Burning eyes, secret screen

Сначала человек смотрит на обложку. Сверяет её со своими предпочтениями, наслаждается видом и облизывает губы. Но потом он решает открыть книгу и заглянуть внутрь, на бесконечное количество слов, описаний, характеристик. Первые строчки всегда кажутся скучными и надоедливыми, незнакомыми, странными. Только лишь прочитав несколько страниц, человек понимает суть и вчитывается все больше и больше. А затем огонь разгорается, плывет по груди, вырывается из нее и соединяется с книгой. И с обложкой, и со словами, тем, что находится внутри. Но книга может не подойти. Зацепит обложка — не привлечет содержимое. Зацепит содержимое — а обложка совсем не нравится. Минхо тоже смотрел на обложку. Долго, беспрерывно, наслаждаясь. И только сейчас… В помещении мигом повисает мертвая тишина. Ведь Минхо произнес эти слова вслух, да? Он же не обманывает сам себя? Джисон тоже молчит, не говоря ни слова. Его серьезный взгляд устремлен ровно в глаза робкого Минхо, который тоже перешагнул через себя и не стал отводить взгляда. Сердце уже который раз за день бьется, как сумасшедшее. Ладони потеют, дыхание учащается, а Джисон все продолжает молчать и рассматривать Ли. Он тяжело вздыхает и двигается немного ближе. — Это было понятно сразу, — мычит Хан, разглядывая Минхо, — мог бы и не говорить. Взгляд Джисона уходит на окно. Хан просто взял и обесценил все старания, переживания и тревожность Минхо. В груди, будто, что-то обрушилось. Ли инстинктивно поджимает нижнюю губу и сглатывает подкативший ком в горле. Время останавливается, тишина становится напряженной, между ними повисает тугая нить непонимания. — Но мне нравится твоя смелость, — внезапно заявляет Джисон, вновь возвратив внимательный взгляд на Минхо, — ты так долго этого добивался. Меня. Он меня сейчас похвалил…? Минхо замирает от слов Хана, его руки уже дрожат и от холода, и от волнения. Он приоткрывает рот, останавливает свой взгляд на парне, а мозг перестает функционировать. Как за такой короткий промежуток времени могло случиться столько много всего. Разве это возможно? Разве это не сон? Да как я вообще могу кому-то понравиться? — Эх, Минхо, что же с тобой делать, — тяжело вздыхает Джисон и мягко толкает плечо Ли, — я совсем не знаю. Ты такой странный. Бедолага. — В смысле — с-странный…? — заикаясь, негромко отвечает Минхо и от волнения сглатывает ком в пересохшем горле. Хан тихо мычит и загадочно поднимает уголок рта вверх, хмыкнув. Затем подходит еще ближе, странно рассматривая Минхо. От этого Ли чуть ли не сходит с ума — внутри происходит что-то необъяснимое. Это давление со стороны Джисона стало еще сильнее. Тревожное? Или приятное? Хан продолжает странно смотреть на парня и неожиданно кладет руку на макушку Ли, начиная её трепать. — Что ты… — только и может промолвить Минхо, инстинктивно слегка отпрянув, с робостью смотря на Джисона. Его рука очень приятно ощущается на голове. Сердце выпрыгивает из груди, внутри разливается что-то очень теплое и странное. Джисон продолжает трепать его волосы и попутно многочисленно хмыкать, почему-то получая удовольствие с этих действий. — Странный, потому что такой разный, — улыбается Хан, убрав руку с макушки Минхо и поставил её на пояс, — сначала дрожишь только от моих слов, а потом грубишь, как последняя сука. Да, это правда. И Минхо это понимает. Этим всем непонятным поведением он выдал сам себя. Каждый раз стыдливо позорился перед объектом своего обожания, не зная, как себя вести перед ним. Так себя не ведет нормальный человек. Так делают только при… симпатии? — Хм, знаешь, я в какой-то степени такой же, — наклоняет голову Джисон, — но пока не спешу тебе раскрываться, прости, малыш. — Малыш?! — вздрагивает Минхо, но его лицо всё еще сохраняет спокойно-напряженный оттенок. — А еще тебя очень злят и заводят такие выражения, — издевательски прикусывает губу Джисон и прикрывает рот. Минхо решает не продолжать эту тему. Он тяжело вздыхает и отворачивает голову в сторону окна. Ну давай же, Джисон, блять, не испытывай меня. Просто ответь. — Джисон, пожалуйста, ответь, — жалобным голосом тянет Ли, зажмуривая глаза от чрезмерного волнения, — я сейчас сойду с ума. Мне уже плохо. Мне нельзя переживать. — Какой у тебя диагноз? — продолжает мучить его Джисон, всматриваясь в его лицо. — Опухоль той части мозга, которая отвечает за мысли обо мне? — Да хватит, — постепенно сдается Минхо, сглотнув, — я бы… мне просто нужен твой ответ. После этого мне станет легче. Пожалуйста, ответь. Джисон молчит, приобретая серьезное выражение лица. Он вновь скрещивает руки, прикусывает губу и рассматривает Минхо. Снова это непонятное давление, которое наваливается всей массой на Ли и не дает спокойно дышать. — Возможно, я бы хотел, чтобы ты меня трахнул, — задумчиво цокает Джисон, приближаясь к парню, чтобы тот обратил на него внимание, — но пока не уверен. Минхо резко поднимает голову и всматривается в глаза Хана, не веря своим ушам. Это, что, нереально? Или это правда происходит с ним сейчас? То есть, я способен кому-то понравиться. Тишина повисает снова, за окном каркают вороны, а глаза обоих парней не бегают, смотря друг на друга. Сейчас они связаны и не разделены. — С-серьезно? — нервно сглатывает Минхо, начиная промаргиваться. — А… а когда ты решишь? Хан улыбается один уголком рта и отводит взгляд в пол: — Так не терпится? — задумчиво мычит Джисон. — Тебе стало легче? Минхо машет головой, думая над значением его слов. В каком смысле вообще они были произнесены? Сарказм, или что, вообще? — В смысле легче? — недоумевает Ли и задумчиво прикусывает губу. — Ты то шутишь надо мной и издеваешься, а иногда происходит что-то волшебное и ты говоришь серьезно. — Я просто спросил, стало ли тебе легче, — недоуменно пожимает плечами Хан и хмурит брови, — ты выглядишь, будто у тебя сердечный приступ. — Да..? Что со мной? — Минхо начинает судорожно ощупывать свое лицо и смотреть в отражение стекла, приглаживать волосы и равномерно дышать. — Ты так нервничал, как будто от этого решения зависит вся твоя жизнь, — слегка прыскает Джисон и улыбается, — да и как можно отказать такому… привлекательному, ха? Как тебя назвать? Его сердце и правда больше не выдержит, оно, кажется, просто остановилось. Минхо замирает, медленно поворачивает голову на Джисона с ошарашенным выражением лица и глядит на него, как будто увидел что-то невообразимое. Все внутри переворачивается, или, просто умирает. Сука!!! Я?! Привлекательный?! Он издевается?! Минхо не верит своим ушам. Да, и он снова думает, что все это сон. Все ощущается каким-то нереальным. Неправильным и ненастоящим. Джисон раньше был совершенно другим. — Как ты меня назвал? — ошарашенно шепчет Минхо, не сводя глаз с парня. — Заметь, я никогда не говорил про то, что ты не привлекательный, — наигранно подмигивает Джисон, раскрывая рот. — Ты снова издеваешься, или как это понимать? — возмущается Минхо, хотя ему это очень нравится. — Ты про меня таких вещей наговорил! — Я говорил про то, что ты глупый, а не некрасивый, — довольно хмыкает Хан, — и вот это моя аудитория поощрит. Кстати, сколько у тебя сантиметров? — Стоп, подожди! — Минхо резко машет руками перед собой, не успевая переваривать сказанные Джисоном слова, потому что это все ощущается, как бред. — Помедленнее! Я ничего не успеваю понимать. Что ты там сказал, блять, вообще? — Тебя так смутил мой вопрос? — наклоняет голову Джисон и улыбается. — Сколько у тебя сантиметров? — Блять. Минхо прикрывает глаза, вдыхает полной грудью и пытается успокоиться. Он трет свое лицо, чтобы прийти в себя, а в голове творится просто что-то неадекватное. Ебанные вороны продолжают каркать за окном. — Так, — приходит в себя Ли, еще раз вдыхает и произносит, — около двадцати. — Нихуя себе, ну, это заметно, — строит удивленное выражение лица Джисон, прикусывает губу и хмыкает, — мне такое надо… — Что, блять?! — Минхо теперь будто пребывает не в этом мире. Он морщит лицо от неожиданности, раскрывает рот и хмурит брови, практически выкрикивая слова. — Какое… заметно?! Что?! — Кхм, — одновременно кашляет и прыскает Джисон, прикрывая рот, — например, когда мы вместе и близко, это… ну, видно. — Сука, блять, иди нахуй! — Минхо хватается за волосы, оттягивает их и раскрывает глаза. Я снова! Обосрался! Господи, какой же я тупой и ничтожный! Блять, сдохни, Минхо! Ради бога!!! — Если ты так будешь реагировать на каждый подобный разговор, то у нас ничего не выйдет, — качает головой Джисон и неудовлетворенно цокает, — а у меня очень много таких нюансов. Ты просто не выдержишь. Кончишь на камеру, как только я разденусь. — Нет! — отчаянно протестует Минхо и машет головой, жалобно смотря в глаза Хану. — Нет, такого не будет, я обещаю, Джисон. Так не работает. Парень невозмутимо пожимает плечами и выходит с балкона в чем ни бывало. Будто сейчас ничего не произошло. Его лицо полностью спокойно и равнодушно, а Минхо, тем временем, сходит с ума и дышит слишком часто, следуя за Джисоном по пятам. — Куда ты идешь? — хмурит брови Минхо, пока все еще не может успокоиться с прошедших событий, и тяжело дышит. — Лежать на кровати, — хмыкает Джисон, направляясь в свою комнату, — а твой урок уже давно закончен. Минхо машет головой от недоумения, вновь хмурит брови и выпускает из своего рта нечленораздельные задумчивые звуки. После такого серьезного и сумасшедшего разговора Джисон просто берет и выгоняет Ли из своей квартиры? — Чего? — недоуменно спрашивает Минхо, остановившись перед комнатой Хана, пока тот спокойно заходит туда и садится на свою кровать. — Давай, пиздуй отсюда, — нагло машет рукой Джисон, выгоняя Минхо из своей квартиры, — я не изменился и устал, если что. — Ты спал буквально пятнадцать минут назад! Тебе норм?! — возмущается Ли. — Зачем ты меня прогоняешь, если щас сбылась моя… м-мечта? — Ох, твоя мечта? — издевательски мычит Хан. — Скоро твоя мечта станет ночным кошмаром. Со мной будет сложно, понимаешь это? — Я… я понимаю, да, это сложно, но при чем тут это? — хмурит брови Минхо, а сердце сжимается. — Я же итак знал, на что шел. Хан выглядит так по-домашнему, уютно и хорошо. В его комнате горит тусклый свет, по столу разбросаны листы, а одна стена полностью увешана всякими плакатами и хламом. В сердце Минхо что-то странно загорелось, он морщится от этого чувства и сглатывает ком в горле. Джисон же продолжает спокойно лежать на кровати, закинув ногу на ногу, и рассматривать Минхо. — Ладно, — вздыхает Джисон после долгой паузы и садится на кровати. — Мне реально уйти или я могу сесть? — вопросительно произносит Минхо, продолжая недоуменно стоять в дверном проеме. — Садись. Минхо мысленно облегченно выдыхает, проходит внутрь и садиться на кровать рядом с Джисоном, смущенно поджимая ноги. — Мне интересно… — выдыхает Ли, опустив взгляд в пол, — почему ты согласился? Джисон поднимает глаза на Минхо, хмурит брови и наклоняет голову. — А разве не очевидно? Ты красивый и у тебя хороший член, — пожимает плечами Хан, задумчиво глядя на парня, — ты же не девственник, надеюсь? — Нет, конечно, — уверенно и, пытаясь быть трезвым, сообщает Минхо, кивая, — я… не переживай, это у меня получается отлично. Как же об этом стыдно и неприлично говорить. Просто какой-то кошмар для Минхо. А писать развратные комментарии — норм для тебя?! — Хах, очень надеюсь, — хмыкает Джисон, — к кринжу ты тоже должен быть готов, хотя… ты, разве, не испытывал жесткого кринжа, пока смотрел меня? Не надо об этом вспоминать. Пожалуйста. — Я… — нервно сглатывает Минхо и раскрывает глаза, — ну… иногда, может… — То есть, этот уебищный костюм кошечки тебе заходит? — строя издевательское выражение лица, которые сейчас порвется от смеха, спрашивает Джисон. — А… ну… — тупит Минхо, утыкаясь взглядом в пол, и задумчиво прикладывает палец к губе, — ну, да, он кринжовый, но… блять, ну, ты так все хорошо делал, что он в моменте перестает быть кринжовым, и… боже, просто не слушай меня. Это диагноз, понимаешь? — М-м, я и не сомневаюсь в этом, — пытаясь сдержать смех, делится Джисон, — значит, бдсм тоже потянешь. Блять, ты издеваешься? — Да, конечно, — смиренно кивает Минхо, утыкаясь взглядом на свои руки. Повисает неприятная тишина, только ветер поддувает из окна. Джисон прижимается спиной к стене и листает что-то в телефоне, а Минхо не знает, что сказать, все еще продолжая рассматривать свои руки от нервов. Я щас задохнусь. И неужели это все произошло за пятнадцать минут? И это все произошло с Минхо, а не во сне? Разве это реально? Минхо тоже решает прижаться к стене и сесть рядом с Ханом — между ними остаются считанные сантиметры тишины. Ли тяжело дышит, пытаясь прийти в себя, а Джисон расслабленно бегает глазами по экрану. Он такой спокойный, навевающий уют и тепло, что Ли недолго задерживает свой взгляд на нем. Хан это замечает и поворачивает на него голову, вопросительно поднимая бровь, пока Минхо чуть не сходит с ума от сердечного микроприступа. — Ам… когда начнём..? — неуверенно произносит Минхо, вопросительно наклоняя голову. — Когда угодно, — невозмутимо пожимает плечами тот, не сводя взгляда с Минхо. — То есть, решать мне? — вопросительно хмурит брови Ли, сомневаясь в его ответе. — Нет, мне, — издевательски ухмыляется Джисон и снова утыкается в телефон, — завтра. Стоп… У Минхо перед глазами будто вмиг все застыло, а сердце остановилось. — Завтра..? — ошарашенно шепчет он. — Шучу, — Джисон вопросительно смотрит на того, — ты реально повелся? Нам нужно обсудить еще хуеву кучу деталей. — Ой. — Вот тебе и ой, малыш, — прыскает Хан. Внезапно в кармане Минхо раздается громкий звонок и вибрация, отчего тот вздрагивает и тут же начинает доставать телефон. На экране светится контакт Чонина, но Ли решает просто не обращать внимания, морщится и сбрасывает звонок. Но тут его осенило — на часах сейчас 17:27. Минхо должен был встретиться с Чонином в 17:00 под домом Джисона, где сейчас находится Минхо. Блять… Ли беспомощно смотрит взглядом в пол, его ладони начинают становиться влажными, а грудь переполняется чувством стыда и безответственности перед своим лучшим другом. — Встретимся завтра когда-нибудь, спишемся, а теперь пиздуй отсюда, — невежливо машет рукой Джисон, прогоняя Минхо, — тебя, видимо, уже кто-то ждёт. — Да, ты прав, — Минхо начинает тяжело дышать и в панике встает с кровати, проходя к выходу из комнаты, — я пойду. Ты мне напиши тогда, где и когда встретимся, — быстро тараторит Минхо, нервничая. Не дожидаясь слов Джисона и слыша в ответ непонятное бурчание, Минхо, суетившись, быстро проходит в прихожую, накидывает на себя пальто и уже через пару минут оказывается на улице. Свежо. Прохладно. Хорошо. Но как только Минхо слышит звук закрытия двери подъезда, он замирает и строит ошарашенное и стыдливое выражение лица одновременно. Прямо перед ним стоит Чонин, раздраженно прикусывает губы и щеки, держит телефон в руке, где показывается вызов контакту Минхо, и тяжело вздыхает. — Я тебя, когда-нибудь, сука, реально расчленю и сдам на органы, пидорас ебучий, — матерится под нос Чонин, грозно смотря на удивленного каменного Минхо, — я тебе звоню-звоню, а ты, блять, как будто оглох нахуй. И что ты там делал полчаса?! Минхо нервно сглатывает, прикладывает руку к груди, глубоко дышит и неуверенно отвечает: — Прости, пиздюк, ради бога, я совсем забыл, у меня был стресс, — тараторит под нос Ли, — я просто… ты просто не представляешь, что произошло, мать твою! Прости! — Блять, не забывай про это, но я тебе пообещал, что я тебя когда-нибудь жестоко изнасилую и закопаю в яме, — раздраженно цокает Чонин, искоса смотря на Ли, — рассказывай, че там? — Ты п-просто не поверишь, — резко машет головой и руками Ли от волнения, — я даже… пойдем пока, а я тебе по ходу расскажу всё. Минхо уверенно выдыхает, открывает рот и одновременно начинает и шагать вперед с Чонином, и тараторить под нос все произошедшие события. С каждой деталью вплоть до каждой эмоции и поведения Джисона. Иногда Ян раздраженно цокал и выдыхал, когда Минхо уж слишком сильно перебарщивал с деталями, но в основном искренне радовался за друга. Ведь младший приложил тоже немало усилий для того, чтобы Минхо понравился Джисону. — И… он сказал «да», — тихо говорит Ли, внимательно смотря на друга, — понимаешь..? — Что?! — Ян морщит лицо и просто не верит своим ушам. — Серьезно?! То есть… блять… Реально?! — Да! — тоже чуть не сходит с ума Минхо и продолжает увлеченно рассказывать события. — Он. Хочет. Чтобы. Я его трахнул!!! — Да ну! Блять?! — продолжает недоумевать Чонин, смотря то под ноги, то на радостного Минхо. — Он говорит, что мы встретимся завтра когда-то, и я очень надеюсь, что он надо мной не издевается и мы реально обговорим все. — У меня такое чувство, будто он чуть-чуть тебе пиздит, — задумчиво выгнул бровь Чонин, — как-то легко все прошло. — А почему должно быть наоборот? Может, он хотел меня с самого начала. — Ага. Именно тогда, когда посылал тебя на все три буквы сотни раз?

