Ближе, чем ты думаешь

       Всё, что должно остаться, останется, даже если ты перестал держать.

      Чонгуку тридцать два. Он состоявшийся бизнесмен. У него двое детей: близняшки — мальчик и девочка. Мальчик — Со Джун и девочка — Дасом. Им по шесть лет.       С женой — Со Ён, они в разводе. Восемь лет назад родители решили поженить детей и им было всё равно — любят они друг друга или нет.       Как говориться: мы в загсе дружно сказали "нет" и нас расписали.       Не смотря на это, Чонгук и Со Ён сумели сохранить дружеские отношения. Они делились друг с другом самыми сокровенными тайнами. Поддерживали друг друга. Даже когда Чонгук признался, что он не гетеро, она от него не отвернулась. А для успокоения родителей они сделали ЭКО. Так на свет появились близнецы. И даже, когда родители Чонгука узнали о его ориентации и отказались от него, Со Ён всё равно была рядом.       Чонгук часто брал детей к себе как на праздники, так и на выходные. Участвовал в их воспитании и до безумия любил.       Но в этот новый год Со Ён попросила оставить детей с ней. Она хотела отвезти их к родителям в Европу так как там были и родители Чонгука.       

***

       Чонгук не спеша закрыл офис и решил прогуляться по городу. Спешить некуда. Дома никто не ждёт. Есть время для себя.       Снег хлопьями падал под ноги Чонгука, он слегка поёжился от холода, затянул потуже шарф и пошел по улице. Люди спешили домой. В воздухе пахло хвоей. Он не спеша дошёл до моста, по которому вереницей ехали машины.       Чонгук остановился посреди запорошенного моста, глядя, как город утопает в разноцветных огнях. В какой-то момент ему стало грустно, что в такой день он один.       Судьба распорядилась так, что с родителями он перестал общаться после развода. Они не приняли ни его ориентацию, ни его развод.       Друзья!? У каждого семья и быть лишним на чужом празднике Чонгук не хотел.       Снег почти засыпал голову. Чонгук улыбнулся сам себе, вспоминая детство, шумные застолья. Потёр озябшие руки и уже собирался домой, как вдруг услышал голос за спиной.       — Не оборачивайся, — тихий, мягкий голос звучал в тишине, но, почему-то он не вызывал ни страха, ни паники. — Надень, — снова сказал голос, и чья-то рука протянула новогоднюю маску.       — Это какая то шутка? — спросил Чонгук.       — Просто надень, — ответил мягкий голос.       Сам не зная зачем, Чонгук послушно надел маску на лицо, но оставил небольшую щель, чтобы видеть куда идти.       — Поехали, — приказал голос, и кто-то развернул Чонгука лицом к дороге. На обочине стоял мотоцикл.       — На мотоцикле, зимой? — Усмехнулся Чонгук. — Это похищение?       — Нет, это приключение. — Ответил голос. — Или ты боишься?       «Боюсь? — подумал Чонгук, садясь на мотоцикл позади водителя. — Нет конечно. Это даже интересно».       — Держись крепче. — Сказал водитель и мотоцикл рванул с места.       Мимо пролетали заснеженные улицы. Снег, переливаясь яркими огнями, летел в лицо. Но почему-то Чонгуку не было страшно. Наоборот, всё это щекотало нервы. В кровь хлынул адреналин.       Мотоцикл нёсся, покидая шумный город, мимо пролетали деревья, сугробы, заснеженные дома будто желали удачи, переливаясь яркими огнями.       «Чонгук, ты сам понимаешь, что ты едешь неизвестно куда, неизвестно с кем», — думал он, не находя ответа, но получая от неизвестности какое-то странное удовольствие.       Наконец, мотоцикл въехал во двор большого дома, украшенного гирляндами. Из дома доносилась громкая музыка. В окнах мелькали фигуры людей.       — Пошли, — незнакомец взял Чонгука за руку и потащил в дом.       В доме праздник шёл полным ходом. Люди в масках, в праздничных нарядах. Выпивали, смеялись. Кто-то танцевал, кто-то сидел в многочисленных креслах или на диванах.       — Что будешь пить? — поинтересовался парень.        Чонгук впервые смог рассмотреть своего похитителя, на лице которого была маска тигрёнка.       — Виски, — ответил Чонгук.       — Окей, садись здесь. Только не уходи, а то я тебя потом не найду.       Чонгук послушно сел в кресло. Парень исчез. Через пару минут он вернулся. Белая, полупрозрачная рубашка, почти расстёгнутая до конца, серые обтягивающие брюки, копна волос, покрашенных в мятный цвет.       — Держи, — незнакомец протянул бокал с виски. — Мы пьём чистый без льда. Поэтому на бокале лимон. Хочешь, закуси. — Улыбался парень.       «Чонгук, что ты, блядь, творишь?» — возмущался внутренний голос. Но внутренний авантюрист его не слушал.       Чонгук осушил бокал, закусил лимоном. Виски разлился по телу, согревая, ударяя по вискам.       Парень танцевал напротив Чонгука, явно соблазняя. Гладя себя по внутренней стороне бёдер, показывая всем своим видом, что он хочет. Взяв Чонгука за руку, потянул в круг танцующих пар.       Он прижимался к Чонгуку, гладил по спине. Наконец, его губы коснулись губ Чонгука. От парня пахло клубникой и ванилью. Рука скользнула по бёдрам Чонгука.       — Мне кажется, ты уже готов, — прошептал тигрёнок. — Пойдём, — голос тигренка обещал наслаждение.       Длинный коридор, полумрак. Парень открыл дверь, они оказались в комнате с большой кроватью. Горящие свечи, мигающие огоньки. Чонгук словно оказался в сказке. Возбуждение билось током по телу.       Незнакомец поцеловал с напором, опуская руки всё ниже, прижимали мужчину к себе.       Его губы нежно ласкали губы Чонгука. Язык протолкнулся в глубь, оглаживая нёбо, мужчина не сопротивлялся       Незнакомец медленно проходился по шее Чонгука, спускался к ключицам, вобрал в рот сосок. Чонгук застонал, член стоял колом, но он все еще держал себя в руках.       Незнакомец опускал руки всё ниже, постепенно раздевая мужчину.       Чонгук больше не стоял истуканом…       Брюки падают на пол.       Рубашки плавно сползают с плеч.       Всё это жутко заводит. Заставляя забыться, отпустить себя…И Чонгук полностью отдается страсти...       Поцелуи глубже, объятия крепче, желание готово взорваться изнутри...       Парень бросает Чонгука на кровать, падая следом.       Поцелуи незнакомца обжигают шею. Руки нежно, но уверенно ласкают член. Язык скользит по всей длине, касаясь мошонки. Головка чувствует тёплое дыхание. Чонгук приподнимает бёдра, толкая член в рот парня. Руками закапываясь в волосы, Чонгук тянет его на себя, чувствуя горячие губы, узкую глотку, в которую хочется вбиваться с силой, но Чонгук себя сдерживает до последнего.       Он рывком отстраняет парня от своего члена, переворачивает его на спину, коленями становится по обе стороны груди незнакомца и уже сверху вновь вводит свой член в рот парня.       Мужчина не давит, не напирает бездумно. Его ладони касаются щек незнакомца, проверяя нет ли слез. Он снова зарывается в волосы парня, оглаживает шею, нежно входя в горло нижнего.       Чонгук чувствует, что может излиться и поэтому отстраняется, припадая к горячим губам. Опускается ниже, закидывает ноги незнакомца себе на плечи. При этом не переставая его целовать, раскрывая парня для себя.       Чонгук чувствует, как наряженный член незнакомца давит ему на живот, но он не отстраняется, мужчина берет член в руку и начинает медленно водить вдоль ствола, второй проникая внутрь парня, и понимает, что тот готовился.       — Если будет больно, скажи, — Чонгук проникает в податливое тело сначала головкой, а потом, практически не давая парню привыкнуть, входит в него во всю длину...       Стоны, звуки вспотевших тел, которые шлепают друг о друга, разнося по комнате эхо.       Парень стонет выгибаясь под мужчиной, который не дает передышки, вдалбливаясь как в последний раз.       Чонгук не может остановится, его будто сорвало с тормозов.       На миг парень замирает, издавая протяжный стон. Чонгук делает пару жёстких толчков и падает на парня.       — Это какое-то безумие, — выдыхает Чонгук.       — Согласен, — еле дыша, ответил незнакомец...              

