𐌿᧐ᴛᥲᥱнныᥱ жᥱ᧘ᥲнᥙя

"Противоположности сближаются" — так говорили они. Что ж, пожалуй, были правы. Такие разные, но всё же, настолько странно близкие. Правду говоря, эта дружба, казалось, приносила Гостю больше дискомфорта, чем радости. Нуб слишком яркий, шумный, всегда в центре внимания, а вот Шестерка - тихий, тёмный, будто создан быть в тени. Он не понимал, что именно гложет его изнутри: раздражение, усталость… или, быть может, зависть? Люди обходили его стороной, будто одно число в его имени способно нести проклятие. Он привык к одиночеству. И всё же однажды появился Нуб, простодушный, искренний, до нелепости жизнерадостный. Он протянул руку дружбы, не обращая внимание ни на имя, ни на мрачный взгляд Гостя. Сначала Шестерка был благодарен. Он даже почувствовал себя… живым, но со временем всё изменилось. Дело в том, что Нуб был не просто более открытым, чем его друг. Дело в том, что он был лучше. Во всем! Он умел играть на ударных инструментах, всегда побеждал в играх, все к нему тянулись, он мог говорить... Нуб словно имел всё, о чем Гость мог только помечтать. С каждой их встречей в нём просыпалось странное, горькое чувство. Он ловил себя на мысли, что хочет видеть, как у Нуба что-то не получится, как он ошибётся, оступится… лишь бы самому хоть раз почувствовать себя лучше, сильнее. 666 ненавидел себя за это мерзкое желание.

***

Сегодня был очередной день, когда они встретились. Гость 666 не хотел идти в клуб: душные огни, толпа, гулкая музыка давили на нервы... Но Нуб умолял, почти цеплялся за него, как ребёнок: - Ну пожалуйста! Тебе понравится, обещаю! Эти слова до сих пор звучали в голове. Нравилось ли ему? Нет, не нравилось. Всё это - слишком ярко, слишком громко, слишком чуждо. Ещё хуже - он тут один... Точнее, да, они пришли сюда вдвоем, но Нуб напился и теперь танцует со всеми. Шестёрка сидел за барной стойкой, держа в руках свой напиток. Он медленно взболтал жидкость, наблюдая, как та лениво закрутилась в стекле, отражая неоновые огни клуба. Глубоко вдохнул и сделал глоток. Слегка горьковатый привкус обжёг горло, оставив после себя лёгкое жжение и привкус металла. Гость поморщился, но всё же поспешно допил напиток, словно желая поскорее избавиться от этого ощущения. Он не пил так много, как его друг. Скорее от вежливости и желания оставаться трезвым, мыслить здраво... Становилось до жути скучно. Гость не хотел сидеть тут один, наблюдать, как пьяные подростки трутся друг о друга под биты музыки, называя эти движения танцами. Мысли об уходе повторно мелькали в голове, но он каждый раз вспоминал радостное лицо Нуба, когда тот увидел кивок. 666 согласился присутствовать, тем самым порадовав Нуба. Он не хотел казаться грубым, просто уйдя отсюда. Впервые за вечер ему отчаянно захотелось напиться. Мыслить здраво не помогало, когда вокруг так скучно. Он уже было хотел заказать ещё один напиток, как ощутил тяжёлую руку на своем плече и медленно обернулся. Перед ним стоял Нуб, нервная улыбка на его лице почти померкла. Волосы растрепаны, лицо покраснело, а он сам был таким потным из-за непрерывных танцев. Жёлтый наклонился к уху собеседника, дабы тот его услышал, и промолвил дрожащим голосом: - Нам... Нам очень нужно отойти... Нуб выпил слишком много горячительных напиткови, коктейлей и сейчас чувствует себя неладно. Ожидаемо. Гость тихо вздохнул, встал, поспешно взял друга за руку и, крепко держа, потянул его за собой. Они пробирались сквозь оживлённую толпу к выходу. Движения Нуба были шаткими: тот спотыкался на ровном месте, не