Хорошо зафиксированный больной в анестезии не нуждается

Ладно, возможно это и правда полная хуйня. Антон поправляет ремешок камеры на шее и делает несмелые шаги по грязному полу лечебницы - по крайней мере на сайте было написано, что это здание именно бывшей лечебницы. Он никогда - никогда блять! - больше не будет доверять рекомендациям из анонимки. Какой же он придурок, Господи! Вокруг полная тишина, за исключением завывания ветра за разбитыми окнами и Антон сглатывает, подсвечивая себе путь фонариком - заряженным на 100% и с тремя комплектами запасных батареек в поясной сумке, потому что он не собирается становиться жертвой клише, понятно? Наверное, когда психолог советовал ему бороться со страхом лицом к лицу, то не совсем подразумевал карьеру хоррор-блогера. Но и Антон считает, что уж за свои то деньги сам может выбирать как использовать терапевтические советы. До Димы Масленникова ему конечно ещё далековато, но в отличие от него, Антон и не снимает постановы, так что вообще не совсем понимает, почему его хоть кто-то смотрит. Хотя есть догадки, что над ним просто весело угарать, когда он пугается тени от стула с одеждой. Ну и ладно, пока у него включена монетизация в тиктоке ему не сложно веселить народ… наверное… Бесконечные кабинеты сменяются дверью операционной и Антон шепотом комментирует: – Надеюсь, там не будет типа… кровавого стола, ю ноу… - И толкает ржавые двери от себя, чтобы аккуратно заглянуть во внутрь. В нос ударяет запах старого формалина, но ничего необычного не обнаруживается: большая часть мебели отсутствует, всюду развалены грязные отсыревшие бумажки и пустые банки. Типичная картина для заброшки в целом и всех предыдущих помещений в частности и это парадоксально начинает напрягать куда сильнее, чем если бы в этой комнате нашелся труп. Это ебливое бесконечное ожидание чего-то жуткого всегда выматывает, но не мешает Антону облегченно выдохнуть. – Ну ребят, седня видимо без скримеров. Полазим по шкафчикам? Мне кажется там можно найти прикольный лут. *** Обследование шкафчиков не даёт ничего интересного, только несколько пузырьков просроченного аспирина. Блять, он уже предчувствует, как много будет вырезать на итоговом монтаже, потому что ему-то страшно до усёра каждую минуту, а для зрителей ничего интересного не происходит! Из операционной был только один выход - тот же, что и вход - так что Антон разворачивается и идет к дверям, дергая их на себя и на секунду упирается взглядом во что-то похожее на окровавленное декольте. Крик скрипит в горле и он отшатывается, моргая, чтобы вновь увидеть перед собой коридор. Обычный, блять, коридор и… никого. Холодный пот бросает спину в судорогу и Антон оборачивается несколько раз вокруг себя, вцепляясь влажными ладонями в камеру и фонарик. Нет-нет-нет, это все никогда не просто так, надо валить!! Спотыкаясь о собственные ноги, он срывается в коридор и бежит. Двери пустыми глазницами мелькают справа, зевающие окна - слева, а хрустящее стекло под ногами всё не кончается. Когда дыхание уже больше похоже на хрип, Антон упирается в стену. – Блять, здесь же была лестница!! - Не выдерживает он, все еще помня, что снимает, вообще-то, контент. Даже если он сдохнет, у него по крайней мере будет запись. За грязной стеклянной панелью на окне вдруг что-то мелькает и это последняя капля: Антон завывает от страха и вваливается в ближайшую комнату, чтобы скрыться из этого коридора как можно скорее. Внутри оказывается просто груда всякого хлама, он натыкается ребрами на какой то стеллаж, громко роняет с полки банку с непонятным содержимым, спотыкается о сломанное кресло и валится на грязный пол, тут же чувствуя ладонью впивающиеся осколки. – С-с-сука-а…., - Камере, наверняка, тоже досталось, а фонарик откатывается куда-то под стол, потому что Антоновы рефлексы выбрали выпустить тот из рук, что