***

             Чонгук проснулся от стука в дверь.       — Господин, — пожилой мужчина наклонился над ним. — Доброе утро.       Чонгук сел на кровать.       — Доброе. А вы?       — Я дворецкий. Чихо. Будете завтракать?       — Дворецкий? — удивился Чонгук.       — Да, господин. Так вам подать завтрак сюда или вы спуститесь?       — Чей это дом? — поинтересовался Чонгук, игнорируя вопрос Чихо.       — Простите, господин, но я не могу вам ответить.       — Почему? Вам запретили?       — Нет, господин. Просто я сам не знаю имя хозяина, я его никогда не видел. Меня наняли с условием не задавать вопросов. За это хорошо платят.       — Понятно. Нет, спасибо, я завтракать не буду.       — Значит вам подать машину?       Чонгук обалдел.       — Даже так?!       — Было приказано доставить вас туда, куда вы скажите.       — Кем приказано?       — Когда я пришёл, на столе лежала записка.       — Да, пожалуй, я поеду домой. Спасибо.              Весь день Чонгук пытался понять, что это было. И как он, взрослый мужчина, пошёл на такой шаг? И кто этот парень? И вообще, почему он?       Звонок телефона вырвал Чонгука из воспоминаний.       — Чон, ты где пропадал? Мы с детьми вчера тебе звонили, но ты так и не ответил. У тебя всё в порядке? — В голосе Со Ён звучало беспокойство.       — Извини Ён, я просто так устал. Отключил телефон, сам не заметил, как уснул. У вас всё хорошо? Как отпраздновали?       — Всё хорошо, дети были рады твоим подаркам. Послушай, Чон. Я бы хотела, чтобы они побыли со мной и родителями эту неделю. Ты не против?       В моменте Чонгуку стало грустно. Но он понимал, что там детям будет веселей.       — Ладно Ён, я не против.       — Чон, у тебя точно всё в порядке?       — Да, да, все хорошо, не волнуйся.              