успевая за быстрым шагом приятеля. И вот, в лицо ударил холодный вечерний воздух. Нуб глубоко вздохнул, опёрся о стену, тяжело дыша. Правой рукой он медленно схватился за голову, а другой держался за стену. Ноги еле держали, а живот скручивало, поэтому он хотел просто куда-то лечь. Гость 666 просто смотрел на приятеля. Его взгляд не был каким-то обеспокоенным, либо наоборот хладнокровным. Выражение было не читаемым, словно он сейчас совершенно в другом месте, а не возле своего пьяного друга, который вот-вот начнет блевать алкоголем. Он подошёл ближе, положив руку на спину Нуба и начал медленно, успокаивающе поглаживать От прикосновения, Нуб сморщился и поднял взгляд на лицо приятеля. Взгляд был нервным, даже молящим. Он полностью повернулся к Гостю и уткнулся лбом ему в грудь. В таком положении они простояли минуту, может быть больше. Шестёрка не знал как реагировать на такой акт близости и стоял почти неподвижно. - Поедешь... со мной? - Нуб сказал эти слова тихо, умоляя. Он поднял голову, пытаясь поймать взгляд Гостя. А второй? Второй лишь вздохнул и отошёл на шаг. Он отвернулся, почесал затылок раздумывая над предложением. - Мне плохо... Пожалуйста, Шестёрка... Гость выпрямился и улыбнулся, подойдя ближе. Он кивнул и взял Нуба за руку, от чего второй почти по детски улыбнулся в ответ. Вот, Гость уже заказал такси и они вдвоём уселись на заднее сиденье. В салоне перемешался запах алкоголя и разных ароматизаторов. Машина скользила по ночным улицам. Снаружи мелькали вывески, фонари, редкие прохожие. В салоне было тихо, только гул мотора и редкие вздохи Нуба. Он, привалившись к плечу друга, пытался что-то сказать, но слова путались, превращаясь в кашу нечленораздельных звучаний. Лишь тихое «спасибо» сорвалось с губ — едва слышно, будто между сном и явью. Машина медленно остановилась возле одноэтажного дома, такого простого на вид. 666 достал купюру и протянул водителю, тот принял и одарил юношу улыбкой. Шестёрка открыл дверцу и осторожно, почти бесшумно выбрался. Он помог Нубу встать и те пошли по узкой тропинке к дому. Нуб поспешно полез в карман и достал ключи. К связке были прикреплены разные, яркие брелки. Разве это не забавно и мило? Гость присмотрелся и невольно улыбнулся. Жёлтый не решился открывать дверь сам. Он медленно протянул ключи другу и указал взглядом на дверь, не собираясь ничего говорить. Щелчок. Дверь медленно открылась и Нуб поспешно зашёл внутрь, а 666 прошёл за ним закрывая дверь на замок. Внутри было тихо и темно, лишь лунный свет из окна падал на плюшевый ковёр в гостиной. Внутри пахло чем-то мягким, сладким... таким домашним. Здесь было довольно тепло. Нуб еле как снял обувь, прошёл внутрь и плюхнулся на мягкий диван, облегченно простонав. Он лежал, тяжело кряхтя и смотря в потолок. Гость же не спешил заходить. Он стоял в полутьме, осматривая коридор, а после медленно снял обувь, потом и кепку. Он аккуратно сложив эти вещи, прошёл внутрь дома. Шестёрка висел над Нубом, смотря на его лежачее тело. Он выглядел так жалко... Весь тяжело дышал, такой беззащитный на вид. Видеть его таким приносило злорадное, горькое чувство удовлетворения, в котором 666 никогда бы не признался. Наконец-то, здесь и сейчас, Нуб был слаб. Его Нуб, всегда лучший, всегда в центре, беспомощно лежал на диване. На лице Гостя появилась слабая, довольная улыбка. Он торжествовал, пусть и в этой постыдной, внутренней победе. Он бы хотел видеть Нуба таким беззащитным чаще, чем следовало. Нуб посмотрел на Гостя и медленно сел, облокотившись о спинку