***

Как же Минхо заебало то, что при каждой встрече с Джисоном у него трясутся руки, а сердце отбивает бешеный ритм. Просто жесть. Они договорились встретиться в любимом кафе Хана в семь вечера. Вот сейчас Ли стоит у входа в него, нервно печатает что-то в телефоне и кусает губы, уже думая, что Джисон решил над ним посмеяться и обманул. Тем более, он как-то слишком серьезно, без этих своих глупых шуток обговаривал место и время встречи. И сейчас Минхо очень переживает, так как Джисон опаздывает на десять минут и не отвечает на сообщения.

[ли минхо]: сука я не знаю что делать

[ли минхо]: его тупо нет и не было в сети два часа

[пидор]: ну всякое случается а может и правда тебя обманул :)

[ли минхо]: тебе с этого смешно что ли уебан

[ли минхо]: мне страшно

Минхо решает быстро засунуть телефон в карман, прикрыть глаза и спокойно выдохнуть. Он вновь открывает их и смотрит на вечернее небо, в каких-то местах покрытое звездами, но со стороны левого плеча чувствуется чье-то присутствие. Ли резко поворачивает голову, испугавшись неожиданно подошедшего человека, и раскрывает глаза, так как вот он — Джисон — невозмутимо стоит перед Минхо, засунув руки в карман, а на лице глупая ухмылка. — Сука, — только и может произнести Ли, облегченно выдыхая. — М, да, запоздал чуть-чуть, — медленно кивает Хан, отводя взгляд на прохожих, — пойдем. Джисон неосторожно берет Минхо под локоть, отчего у того глаза чуть не выпадают из орбит, и тянет внутрь небольшого кафе. Он какой-то сегодня не особо радостный. Даже больше угрюмый и скучный, но такой же уверенный, как и всегда. Внутри довольно красиво. На всех столах лежит милая клетчатая скатерть, на подоконниках стоят свечи и книги, а интерьер навевает чувство уюта. Джисон решил провести реальное свидание, или что? Хан не отпускает руку Ли, а лишь осматривается три секунды и уверенно ведет его в отдаленный уголок кафе у окна, где меньше всего людей, не говоря ничего. Это в его стиле. — Почему ты такой… невеселый? — тихо спрашивает Минхо, выгнув бровь. — Хочешь, клоунаду устрою, — пожимает плечами Джисон, снимая с себя куртку, — садись, че стоишь. Минхо и правда тупит, глупо смотря на стол и севшего Хана около полуминуты. Наконец, он соображает, снимает пальто и садится на удобное кресло, закидывая ногу на ногу, и снова, как всегда, глупо утыкается взглядом на Джисона. Боже, как же он сегодня хорошо выглядит. Образ, вроде, и обычный, но энергия от него прет просто невыносимая. Внимательный згляд Хана просто сводит Ли с ума. — Н-нет, я серьезно, — машет головой Минхо, — ты угрюмый какой-то. — Не бери в голову, — цокает Джисон, бесцеремонно поджимает ногу на стуле и начинает читать меню. — Обычно, так говорят, когда у человека реально случилось что-то, — недовольно качает головой Минхо, — так что у тебя случилось? Джисон сначала делает вид, будто не слышит Ли, заинтересованно разглядывая меню. Его глаза в темпе бегают, а лицо вообще не выдает никаких эмоций. Но спустя какое-то время, Хан поднимает глаза на парня и негромко говорит: — Просто один человек не думает от меня отставать, — серьезно отвечает он, снова уводя взгляд вниз. — А… поподробнее? — смущено выгибает бровь Минхо. — Не собираюсь тебе рассказывать никаких подробностей, — он удобно усаживается и продолжает угрюмо произносить словами, облокотившись руками о стол, — и еще. То, что мы сейчас будем с тобой обсуждать, это не какая-то постыдная шутка, а… серьезно. Никаких глупых подкатываний, шуток, издевательств. Понятно? Минхо замер, его взгляд остановился в одной точке — лице Джисона, который явно чем-то опечален и недоволен. Что с ним? Парень просто не может переваривать его слова, мозг больше не пропускает ни мыслей, ни предположений. Джисон, конечно, общался с ним грубо, но не настолько серьезно, как сейчас. — Да, я... это понимаю, это серьезно, — начинает активно кивать Минхо, смотря в стол, — я не собирался над этим шутить. — М-м, вспоминаю твое вчерашнее лицо при точно таком же разговоре, который будет сейчас, — безразлично произносит Хан, все еще рассматривая что-то в меню, — и еще, кстати, у меня есть строгие правила. — Я пойму все, что угодно, — уверенно кивает Минхо, — приму и буду исполнять. Джисона это забавляет. Он впервые за встречу слегка улыбается, поднимая уголок рта, но продолжает пялиться на кусок бумаги. Господи, какой же он идеальный. — Так, ладно, — пытается избавиться от собственных мыслей Минхо, выдыхая, — давай пока рассказывай, что там надо. — Ты собираешься что-нибудь заказывать вообще? — возмущается Джисон, игнорируя просьбу Ли. — У меня денег нет, да и есть особо не хочу, — смущенно произносит Минхо, съеживаясь. — Нет, возьми себе что-нибудь, — уверенно отрицает Хан, — хочу посмотреть на то, как ты будешь есть, поперхнешься и задохнешься от очередного провоцирующего слова. — Блять, Джисон, ты долбоеб? — теперь уже возмущается Минхо, пытаясь понять, не послышалось ли ему это. — Я сказал, что у меня нет денег и аппетита, а еще я не хочу умирать. — Поешь за мои, — серьезно отвечает Джисон, раздраженно вздыхая, — иначе я сам всуну тебе в рот. — Заткнись! — чуть ли не кричит Ли, уже не выдерживая издевательства Хана. А тот лишь изредка посматривает на Минхо и удовлетворенно хмыкает, будто это приносит ему удовольствие. Бесконечное. Джисон изо дня в день мучает и издевается над Минхо, получая с этого кайф, а тот каждый день мучается из-за тревожности и неадекватных мыслей. Наконец, Хан уговаривает Минхо заказать что-то из еды, в то время как у Ли щеки горят от смущения, и через пару минут официант приносит им еду. Эта длинная пауза, кажется, длилась целую вечность. Было очень неприятно из-за давящего молчания и тишины. Странно, ведь Минхо бесконечно уговаривал Джисона начать разговаривать, пока тот активно отказывался, и из этого состоял весь их "разговор" за этот промежуток времени. — Итак, сейчас я буду перечислять тебе правила, а ты слушай и не перебивай ни в коем случае, иначе я потом забуду, что сказал, — серьезным тоном говорит Джисон, выпив глоток чая из чашки. — Начну с организационных моментов. Первое — если эфиры, то ни в коем случае не опаздывать, в приходить ровно ко времени, иначе я тебя убью. Второе — смиряться с моими просьбами и выполнять, что я скажу. В целом, про это всё. А теперь именно процесс. Блять, пожалуйста, просто задохнись сейчас и умри. Не рассказывай мне это. — Напоминаю, что да, это стыдливая и смешная тема, но сейчас нам обоим не смешно, — внимательно смотрит на парня Джисон и поглощает в себя спагетти, — первое — как можно меньше слов. По большей части говорю я, а ты сиди и молчи в сторонке, либо перед снятием я тебе буду рассказывать, что и когда надо говорить, а так ты не должен произносить ни слова, — Хан сделал паузу, пока, мыча, прожевывал спагетти, строя удовлетвореннее лицо. — Второе, наверное, я повторюсь, но всегда слушайся меня и делай, что я говорю. Каждый раз будет разное. И ты должен придерживаться моих слов, выполняя каждое мое приказание до единого. Пиздец блять. Все, нахуй. — Я имею в виду каждое твое действие, — намекает Хан, подняв брови, — обращаться со мной нежно или грубо — это я всегда буду говорить в начале. — Подожди, а… — тупит Ли, бегая взглядом по помещению, — а ты всегда будешь подо мной…? — Да, — уверенно заявляет Хан, — всегда. Моя аудитория любит нежного омежку, а не грозного альфу, который трахает, нахуй. Можешь и не мечтать о том, что будешь снизу. Ну и пошел ты нахрен, Джисон!!! Я сам этого добьюсь, значит! — Дальше, — продолжает парень и снова поглощает в себя спагетти, — будь готов ко всяким игрушкам и тд, вдруг, тебе это не нравится. В скобочках, мне будет абсолютно похуй, если тебе это не нравится. Да что с ним?! — Четвертое — будь готов к бдсм и не кринжуй, — недовольно мычит Джисон, — а то вдруг разоржешься, когда будешь трахать своего ученика, который не выполнил задание по биологии. — Что, блять? — выгибает бровь Минхо и с полным ртом во все глаза смотрит на парня. — Ага, — невозмутимо кивает тот, — пятое — кончать или не кончать — не твое дело, а мое, я тебе буду об этом говорить. Дальше, я тебе буду говорить, какой костюм надеть. Покупать ничего не придется. Думаю, у тебя найдется костюм офисного босса с галстуком. — А-м… — смущенно и неуверенно мычит Минхо, корча лицо. — Ага, — издевательски ухмыляется Джисон, — ну и последнее. Это, скорее, вопрос. Нам разделять полученные деньги? Сердце Минхо, почему-то, пропустило удар. Ему стоило бы уже избавиться от этой глупой привычки так сильно нервничать, когда он находится рядом с Джисоном. Иначе так все ментальное здоровье угробит, а впереди еще множество видео и эфиров с самим Ханом. — Мне бы хватило четверти, а тебе все остальное, — автоматически дрожит Ли, — так более честно. Да и мне этого будет хватать. А сколько ты в среднем получаешь с одного эфира? — Около триста-пятиста тысяч вон, всегда по-разному, — невозмутимо пробурчал Джисон, смотря в стол, — мне подходит такое разделение. Норм. Минхо сейчас просто вознесется на небеса. Сейчас все прекрасно — и мысль о будущих видео, и красивый, сидящий прямо перед Ли Джисон, и неплохие деньги, которые будут прилетать каждый раз после эфиров. Сердце снова горит, когда глаза направлены на спокойное лицо Хана, и там снова что-то появляется. — Супер, тогда… — мешкается Минхо, прикусывая губу, — а когда мы начнём? — Когда будешь готов, — снова не поднимая взгляда, пробурчал Хан, поглотив в себя последнюю порцию спагетти. — Ты реально соизволил дать мне шанс на выбор?! Или снова издеваешься? — нервно смеется Ли, отламывая чизкейк. — Единоразовая акция, — хмыкает Джисон и загадочно смотрит на парня, — пользуйся моментом. Потом я уже могу быть не в настроении. — Да ты и сейчас не особо в настроении, — убирает улыбку Минхо, разглядывая Хана, — может, поделишься, все-таки? Я не настаиваю, просто… — Переживаешь, хочешь сказать, да? — фальшиво смеясь, уточняет Джисон. — Кринж. — Почему кринж? — обиженно отводит взгляд Ли. — Ну… мы же… кажется, сближаемся с каждым днем, и… нет, ну, если ты не хочешь рассказывать, не рассказывай, просто я хотел еще раз уточнить. Это твое дело. И вдруг, этот человек предоставляет для тебя опасность? — Тогда я сам разобрался бы без помощи посторонних, — мотает головой тот, — а мне кажется, мы еще недостаточно близки. — Так это какая-то личная тайна, получается? — выгибает бровь Минхо, сжимая губы. — Не тайна, а просто личные обстоятельства, которые я не рассказываю каждому прохожему. Минхо смиряется и отклоняется на спинку стула, тяжело выдыхая. Кажется, для Джисона их взаимоотношения еще совсем не крепкие и не близкие. Хотя… по сути, так и есть. Минхо начал сближаться с Ханом только две-три недели назад, и ему казалось, что они уже достаточно близки из-за его постоянных мыслей о Джисоне. А на самом деле, это не так. Просто у Хана здравые мысли и размышления, а Минхо глупо влюблен и совсем не соображает. — Мы же все обсудили? — задумчиво спрашивает Минхо, внимательно смотря на парня. — Уже не терпится избавиться от мучений? — выгибает бровь Джисон и будто бы опустошенно смеется. — Нет, почему?! Я просто спросил, — возмущается Минхо. — Все обсудили, — кивает тот, — если что вспомню — скажу. — Я хотел бы спросить. А твои родители же знают, что ты этим занимаешься? — смущенно сжимается Ли. — Или… ну, ты можешь не отвечать. — Так рад, что ты наконец-то позаботился о моих границах, — устало улыбается Джисон, подпирая голову рукой, — знают. Но после этого я уже будто не их сын. Глаза Минхо замирает в одной точке — опустошенных глазах Джисона, которые устремились взглядом в стол. Он говорит об этом так отреченно, затрагивая больную тему. Минхо смотрит на это с сочувствием и ощущает чувства Хана. — Да я их понимаю и тоже чувствую это осознание, что «мой сын — шлюха», — сжимает губы Джисон, не уводя взгляда, — но мне так были нужны деньги. А теперь это переросло в настоящую работу, от которой уже очень сложно будет избавляться. Ну, это так, к слову, — машет рукой он и невозмутимо, немного смущенно допивает чай. Минхо не знает, что сказать. Но он так понимает его. Ни разу не побывав в подобной ситуации, не попробовав это на вкус, Ли все равно понимает его, но не знает, что сказать. Как утешить человека, с которым ты всегда общался на одних оскорблениях, издевательствах и шутках? — М-м… — сожалеюще мычит Ли, смотря в стол, — я… понимаю. — Нет, ты не понимаешь, — строго отвечает Хан, остро смотря в глаза Минхо, — поймёшь только тогда, когда попробуешь эту хуйню. Но ты сам просишься учавствовать в грязи и долбоебстве. — Мне тоже нужны деньги, как и тебе, — не соглашается Минхо, жестикулируя руками. — Тогда бы устроился на нормальную работу, а не занимался хуйней. — Ты же понимаешь, что я хочу сниматься вместе с тобой из-за тебя же? — хмурится Ли, доказывая свое. — Я здесь не только из-за денег, если что. — Если бы я был адекватным… я бы продолжал игнорировать твои проебы и подкатывания, — громко цокает Джисон и кивает, — но, к сожалению, не могу. — Поче… — уже хочет задать вопрос Минхо, но прерывается. Джисон, не смотря на парня, резко схватывает свои вещи, даже не надевает свою куртку, кладет наличные в счет и быстро, громко шагая по тихому кафе, уходит оттуда. Взгляд Минхо жалобно провожает Хана. В сердце творится непонятно что, руки холодеют, а глаза падают на бальзам для губ, который Джисон оставил на столе. Почему он так..? К горлу подкатывает тяжелый ком, оно начинает болеть, а глаза — щипать. Минхо всегда может заплакать из-за всяких пустяков. Он прикрывает глаза рукой, опускает веки, сжимает губы и пытается сдержать себя. Ему бы изначально не стоило связываться с таким грубым, своевольным Джисоном, будучи ранимым и чувствительным. Но судьба решила сделать иначе. Что произошло? Что происходит с Джисоном? Может, это Хан сделал не из обиды и грубости, а из-за события, которое у него произошло сегодня? Может, он просто устал, и хочет вышвырнуть свои эмоции на других. Или, может, это просто Джисон? Который всегда был собой? Придя домой, Минхо, не раздеваясь, пластом лег на кровать и уткнулся лицом в подушку. Он вот-вот сейчас заплачет. В руке он держит бальзам Джисона, который пахнет им же. Мягкий вкус ванили и шоколада. Ему наплевать на меня. Он просто согласился из-за денег. Грудь Минхо начинает дрожать, нижняя губа выпячивается вперед, а руки сжимают одеяло. Это так обидно, предательски разрушительно. Как ножом по сердцу, без единого извинения. Просто ушел и оставил рану. И черт его знает, что он скажет при следующей встрече.