***

      Как известно — все хорошее быстро заканчивается.        Праздничные дни закончились. Чонгук сидел в офисе. Его компания поставляла железо из разных стран на заводы. Чонгук ненавидел эту работу. Он мечтал о другом. Писать картины, быть продюсером. Но ему досталась эта компания.       Он перебирал документацию, подсчитывая прибыль. Но новогоднее приключение не отпускало. Ему везде мерещится запах клубники с ванилью.       «Всё надо забыть, — говорил он сам себе. — Ты повёл себя как мальчишка и скажи спасибо, что всё закончилось именно так».       Телефон, тихо лежащий на столе, задребезжал входящим сообщением. Чонгук посмотрел на экран. Открыл сообщение, в котором было только одно слово.       — Покатаемся?       — Кто это? — написал Чонгук в ответ.       — Тот, с кем ты провел новый год, — гласил ответ.       «Как он это делает?» — сам себя спросил Чонгук, чувствуя, как его член напрягся, а по телу пробежала дрожь.       — Откуда у тебя мой номер?       — Разве это важно? Так ты едешь или нет?       — Еду, — ушёл ответ.       — Жду на твоей парковке. Спускайся.       Сердце Чонгука грохотало, заглушая все звуки вокруг.       — Буду завтра, — сказал он секретарю, уносясь, как ветер...              Чонгук выбежал на парковку. Знакомый мотоцикл стоял у его машины. Чонгук оглянулся по сторонам. Никого.       — И где ты? — спросил он вслух.       — Не оборачивайся, — тот же мягкий голос. Запах клубники с ванилью. Лёгкая повязка легла на глаза.       — Зачем ты прячешься?       — Так интереснее, — нежное дыхание над ухом будоражит кровь.       Снова ветер в лицо, снова тонкая талия в его руках. Но в этот раз ехали не долго.       — Давай руку, — сказал мягкий голос.       Затем лифт. Чонгук слышал, как лифт открыл двери. Сколько этажей они проехали он не знает. Наконец электронный голос сообщил:       «Двери открываются».       Тёплая квартира, приятный запах. Парень помог снять пальто и обувь.       — Я приготовил нам горячую ванну.       Он медленно снимал с Чонгука одежду, целуя спину и грудь. Лаская губы своими губами.       — У тебя потрясающее тело. Такое крепкое, сексуальное.       Чонгук притянул парня к себе. Руки скользили по телу. Чонгук развернул парня к себе спиной.       — Не спеши, — прошептал голос. —Давай сначала примем ванну.       Они сели в горячую ванну. Руки парня скользили по телу Чонгука. Он обхватил член Чонгука, начал дрочить.       Чонгук стонал впиваясь в губы незнакомца.       — Я хочу тебя увидеть, — хрипел Чонгук от возбуждения.       — Не сегодня, — ответил тот. — Разве тебе не нравится?       — Я…       Тело Чонгука вздрогнуло. Семя выстреливало, как из пушки. Но парень будто этого не заметил. Он продолжал ласкать и целовать Чонгука.       — Пойдём, — тихо позвал он.       Мягкая, вкусно пахнувшая постель. Тёплые, нежные руки. Поцелуи, которыми покрывали Чонгука. Влажный горячий рот принял весь член. Руки сжимали ягодицы. Чонгук почувствовал, как его плоть снова хочет войти в незнакомца.       Одним движением он подмял парня под себя. Покусывая его тело, оставляя следы. Прижимая к себе с такой силой, что парень издавал сдавленные стоны. Чонгук всем телом вдавил его в постель.       Затем вошёл грубо, не давая привыкнуть. Парень застонал:       — Нежнее.       Чонгук обхватил его член, рука двигалась жёстко, быстро.       — Будь немного ласковее, — просил парень. Чонгук молча дрочил ему в такт своим движениям, входя во всю длину. Не давая ему передышки, будто злясь и наказывая незнакомца за свою одержимость.       Они кончали одновременно. Громкие стоны разносились по квартире. Они упали на кровать, тяжело дыша.       — Это было грубо, — выдохнул парень.       — Прости, я постараюсь быть нежнее в следующий раз.       — А ты уверен, что он будет? — усмехнулся голос.       — Если бы ты этого не хотел, то и второго раза не было бы. Я прав? Эй, ты чего молчишь? — Чонгук рукой пытался найти парня. Он сел на кровати.       — Ты здесь? Я снимаю повязку, — Чонгук стянул повязку. Яркий свет из окон на мгновение его ослепил. Он встал с кровати, вышел из комнаты. Квартира встретила его тишиной.       Чонгук заглянул в каждую комнату.       Никого.       Он сел на диван в большом зале. Огляделся. Светлая большая квартира. Мягкие, светло-серые ковры, белая, как снег мебель. Огромные окна. Запах —запах ванили.       На столе записка.       «Просто захлопни дверь. Ты супер.»       — Да, что за твою мать?! Кто он такой? Почему прячется? Исчезает как привидение, — Чонгук злился. Конечно, такой сумасшедший секс ему нравился. Всё это очень щекочет нервы. Адреналин зашкаливает. Он ничего не просит. Но всё же…              