дивана. Он пытался прийти в себя. - Принеси воды, пожалуйста... - Тихо и жалобно промолвил тот, молящим взглядом смотря на приятеля. Гость 666 медленным шагом пошёл на кухню, дабы налить холодной воды для друга. Тот нуждается в нём, будет неприлично не выполнять его просьбы. Он принёс стакан холодной, минеральной воды и сел рядом, не спеша протягивая Нубу напиток. Нуб взял стакан в руки и сделал долгий глоток, почти сразу опустошив стакан. Он сжал стакан в руке, просто смотря, как слабо он отражает свет Луны. - Спасибо... - начал он, - Спасибо, что всегда рядом.. Я так благодарен тебе за это. Мог бы я хоть как-то... 666 заметно напрягая и лёгкая ухмылка пропала с лица. Он медленно повернул голову в противоположную сторону. В какой-то момент, слова Нуба превратились в бессвязное бормотание, которое состояло из смеха, благодарности, ещё каких-то лишних слов. Жёлтый поставил стакан на журнальный столик с громким стуком. Лунный свет отчаянно пытался осветить помещение, но вскоре, исчез. В помещении стало до жути тихо и мрачно. 666 сжал пальцы, царапая диван. Он медленно повернулся к Нубу, пытаясь разглядеть его лицо, его почти остекленевшие глаза. Пьян. Слаб. Нуб нервно улыбнулся, повернулся к Гостю. Его руки, дрожащие и тёплые, медленно поднялись к лицу приятеля. Прикосновение было лёгким, почти невесомым. Шестёрка замер. Он не до конца понимал, что же происходит с его другом на этот раз. Тот выпил слишком много... Это просто пьяная прихоть, желание близости. Нуб потянулся ближе. Его дыхание обожгло щёку Гостя, смешавшись с запахом алкоголя и чего-то сладкого. На секунду всё будто замерло - ни звуков, ни мыслей, только эта неловкая близость. И прежде чем Шестёрка успел сделать хотя бы что-то, Нуб коснулся его губ - робко, неловко, дразня. Он медленно притянул приятеля ближе, насмехаясь над близостью. - Такой... тёплый, всегда... такой нервный... - промолвил Нуб в губы и громко посмеялся, Глаза Гостя широко раскрылись, тот был мягко говоря удивлен резкой близости. Но, все же слегка расслабился и отстранился. Ухмылка снова появилась на лице, на этот раз она стала уверенней и тот поднял руки. Одна медленно легла на талию Нуба, а второй он прикоснулся к щеке, и, двинулся так, что повалил жёлтого на диван. 666 с тихим вздохом навалился на Нуба и уже в следующее мгновение, уверенно поцеловал друга в губы. Поцелуй был неловкими, беспорядочным. Язык Гостя скользнул внутрь, исследуя полость рта. Нуб почти сразу ответил на поцелуй, тихо простонав в губы, и, их дыхание смешалось, языки обвивались в прелестном танце. Никто не хотел прерывать это райское мгновение, но воздуха, к сожалению, уже не хватало. 666 невольно прервал поцелуй, оставив тонкую нить слюны, все еще связывающую их рты. Рука с талии двинулась ниже, к краю футболки и скользнула под неё. Она двигалась, жадно исследуя каждый дюйм, вжимаясь. Голова Шестёрки прильнула к шее. Он начал оставлять след нежных поцелуев, а затем перешёл к засосам, желая насытиться этим сладким вкусом своего..