в нынешней ситуации просто ахуительно! Он незамедлительно лезет вслед за ним, выхватывая фонарик вместе с какими то ошметками и грязью с пола, как слышит впереди хруст. Хватает ровно мгновения опустить глаза, чтобы увидеть жилистые худые ноги, по колено угвазданные в спёкшейся крови и грязные голые ступни прямо перед его ебучим носом. Антон дёргается прочь, с размаху ударяется затылком об столешницу, не глядя откатывается к стене, собирая на себя, кажется, абсолютно всё стекло, всю гниющую грязь и лужи натёкшей с потолка воды. Фонарик-фонарик-фонарик-фонарик!! Луч света разрезает пространство и упирается прямиком в стоящее за столом существо и тело пронзает ужасом: почему Антон вообще надеялся, что всё страшное и паранормальное боится включенных лампочек? Существо улыбается и клыки блестят на фоне всего остального, что обтягивает грязное тело и Антон с трудом успевает краем сознания уловить какую-то несостыковку в его внешнем виде, когда твари, видимо, наскучивает. Босые ступни шлёпают по мокрому полу, стремительно приближаясь, и Антон вдавливается в стену, дёргая ногами и вновь выпуская фонарик, чтобы в ужасе закрыть руками лицо. – А-а-А-Аа!!!! Он не уверен, что этот дикий крик действительно вырывается из него, воздух резко заканчивается, из глаз брызжут слёзы и, кажется, у него паническая атака или что-то типа того - Антон вообще не уверен, что это имеет значение в моменте, когда его, очевидно, убьют. А как же первое правило интернета о том, что оператор никогда не умирает!? Чужая рука резко отдирает его пальцы от лица и впивается ему в щёки, не давая отвернуться, пока из клыкастого рта вместе с запахом крови вырывается тихое: – Ч-ш-ш-ш… Сквозь слёзы удаётся разглядеть хищный глаз с какими то абсолютно аномальными ресницами, прищурившийся и глядящий прямиком в Антоновы внутренности. Остальное лицо скрывают грязные бинты, не дающие понять, есть ли у твари нос и в целом никаких других черт лица кроме острой челюсти и зубов. Что за хуйня, что за хуйня, что за… Тяжесть на бедрах кажется чем-то таким же шокирующим, как и вся ситуация в целом, и Антон, преодолевая дрожь и всхлипы, кидает взгляд вниз, вдруг осознавая, что на этом… на… на существе блядский наряд медсестры!! Мозг цепляется за эту мысль как за спасительный крючок и начинает судорожно перебирать варианты со сбежавшими косплеерами, съемками фильма, пранками и скрытыми камерами. Типа не может же реальный маньяк быть одетым… в это? В его любимый, блять, образ из Сайлент-Хилла?? Со стороны существа - существа ли? - слышится понимающий смешок и Антон снова испуганно дёргается, впиваясь взглядом в ещё сильнее растянувшуюся улыбку. – Нравится то, что ты видишь? Антон с трудом двигая прижатой к стене головой мотает ей отрицательно - хотя и не уверен, действительно ли стоило - и тут же чувствует, как сильнее сжимаются чужие пальцы на его челюсти. – Да неужели? Может, посмотришь повнимательнее? Рука исчезает и теперь помимо самого наряда есть возможность разглядеть, как тот натянулся и задрался на окровавленных бёдрах, открывая вид на мягкий и крупный член с гладкой мошонкой, прижимающейся к Антоновым грязным джинсам. То, что он не обоссался под себя от страха и эти джинсы не мокрые - это чудо, которому обязана его вечерняя тошнота, из-за которой Антон ничего не пил ещё с завтрака. Блять, какой нахуй завтрак, какие джинсы!? На его коленях горячий паранормальный мужик!! И это именно то, что и показалось Антону странным с самого начала: силуэт был крепким, широкоплечим, но плавные движения и женская одежда сбивали с толку и создавали неестественную картинку. Пирамидоголовый в костюме медсестры. Это то, на что Антон дрочил абсолютно бесчисленное количество раз ещё с юности и абсолютно был не готов увидеть воплощение своих фантазий в грязном вонючем углу ебучей психушки!! Особенно после