***

Этот день заполнен мыслями и переживаниями. Потому что после последней встречи, которая была позавчера, никто из парней даже не писал друг другу — единственное, они просто холодно обговорили дату и адрес следующей встречи. Которая должна быть сегодня. Дома у Джисона. Минхо сгибается над тетрадкой по математике, сжимает волосы и глаза, жалобно стоная от полного непонимания предмета. Он пытается что-то записать, взять ручку и решить одно уравнение, но рука даже не тянется сделать это. В груди все еще ощущается невозможная обида и рана на сердце. Ли откидывается на спинку стула и снова принимается думать о сегодняшних событиях, прикрыв глаза. Ему предстоит испытать… полный пиздец. Да, это будет пробный дубль. Да, они просто попробуют то, насколько хорошо совместимы вместе на камере. Но это все ощущается как сон, как что-то нереальное. Особенно после того, как Минхо ни с кем не ебался около года. Голова просто взрывается: препод пугает всю группу Минхо предстоящей сессией, ругает их, мысли заполняет только то, как понравиться Джисону, родители и семья Минхо чуть ли не умоляют его собраться вместе и пообсуждать что-нибудь, пока сам Ли чуть ли не умирает от переполненности событий, сжимая свою голову. Сегодня, кстати, оба парня виделись в университете. Но… не проронили даже ни слова. Просто обменялись случайными мимолетными взглядами в коридорах и на парах, а затем ушли, будто ничего и не произошло. Джисон выглядел уставшим, замученным, сонно глядел на Минхо, изредка рассматривая его. На нем была потрепанная футболка и заляпанные очки. В голове только его лицо. Пухлые губы, круглые глаза, мягкие щеки, хитрая ухмылка. Минхо слегка улыбается, прокручивая в мыслях самые глупые сценарии их встреч. Телефон громко звенит, из-за чего пульс Ли учащается, а он вздрагивает и мигом выключает будильник, говорящий о том, что скоро нужно выходить. К. Джисону. Домой. Траха… Минхо вскакивает со стула, захлопывает тетрадь, бросает её, куда попало, и начинает копаться в своей шкафе. Нужно надеть то, что сведет Джисона с ума. Да… тут дело обстоит сложно. Весь его гардероб состоит из футболок и толстовок. Практически ни одной открытой, привлекательной вещи — один засранный мятый оверсайз. Но, покапавшись еще немного, выкинув половину вещей из шкафа на пол, Ли натыкается на обтягивающую майку, которая осветила бы все его прекрасные мышцы рук, очертания пресса и груди, и без раздумий надевает её на себя. Минхо подходит к зеркалу и раскрывает глаза. — Какой же я ахуенный, — шепотом бормочет он себе под нос, с открытым ртом осматривая свое тело. А на низ не надо надевать что-то обтягивающее — это, как говорится, кринж. Минхо лишь находит свои черные широкие джинсы и вмиг натягивает их на себя, закрепляя жестким ремнем. Обязательно нужно скрыть свои ужасные синяки под глазами и приукрасить свое лицо, поэтому Ли нащупывает свои остатки тоналки в тумбочке, а также наносит немного румян, чтобы казаться и милым, и сексуальным одновременно. Минхо хватает свою сумку, накидывает кожаную куртку и берет с собой телефон, на который, как назло, приходит новое сообщение: [джисон]: идешь? 18:34 Ли сглатывает ком в горле и быстро печатает сообщение:

[ли минхо]: конечно, уже скоро буду 18:34

Он выдыхает, убирает телефон в карман и выдвигается с кучей мыслей в голове, переживаний, тревоги. Она подходит незаметно, но разрушает все спокойствие, рассудительность и чистый ум, что всегда очень мешает нормально жить. Так, значит, сегодня ты не будешь ни о чем беспокоиться. Все будет хорошо. Отлично. Прекрасно. Супер. Минхо уверенно шагает по мокрому от дождя асфальте, на котором лежат прилипшие кленовые листья, и смотрит то под ноги, то на пасмурное небо, то в телефон, чтобы не пропустить лишнего сообщения от кого-нибудь. Точнее, именно от Джисона. Сейчас направо. Потом прямо около пяти минут, потом налево, завернуть во двор, направо, направо, налево, вперед, через шлагбаум. Около мусорки, через старую детскую площадку, рядом с облезлым серым домом… Сейчас Минхо либо разберут на органы, либо здесь реально живет Джисон. Ли, надеется, что тот не соврал о своем втором месте жительства. Минхо стоит перед таким же серым облезлым домом, как и пять остальных вокруг, набирает по домофону номер «28», ждёт. Раздается тревожный рингтон, Ли открывает дверь и проходит внутрь. После этого случившегося, отчего Минхо беспомощно заплакал… Джисон должен будет что-то сказать. Но что? В постоянных бесконечных мыслях и тревоге он доходит до нужного этажа, ступая трясущимися ногами по облезлой лестнице, и молится о том, что Джисон сегодня будет в хорошем настроении и все пройдёт хорошо. Минхо часто глубоко вдыхает и выдыхает, пока не касается звонка в квартиру, и сейчас его дыхание почти замирает в предвкушении. Через пару секунд дверь отворяется, и из-за нее выглядывает идеальный, очаровательный Джисон, с интересом разглядывающий Минхо, который пришел сюда минута в минуту. На Хане белый топ, почти майка, почти как у Минхо. Он держит в руке большую кружку с кофе, сильно сжимая её, будто она сейчас упадет, а вторая рука раскрывает дверь шире, чтобы внутрь смог зайти Минхо. Между ними повисает невидимая нить напряжения и недосказанности. Они оба смотрят друг на друга робко, будто увиделись в первый раз. Джисон не пытается выёбываться, он даже не говорит ни слова, заменяя слова бесконечным и абсолютно понятным взглядом. Ему жаль. Первым здоровается Минхо. — Привет, Джи, — нервно сглатывает он, снимая промокшие ботинки, — я же вовремя? Тот отвечает не сразу. Он делает немаленькую паузу, отходя чуть дальше от Минхо, прислоняясь к стене. Хан выпивает немного кофе из кружки и продолжает разглядывать Минхо. То, как он снимает с себя кожанку, освещая свои шикарные плечи. Взгляд Джисона внимателен, но мягок. Так, как никогда. — Ты — сама пунктуальность, — медленно кивает Джисон, вздыхая, — пришел ровно в семь тридцать. — Приятно слышать, — тихо отвечает Минхо, пытаясь не выдать свою легкую панику, — я всегда опаздываю. — Не пизди, — легко отвечает Джисон, фальшиво прыскает и проходит куда-то направо. Это же значит, что мне нужно идти за ним, да? Минхо выдыхает и пытается успеть за быстрым Джисоном. Квартира выглядит просто, но ухоженно — точно не так же, как прошлая, которая заставлена всякими шкафами, книгами, картинами и фигурками кукол с гномами. Из следующей комнаты раздается приглушенный фиолетовый свет — та комната, в которую уверенно заходит Хан. Минхо встает в дверном проеме и раскрывает глаза, разевая рот — это именно та комната, которую он видел на протяжении всего года. Та самая комната, в которой Джисон извивался во всех позах, в которых мог. Та же самая кровать, которая стоит прямо перед столом у окна, та же фиолетовая подсветка, то же игровое кресло и комод где-то сбоку. — Узнаешь очертания, да? — смешливо хмыкает Джисон, плюхаясь на кровать. — Да… — тихо произносит Минхо, пробуждается ото сна и садится на кровать к Хану, приближаясь не слишком близко. Он изредка посматривает на Джисона косым взглядом, теребит пальцы и прикусывает губу. — Слушай, — внезапно говорит Джисон, повернув голову на Минхо. Его взгляд подозрительно нежен и слегка робок. Брови немного вскинуты вверх, руки сложены между ног. Хан снова делает странную немаленькую паузу, будто мучая Минхо. — Сорри за то, что тогда было, — тихо произносит он, покачивая голову, — совсем настроение пропало. Ты к этому вообще не был причастен. Минхо вскидывает брови и тут же мысленно выдыхает, чувствуя облегчение. Да, он был прав. Это просто эмоции. — Я просто сорвался, — продолжает Джисон, опустив глаза вниз, — я видел, как ты напуган был. Это ужас, прости. Ли не верится, что он слышит эти слова наяву. Неужели это сам Джисон? Хан разговаривает тихо, нежно, подставив кулак под щеку, пытаясь успокоить Минхо. Кажется, парень впервые слышит искреннее «прости» от Джисона. Сердце чуть ли не разрывается на куски. — Главное, сегодня будь в форме и не тревожься, — поджимает губы Хан и кивает, — каждый раз рядом со мной ты выглядишь, будто умираешь от сердечного приступа. Я не кусаюсь. — М… — выдает короткий тихий звук Минхо, надолго задерживая свой неподвижный взгляд на парне, — да… это правда. Ой, я постоянно что-то переживаю. Я исправлю это. Уже бесит, — он тараторит быстро в попытках ухватить главную мысль и признаться об этом Джисону, что у него не особо выходит. Хан, смотря на это недоразумение, хмыкает и тоже задерживает свой взгляд на Минхо, который пообещал, что не будет переживать, но все еще ужасно переживает, боясь каждого взгляда от Джисона. Парень допивает кофе и перемещается с кровати на кресло перед компьютером, начиная кликать на что-то в нем. — У нас сейчас есть два варианта, — негромко начинает он, не поворачиваясь в сторону смущенно сидящего на кровати Минхо, — либо мы сегодня снимем просто пробный дубль, чтобы посмотреть на недостатки, либо уверенно снимаем сразу и потом выкладываем. Второе — если ты точно уверен в своих силах. Если не уверен, а я думаю, что так и есть, то лучше просто попробовать первый вариант. Джисон говорит так быстро и невнятно, что Минхо еле успевает понимать и обрабатывать его слова в голове. Ли отводит взгляд наверх, пытаясь сделать правильный выбор. Он уверен? Нет. Он хочет сразу выложить это недоразумение? Нет. Значит… — Давай сегодня просто попробуем, — вздохнув, мычит Минхо, смотря в спину Джисону. — И ты просто будешь вдалбливать меня в кровать, — смеется Джисон, прикрывает рот рукой и разворачивается на кресле лицом к Ли, — и ты просто будешь вдалбливать меня в кровать без мыслей о том, что это все снимается. Минхо не будет отрицать. Он просто прикусывает губу, смущенно отводит взгляд, зажмуривает глаза и стыдливо, медленно кивает. Ведь он сюда за этим и пришел — заполучить Джисона. Но теперь эта мысль, а именно «заполучить» кажется не очень правильной. Что-то поменялось, ёкнуло — теперь Минхо наслаждается каждым взглядом и их разговором, хоть и ловит паническую атаку каждый раз. — Не будем менять одежду, пусть так и остается, — машет рукой Джисон, поднимаясь с кресла, — м-м… ты можешь кончить в меня? Сердце Минхо сразу замирает, будто и не билось никогда. Взгляд останавливается в одной точке, а мозг проверяет, достоверную ли информацию Ли только что услышал. — Чт… что? — только и может произнести Минхо. — Хочу понять, понравится мне, или нет, — невозмутимо пожимает плечами Минхо, — на всякий случай. Разве тебе сложно? — Б-блять, нет, мне не сложно, — запинаясь, ошарашенно проговаривает Минхо, — я, я, да, я могу. — Просто отлично. Джисон, под озадаченный взгляд Минхо, вновь подходит к столу и немного сдвигает его вперед, ближе к кровати. Затем, поправляет камеру и снова кликает на что-то мышкой, пока Ли водит глазами туда-сюда. Хан так прекрасен сегодня, несмотря на то, что утром выглядел, как после столетней спячки. Его волосы — как шелк, лицо выглядит очень мягким и нежным — не таким, как всегда. Сейчас хочется подойти к Джисону и со спины обхватить его идеальную талию, уткнувшись носом в шею. Но границы — они всегда все рушат. — Я сейчас, жди, — бросает Джисон и выходит из комнаты без объяснений, оставляя бедного Минхо одного. В квартире очень тихо. Здесь раздается только шум от работающего компьютера и отдаляющиеся шаги Джисона. [ли минхо]: мы все же решили сделать пробный [ли минхо]: но пне все равно пиздец страшно [пидор]: удачи чел!!!! он будет в восторге отвечаю Через пару минут Хан возвращается и садится на кровать рядом с Минхо. Они непонятливо смотрят друг на друга, пока сердце отбивает бешеный ритм. Затем Джисон начинает: — Расскажу последовательность, — смущенно кашляет он, — сначала я лежу, а потом ты просто подлезаешь ко мне, начинаешь тереться, лезть и так далее. Потом просто импровизация, много прелюдии, а только затем ты первый снимаешь с меня все и начинаешь растягивать, я… так, я поставил смазку рядом, поэтому, она п-прям рядом будет стоять. Переживает. — При этом ты меня всячески гладишь, целуешь и так далее, — Хан снова смущенно отводит взгляд и продолжает негромко говорить, — ну а потом понятно. Направляй меня сам в разные позы. Говори мне, что делать. От этих слов внизу живота у Минхо прошлось тепло, он прикусил губу и кивнул, принимая такие условия, которые ему определенно нравятся. Не переживай. Он сказал не переживать. Что ты опять весь трясешься? — Так ты позавчера говорил, что именно ты мне будешь говорить, что и как делать, — уточняет Минхо, вскидывая брови. — А сегодня вот так, — пожимает плечами тот, — все верно, я задаю правила. Сегодня правила такие. Вот засранец. — Ты готов? — поднимает брови Джисон и встает с кровати, приближаясь к компьютеру. Минхо будто проваливается сквозь землю, так как не был готов к такому вопросу. Конечно, он совсем не готов. Не готов к такому. Совсем. — Я… да, — уверенно кивает Минхо. — Тогда включаю, — пожимает плечами Джисон и начинает видеозапись на компьютере. Прямо так же, как и на своих собственных видео. Та же самая картинка. Хан ложится на кровать и берет в руки телефон, поправляет топ и короткие шорты, чтобы они выглядели