приятеля. Нуб тихо бормотал, моля то ли остановиться, то ли продолжить, то ли вообще смеялся. Его лицо сильнее залилось красками, а с губ вместе с бормотанием теперь вырываются сдержанные всхлипы, полустоны... - Хэй...! Я же шутил...! - посмеялся тот, но смех снова превратился в тихий стон Шестёрка не оторвался от его шеи. Он вдыхал этот сладкий, почти фруктовый запах кожи друга, смешанный с едким алкоголем, как самый ценный трофей. Это опьянение властью, это ощущение, что в этот момент, в этой темноте, он - хозяин, было слаще любого напитка. Рука Гостя, забравшаяся под футболку, скользнула по узкой талии и смело поползла вверх, к груди. Пальцы наткнулись на учащенное, сбивчивое сердцебиение, которое стучало где-то под рёбрами Нуб, в ответ на это прикосновение, судорожно выдохнул. Он цеплялся за плечи Гостя, но его хватка была слабой, скорее инстинктивной. Шестёрка поднял голову и снова посмотрел на лицо Нуба. В тусклом свете, пробивающемся сквозь щель в занавеске, он видел полузакрытые, почти остекленевшие глаза. Нуб пытался сфокусироваться, но алкоголь взял своё. Он был податлив, как никогда. Гость наклонился, и их лбы соприкоснулись. 666 замер, пытаясь осознать, что именно он делает. Это все казалось неправильным, но он не хотел отступать. Он отстранился, чтобы стянуть с себя толстовку, сбросив её на пол. Становится слишком жарко... Его пальцы потянулись к поясу зелёных штанов Нуба. Ткань штанов и нижнего белья поддалась с тихим шуршанием. Когда Гость стаскивал одежду с бёдер приятеля, его рука наткнулась на неестественную выпуклость в кармане. Из любопытства он сунул пальцы внутрь и нащупал гладкий, прохладный тюбик. Он достал его и поднес к скудному свету луны. Смазка. Как иронично... Как удачно. Ох, Нуб подготовился к этому вечеру в клубе. Гость 666 усмехнулся, сжимая тюбик в руке. Он свободной рукой отшвырнул штаны на пол. Нуб лишь бессознательно вздохнул глубже, его тело слабо затрепетало, но сопротивления не было — лишь полная, трепетная отдача. Он был как марионетка с оборванными нитями, покорно отдающаяся воле кукловода. Его пальцы судорожно впивались в ткань дивана. Взгляд Шестёрки скользил по этому беззащитному, отданному ему телу. Улыбка, широкая и торжествующая, расползлась по его лицу. 666 снова приник к шее, вдыхая, впитывая, поглощая этот опьяняющий аромат. Его тёплое дыхание обжигало кожу, и Нуб, закинув голову, замер, почти перестал дышать. Он снова отстранился, уже поспешно избавляясь и от своей нижней одежды. Гость 666 бросил свои штаны с нижним бельем на пол, к остальной куче. Они оба были обнажены на половину, но и этого было достаточно. Гость, раздвинув ноги Нуба коленом, на мгновение задержал взгляд на тюбике в своей руке. Мысль о слепом, грубом входе, который мог всё испортить болью, теперь казалась ему варварской и глупой. Зачем, когда сама судьба подкидывает инструмент? Он с наслаждением щелкнул крышечкой и выдавил на пальцы обильную порцию прохладного, скользкого геля. Звук вышел неприлично громким в этой тишине комнаты. Сначала один палец, входящий с трудом, встречающий сопротивление. 666 чувствовал каждую мышцу, каждый нервный спазм. Он видел, как гримаса боли искажает милое лицо Нуба, и это зрелище заставляло его собственное сердце биться чаще. С губ пассива срывались тихие стоны, он поднял взгляд на лицо Гостя и просто смотрел, умоляя не останавливаться. Шестёрка двигал пальцем, постепенно вводя второй. Он наблюдал, как его друг извивается под ним... Эта картина приносила только удовольствие... Процесс был мучительно медленным, почти медицинским в своей обстоятельности. Его собственное тело было напряжено до предела, каждое прикосновение к горячей, сжимающейся плоти внутри Нуба отзывалось в нём самом электрическими разрядами. Через долгие попытки растянуть Нуба, Гость 666 с коротким, хлюпающим звуком достал свои пальцы. Он выдавил ещё смазки в ладонь и отложил тюбик. Шестёрка начал смазывать свой член не отрывая взгляда от покрасневшего лица приятеля, а после приподняв бёдра Нуба повыше, осторожно, но достаточно резко вошёл в него. С губ пассива сорвался жалобный стон, почти вой. Нуб выгнулся, а после вцепился ногтями в плечи Шестёрки, пытаясь найти хоть какое-то утешение. Больно. Туго. Вой стал тише, пока не превратился в тихие вздохи. 