того, как почти задохнулся от ужаса и извалялся в дерьме… он точно умрёт от заражения крови, даже если его не убьют сейчас. – Н-неплохо, - Голос хрипит и выталкивать слова практически невыносимо, но настойчивое ёрзанье существа напоминает о том, что его ответа ждут. – Ах «неплохо»? - Антон жмурится от очередной волны ужаса, когда к его горлу прижимается лезвие и кожу обжигает неглубокой царапиной. – Прости, прости, очень сексуально!! Мне очень нравится!! Существо тянет губы в довольстве и через секунду Антон чувствует скользкий язык, облизывающий его шею. В носу вновь встаёт запах крови, к которому примешивается запах его собственного пота и сырости вокруг. Вся эта ситуация, саднящие ладони, разбитые колени, полностью мокрая от стресса спина, и вся эта мерзость какого-то хуя ударяют возбуждением прямиком в живот. Сука-сука-сука, нет, у него не встанет, просто не может встать, он же на грани ебучих смерти и нервного срыва!! – Какой ты смешной, я то думал поначалу, что ты очередной сектант.., - Здесь что, ещё и сектанты!? - Но заметил, что ты с камерой бегаешь и с каждого звука ссышься. Кто тебе сказал про это место? Оно не для таких, как ты-ы… Он скользит богомерзким языком вдоль шеи до уха и капает слюной Антону на рубашку. – Мне… подписчики рассказали…, - Коктейль из отвращения, адреналинового шока, боли и желания расплакаться скользит по всему телу дрожью и Антон хочет схватиться за чужие бёдра, чтобы… неважно, чтобы что-нибудь! Но засаженные во время падения занозы резко впиваются глубже и он одёргивает руки с шипением. – О-о, котик, болит? - Существо, по видимому, решает доиграть роль медбрата и хватает его ладонь, поднося к лицу. – Сейчас испра-авим… Антон выпучивает глаза, глядя, как язык из чужого рта вываливается сантиметров на двадцать, смачно облизывая его грязную ладонь, зудящая боль из которой тут же пропадает. И это пугает даже сильнее, чем если бы ему эту руку просто нахуй откусили. Слабые надежды на неудачный пранк с косплеем испаряются также, как и любые шансы на светлое будущее, но чужая задница крепко прижимающая его к земле мешает переживать этот кризис спокойно. – Ну вот, теперь-то можешь трогать сколько хочешь. Ты же это хотел сделать? - Существо со смачным шлепком кладёт его ладонь себе на бедро и слой слюны размазывает ошмётки крови по ледяной коже. Ну, может не совсем прям так, но… – Тут, вообще-то, в основном только охотники на демонов заглядывают, и те, кто хочет принести для меня жертву… даже жалко тебя… такой грязненький, такой мокренький, такой испуганный…- «Медбрат» кладёт ладонь на его грудь, где сердце колотится как ебанутое. - Люблю жалких мужчин… это… возбуждает. *** «Ну чё, пацаны, подскажите хоть, чё у вас на районе есть, сгоняю проверить!» В комментариях тут же начинается полный словесный понос и Антон лениво удаляет сообщения злоебучих ботов, предлагающих работу за 4000р в час и лайкает попутно смешные стикеры с Джеффом убийцей. Удивительно, как ему удалось собрать аудиторию ранних зумеров и совсем немного детишек с перезалива в лайке, которые про Джеффа наверное ещё не слышали - не этого поколения звезда всё-таки. 💎 У тебя новое анонимное сообщение! А че, ты не пробовал вот на этом сайте сёрчить? https://secretplace.net/read/8549640/26130055# @anonbot Антон не думая тыкает на ссылку, уже опосля понимая, что так обычно аккаунты блять и взламывают, но ссылка вроде рабочая и сайт выглядит… ну, как обычный сайт нулевых, наверное. Дебильные шрифты, менюшка слева и много видосов на главной странице, по антуражу напоминающих такие же, как снимает сам Антон: заброшки и мелькающие лица да руки операторов на фоне. По быстрому скроллу всех пунктов меню становится понятно, что это сайт для адреналиновых торчей в котором все рекомендуют друг другу самые отбитые местечки, где можно конкретно навалить или