нежно и красиво. Сейчас. Скоро. Да. Сердце бьется, как сумасшедшее. Руки холодеют. Потому что Минхо сейчас должен будет совершить самую неправильную близость, которая будет происходить между ними в самый первый раз. Ли выдыхает, пытаясь собраться с мыслями, и медленно подходит к кровати с фальшивой улыбкой на лице. Он осторожно залезает на нее и плотно ложится вместе с Джисоном. Их тела настолько сильно сжаты вместе, как никогда раньше. Хан блестяще играет, поворачивает голову на Минхо, мягко улыбаясь, и показывает в телефоне видео с котиками, из-за которого Ли приходится натянуто улыбнуться и долго смотреть на Джисона. Он видит каждую частичку его лица, чувствует аромат, исходящий от его кожи, чувствует сердцебиение и размеренное горячее дыхание, которое касается щеки Минхо. Нужно что-то делать. Ли оставляет свой взгляд на милом парне, но в голове одновременно происходит сущий ужас. Все мысли сплетаются воедино, а слова Хана о том, что делать, будто мигом испаряются. Наконец, он соображает, и тянется за телефоном Джисона. Минхо берет гаджет из его рук и кладет на тумбочку, стоящую рядом, попутно мягко смотря в глаза Хана. Сейчас он должен сделать хоть что-нибудь. Минхо импульсивно делает то, что приходит на ум в первую очередь. Он, преодолевает волнение и тревожность, прикасается пальцами к шее Джисона, проводит ладонью по затылку и сжимает шею. Руки дрожат, пальцы ласкают кожу, пульс отдается в висках. Затем он приближается к шее губами — сначала лишь его дыхание касается горячей кожи Хана, но затем Минхо влажно, с чмоком целует её, не веря, что он делает это с Джисоном. Не видя его лица, не видя его эмоции, но продолжает целовать его шею, слегка засасывая его кожу, касаясь её своим языком. Хан издает короткое мычание, когда Минхо сжимает его плечо, продолжая мокро целовать гладкую, вкусно пахнущую шею. Минхо отстраняется, поднимает голову, тяжело дышит через открытый рот, и на секунду замечает расслабленный взгляд Джисона на нем. Он не медлит и тихо говорит: — Ложись. Его сводит с ума то, что Джисон ничего не отвечает и слушается Минхо, ложась под ним. Грудь переполняет очень странное чувство. Ли нависает над смущенно лежащим под ним Джисоном, оперевшись руками о кровать, слегка касаясь пальцами плеч Хана. Они встречаются взглядами: Джисон — робким, Минхо — уверенным. Сейчас Хан слишком другой. Даже не такой, как на эфирах или видео. Он маленький, непонятливый и робкий перед нависающим над ним Минхо. Ли касается его щеки, снижается еще ближе к лицу Джисона и вновь останавливается. Он очарованно осматривает каждую частичку лица Хана, проводит пальцем по его пухлым, нежным губам — тем, с чего началось все это. Минхо смело тянет голову еще ближе. Их горячие дыхания встречаются и сливаются воедино, так как оба находятся слишком близко — между ними остаются считанные сантиметры — даже кончики носов соприкасаются. — Активнее, — едва слышным шепотом говорит Джисон, прикрыв глаза. Минхо слушается. Осознает, что важный момент затянулся. И издает сдавленный вздох перед тем, как нежно касается губ Джисона своими. Их общий мир сужается до одной точки соприкосновения. Минхо продолжает еще активнее сминать губы Джисона, сжимая его волосы, бродя дрожащими руками по его тонкой талии, шее, рукам. С каждым влажным поцелуем по комнате раздаются негромкие чмоки и довольные мычания вместе с совсем тихими стонами. Напряжение и тепло ниже пояса начинает нарастать с каждым мокрым поцелуем. Минхо полностью прижимается своими бедрами к Джисону и едва вздрагивает от накатившего удовольствия. В джинсах становится все теснее и теснее, с каждым поцелуем язык проникает глубже и глубже, проскальзывая внутрь и встречаясь с языком Джисона. Руки ласкают каждую частичку тела Хана, скользят по талии, отчего Джисон каждый раз вздрагивает, проникают под ткань топа и сжимают чувствительные соски. Собственное дыхание Минхо сбивается от жалобных мычаний Джисона, но руки продолжают сжимать и ласкать, вызывая очередную волну мурашек у Хана. — Б-блять… — Джисон с чмоком отстраняется, откидывает голову и тонким голоском едва слышно стонет, прикрыв глаза, пока Минхо не останавливается и продолжает ласкать его тело своими руками и языком. В мыслях нет абсолютно ничего — внимания заостряется лишь на подергиваниях Джисона, его тихих стонах и прикосновениях к спине Минхо. Ли сглатывает и прикусывает губу, не веря, что нависает над настолько идеальным парнем прямо сейчас. Над парнем, о котором мечтал. И сейчас его совсем не волнует, что где-то сбоку их снимает камера. Минхо осторожно садится прямо на пах Джисона, вырывая из него очередное внезапное мычание, отчего по коже бегут мурашки. Парень резко и ловко стягивает с него белый топ, откидывая его куда-то в угол, и принимается за свое. Он вновь приближаются к его медовой коже и начинает мокро целовать каждый участок его груди, проводить языком и кусать, переходя к соскам, сжимая их. Джисон прикусывает губу, выгибается и движениями просит большего, Минхо улавливает это и переходит с каждым поцелуем все ниже и ниже, доходя до резинки коротких шорт. Джисон рвано выдыхает и смотрит вперед, на жаждущего Минхо, который крепко сжимает пальцами его тонкую талию. Ли не спешит — он продолжает ласкать его кожу и скользить по ней, вызывая у Джисона дополнительную волну наслаждения. Он вздрагивает, прикусывает губу и мычит, не отрывая взгляда от Минхо. — Нравится? — томным голосом мычит Ли, руками переходя к поглаживанию бедер. — Да, — совсем тихо отвечает Джисон, чувствуя на своих бедрах руки Минхо, сжимающие, поглаживающие, и снова выгибается. Но Минхо больше не может. Он вмиг хватается пальцами за жесткую резинку и шорт, и боксеров, стягивая их с Джисона одновременно за долю секунды. Его член едва слышно плюхается о живот, отчего Джисон стыдливо прикусывает губу и смотрит то вниз, то на Минхо. Который, в свою очередь, нервно сглатывает и смотрит в одну точку, не отводя глаз. — Активнее, — сквозь сжатые зубы бурчит Джисон, раздраженно смотря на ошарашенного Минхо, — разденься уже. В джинсах становится уже совсем тесно, и вправду хочется избавиться от всей одежды на теле Ли, вмиг стянуть её с себя и откинуть куда-то далеко в угол. Но Минхо не так прост — конечно, он хочет помучить и себя, и, главное, Джисона, которому не терпится попробовать самое сладкое, который морщится и прикусывает губы от нетерпения и искушения, извивается и мычит. Минхо осторожно отдаляется немного назад, попутно не отводя глаз от лица Хана. Он медленно обхватывает руками мягкие бедра Джисона, сжимает их пальцами, подводит туда лицо и мокро целует парня во внутреннюю сторону бедер. Минхо проводит языком, кусает, целует и сжимает, пока Джисон где-то наверху мелко дрожит и тихо скулит, выгибаясь в пояснице. Ли продолжает проводить манипуляции до тех пор, пока не касается своими мягкими губами влажной головки члена Хана, на что тот сразу реагирует и вздрагивает. Совсем не по-правилам. Совсем не так, как объяснял Джисон. Но сейчас сам же он дрожит и стонет, хватаясь рукой за волосы Минхо, постоянно выгибаясь. Ли спускается еще ниже, делает это очень медленно, мучительно, пока во рту становится очень тесно и мокро. Истекающая смазкой головка проходит до горла, отчего Минхо слегка морщится, но продолжает медленно спускаться вниз. Он поглаживает бедра Джисона, успокаивает его и сжимает их, дотягивается до талии и проходится по ней, вызывая волну мурашек у Джисона. — Б-блять, — вырывается у него изо рта, — сука, что ты делаешь… Негромко простанывая эти слова, Джисон даже не пытается вырваться из хватки, а продолжает закидывать голову и извиваться, чувствуя приятное давление вокруг члена. Минхо же ускоряется, сжимает бедра еще грубее, а смазка, смешанная со слюнями, начинает хлюпать, пока Ли двигается то вниз, то вверх. Он доходит до самого основания и проводит языком по стволу, отчего изо рта Джисона вырывается громкий стон и скулеж, а сам он продолжает жестко сжимать волосы Минхо от беспомощности и наслаждения. — Прекрати… — почти шепчет он, после чего снова дрожит и тихо стонет, единожды взглянув на парня. Минхо замедляется, хлюпанье смазки почти прекращается, а давление отходит от горла, но рот остается на мокрой головке, мучая Джисона. Из-за этого он скулит и тихо, едва слышно матерится. Ли решает не доводить Хана и полностью отстраниться, параллельно облизывая итак мокрые губы, внимательно и провоцирующие смотря на парня. Тот же жалобно сводит брови, часто дышит и пытается успокоиться. Но успокоиться у него не выйдет. С Минхо-то уж никогда. Ли, сидя на коленях перед лежащим Джисоном, медленно хватается за края своей облегающей майки и тянет её наверх, затем отбрасывая её на другой конец кровати. Он на долю секунды ловит умоляющий взгляд Хана и тут же расстегивант ширинку джинсов, снимая с себя только лишь их, оставшись в одних боксерах. Чтобы Джисон точно засмотрелся и сошел с ума. Его член предательски впирается в ткань, а на ней виднеется маленькое пятнышко, на котором Хан заостряет свой жалобный взгляд. Между ними на несколько секунд повисает полная тишина, только звуки сглатывания слюны и подкатившего к горлу кома слышны сейчас. Но Минхо умеет испортить все — он резко бросает свой острый взгляд на смазку, стоящую прямо на тумбочке, хватает её и мигом звонко щелкает крышкой, открывая баночку, и размазывает по пальцам слизистую жидкость. Он приближается к беспомощному Джисону, смотрит на него сверху вниз, а затем подводит смазанные пальцы к сжатому колечку мышц, снова нежно раздвигая дрожащие ноги Хана. Ли вводит лишь один палец, но Джисон уже пытается держать себя в руках, прикусывая губу, которую он скоро раскусит до крови. Минхо доводит палец до конца, вводит следующий, а Хан продолжает выгибаться, скулить и шептать под нос что-то неразборчивое. Когда Минхо доводит до конца все три пальца, Джисон громко стонет и весь сжимается, преодолевая желанный