***

             Уже почти месяц прошёл с той встречи. Чонгук сам не понимал, он скучает по сексу или по запаху, а может по голосу.       — Так, надо забыть всё, забыть. В конце концов — всё это должно было закончится. Я ведь даже не знаю кто он. Вдруг он сумасшедший. Или бандит. — Уговаривал себя Чонгук, но всё равно смотрел на телефон. Ждал одного единственного слова:       «Прокатимся?»              ...Вечер тихо опускается на город.       — Господин Чон, я могу идти? — спросил секретарь.       — Да, конечно. Уже поздно, вас наверно ждут дома. И ещё — завтра меня не будет. Должны приехать поставщики, разберитесь с ними.       — Хорошо, господин.       Чонгук сел в машину, наконец он увидит детей, они еще три дня назад вернулись, а у Чонгука не было времени их увидеть.       — Папа, — дети бежали к нему, забираясь на руки.       — Привет, привет, мои сладкие. Ну как отдохнули? Как себя вели у бабушки и дедушки? Вам много подарков подарили? — Чонгук чувствовал себя счастливым.       Когда дети были с ним, он старался, как можно внимательней выслушивать их рассказы. Уделять как можно больше внимания.       — Ну, что поедем в наше кафе?       — Да, да, — радовалась малышня. Ён улыбалась, приветствуя Чонгука.       — Чонгук, только постарайтесь не поздно вернутся, им завтра рано вставать.       — Ну, я не обещаю, — шутил Чонгук.       — Смотри, а то накажу тебя вместе с ними, — с лёгкой улыбкой ответила Ён.       — Нет, нет, будем вовремя, — рассмеялся Чонгук...              Припарковав машину возле кафе, Чонгук открыл дверь, чтобы выпустить детей. Как вдруг его взгляд упал на парковочное место рядом. Там стоял уже знакомый мотоцикл. Сердце вдруг часто забилось.       Но как он сможет увидеть его владельца?       Вот здесь и сейчас он может увидеть того, кто завладел его мыслями в последнее время. Чей запах проник под кожу. Чьё лицо он хочет увидеть.       Но как?       Чонгук озираясь, в надежде, прошел с детьми в кафе. Может знакомая куртка мелькнёт.       — Папа, идём, — позвала Дасом. — Папа, — Джун взял его за руку. — Идём уже.       Чонгук пытался сосредоточиться на детях. Ругал себя, что не внимателен к ним. Но мысли о ванильно-клубничном парне не давали покоя. О парне, который ворвался в размеренную жизнь Чонгука. С которым Чонгук был самим собой. А теперь — просто исчез.       В парке развлечений, куда малышня уговорила Чонгука пойти, он ненадолго забыл о пропаже. День медленно шёл к концу, дети сидели в машине, тихонько напевая песенку в такт радио.       — Ну, что, вам было весело с папой?       Детский смех радовал Чонгука.       — Папочка, а ты приедешь завтра? — спросила Дасом.       — Извини малышка, но завтра вы уже идёте в садик. Но на выходные я обязательно приеду.       — Ладно, — улыбнулась Дасом.       Ён уже ждала малышей.       — Повеселились? — спросила она, когда дети вбежали в дом.       — Да, — в голос ответили близнецы.       — Тогда бегом в душ и спать. Чон, — обратилась Ён к Чонгуку. — У тебя точно всё в порядке? Ты какой-то задумчивый.       — Всё хорошо, Ён, просто дети меня измучили, — улыбнулся Чонгук.       Но на самом деле ему не давал покоя мотоцикл и его хозяин.       — Созвонимся.       — Спокойной ночи, Чонгук.       — И вам, — Чонгук обнял Ён.              Машина въехала на стоянку. Как вдруг телефон снова отозвался входящим сообщением. Чонгук посмотрел на экран.       — Скучал?       Сообщение, как насмешка.       — Нет, — написал Чонгук. — Эти игры не для меня. — Дописал он, подумав.       Телефон молчал пару минут.       — Жаль, я думал будет продолжение. Значит, сегодня мы не покатаемся?       Чонгук сжал телефон с силой, тот аж затрещал.       Он хотел продолжения, его как магнитом тянуло к парню, о котором он ничего не знал.       — Где ты? — спросил Чонгук.       — Ближе, чем ты думаешь, — уже почти родной голос прозвучал за спиной.       И снова повязка легла на глаза.       — Подожди, — Чонгук сдвинул повязку вниз. — Я хочу увидеть тебя.       — У тебя есть выбор, Чон, — мягко, без нажима, ответил голос. — Ты можешь меня увидеть, но на этом всё закончится, или ты надеваешь повязку и всё продолжается.       — Но почему всё должно быть так? Я ничего не знаю о тебе, даже имени не знаю. Ты как тень, то появляешься, то исчезаешь. Это конечно очень будоражит, но всё же. Мне уже не пятнадцать. Тебе самому не интересно кто я, чем занимаюсь. Может я убийца.       Парень рассмеялся.       — Чон, я всё о тебе знаю. И именно поэтому я пойду тебе навстречу. А то и правда не совсем справедливо. Я знаю о тебе все, а ты, как и сказал, не знаешь даже моего имени. — Парень прижался сзади к Чонгуку. — Меня зовут Тэхён. — Прошептал он на ухо.       — Тэхён, — отзеркалил Чонгук.       — А то что я исчезаю, извини. Но, возможно, когда-нибудь, ты всё узнаешь. И сам захочешь, чтобы я исчез. А теперь, что скажешь?       Руки Тэхёна заскользили по бедрам Чонгука. Одна рука остановилась на ширинке, слегка надавив на неё.       — Что-то мне подсказывает, что ты согласен.       — Хорошо, Тэхён, я пока играю по твоим правилам.              …Снова ветер в лицо, снова манящий, одурманивающий запах. Безумный секс. Молчание в ответ. И как правило — исчезновение…              Чонгук снял повязку. Уже другая квартира. Другая обстановка.       — Кто ты, черт возьми? Сколько у тебя квартир, домов? И почему я? — Чонгук вспоминал разговор на парковке.       «Я знаю о тебе всё, Чон.»       — Что означают эти слова. Что он знает? Хорошо хоть имя сказал, — Тэхён.       И уже, как правило — записка.       «Машина с водителем отвезёт тебя домой. Уже внизу.»              