убиться. Антон вздыхает и кликает на подборку этого месяца, натыкаясь на рейтинг с лидирующей позицией «ЗАБРОШЕННАЯ ЛЕЧЕБНИЦА С НАСТОЯЩИМ ДЕМОНОМ!!!» – Ага, конечно, и клоун-убийца ещё сверху, - Бубнит Антон, добавляя адрес в карты и понимая, что это не так уж и далеко от Подмосковья. Ладно, возможно и стоит сгонять, обычно больнички вызывают потрясающую реакцию у людей. У него, конечно, тоже, но нужно просто взять запасные трусы с собой. *** Слюни в чужой заднице громко хлюпают, когда кровавые бёдра до шлепка опускаются вниз, и Антон сжимает те насколько хватает силы пальцев, но существо не останавливается ни на секунду, выдавливая из него всё новые и новые звуки. Темп бешенный, и пыль вокруг вздымается, когда грязные колени медбрата елозят по полу, чтобы поудобнее объезжать Антонов член, который, по ощущениям, сейчас взорвётся. – С-стой, блять, стой, я кончу, я кончаю, пожалуйста, пожалуйста!! - Антон натурально воет, но его мучитель не знает пощады и держит ебучий ритм даже тогда, когда член внутри все-таки выстреливает порцией спермы. Только и урчит довольно, с-сука… Задница сжимается, выдаивая его до последней капли. Кто бы знал, что запасные трусы Антону понадобятся не потому что он обоссытся от страха, а потому что его белье разорвёт когтями блядский демон лечебницы. Кому расскажешь - не поверят. Хотя… По спине пробегает холодок, когда он вспоминает про висящую на груди камеру. Блядь, запись же до сих пор идёт!!! Демон - а судя по заострившимся когтям на руках, это видимо был реально демон - как будто читая мысли опускает взгляд на камеру и машет приветливо рукой в объектив, медленно соскальзывая с члена. Тот влажной лужей шлёпается Антону на дрожащий живот, но тут же оказывается в плену у когтистых пальцев. – Ну-у, этого не хватит…- Хмурится существо недовольно и опускается вниз. – С-сстой, стой, бля-ять, да умоляю!!! - Антон уже не надеется ни на что, когда сухие тонкие губы всасывают его гиперчувствительную головку внутрь горячего рта, но медбрат останавливается и прямо так, с занятым ртом и замирает, выжидательно приподнимая брови и глядя на него в ответ. – Э-э-э… я …. Я не… ты убьешь меня, да? Он понятия не имеет, почему от этой навязчивой мысли у него не упал ещё в первые минуты, и почему в голове до сих пор туман возбуждения смешивается с этим фоновым ужасом. – А ты хочешь умереть? - Демон довольно причмокивает рядом с лобковыми волосами и устраивает лукавую голову на Антоновом бедре. – Нет конечно!! - Возмущение захлестывает и Антон уже собирается ответить что-то в духе «у меня вообще-то семья-дом-дерево и бизнес!» но застревает на этой мысли и поджимает губы. У него блог на несколько тысяч подростков и долг за коммуналку за три месяца, у него последняя сигарета с утра в кармане и запасные трусы рядом. Никакой работы по специальности и дома с женой-хозяйкой, которая бы позвонила в полицию, когда он не вернется. Но он все еще не хочет умирать!! – Не волнуйся ты так, зайчик, я вообще-то тебе помогаю, - С гордым видом выдаёт существо и скользит языком вдоль ствола, - Ты бы сгнил за пару месяцев от заражения, если бы не я. Говорю же, люблю жалких людишек. Порадуешь меня еще своими слезами? Антон не успевает ответить, когда его член снова оказывается в плену чужого рта и это почти невыносимо - он кончил вот-вот только что и шершавый язык по ощущениям снимает ему кожу, но вопреки этому в животе снова скапливается тепло. Да что с ним сегодня?! Ему никогда не нравилась гиперстимуляция.. Хотя возможно стоит пересмотреть свои взгляды… особенно когда острые глаза стреляют в него снизу вверх а волшебный рот вбирает помягчавший за последнюю минуту член за щёку, идеально сдавливая со всех сторон. – К-как ты вообще можешь лечить сексом…. Бля-ять…! - Язык скользит под крайнюю плоть и обводит головку по кругу, пока демон причмокивает