскую, грубо-человеческую форму. Оно молчало, не имея разума и воли, и это молчание было страшнее любого крика. Голем нанес финальный, неторопливый удар, перед которым, отец окинул взляд на своих родных, которых заметил у входа. Они просто беспомощно стояли, крича в его сторону что-то, что тот уже не смог разобрать. - Нет! – Крикнул Айн что есть мощи. Чистый, оглушающий звук ужаса.       На их глазах, коллос разорвал отца на части. Айн не успел понять, что призошло. Мозг отказывал в принятии реальность. Все что он мог, это кричать на бездушное нечто, со злобы, паники, мыслями проснуться от ужаса. Он сделал шаг вперед, забыв о матери, о големе, о мире. Он рвался к отцу, к тому, что от него осталось.       Мать застонала. Это был не крик горя, а глубокий, низкий звук, рожденный из раздавленной надежды и осознания. Ее муж мертв, а перед ними сила, которую даже он не смог остановить. Ее уверенность рухнула в тот же миг. Голем, почувствовал два потока маны поотдаль от себя, медленно повернул голову к их источникам – матери и Айну. У нее небыло времени думать. Она схватила его руку, притянув того к себе. Отчаяние было острее любого инстинкта. Она понимала, что Голем их уничтожит.       В ее руках были артефакты, которые, как она думала, помогут им или отцу, но она их отбросила в сторону. Взяв Сферу, она вспомнила формулу – «Колоссальное количество энергии, чтобы запечатать жизнь». Ее губы задрожали, но не от страха а от попыток сконцентрироваться на фоне давления, а сын стоял перед ней, оглядываясь на врага, что поворачивается в их сторону. - Прости! Я люблю тебя! – Прошептала она всем оставшимся у нее воздухом. - Мама, что ты.. Айн был в замешательстве. Им надо было бежать, но она понимала, что от этого не уйти. Он берет ее за плечи, пытаясь в ее глазах узнать истину. В ответ, в ее глазах читалась лишь печаль, покрытая слезами от гредущей, и еще большей утраты.       Она прижала Сферу к груди сына, вдавливая ее в него, вливая в Сферу свою ману, на которую та отвечала. Айн почувствовал, как поток энергии хлынул из ее тела в Сферу, и эта энергия была не только маной, то и самой жизнью.       Ее последние слезы, и горькая улыбка, растворялись в пучине потока манны, что изливалась из всего ее тела, но не была страшным огнем, это был чистый, пульсирующий свет. Тело становилось все более прозрачным, трескалось и фрагментировалось, превращаясь в парящий светящийся пепел, которй, подчиняясь невидимой силе, устремлялся к Сфере и всасывался в нее. Айн, зачарованный и ужаснувшийся, смотрит, как его мама превращается в светящуюся пыль, Оставит только тепло от прикосновения к его щеке. Он застыл на месте, еле сдерживая крик боли и отчаяния. Как только последний лепясток вошел в границы Сферы, та засияла, чудовищно ярким, алым светом, который покрыл все вокруг, поглотив за собой героя. Тот оказался поглощен ею, на сохранение. Внутри поток времени был приостановлен. Свет, испускаемый Сферой наружу, собрался внутрь, так быстро, будто для него время стояло на месте. Вобранный свет на мгновение погас, затем высвободился назад, неудержимым натиском. Он стал взрывной волной, что неслась на врагов. Алый взрыв сровнял все вокруг с землей. Сфера же, исчезла из мира. Провалилась сквозь ткань мироздания. Скрылась, в небытие.