***

             Чонгук вернулся домой. Включив свет в гостиной, он не просто был удивлён, он был напуган. На столе стояла коробка с огромной надписью.       «Надеюсь тебе понравится».       Чонгук открыл коробку, внутри, в куче опилок, лежала картина.       Кто-то написал его портрет.       Чонгук достал из кармана телефон, набрал номер, с которого писал Тэхён. Но электронный голос ответил, что такого номера не существует. На какой-то миг его охватила паника:       «Что всё это значит? Кто-то проник в квартиру. Вскрыл кодовый замок. Может за ним следят? Но зачем? К чему такие тайны?»       Чонгук разозлился. Все это уже начинало напоминать плохой триллер.       «Этот Тэхён слишком много себе позволяет, это переходит все границы! Пора всё закончить!» — Мысли Чонгука прервал звонок.       — Привет, Чон. Тебе понравился мой подарок?       — Ты совсем охренел! Как ты попал в мою квартиру? Кто ты такой? Или ты сейчас объяснишь, или забудь о моем существовании. Ещё раз… — Чонгук не договорил, в трубке послышались гудки. И это еще больше убедило Чонгука, что пора заканчивать эту игру.              Прошла неделя, Тэхён больше не появлялся и Чонгук выдохнул.              

***

             Дасом сидела на коленях Чонгука.       — Папочка, я пойду к Джуни, ты же ещё не уходишь?       — Нет, малышка, я ещё побуду у вас. Иди поиграй с братиком, я скоро к вам приду.       — Ён, — обратился Чонгук к девушке. — Как у вас дела? Тебе хватает денег, которые я перечисляю? Если нет, скажи, ты же знаешь, что для вас мне ничего не жалко.       — Чон, ты и так много даёшь, мне не на что жаловаться. Кстати, я нашла работу, с первого числа начинаю.       — Это замечательно, — порадовался Чонгук. — Я всегда говорил, что ты умная. Где будешь работать?       — Как и хотела — преподавать вокал. — Ён рассмеялась. — Спасибо, Чон, только ты всегда в меня верил и поддерживал.       — А что у тебя на личном? — поинтересовался Чонгук.       — Я тут познакомилась с мужчиной, но пока не знаю. Он мой коллега, но у него контракт на год. Он знает, что у меня двое детей, ты же знаешь в наше время мало кто хочет брать на себя ответственность, тем более за чужих детей.       — Они не чужие, — ответил Чонгук. — Они наши.       — Ну, да, — кивнула Ён. — Что у тебя? Появился кто-то?       Чонгук рассказал Ён о Тэхёне.       — Чон, ты взрослый мужчина, а ведёшь себя, как ребёнок. Как можно так? Ты ходил к врачу? Вдруг он чем-то болен. А может он сумасшедший, который влюбился и будет тебя преследовать. Кто знает, что у него в голове. Может тебе стоит переехать?       — Ён, не сгущай краски не думаю, что он сумасшедший. Просто молодой, любит игры. Но я уже всё закончил, так что не о чем переживать.       Ён накрыла на стол, позвала детишек. Потом все дружно смотрели мультики, ели торт.       — Ну, мне пора, — Чонгук встал с дивана. Обнял детей. — Ведите себя хорошо и не обижайте маму. Дасом, Джун, вы должны помогать маме, ей одной тяжело с вами.       — Тогда живи с нами, — сказал Джун.       — Да, папочка, ты можешь остаться с нами.       Чонгук и Ён улыбнулись.       — К сожалению, иногда мама и папа не могут жить вместе. Но мы всё равно вас любим. — Ответил Чонгук. — Всем сладких снов.              Чонгук пару минут сидел в машине. Ему было тяжело расставаться с детьми. Но он понимал, что Ён должна устроить свою жизнь.       Машина въехала на парковку, Чонгук вышел из машины. Машина пикнула закрывая замки.       — Чон, — тихий, слабый голос позвал Чонгука.       Чонгук оглянулся.       На полу у стены сидел парень в рваной одежде, весь в крови.       — Чон, помоги, — Чонгук узнал этот голос.       Большие карие глаза просили помощи.       — Тэхён? — удивился Чонгук. — Ты что здесь делаешь? Что с тобой случилось?       — Может поговорим у тебя? — выдавил Тэхён.       Чонгук помог Тэхёну подняться.       — Может тебе лучше в больницу? —усадив Тэхёна на диван, спросил Чонгук. — Ты выглядишь так, будто по тебе танк проехал.       — Мне надо спрятаться, нельзя в больницу, — выдавил Тэхён. — Блин, больно то как. Мне кажется ребро сломали.       — Сходи в душ, потом я обработаю тебе раны, — Чонгук подал Тэхёну полотенце. Достал из шкафа футболку и шорты.       Тэхён принял душ. Вытирая голову полотенцем, вышел в гостиную.       Чонгук достал аптечку, стараясь, как можно аккуратнее, обработал раны. Наливая виски в бокалы, Чонгук сел в кресло напротив Тэхёна.       — Ну, сейчас может ты мне расскажешь, кто ты такой?       — По всей видимости у меня нет выхода, — хмыкнул Тэхён. — Я — Ким Тэхён, мне двадцать один, учусь в меде.       — И кто же так разукрасил простого студента?! Что ты мне тут лапшу на уши вешаешь?! Ты думаешь я поверю, что ты обычный студент. У тебя часы стоят, как у обычного рабочего зарплата в год, не говоря о мотоцикле. Хватит врать! Ты просишь помощи, но при этом не говоришь кто ты.       — Я сын Ким Намджуна.       Чонгук проглотил слова.       — Кого? Ким Намджуна? Скажи, что ты прикалываешься.       — Ким Намджун. Самый крупный бизнесмен Кореи. Множество фабрик, заводов, гостиниц. Вроде честный предприниматель. А на самом деле глава самой крупной мафиозной группировки Сеула. Даже высшие чины государства преклоняются перед ним.       — Ахренеть! — Чонгук глотнул виски.       — Чон, я понимаю, что сейчас ты в шоке. Ты можешь меня выгнать, но тогда меня могут убить. Сегодня я смог сбежать, отделавшись только побоями. Но завтра мне может так не повезти. Помоги мне, Чон.        Чонгук понимал, что помогая сыну мафиози, он подвергает опасности не только себя, но и детей. Но и бросить человека, даже сына мафиози, Чонгук тоже не мог. В последнее время в городе было не спокойно. Полиция каждый день предупреждала граждан и просила не ходить поздно по улицам. В городе началась война, передел территории.       — Чон, прошу, не гони меня.       — Хорошо, оставайся. Но у меня есть несколько условий. И первое из них — ты объяснишь мне, что значили твои слова на парковке. Ты сказал, что знаешь обо мне всё. Что они значат?       — Чон, ты думаешь, что я сплю со всеми подряд? — Спросил Тэхён. — Нет, Чонгук. Мы уже виделись с тобой. Просто ты забыл. А я… я никогда тебя не забывал.       — Ты о чём говоришь? Почему я должен тебя помнить? Мы встречались раньше?       — Да, Чонгук, мы встречались. Только тогда мне было семнадцать, и ты со своим другом Мин Юнги спасли меня. Ты был таким сильным. Тогда я пообещал себе, что буду с тобой. В тот день меня пытались похитить, чтобы давить на отца. Вы шли по парку, когда я на вас налетел. За мной бежали несколько мужчин. Но вы встали на защиту напуганного ребёнка. И отбили меня у похитителей.        — Так это был ты?       — Да, Чонгук. С тех пор я не упускаю тебя из вида. Я знаю о тебе всё. Знаю сколько любовников у тебя было. Знаю почему ты развёлся с женой. Я знаю всё до мелочей.       — Но почему ты не подошёл раньше.       — Я боялся, что узнав, кто я, ты не захочешь быть со мной. Но в новый год, увидев тебя на мосту, я понял, что это судьба.       — М-да, даже не знаю, что ответить тебе. Ты уверен, что никто не знает ни обо мне, ни о моей семье? — Чонгук понимал, что прямо сейчас решается его дальнейшая жизнь. Жизнь, где у него может быть множество врагов. И не просто врагов. Это мафия. Но глядя в эти глаза, сердце кричало: «не гони». Он твой, тот, кого ты так долго ждал. Тот, кто столько лет был рядом, как тень. Просто терпеливо ждал.       — Хорошо, оставайся. Но я должен знать к чему мне быть готовым. Хочу понять, что происходит и есть ли опасность для моей семьи. И так, я слушаю.       Тэхён глотнул виски.       — Понимаешь, я, кажется, нечаянно развязал войну. И те, кто давно хотят скинуть моего отца, обязательно этим воспользуются. Ну, если в двух словах — я немного психанул и, к сожалению, ранил одного придурка.       — К сожалению? —Чонгук с недоумением смотрел на Тэхёна.       — Просто, если честно, мне жаль, что только ранил.       — То есть — ты хотел его убить?! Ты маньяк или просто псих?       — Чон, он оскорбил меня. Я никому не позволю меня унижать. Он должен был ответить за свои слова.       — Но не убивать же, — возмущался Чонгук. — А если я скажу, то, что тебе не понравится, ты меня тоже застрелишь?       — Нет, конечно. Чон, ты ни как все. Ты другой, и я никогда не причиню вред тебе или твоим детям.       — Вот же влип, — разозлился Чонгук.              Тэхён не выходил из квартиры. Он готовил, убирал. Ждал Чонгука с работы. Чонгук не хотел сближения. Страх за семью не покидал ни на минуту. Но как только нежные руки касались его плеч, а, слегка влажные, горячие губы, — шеи. Он таял, как кусочек льда в бокале с виски.       Тэхён не настаивал, он просто был безумно нежен, как пушистый котёнок, который забирается на руки хозяина.       Тэхёну нравилось наблюдать, как Чонгук работает по выходным. Его строгий, сосредоточенный взгляд. Во всех его движениях, разговоре, ощущался мужчина с твёрдым характером.       Но только не в руках Тэхёна.       Полторы недели блаженства.       Иногда Чонгук забывал чей сын Тэхён. Их долгие разговоры. Рассказы Тэхёна о детстве с каждым днём сближали их. И Чонгук незаметно для себя привык к тому, что его ждут. Его хотят, его любят. Сердце радовалось, душа парила…              