с удовольствием. У Антона точно были бы вопросы к чужим вкусам, потому что он ещё с прошлого вечера не принимал душа, но глядя на то, как с ног до головы покрыто чужое тело кровью и грязью все эти вопросы отпадают. Дело в другом: его-то почему эта мерзость возбуждает!? – У таких мальчиков, как ты, зачастую отсутствует мозг, так что я тебе подскажу: у суккубов есть способность к лечению через свою основную силу. Я, правда, никогда не любил трахаться со всеми подряд. Я больше люблю убивать. Антон сглатывает шумно, когда вспоминает про прижатое к горлу лезвие и демон, будто вновь читает мысли, скалится хищно, оголяя ряды белоснежных зубов с острыми резцами и щёлкая ими рядом с его членом. Член дёргается и Антону стыдно признать, что вовсе не от ужаса, хоть слова про убийства абсолютно точно не являлись шуткой. Но если он ему… помогает? То получается, что Антон может расслабиться? Или что вообще? Или его лечат, чтобы заставить бегать по лечебнице? Ладно, господи, он так устал беспокоиться за эти пятнадцать минут… От этого осознания получается вдохнуть полной грудью и страх с тревогой частично покидают его тело. Он концентрирует взгляд на медбрате, чьи губы теперь блестели от слюны. Похуй. Это его ожившая, блять, мечта, и он готов умереть за эту хуйню как самый настоящий задрот, понятно?! Шершавые тонкие губы с отчётливым привкусом крови оказываются просто потрясающими, лучше всего, что он пробовал за свою жизнь. Медбрат булькает слегка удивлённо, но быстро подаётся вперед и валит его полноценно на грязный пол всем телом, плюхаясь сверху: тяжелый, зараза. Демоническое тело в обтягивающем костюме крепкое, ни одной женской мягкости, никаких пухлых округлостей, тазовые кости врезаются Антону в живот и грубые жилистые руки стискивают его челюсть с новой силой. Как же ахуенно, Господи… – Осмелел, щенок? Хочется больше? - Язык облизывает Антонову колючую щеку, наверняка ещё солёную от пролитых слёз. - Молоде-ец, жадность это замечательно… Их члены соприкасаются и Антон мычит в кусачий поцелуй, чувствуя, как клыки сдирают с его губ корочки, позволяя крови разбавить их слюну. Да, он действительно готов за это сдохнуть, ничего не имеет смысла, пока он может сжимать крепкие ягодицы и чувствовать длиннющий язык в своей глотке. Под спиной хрустит какой-то мусор когда медбрат проезжается по его стояку своим, с силой вжимая в пол и Антон может думать только об одном: – Я хочу тебе отлизать… Или отсосать…, Или что мне можно..? - Выражение дьявольского лица тут же расползается в гримасу дикого довольства и Антон успевает только моргнуть, когда нога мелькает в сантиметрах от его лица и этот прекрасный мужик оказывается сидящим на его груди, задницей прямо перед носом. Несмотря на всю остальную грязь на теле, здесь Антона ждал потрясающий вид сочного и розового колечка мышц, нежно блестящего между двух ягодиц с кровавыми отпечатками. Ну что за прелесть. – Какой смелый ма-альчик… а не боишься, что многовато просишь? - Ответить ему, правда, никто не даёт потому что демон вжимается задницей в его лицо, позволяя только ухватиться за бёдра. Антон вываливает язык и скользит им вдоль ложбинки, слыша отдалённые постанывания сверху и ввинчивает кончик языка внутрь. Жаль, что у него анатомия не такая ебанутая, как у этого парня: с дьявольским языком отлиз получился бы просто ебейший. Но он и со своим в целом неплохо справляется. Существо извивается и громко стонет, проезжаясь яйцами по его подбородку, пока Антон старательно вылизывает чужой анус, будто реально засасывающий его язык вовнутрь. Сквозь удовлетворение и жар на лице вдруг чувствуется холодок на открытом горле и Антон сглатывает шумно, когда сверху слышит хихиканье: – Я знаю, что тебе понравится… Старайся хорошо, зайчик… - «а не то…» повисает в воздухе в ту же секунду, когда лезвие на горле снова давит