***
— Доброй ночи, мои слушатели, с вами, как всегда, обаятельный простой парень Юнги. Знаете мы с вами всё время говорим о далёких планетах. Но, может, стоит вспомнить и о нашей. Он постукивает пальцем по столу, ритмично. — Земля, единственная известная планета, где существует жизнь. Учёные считают, что у нас уникальная комбинация: правильное расстояние до Солнца, атмосфера, магнитное поле… Всё идеально, чтобы кто-то мог сидеть ночью и слушать, как я болтаю о космосе. Он тихо смеётся. — Но вот что меня поражает, — продолжает он, — мы живём на планете, которая летит через пространство со скоростью тридцать километров в секунду. И при этом успеваем волноваться, что кто-то не ответил на сообщение. Чимин усмехается слушая это всё, укутанный в теплый плед. — А ещё, — Юнги опускает голос, — знаете, что наша атмосфера поёт? Серьёзно, учёные зафиксировали волны, похожие на звуки. Только они слишком низкие, чтобы услышать. Может, поэтому иногда тишина кажется громкой, планета просто разговаривает с нами на своём языке. Потом вздыхает. — Мы так боимся потерять связь, хотя сами вращаемся в пустоте, среди миллиардов звёзд… и всё же как-то держимся. Разве это не чудо? Берегите себя, мои слушатели. Мы с вами на редкость красивый случай статистической аномалии.***
— Доброй ночи, мои слушатели, — тянет Юнги своим мурчащим голосом. — С вами снова я, ваш космически уставший, но всё ещё обаятельный парень Юнги. Сегодня поговорим о той, кто не даёт нам спать и заставляет писать стихи, о Луне. — Наша ближайшая соседка— Луна, — произносит Юнги, лениво прокручивая ручку в пальцах. — Знаете, что самое удивительное? Мы видим только одну её сторону, всегда одну и ту же. Он делает паузу, будто даёт слушателям время представить это. — Луна вращается вокруг Земли синхронно, это значит, что пока она делает полный оборот, она один раз поворачивается вокруг своей оси. Поэтому одна половина всегда обращена к нам, а другая остаётся в тени. Немного похоже на людей, не правда ли? Мы тоже показываем только то, что хотим показать. Чимин тихо вздыхает и слушает. — Учёные называют ту часть “обратной стороной Луны”. Но она вовсе не тёмная, как принято думать. Она освещается Солнцем не меньше, чем та, которую мы видим, просто мы её никогда не замечаем. Мы любим думать, что Луна светлая и чистая, но на самом деле её поверхность это пыль, кратеры, следы ударов. И всё же она красива, даже с обратной стороны. Юнги тихо смеётся. — Так что если вдруг чувствуете себя неидеальными ,просто вспомните Луну. Она тоже вся в вмятинах, но всё равно освещает небо. Чимин прижимает подушку к груди и улыбается. Он уже знает, что завтра будет чувствовать себя иначе.***
Утро началось с того, что Чимин опоздал. Он забежал в маленькую кофейню у перекрёстка, очередь двигалась медленно, и он уже машинально листал телефон, когда услышал за спиной: — Если будете заказывать карамельный латте, возьмите два. Чимин резко обернулся, перед ним стоял парень в тёмной куртке, с наушниками на шее и самым спокойным взглядом на свете. Этот голос…. Тот самый, от которого у него мурашки. — Простите? — переспросил Чимин, делая вид, что ничего не понял. — Прощаю, — ответил парень с лёгкой усмешкой. — Просто решил помочь с выбором, научный эксперимент, не более. — А если я выберу зелёный чай с овсяным молоком и пеной? — Тогда я отойду и сделаю вид, что не вмешивался. Оба засмеялись. — Хорошо, пусть будет карамельный, — сказал Чимин. — Отлично, — парень кивнул. — Я заплачу. — Нет-нет, я сам! — Уже поздно, — лениво отозвался он. — Это мой вклад в карму. Вдруг вы сегодня улыбнётесь кому-то ещё и запустите цепную реакцию добра? — Или кто-то прольёт кофе от неожиданности. — Тоже вариант, — хмыкнул Юнги. — Главное, чтобы энергия двигалась. Юнги стоял так близко. Чимин сразу узнал его, настоящий, живой, не из наушников . Он стоит рядом, позади него. Когда Юнги забрал заказ и направился к выходу, он вдруг обернулся: — Кстати, если не спится, включите радио “Seoul Midnight FM”. Там неплохой парень говорит о звёздах. — Да? — Да, немного странный, но вроде ничего. Юнги подмигнул и ушёл, растворившись в уличной суете. Чимин остался. Он ещё не знал, но эта встреча была не последней.