порыв кончить, пока Ли продолжает давить и проводить пальцами по самым правильным точкам, постепенно выходя из него. — Т-ты… — пытается выговорить слова Джисон, глотая и часто дыша, — боже… Минхо хмыкает, смотря на то, как мучается Джисон, пока вытирает пальцы о салфетку, но внутри чуть ли не сгорает от волнения и легкой паники — сердце трепещет, а на лице немного отражается нервность. — Блять, снимай уже, — грубо просит Джисон, направляя взгляд на низ Минхо. — Почему ты такой нетерпеливый? — выгибает бровь Ли и вновь загадочно поднимает уголок рта в ухмылке. Но Минхо слушается. Он оттягивает резинку боксеров и стягивает их с себя, освещая Джисону свой влажный, длинный член. Само удивление мигом появляется на лице Хана, он приоткрывает рот и морщится, смотря на размер. Минхо чувствует, как член Джисона касается его бедра, вздрагивая, и снова улыбается. И только сейчас понимает, что они полностью поменялись ролями. Он видит совсем недавнего себя на месте Джисона, который лежит под ним сейчас. Робкого, умоляющего, жалостного. Минхо приближаются лицом к лицу с Джисоном так, что между ними остаются считанные сантиметры, а каждый вздох и тихий скулеж становится чем-то особо громким. Он касается губ Хана и почти шепчет с нежностью: — В какой позе хочешь? — почти касаясь губами губ Джисона произносит Минхо, нависая над тем. — Также, — искренне произносит Джисон, жалобно смотря прямо в глаза смелому Минхо. Ли медленно кивает и отдаляется. Перед тем, как начать самое сладкое, он снова проводит пальцами по каждой частичке тела Джисона, сжимает его соски и гладит тонкую талию, доходя до нежных бедер, лаская их. Низ живота вновь пронизывает непередаваемое ощущение, Минхо совсем тихо стонет от этого и вновь подсаживается ближе к Хану. Тот постоянно сводит ноги от смущения и стыдливости, и Минхо постоянно приходится браться за бедра и раздвигать их в стороны. Кажется, Джисон сейчас просто сгорит от возбуждения. Его член постоянно дергается, на лице отражается жалобность, а круглые глаза глядят на Ли, умоляя. Сейчас вообще поебать на то, что сбоку стоит камера. Оба уже забыли об этом после самых первых секунд начала съемки. Минхо прикусывает губу и приставляет член ко входу, пока Джисон чуть ли не дрожит от предвкушения. Ли дразнит его, водит вокруг, пока Хан тяжело дышит и взглядом просит его продолжить. Минхо наклоняется ближе, находит зрительный контакт с Ханом и двигает бедра вперед, внимательно следя за выражением лица Джисона. Ли кладет свою руку ему на шею и осторожно входит, пока Хан приоткрывает рот и слегка закидывает голову даже от самых слабых ощущений. Минхо двигается еще дальше, и изо рта Джисона вырывается тихий стон — он уже не заботится о резком взгляде Ли, который направлен ровно на него. С каждым несильным толчком Хан стонет все громче и громче, удовлетворенно мычит, скулит и сводит брови от наслаждения. Минхо сводит с ума Джисон. Он внимательно наблюдает за ним, попутно продвигаясь еще дальше. — Блять, в тебе так узко, — Ли тихо стонет, сжав губы. — А-а ты такой большой, — выгибаясь и стоная, отвечает тот. Минхо чуть ли не дрожит от теплоты и чрезмерной узости внутри, он продолжает толкаться и с каждой секундой увеличивает темп, от которого Хан уже сходит с ума. Джисон обхватывает руками спину Ли, цепляется за нее и царапает, пока извивается под Минхо, самостоятельно начиная наталкиваться на его член. По комнате начинают разноситься шлепки двух тел и пошлые хлюпанья смазки, смешанные с ежесекундными то тихими, то громкими стонами. В Хане становится все теснее и теснее, отчего Минхо утыкается в его плечо и стонет туда, не прекращая быстрых толчков, от чего дрожит и извивается Джисон. Хан сжимает задницу и бедра парня, еще сильнее прижимая его к себе, попутно жалобно вырывая из себя скулеж. У Минхо предательски начинают дрожать колени, на которые он усиленно опирается, а изо рта продолжают доноситься рваные выдохи и глубокие стоны. С каждым толчком наполняя Джисона, тепло разливается по жилам и дарит новую волну удовольствия. — М-минхо, блять! — с громким стоном вскрикивает Джисон и сильно выгибается в спине, начиная широко открывать рот и ежесекундно вздрагивать. Минхо чувствует, как на его живот изливается Джисон, беспомощно хватаясь за его широкую спину. Ли тут же замедляет толчки, сглатывает, приближается к его лицу и непонятливо смотрит на Хана. — Я-я… — всхлипывает и рвано дышит он, — я еще не… продолжай, блять… пожалуйста. «Пожалуйста»? Минхо послушно выходит из Джисона и осторожно переворачивает его на живот, пока тот продолжает тяжело дышать. Боже, и я реально это делаю. С ним. Ли жестко сжимает и раздвигает его задницу, вновь приставляя член ко входу, но не спешит. Он медленно приближается к уху Хана и шепчет: — Будешь моим. Джисон не отвечает — из его рта снова вырывается лишь сдавленный послушный стон, когда Минхо наполняет его изнутри. Ли входит сразу, быстро, и вплотную прижимается телом к телу Джисона, начав двигать одними лишь бедрами — мелко, очень мучительно. С каждым коротким толчком смазка хлюпает, а Минхо делает новый мокрый поцелуй на спине Джисона. Хан коротко и рвано стонет от этого, пока Ли вылизывает его шею, оставляет красные засосы и трогает его волосы. — Хватит детских игрушек. Минхо внезапно отрывается от Хана и невзначай начинает делать грубые и резкие толчки в задницу Джисона, отчего тот мигом начинает стонать громче, чем раньше, скулить, выгибаться и раздвигать ноги еще шире. Ли опирается рукой на спину Джисона, придавливая его к кровати, отчего вырывает из него очередной сдавленный в подушку стон. Минхо набирает бешеный темп, выдалбливая из Джисона все, что в нем хранилось столько времени, а сам закидывает голову и громко стонет. Он грубо хватается за волосы Хана, оттягивая его голову назад, что его сладкие стоны не уходили в подушку. — М-сука, — громко скулит тот, — Минхо-я… б-блять, я щас… а-ах, сука…! Минхо звонко шлепает его по заднице, сжимает её и снова грубо проводит ладонью, продолжая двигаться с бешеным темпом, уже чувствуя скорую разрядку. — Еще… еще! — Джисон срывается на крик, умоляя Минхо шлепнуть его еще раз. Он слушается, сквозь стон хмыкает и вновь бьет Джисона по заднице, с удовольствием смотря на то, как она постепенно краснеет. Кровать уже скрипит от ежесекундных резких и грубых толчков, пока Минхо буквально вдалбливает Джисона туда. Ли еще раз, и еще, и еще, грубо шлепает его по заднице, раздвигает и сжимает её, оттягивает волосы Хана, повинуется его желаниям, как вдруг чувствует это, наклоняется к его уху и почти стонет: — Кончай. Тело пронизывает сладкая дрожь оргазма, Минхо громко стонет, морщится, жалобно сужает брови и извивается на Джисоне, не прекращая толкаться, пока тот точно так же изливается на одеяло и чувствует внутри себя теплую жидкость. Минхо мигом обмякает, часто и тяжело дышит, ложась прямо на Джисона. Они лежат в полной тишине — слышны только лишь из частые вздохи и едва уловимый скулеж. Минхо утыкается носом в плечо Хана и кладет руку на его спину — тот даже не вздрагивает, спокойно принимая все прикосновения Минхо. Так хорошо. Спокойно, тепло и расслабленно. — Выйди, — тихо, с хрипом произносит Джисон, не открывая глаз. — Что? — Выйди из меня, засранец. Минхо подрывается и осознает, что… ну, да. Он сделал все, что сказал Джисон и переоделся в обычную одежду, в которой и пришел, пока Хан все еще лежал на кровати, лишь плотно укутавшись в одеяло. Кажется, он ни на секунду не открыл своих глаз. Ли встает перед кроватью и ставит руки на пояс, длительно начав смотреть на Джисона. Он не знает, что делать. Парень неразговорчив, очень хочет спать, и… не дай бог, не хочет видеть самого Минхо. Он прикусывает губу и тихо вздыхает, не смея даже прикоснуться к Джисону. Все самое близкое, что может быть на свете, произошло пару минут назад, но Минхо все еще не может позволить себе лечь с Ханом и крепко обнять его. Глаза все еще переполняет страсть, сердце трепещет в груди, но Джисон даже не шевелится и не разговаривает. Что ты такое, Джисон…? Как с тобой обращаться…? — Джисон… как мне понимать? — внезапно, но тихо задает вопрос Минхо, даже не сев рядом с парнем. Джисон тут же с шуршанием поднимает голову, разлепляет глаза и невинно смотрит прямо в глаза Минхо, почти нависающего над кроватью. — Что понимать? — тонким голосом отвечает он. Минхо вздыхает, отводит взгляд и чешет голову, на секунду прикрыв глаза. — Просто… мы, вроде, близки, а вроде и совсем чужие, — сглатывает Минхо и смущенно смотрит в пол, пока сердце волнующе бьется в груди. — Ты о чем? — притворяется Джисон, будто не понял вопроса, и переворачивается на спину, не отворачивая голову. — Неужели ты не понимаешь? — вскидывает бровь Ли и вновь устремляет взгляд на парня. — Мы то флиртуем друг с другом, то… но я себе не могу позволить даже просто обнять тебя. Это очень странно. Я не знаю, как сказать. — Ты, разве, забыл, ради чего ты здесь? — хмурится тот, серьезно смотря на Минхо. — Секс на камеру. И все. Нам нужно обниматься и целоваться вне всего этого? Минхо замирает от такого ответа. Это точно не то, что он ожидал и хотел бы услышать. Он приоткрывает рот и начинает бегать взглядом по комнате, не зная, что сказать. — А… я, да, — нервно выпускает звуки Минхо, чуть ли не плача, — я иногда забываю об этом. Ты прав. Из груди вот-вот вырвется какое-то странное чувство, которое происходит при взгляде на Джисона. И сейчас тоже. Горло начинает болеть. А ведь так хорошо начинался день. Джисон просто взял и сказал, что буквально находится сейчас с Минхо только ради его тела. Взял и разбил все, почти как в тот день в кафе. Три минуты назад Минхо любил этого парня. Хотел сделать ему приятно, чтобы Хан почувствовал себя хорошо, подарить ему должную любовь. — Джисон, ты… ты такой неэмпатичный, — бросает Минхо, пока его голос чуть ли не срывается, одним движением берет свою сумку и уходит из комнаты.

