Сумерки. Сага. Сто лет спустя.

На следующий день семейство Калленов в полном составе собрались на той самой поляне, где когда-то, сто лет назад, почти не случилась битва между Калленами, их свидетелями и Вольтури, чтобы посмотреть, как будут состязаться на шпагах Джаспер и Тэхён. На поляне, залитой солнечным светом, где не ступает нога человека, они готовятся к дружескому фехтовальному поединку. Вокруг тишина, лишь изредка нарушаемая пением птиц и шелестом листьев и перешептыванием зрителей. Трава мягкая, зелёная, воздух свежий, пахнет хвоей и землёй, что ещё нужно для небольшого любительского спортивного состязания? Здесь нет цели победить любой ценой — просто показать друг другу свои навыки и умения. Они молча кивают друг другу, берут шпаги и принимают стойки. Джаспер фехтует спокойно и размеренно. Его движения плавные и точные: вот он делает аккуратный выпад вперёд, чётко отражает удар соперника и неторопливо отходит на исходную позицию. Он словно чертит в воздухе невидимые линии — ему важен сам процесс, ощущение контроля и ритма, словно окунулся в те далёкие времена, когда шла Гражданская война 1800-х годов. Тэхён же полная противоположность опытного и спокойного Джаспера. Он то замирает в ожидании, то резко бросается в атаку. Его стиль — импровизация и азарт: вот он делает ложный выпад, чтобы запутать партнёра, внезапно меняет направление своей атаки; как и у Джаспера, его движения быстрые и почти непредсказуемые. Звуки скрестившихся в дружеском поединке клинков наполняют всю округу, а сами мужчины словно парят над поляной в каком-то ведомом только им двоим танце. Через час наконец поединок подходит к концу. Джаспер ловко дотрагивается шпагой до плеча Ви — это знак, что бой окончен. Они одновременно опускают шпаги. Понятное дело, что ни один из них даже немножечко не запыхался, всё же силы у них практически равные, только на лице гостя румянец заиграл более яркими цветами, чем было до, а на лицах довольные улыбки. Присаживаются на поваленное бревно, не от усталости, а скорее по привычке казаться людьми, кладут оружие рядом. — Ну как? — интересуется гость. — Великолепно! Я не ожидал, что твои умения на столь высоком уровне. Признавайся, кто был твоим учителем? — Кайус. Это он привил мне любовь к лошадям, фехтованию и истории. Джаспер удивлённо присвистнул: — Вот уж от кого я точно не ожидал! — Почему же? — тут же кинулся в защиту дяди Ви. — Он хоть и строгий учитель, но справедливый. По крайней мере к себе я никогда не ощущал несправедливости с его стороны. Я считаю, что дяди хорошо справились с моим воспитанием. Я их очень люблю и уважаю. — А как же Аро? — тактично спросил Карлайл. — Папа… Он никогда не испытывал ко мне отцовских чувств. Первое время ему, может, и было интересно наблюдать, но это быстро сменилось разочарованием. Ведь мои способности пробудились во мне поздно, а он ждал их проявления практически каждый день. Через месяц это превратилось в еженедельно, а затем и вовсе раз в месяц. Моим воспитанием занимались дяди: Маркус и Кай. Деметрий часто тренировался вместе со мной, а потом, когда я подрос и окреп, Джейн тоже стала проявлять ко мне интерес. — Мне очень жаль, что тебе пришлось пройти через это, — сказала Эсми, приобнимая его за плечи. Тэхён лишь благодарно улыбнулся на сей жест и накрыл ее руку своей. — А когда твои способности проявились в тебе? — поинтересовался Эммет. — Как ни странно, после очередного прихода отца. Мне тогда было пятнадцать. Он, как обычно, взял меня за руки и проверял, нет ли каких-то изменений во мне, кроме тех, что я получил, изучая учебники, книги и просматривая обучающие ролики в интернете. И, не обнаружив ничего, в очередной раз ушел, не сказав ни слова, просто кивнув головой. Мне тогда так отчаянно захотелось исчезнуть хотя бы на время, чтобы посмотреть, будет ли он вообще переживать за меня и искать. Я не сразу заметил, что я стал по-настоящему невидимым. Сначала я пошел на свою любимую башню, где просидел, наверное, пару часов, глядя на солнечный город, что расстилался передо мной, но выйти туда в дневное время я, понятное