666 долгое время не двигался, давая приятелю привыкнуть к этой полноте. Он медленно посмотрел на лицо друга, поймав его заплаканный взгляд. - Всё... нормально... - тихо пробормотал Нуб. В ответ Гость усмехнулся и начал медленно, размеренно двигаться, срывая с губ Нуба тихие ласкательные слова, полустоны. Он хныкал, дрожал на руках Шестёрки, бесстыдно умоляя не останавливаться. Его тело дрожало, пальцы вцепились в спину приятеля, чуть ли не царапая кожу под футболкой. Он тонул в этом удовольствии, в этом райском моменте. Движения Гостя стали резче, почти яростными, подчиняясь не только собственному желанию, но и этому немому приглашению, этим стонам, которые были слаще любой музыки. Он чувствовал, как тело под ним полностью растворяется, превращается в податливую, трепещущую массу. Нуб уже не бормотал слов. Его губы были приоткрыты, из горла вырывались прерывистые, хриплые звуки, нечто среднее между плачем и экстазом. Его ноги обвились вокруг бёдер Гостя, притягивая его глубже, отчаянно и бессознательно. В его глазах, затянутых влажной пеленой, читалось невыносимое напряжение, нарастающая волна, которая вот-вот должна была обрушиться. Живот сжался в узел, а после, почти сразу, последовало освобождение - Нуб невольно выгнулся в дугу, с протяжным стоном кончая, пачкая футболку Гостя 666, да и свою заодно. Второй не останавливался, почти не обращая внимания на эту вязкую субстанцию, что испортила его одежду. Сейчас было все равно... И вот, вскоре дыхание Гостя стало сдавленным, живот сжался в тугой, горячий узел. Он впился пальцами в бёдра Нуба, его взгляд затуманился, и он, сдавленно выдохнув, излился внутрь. 666 медленно осознавая тяжесть своего тела, почти бессильно рухнул на Нуба, крепко прижавшись к нему. Их прерывистое дыхание медленно становилось тише, возвращаясь в нужный ритм...

***

Солнечные лучи еле пробирались сквозь шторы. Глаза Нуба медленно открылись и его пронзила жгучая боль, от чего тот болезненно простонал. Все тело ныло, словно его задавил грузовик. Он, одетый в майку и зелёные штаны, лежал на полу в гостиной, не так уж и далеко от дивана. Просто... Какого хрена? Рядом лежал юноша, прижавшись, обнимая. Это Гость 666... Шестёрка медленно поднял взгляд на Нуба, как побитая собака, а после опять, с неким стыдом отвёл. Выглядел он очень усталым и походу не спал всю ночь. Нуб пытался вспомнить, как же они дошли до такого положения и в его памяти стоял лишь густой, непроглядный туман. Вспышки: огни клуба, грохот музыки, тошнотворное головокружение... и ничего больше. Пустота. - Что... случилось вчера? Меня словно избили... - почти бессильно сказал Нуб, но в ответ ничего не услышал. Конечно, что он может ожидать? - Ах... Прости. Явно он натворил какую-то глупость, ведь выпил так много алкоголя! Нуб занервничал и ему стало стыдно от этих мыслей... - В любом случае... Спасибо! Я думаю... Ты явно позаботился обо мне, только почему мы лежим на полу? - он усмехнулся. Коротко, почти по-детски, - Шестёрка, я думаю, тебе не составит труда взять телефон и написать в заметках ответ на мой вопрос! Ну, как ты обычно делаешь... В ответ опять ничего. Нуб тяжело вздохнул и продолжил лежать, смотря в потолок, ведь шевелиться было трудно и до жути болезненно. Они, обязательно поговорят об этом позже...