***

Минхо сидит на полу в пустом туалете универа, уткнувшись лицом в колени, а его грудь жалобно дрожит. Рядом, прижавшись, сидит Чонин, положив руку ему на колено, поглаживает, успокаивая. Все тело сжимается, рот не может открыться для единого слова, а джинсы продолжают промокать. — Минхо, ну ты же знал, на что идешь, — с сожалением говорит Ян, пустым взглядом смотря на плиточный пол, — ты же изначально знал, что он сука. Он даже не умеет нормально что-то объяснить. — Я? Да, я дебил конченый, — не вытирая бесконечных слез с глаз, жалобным голосом мычит Минхо, часто всхлипывая, — почему я вообще надеялся на что-то? Вдруг, у него вообще парень есть? — Ни один нормальный человек не будет ебаться с левыми людьми, имея партнера, — мотает головой Чонин и перемещает руку на спину Минхо. — Значит, он ненормальный, — Ли рвано, со всхлипом, выдыхает и шмыгает носом, — мне он так нравился. Ублюдок. Сука, о-он… я… даже… Ч-чонин… блять, мне так… плохо, — тонким голоском мычит Минхо и за долю секунды вытирает слезы рукавом, вновь утыкаясь в колени. Все его лицо мокрое и опухшее, глаза покраснели, челка лохматая. — И ты будешь продолжать сниматься с ним? — выгибает бровь Ян. — Не дави на больное, я не знаю, — всхлипывает Минхо. Так плохо, будто тяжелый камень давит прямо на грудь и плечи, заставляя чувствовать себя еще хуже. Вспоминая то невозмутимое выражение лица Джисона, когда он открыто посылал Минхо, хотелось плакать еще больше, не вытирая свои слезы, чтобы они падали прямо на пол, беззвучно ударяясь об него. — Спокойно, Минхо, — гладит его по спине Чонин, — может, одумается. Он же извинился и был мягок, когда нагрубил тебе в тот день? — Да. — Тогда, может, так и случится в этот раз? Мне кажется, у него есть обратная сторона. — А вдруг — нет?! — срывает Минхо и сильно сжимает колени. — Вдруг он извинился вчера просто для того, чтобы заманить меня стараться еще больше?! Видно же, как он получает удовольствие от того, что издевается надо мной! — Вот и посмотрим, — спокойным голосом уверяет Чонин, — спокойно, Минхо. Если он сегодня придет, то… — Может, он вообще ко мне ничего не испытывал, никогда? — Минхо медленно поднимает голову, раскрывает слипшиеся от слез ресницы и всхлипывает. — Просто издевался от скуки. А я подумал, что что-то может быть. — Нет, Минхо, так люди себя не ведут, чтобы просто повеселиться. В нем точно что-то есть, просто пока непонятно, что. Сегодня веди себя спокойно — не будь, как сука, но и не как святоша. Просто будь обычным. Ладно? Минхо не отвечает, а лишь молча кивает, пустым взглядом смотря в пол. Глазами, в которых осталась последняя капля надежды. Внутри — пустота. Снаружи тоже. Но надежда осталась. — Ты так уверен, что он придет..? — шмыгает носом Ли, вытирая слезы. — Все может быть. Чонин заставил Минхо умыться и встряхнуться, чтобы убрать с себя весь негатив и усталость. Вроде, внешность удалось вернуть в порядок, волосы уложены, глаза даже красиво припухли, но внутри все еще тяжело и пусто. Следующая пара. Минхо сто раз озирается, просматривает каждую голову одногруппников за партами, но, как всегда, не находит Джисона. Этого ебанного Джисона, который растрепал ему все нервы в последнее время. И чем этот придурок вообще привлек Минхо? Внешность-то понятно. Но почему появляется это странное чувство, пронизывающее все тело, когда Ли смотрит на него? Хан же полная сука, не имеющая в себе ничего, похожего на эмпатию. Руки все еще дрожат от усталости и беспомощности. Однажды Минхо себе пообещал, что больше не будет влюбляться. Так много людей отвечали ему либо невзаимностью, либо… Минхо просто сомневался, что они вообще любили его. Не признавался, так как не хотел терять дружбу. Еле передвигающимися ногами Минхо после окончания пары устало выходит из аудитории, мечтая только о том, чтобы лечь на кровать и никогда не проснуться. Спать вечно. Только спать и пребывать в воображаемом мире вместо реального. Он не сможет дойти до выхода на улицу и подышать свежим воздухом. Сил нет, желания тоже. Ли медленно садится на случайную скамейку в каком-то оживленном коридоре и утыкается в телефон, нервно листая ленту в поиске чего-то, на что можно отвлечься. Чонин не поможет с этим, он ушел. А сердце все еще переполняет обида и чувство похуизма от Джисона. Минхо поджимает колени и склоняет голову так, что окружающий мир почти не виден ему. Только его телефон и бессмысленная лента соцсетей в нем. Ли затыкает уши наушниками, чтобы не слышать ничего больше. Не видеть, не слышать, не чувствовать. И кто-то встает. Прямо перед Минхо. Он не видит этого человека, даже не слышит его шаги, но знает, что кто-то сейчас стоит прямо перед ним. Это давление и ощущение его присутствия. Минхо, не поднимая взгляда, сглатывает и снимает наушник, а затем медленно поднимает голову вверх, смотря на человека. Конечно. Джисон. Сердце упало куда-то далеко в пятки. Перед ним стоит растерянный Хан, заложивший руки за спину. На нем нет ни улыбки, ни глупой издевательской ухмылки. Лишь растянутая кофта и спокойное лицо. Он просто стоит. Не двигается, не говорит, не перемещает взгляд. — Ты что? — растерянно произносит Минхо, осматривая пришедшего Джисона. — Встань, пойдем, — приказывает Джисон и взглядом говорит, в какую сторону надо идти. И сразу паника. Минхо озирается по сторонам, не понимает, чего хочет Джисон. Сначала замирает от испуга, а затем встает, повиновавшись Хану, берет сумку и идет за ним. Джисон берет его руку, крепко сжимая пальцы, будто боясь потерять где-нибудь. Его выражение лица спокойное, но уверенное, настойчивое. Но сердце трепещет не так, как это было раньше. Раньше оно сходило с ума от одного взгляда Джисона. Сейчас оно… привыкло и просто ждёт чего-то. Прикосновения Хана ощущаются хорошо даже после того, как он вновь провел ножом по сердцу Ли. Джисон провел Минхо в отдаленный коридор, завел за угол и остановился. Минхо тоже замирает на одном месте с одним наушником и растерянным лицом. Он непонятливо смотрит на Хана так, будто увидел его впервые — а дрожь по телу начинает проходиться от единого его взгляда. — Минхо, — внезапно говорит Джисон, вздыхая, — я придурок. И вытаскивает из-за спины букет розовых тюльпанов. Букет розовых тюльпанов. Штук пять. Они сложены вместе и связаны разноцветной ленточкой, а рука Джисона крепко сжимает цветы. Все тело переполняет неземное, непередаваемое чувство. Будто его прожигают насквозь. Глаза Минхо горят, в них появляется огонек, они раскрываются от удивления, а рот приоткрывается. — Прости, — нежно произносит Джисон, прикусывая губу, — я устал. Поэтому делаю такие вещи без ума. Минхо автоматически кивает и переводит растерянный, робкий всзгляд с Джисона на букет, с букета на Джисона. Он тянется к цветам и принимает их, даже не смотря. Ли смотрит только прямо в переполненные чем-то глаза Джисона. — Я видел, как тебе было плохо, — признается Хан, сглатывая, — мне так стало стыдно. Я не должен был так отвечать. Он говорит это искренне, отрывая от сердца. Минхо видны его частые взгляды туда-сюда, вздохи и переживание. Джисон признается. — Прости козла конченого, — вздыхает он, — по-братски. Вмиг становится так хорошо. По груди разливается тепло, а на лице появляется легкая улыбка. — Не пугай меня так больше. Да, ты козел ебучий, — медленно кивает Минхо, параллельно улыбаясь, — романтик такой, что даже цветы купил, да? — Я не умею извиняться через слова, а не просто романтик, — цокает Джисон и скрещивает руки, — что ты сегодня делаешь? Минхо с наслаждением разглядывает Джисона, все еще прижимая тюльпаны к груди. Тот говорит смущенно, его уши краснеют, а грудь поднимается и опускается часто. — Ничего, — пожимает плечами Ли, — а что? Хочешь еще больше загладить вину? — Не издевайся, — вновь цокает Хан и отводит взгляд, — мне вчерашнего хватило. — Это значит понравилось, или, все же, нет? — выгибает бровь Минхо, загадочно улыбаясь. — Сам думай, — с наигранной обидой произносит Хан. — Так что? Зачем я тебе нужен? — непонятливо машет головой Минхо. — В кино с тобой хочу, — смущенно бросает Джисон, уставившись взглядом в пол, — на человека паука. Минхо мило поднимает уголки рта вверх, пока внутри все сжимается. Это не похоже на то, что было между ними раньше. Сейчас хочется смотреть на него, ловя каждый смущенный взгляд и слово. — Пойдем, — мягко кивает Ли, касаясь пальцами пальцев Джисона, — я еще не смотрел нового. Джисон сглатывает и углубленно, но с нежностью смотрит в глаза Минхо. — Правда, прости, — негромко произносит он, — не знаю, что со мной. Сегодня у нас сеанс через три часа. — Это звучит, как «у меня взорвался дом, но я так рад, что ем конфетку», — хмурится Минхо, — ладно. В какое мы идем? — Я за тобой заеду, — кратко сказал Джисон и отошел немного назад, — будь готов. Он кидает последний мимолетный взгляд, засовывает руки в карманы и уходит за угол. Минхо же остается стоять у стены и прижимать к себе букет, чувствуя его аромат и рассматривая красивые бутоны, пока его глаза горят от влюбленности и нетерпения. Он зажимает рот рукой, чтобы случайно не запищать от переполняющих его чувств и эмоций. Усталости больше нет, камня на груди — тоже, хочется просто сотни раз перекручивать эти моменты в голове и улыбаться. Это точно не то, что испытывал Минхо раньше. Что-то поменялось.