дело, не мог, хоть моя кожа и не блестит так же, как у остальных вампиров. Сохранение тайны превыше всего. — грустно улыбнулся Тэхён. — А потом я пошел к дяде Маркусу, и тогда я впервые испугался того, что у вампиров может случиться сердечный приступ. Он так смешно и испуганно озирался по сторонам в поисках меня, хотя я был в шаге от него. Тогда я понял, что мое желание сбылось — один из моих даров это способность быть полностью невидимым, включая скрытие запаха и сердцебиения. — Один из даров? — удивленно спросила Элис. — Да. Через пару лет выяснилось, что я умею клонировать себя. Мы тогда не на шутку разыгрались с Деметрием и Джейн, что в желании победить их, я сначала разтроился. Видели бы их глаза, когда на поле вместо одного меня стало трое. — Тэхён счастливо улыбнулся, вспоминая то радостное для него время. — А на твоих клонов способность невидимки действует? — задал вопрос Эдвард, уже читая ответ в мыслях гостя. — Да, но ненадолго. Сейчас с помощью тренировок я могу клонировать себя в пять раз, и невидимку могу им «включить» на пять минут, но больше не получается, сколько бы я ни старался. Видимо, это мой максимум. — Это очень, очень здорово! — воскликнул Карлайл. — Я еще никогда не встречал ни одного вампира с двойными способностями. — Ну, я ведь и не вампир. — улыбнулся в ответ Ви. — Аро тоже обрадовался, когда узнал, что, оказывается, у меня тоже есть способности. Только вот это никак не помогло нам стать ближе. Ему было интересно только то, как он может использовать меня в своей армии. Убивая при помощи меня тех, кто ослушался или тех, кто не хотел присоединяться к клану. Сначала я по своей глупости исполнял все его прихоти, думал, что он меня наконец заметит и начнет общаться как с сыном, но этого не произошло. Потом я начал бунтовать. Сейчас Аро остерегается меня. Ведь я призрак, умноженный на пять. — горько усмехнулся Тэ. — Это все, конечно, очень грустно и очень интересно, — сказала Роуз, — но к нам — то ты с чего вдруг заявился? — Розали! Разве так можно? — одернула дочь Эсми. — Ну а что? Мне просто интересно, — пожала плечами блондинка. — Все в порядке, — уверил Эсми Ви, — я был готов к такому вопросу. Когда дядя мне рассказал, что есть клан, в котором есть такой же ребенок, я был очень мал, и со временем это просто вылетело из моей головы. Спустя года я вспомнил об этом разговоре и подробнее расспросил дядю. Тогда он мне и рассказал и про вашу дочь, и про парня из Бразилии вроде, и про ваш клан. Что вы не пьете кровь людей, а исключительно животных. Мне стало это интересно, я хотел познакомиться с вами. Я даже тайком приезжал сюда, но узнал лишь о том, что вы переехали. — Да, мы переезжаем с места на место примерно раз в 10 лет, чтобы люди не поняли, что мы не меняемся. В каждой стране у нас есть любимые города, где минимум солнечного света и максимум непогоды, — утвердительно кивнул Карлайл. — Но нашим любимым городом остается Форкс, — сказал Эдвард, обнимая жену за талию и нежно целуя в лоб. — Дааа, ваша история любви просто невероятна! Я часто представлял, как бы все сложилось, если бы моя мать осталась в живых, если бы Аро позаботился об этом, но увы… Все, что я могу — это носить ее фамилию с гордостью и смотреть на ее фотографии, когда особенно тоскливо. — А ты еще не встретил своего человека? — осторожно поинтересовалась Белла. — Что вы! Все, что я делал в этой жизни, это учился, развивался, тренировался и убивал. Где бы я мог встретить того, кто согласился бы делить со мной свою жизнь? — удивленно спросил брюнет. — Как знать, может ты уже встретил? — улыбнулась вампирша. Все многозначительно посмотрели на гостя, но вслух никто ничего не сказал. Джаспер начал собирать шпаги, а Эсми предложила вернуться домой, чтобы покормить гостя, потому как у него громко заурчало в животе. Так как Тэхён тоже решил стать веганом, было решено сходить вместе с ним на охоту в близлежащие горы, там как раз развелись олени в большом количестве. В следующую секунду поляна стала пустой. И никто, кроме Эдварда, не заметил белого волка на скале, затаившегося среди зелени.