по старой царапине и боль резко ошпаривает, заставляя сдавленно стонать, практически без доступа к воздуху между этих потрясающих ягодиц. Антон, кажется, теряет в этот момент себя и толкается в воздух своими бёдрами с уже полноценно вставшим заново членом, которому теперь не уделяется никакого внимания. И правильно, он не заслужил, он просто вещь в руках этого безумного существа, которое может сделать с ним абсолютно все, что захочет. Он может вскрыть ему горло прямо сейчас и продолжать скакать на его языке, пока Антон будет захлёбываться своей кровью. Это была бы лучшая смерть, он бы так хотел… приблизиться… Очередная капля горячей крови стекает по его горлу и лезвие ползёт вниз, оставляя новые и новые царапины на чувствительной бледной груди, минуя напрягшиеся до мурашек соски. Чужие когти по-свойски впиваются в Антонов мягкий живот, надавливая будто чтобы выкорчевать внутренности прямо так и он вновь срывается на скулёж почти одновременно с демоном, который за секунду выгибается дугой. Капли чужой спермы разливаются по окровавленной груди и когда с его лица слазят, Антон в полной мере может оценить это абсолютно безумное зрелище. По гамме очень напоминает борщ со сметаной… как же он любит борщ. Жилистые бёдра все ещё маячат перед глазами и существо оборачивается к нему через плечо, кажется, впервые за их встречу раскрасневшееся и тяжело дышащее, хоть и тяжело судить из-за бинтов на чужом лице. Антон абсолютно ясно понимает: даже если под этими бинтами голые кости, у него будет продолжать стоять. Может, это чары какие-то? Вроде была какая-то фраза про суккубов… Ладно, у него все равно в башке полная каша и думать нет никаких сил. Стоит так стоит. – Не ожидал от тебя такой прыти… а казался таким безвольным и запуганным, неужели всё-таки вошёл во вкус, м? Демон встаёт прямо над ним, возвышаясь во всю длину своих бесконечных ног с ярко-красными коленями к которым очень мило прилипли какие-то крошки с пола и Антон подавляет моментально возникшее желание нежно их отряхнуть и наблюдает за прекрасным видом под чужой «юбкой», который начинает слегка плыть. – Я зря боялся… бессмысленно бояться смерти, когда рядом такое…. такой… ты…, - Язык заплетается и голова становится всё более тяжелой, хоть Антон и так лежит плашмя. Почему так хочется спать… – О-о-о, ну что за прелесть. Жаль что я не могу выдоить тебя всего до конца, всё это «лечение» стало бы бессмысленным. Расслабься, мальчик, ты меня хорошенько развлёк. Антон хочет возразить и вообще, у него все еще стоит!!.. наверное.. он уже не уверен, если честно. Но дремать тут… на полу… это тем более самоубийство!! Да и…он со спущенными штанами… и… *** – Че, прям в траве валялся? – Да блять, я тебе говорю! Возле лечебки этой ебучей… уже утро было, я обратно конечно же побежал, но даже того кабинета не нашел. Всё какие-то другие были, хз, планировки не те, мусор не тот. Ну и крови никакой не нашел… – Антох… – Если ты скажешь что я ебанулся или мне приснилось и я просто обделался от страха в обмороке я тебя убью и ничего больше тебе рассказывать не стану. – Да без обид, бля, ну это реально треш, - Димас не выдерживает и начинает ржать как конь, немного пристыженно хлопая его по руке, когда Антон отворачивается. – Да че ты, ловелас, не обижайся, верю я тебе, верю. Я рад всегда когда у тебя появляются мужики, неважно воображаемые или нет. Расслабься, вдруг ты теперь проклят и он ещё вернётся за тобой?… Тох, я же пошутил, не делай такое счастливое лицо пожалуйста, это пугает. Антон мог бы без проблем доказать Диме правдивость своей истории, вот только на единственном доказательстве он скулит лёжа со стояком в крови и сперме и он собирается унести эти сорок гигабайт позора с собой в могилу. Жаль только, что приличная часть того видоса вышла совсем короткой… интересно, а демоны сидят в тиктоке? The end