***

Джисон выходит из машины и озирается по сторонам. Красивый. На нем короткая теплая куртка — уже боится замерзнуть. Минхо стоит на пороге своего подъезда и довольно улыбается, смотря на растерянного Джисона, который не может его найти, стоя немного далековато от Ли. Прижимая к себе сумку, Минхо направляется к машине Джисона, попутно смущенно улыбаясь. Хан же, наконец, замечает парня, и его выражение лица тут же приобретает спокойно-смущенный оттенок, он сжимает губы и взглядом показывает подходить ближе. — Это твоя машина? — не здороваясь, кивает в сторону автомобиля Минхо, подойдя к Джисону почти вплотную. — Да, еще я специально сделал на ней надпись «каршеринг», — саркастически пожимает плечами Джисон, подходя к двери со стороны пассажирского кресла, и открывает её перед Минхо, — садитесь, высокопочтенный глупыш. Ли бросает на него непонятливый взгляд с нахмуренными бровями, но послушно садится, после чего Джисон громко захлопывает дверь, практически через три секунды оказываясь на водительском кресле рядом с Минхо. Он не разговаривает, а молча заводит машину и делает что-то, в чем не разбирается Минхо. — Такой ты джентельмен сегодня, — качает головой Ли, — аж блевать хочется. — Штраф за опорожнение своего желудка в машине будешь платить ты, — равнодушно бросает Джисон, трогаясь с места. — Какой ты невоспитанный. — Я могу еще плюнуть тебе в лицо. — За дорогой смотри, придурок, — шутливо цокает Минхо и пытается сдержать смех, уводя взгляд на окно. — А ты не позволяй себе называть меня придурком, долбоеб. — А ну заткнулся, — резко поворачивает голову Минхо, из-за чего Джисон мелко вздрагивает, выезжая на дорогу. Они едут почти молча все эти двадцать минут. Минхо смотрит то в окно, то в телефон, то изредка поглядывает на спокойного Джисона, некрепко держащегося за руль. Тот же самый Джисон, который умеет нагрубить и обосрать с головы до ног. Еще может провести острым ножом по сердцу и бросить на произвол судьбы. Но сейчас рядом с Минхо совсем другой Джисон. И что с ним происходит? — А я не знал, кстати, что ты умеешь водить, — внезапно говорит Минхо, замечая, что они уже подъезжают к месту. — Я совсем недавно получил права, — пожимает плечами Джисон и припарковывает машину, — ну да. — Так удивительно, что с тобой можно поразговаривать без постоянных издевательств и подколов, — вздыхает Минхо, отстегивая ремень, — хоть за это спасибо. Джисон лишь хмыкает и выходит из машины. Минхо повторяет за ним и выходит на свежий вечерний воздух. Улица наполнена людьми, хотя сегодня будний день. Совсем стемнело, на небе видны яркие звезды. Джисон взглядом подзывает его к себе и идет на вход. Спустя пару минут парни добираются до самого кинотеатра, пока напряженно и смущенно пытаются найти тему для разговора. Сейчас они непонятливо стоят перед баром кинотеатра и «заинтересованным» взглядом смотрят на меню. — Ты что будешь? — спрашивает Джисон, поворачивая голову вправо. — А ты что будешь? — выгибает бровь Минхо. — Не бери то же самое, что буду и я, в чем смысл? — Я просто спросил, блять. Я буду сладкий попкорн. — Вот и славно. Джисон подходит к кассе, пока Минхо даже не успевает ничего обработать. Хан снова платит за него. Ли слегка прикрывает рот от смущения и удивления, что Джисон решил извиниться вообще полностью. Всеми способами. И подарил цветы, и подвез, и купил билеты с едой. Джисон снова подходит к Минхо, но уже с полными руками — в них два огромных попкорна и пара напитков. А сам смешно улыбается, смотря прямо на Минхо и вручая ему огромный попкорновый трофей. — Ахуеть, ты взял самый большой, — удивленно смотрит на это Минхо, — ну, спасибо, что ли. Сеанс начинается уже через две минуты. Джисон сканирует оба билета и проводит Минхо за руку в седьмой зал. Ли пытается успеть за его быстрым шагом и еще уловить его непонятное бурчание под нос. Хан крепко держит его руку и, как только они заходят в зал, шепчет себе под нос нужный ряд и места. Минхо с улыбкой за этим наблюдает и продолжает следовать за Джисоном. Он, в конце концов, доводит его до нужного места и усаживает его ближе к центру. Только комфортно устроившись на удобном кресле, Минхо озирается по сторонам и понимает, что зал буквально полупустой. Здесь сидят только пара тихих людей, и то, почти на самых близких к экрану рядах. а Минхо с Джисоном сидят на самом последнем. Ли растерянно поджимает ногу и ставит подбородок на колено, начиная дожидаться начала фильма. И неожиданно становится как-то хорошо. Джисон не ощущается чужим человеком, а уже более родным и знающим про Минхо многое. Ли быстро бросает и отводит взгляд с Хана, который заинтересованно смотрит за событиями в фильме. Его милое лицо подсвечивается экраном, пряди волос падают на него, а капюшон его толстовки едва спадает с головы. Минхо устремляет взгляд вниз, на руки, и смущенно сглатывает. Даже нервно. — Тебе нравится попкорн? — вопросительно кивает Джисон и вскидывает брови. — А… да, — тупит Минхо, тоже повернув на него голову, — он сладкий. — Прям как ты, — Джисон поворачивается к нему всем корпусом и мило улыбается, разглядывая растерянное лицо Минхо. Его взгляд так спокоен и нежен, что хочется просто брать и наслаждаться им. — Хватит, — нервно машет рукой Минхо и слегка поднимает уголок рта вверх. — Что — хватит? — непонятливо пожимает плечами Джисон, не сводя с него внимательного взгляда. — Вчера ты точно был очень сладким. Вот прям чрезмерно. Я хотел сказать, что мне очень понравилось, но ты ушел. Сердце замирает, дыхание тоже. Остается эта недосказанность и тишина между ними, несмотря на посторонние звуки. Джисон тянет свою руку к руке Минхо и касается её пальцами, ни на секунду не сводя взгляда с Ли. Вся грудь горит, рот приоткрывается, а тело чувствует себя спокойно. — А ты так сладко все это делал, — хмыкает Хан и продолжает ласкает руку Минхо, — ты сам по себе такой. — И для тебя такой же, — тихо, едва слышно произносит Ли, зачарованно смотря на Хана. Они находятся очень близко, очень непозволительно и неправильно. Минхо может разглядеть каждую частичку лица Джисона, уловить каждый его вздох и трепет ресниц. — М? — хмурит брови Хан, но не двигается назад ни на миллиметр. — Для меня ты такой же? Какой? — Какой захочешь, — мотает головой Ли, — я уже устал молчать. Это не то, что я чувствовал даже две недели назад. Ты все делаешь для меня так… хорошо. — Тебе приятно? — мягко улыбается Джисон и касается тыльной стороной ладони его щеки. — Да, — почти шепотом отвечает Минхо. — От чего? — От всего, что ты для меня делаешь. Я хочу умереть от каждого твоего действия, особенно, относящегося ко мне. — Хо, ты такой глупыш, — тихо хмыкает Джисон и кладет свою руку ему на щеку, не отдаляясь ни на миллиметр. Повисает практически секунда паузы. Зрачки Джисона бегают туда-сюда, вздохи и выдохи приземляются на губы и щеки Минхо, его пряди волос немного касается лба Ли. От Хана исходит очень приятный аромат шоколада и ванили. Хочется уткнуться носом ему в шею и полной грудью вдохнуть этот аромат. Джисон тихо выдыхает, устремляет свой спокойный взгляд на губы Минхо и становится еще ближе. Руки Минхо дрожат, взгляд бегает по всему лицу Джисона. Хан опускает взгляд, а Минхо чувствует едва уловимое касание его губ о свои, прикрывает глаза и решает отдаться этому ощущению, впитав его в себя полностью. Хан целует его. Нежно, едва сжимая губы Ли. Джисон поглаживает пальцем его щеку, глубоко дышит и продолжает сминать его губы аккуратно, ласково. По коже Минхо бегут многочисленные мурашки, дыхания будто не хватает, хочется заплакать и всё еще нежно продолжать целовать Джисона. Его губы ощущаются так хорошо, правильно и приятно. Как пальцами трогать подаренный им тюльпан, вдыхая прекрасный аромат. Рука Джисона перемещается на талию Ли, слегка приподнимает кофту и ласково сжимает кожу, чередуя это с нежными поглаживаниями. Поцелуи слегка усиливаются, язык Хана аккуратно проникает в рот Минхо, отчего тот тихо мычит и вздрагивает. Джисон кладет вторую руку ему на голову, осторожно сжимает волосы и притягивает еще ближе, будто одних поцелуев совсем недостаточно. Рука слезает с головы на шею, нежно обхватывает и поглаживает ее, из-за чего Минхо вновь испытывает волну мурашек и переолняющие его чувства. Дыхание сбивается, сейчас Минхо слышит лишь вздохи Джисона, а чувствует только его нежные прикосновения, даже не помня о том, что они находятся в кинотеатре. Языки продолжаются встречаться, руки — бродить по всем участкам тела, частые причмокивания — тихо оставаться только между Минхо и Джисоном. Но они не дома. А в кинотеатре, в общественном месте. Минхо неохотно отстраняется, убирает руки от Джисона к себе, но не отводит с него влюбленного взгляда. Хан тоже продолжает нежно смотреть на него, отпрянув лишь на считанные сантиметры. Минхо не знает, как это комментировать. Он даже до сих пор не знает, что происходит между ними обоими. Ли просто продолжает молча смотреть на него и смущенно улыбается, поджав губы. — Такой вкусный, — хмыкает Хан, осматривая Ли. — Заткнись, — мотает головой Минхо и с наигранной обидой отворачивается на экран, забыв следить за событиями. — Ты так мычал, — прикусывает губу Джисон и продолжает, даже заметив «незаинтересованность» Минхо, — хорошо было, да? — Уйди отсюда… Джисон смешливо хмыкает и, наконец, уводит взгляд на экран, пока Минхо тоже пытается держать себя в руках и не сгореть от бессмертного чувства в груди, смущенно улыбаясь. Хан протягивает свою руку и, не поворачивая голову на Минхо, в темноте находит его руку и слегка сжимает её. Минхо мигом поворачивает голову на него и наблюдает за выражением лица, попутно испытывая волну мурашек по шее и спине. Его теплая рука ощущается очень близко и хорошо. Целых два часа пролетают совсем незаметно. Вот уже постепенно включается яркий свет, по экрану начинают бегать черно-белые титры, люди встают с мест и убираются, а Минхо сладко потягивается в кресле и зевает от того, что его разморило. — Не спать, — подбодряет его Джисон и мигом встает с места, оглядывая его снизу вверх, — встаем. Минхо обиженно, но с улыбкой глядит на него, поджимает губы и поднимается с места, захватив с собой куртку и мусор. Я тебя люблю, тупой Хан Джисон. Ли будто куда-то торопится, сам не понимая, куда. Ведь спереди Джисон идет весь спокойный, размеренный, будто тот, кому можно доверять. А Минхо все еще как-то не привык. — Джисон, — Ли быстро шагает, чтобы догнать Хана, и касается его плеча, — а я давно хотел спросить. — М? — коротко мычит Джисон, обернувшись назад на долю секунды, пока выходит из кинозала. — Я… — тупит Минхо, подбирает слова, озирается по сторонам, будто ища подсказку во всем, что угодно, — кто я для тебя? Джисон дожидается, пока Ли догонит его и будет идти бок о бок, спокойно смотрит на его испуганный взгляд и думает. — Ты, — мычит он, глядя на Минхо, — уж точно больше, чем одногруппник. Хан сжимает губы, нежно улыбается и берет Минхо за руку, сжимая её. Это мне не снится? Джисон отводит взгляд, продолжая размеренно шагать и смотреть по сторонам, на всякие закрывающиеся магазинчики. Но продолжает держать руку Минхо. У Ли от этого чуть ли не сжимается сердце, а душа испытывает невероятные чувства. Минхо, пытаясь скрыть радость, отводит взгляд в пол и прикусывает губу, подавляя свою улыбку. Джисон снова доверчиво смотрит на парня, улыбается и поджимает губы, держа его руку еще крепче, чем прежде. — Прости. Минхо замирает. — Зачем — прости? Ты уже хорошенько извинился. — Я не стою твоих слез. Минхо сглатывает, останавливается и продолжает влюбленно смотреть на него. — Я хочу тебя трахнуть, Ли Минхо. Но у меня есть паре—