***

             Чонгук закончил совещание.       Откинувшись на спинку кресла он закрыл глаза. Воспоминания накрыли лавиной. Запах ванили, нежные руки. Сладкие, дерзкие поцелуи. Лицо Тэхёна с мягкой улыбкой.       Чонгук набрал номер.       Первый звонок и в трубке зазвучал голос.       — Привет, Чон, — всё тот же мягкий, как сама нежность голос.       — Что делаешь?       — Смотрю телевизор. А что?       — Я скоро буду.       — Хорошо. Жду.              Чонгук открыл дверь. В квартире пахло ванилью.       — Ты еще и печь умеешь?       — Да, мама научила, пока была живая.       — Что с ней случилось?       — Её убили, когда мне было пятнадцать. Тогда отец, так сказать, расширился. В этот день мама села в его машину. А он остался дома. В общем, ошибка киллера.       — Ты ненавидишь отца за это?       — Сначала ненавидел, но потом мы долго разговаривали, и я многое понял. Он не всегда был таким и не хотел стать тем, кем стал. Просто судьба так распорядилась.       — А ты? Тебе нравится то, чем ты занимаешься?       — Ммм, если честно. И да и нет. Иногда я кайфую от власти, которая у меня есть. Но очень часто это мешает. Ты никогда не можешь понять — твои друзья они настоящие или с тобой из-за денег.       — Понятно.        — Ну что? Тебе чай налить? Будешь пирог.       — А давай, — улыбнулся Чонгук.       Впервые за две недели Чонгук и Тэхён сидели вместе за столом и ели пирог. Чонгук смотрел в глаза Тэхёна и понимал, что совсем потерял голову от этого мальчишки. Его глупые выходки, его глаза. Смех, который вызывает улыбку у Чонгука. Безумно ему нравится.       Чонгук стоял у окна, глядя в даль, пытаясь понять, что делать дальше. Тэхён положил голову ему на плечо.       — Чон, я люблю тебя.       Чонгук понимал, что он по-настоящему вляпался. Этот клубничный сын мафии слишком глубоко проник в душу. И Чонгук не уверен в том, что сможет его отпустить…              

***

             — Нет, господин, прошу вас, господин Чон занят, — голос секретаря доносился из приёмной.       Дверь резко открылась, трое мужчин в чёрных костюмах прошли в кабинет.       — Добрый день, господин Чон. Меня зовут Ким Тэён. Думаю, вы знаете кто я, — лицо молодого мужчины не выдавало ни малейшей эмоции.       Чонгук встал из-за стола.       — Всё хорошо Чихве. Можешь идти, — слушаю вас, господа. — Голос Чонгука звучал холодно и твёрдо.       — Господин Чон. Мы с вами оба деловые люди. Поэтому, не теряя времени, я задам вам вопрос и прошу ответить на него честно.       — Слушаю, — Чонгук напряг плечи.       — Где мой брат? — прямо спросил Тэён.       — Там, где должен быть, — рыкнул Чонгук.       — Ну, господин Чон, зачем вы так. Видите ли, в вашем уютном гнёздышке его нет, — Тэён развёл руками. Ехидная улыбка растянуть по губам. — Именно поэтому я здесь. И очень прошу вас, не играйте со мной. Я хочу знать, где Тэхён.       Сердце пропустило удар.       «Как нет? Когда Чонгук уходил, Тэхён был дома.»       Страх кольнул сердце. Мысли, как паровоз с вагонами, обгоняли одна другую.       — Я не знаю, господин мафиози. Я вашему брату не нянька. Он приходит и уходит, когда захочет. Тэхён свободный человек.       Взгляд Чонгука стрелял, как пулемёт, тело напряжено. Он понимал, что сейчас его могут прихлопнуть как муху. Но что-то подсказывало, что Тэён этого не сделает. И в тоже же время, Чонгук понимал, что проблем, которых он хотел избежать, он всё-таки приобрёл.       Чонгук говорил слова, а у самого сердце, как воробей в клетке. Билось о рёбра.       «Тэхён, где ты? Где тебя искать?»       — Давайте так, — продолжал Тэён. — Я оставлю вам свою визитку и если мой братик появится у вас снова, вы позвоните мне. И да, господин Чон, не советую вам со мной играть.       — Это угроза? — Чонгук сжал кулаки до скрежета костей. — Я не боюсь вас, господин Ким. Покиньте пожалуйста мой офис.       Тэён хмыкнул, положил визитку на стол.       — Поверьте, господин Чон. Для вас же будет лучше, если Тэхён покинет ваш дом, как можно быстрей. Вы не знаете его.       Тэён удалился. Оставляя за собой вопрос:       Что значит, вы не знаете его?       Чонгук ни ехал домой, он летел.       — Тэхён, — позвал Чонгук с порога. — Тэхён, ты здесь? — Тишина врезалась в душу.       Чонгук сел на диван. Он пытался успокоится. Понять, что делать дальше. Он звонил Тэхёну, но всё без ответа. Телефон выключен.       Вдруг Чонгук услышал, как кто-то тихо стучит в дверь. Он не спеша подошёл к двери. Тихонько открыл. На пороге стоял Тэхён.       — Боже, Тэхён, — выдохнул Чонгук, прижимая его к себе. — Где ты был?       — У тебя не плохие соседи, — ответил Тэхён. Я случайно увидел в окно, как машина брата въехала на стоянку и сбежал. Твоя соседка госпожа Вон спрятала меня.       — Но почему ты прячешься от брата? — не понимал Чонгук.       — Брат приехал вернуть меня домой. А я не хочу уходить. Ведь это значит расстаться с тобой. Или ты хочешь, чтобы я ушёл? — Тэхён не отрывал взгляда от глаз Чонгука. — Чон, ты хочешь, чтобы я ушел?       — Нет, Тэ, не хочу. Но думаю, твоему отцу на это плевать. Тэ, ты боишься брата?       — Ха, — Тэхён усмехнулся. И Чонгук вдруг заметил, как лицо Тэхёна изменилось. Какая-то злая ухмылка и холодный взгляд.       — Нет, Чон, это он меня боится. Но я не хочу сейчас говорить о нём. Хочу тебя, всего, прямо сейчас.              Тэхён тихо сопел на плече Чонгука. Ровное дыхание. Чонгук прислушивался к нему и в сердце распускалась нежность. Чонгук рассматривал красивое лицо Тэхёна. Чувственные губы. Мягкая кожа. Будто ребёнок спит на его плече.       Чонгук влюблялся всё сильней в этого юного мафиози. Он уже не представлял жизни без его розыгрышей. Без его смеха. Нежных поцелуев. Крепких объятий на ночь.       Чонгук мирно засыпал, когда телефонный звонок заставил его вздрогнуть. Он посмотрел на экран. Неизвестный номер.       — Слушаю, — лениво ответил Чонгук.       — Добрый вечер, господин Чон, — слегка хрипловатый, но мягкий голос поздоровался.       — И вам, — ответил Чонгук. — Это кто?       — Меня зовут Ким Намджун.       — И чего вы хотите? Господин Ким.       — Вам уже говорили о мой просьбе. Но вы, почему-то, её проигнорировали. Господин Чон. Поверьте, я сейчас переживаю не за Тэхёна. Я переживаю за вас. Мой сын не такой, как вам кажется. И будет лучше, если он вернётся домой.       — Вы так говорите о сыне, будто он серийный убийца. Господин Ким, Тэхён хочет быть со мной. И думаю, он в праве решать, как ему жить.       — Господин Чон, вы рискуете.       — Прощайте, господин Ким, — Чонгук отключил телефон.       Тэхён залился смехом.       — Так с моим отцом ещё никто не говорил. Он наверно сейчас в бешенстве.       Вдруг дверь квартиры открылась.       — Ты прав сын, я в бешенстве. Поэтому, надеюсь, что ты сейчас же пойдёшь со мной. И оставишь господина Чона в покое.       — Вы что, совсем охренели? Вы ворвались в мой дом. Послушай, господин Ким, — рычал Чонгук, сжав руки в кулаки до скрежета костей. Ты думаешь, я тебя боюсь? — Чонгук сделал шаг, но резко остановился.       Холодная сталь коснулась виска.       — Господин Чон. Не сомневаюсь в вашей храбрости. Но поверьте, вам надо боятся не меня. Я вам уже говорил, мой сын не такой, как вы думаете. И если я расскажу вам всё, вы сами захотите, чтобы он ушел. Только я могу справится с ним. Но хотите верьте, хотите нет, даже я не всегда готов к его выходкам. — Намджун посмотрел на сына. — Что скажешь, Тэхён, мне рассказать или ты пойдёшь с нами?       — Не знаю, что он делал и какой он с вами. Но рядом со мной —Тэхён другой. — Перебил Чонгук.       — Даже не сомневаюсь. — Ответил Намджун. — Но только до первой вспышки ярости. И тогда, господин Чон! — Повысил голоса Намджун. — Вы его не остановите. Он как вулкан сожжёт всё на своём пути. Уничтожит, без малейшего сожаления. Нет, вас он не тронет. Вы его больное место. Вас он будет оберегать. Но всех, кто хоть как-то сблизится с вами — он уничтожит. Вы никогда не задумывались, куда исчезли все те, с кем вы пытались строить отношения? Почему они так быстро покидали страну. Господин Чон, я люблю своего сына. Но вы, если останетесь с ним…       — Хватит, — рявкнул Тэхён. — Он тогда не был моим.       — Чон, скажи, ты любишь меня? — Тэхён повернулся к Чонгуку. Смотрел в упор в глаза. — Ты же любишь меня?       Чонгук слегка отшатнулся.       — Тэ, ты мне очень нравишься. Мне хорошо с тобой. Но это пока ещё не любовь. Понимаешь, любовь — она приходит потом. Сейчас мы только узнаём друг друга. И всё что между нами — это страсть, желание быть вместе, но пока не любовь. Я не хочу тебе лгать.       В глазах Тэхёна сверкнула необузданная ярость.       — Не любовь? — прошипел он. — Значит, для тебя я просто один из них? Ещё одна игрушка.       — Тэ, это не так.       — Застрелить его! — Крикнул Тэхён.       — Тэ, посмотри на меня, — позвал Чонгук. — Я понимаю, что ты хотел услышать, что я люблю тебя. Но ты же не хочешь, чтобы я тебе лгал. Тэ, мне тридцать два. И я уже не влюбляюсь с первого взгляда. Но если б я не хотел быть с тобой, ты не жил бы у меня.       — А знаешь, мне и не нужна твоя любовь. Мне ничего от тебя не надо. Пошел ты. Папа я иду с тобой. — Дверь хлопнул. В квартире воцарилась тишина. Но не та спокойная, скорее напряженная.              

***

             Чонгук стоял в душе, пытаясь привести в порядок мысли. Накинул халат, он выпил виски. Усталость накрыла с новой силой. Чонгук лёг на диван и незаметно для себя уснул.       Разбудил его телефонный звонок. Чонгук посмотрел на часы. Четыре тридцать утра.       — Слушаю, — голос слегка хрипел.       — Господин Чон, у нас проблемы. Наш склад горит, — голос секретаря срывался на крик.       — Сейчас буду.              Пламя поглощало метр за метров. Пожарные боролись с огнём, не обращая внимание на Чонгука.       — Это конец, — шептал секретарь Чонгука. — Там вся продукция.       — Разберитесь с полицией, а мне надо кое куда съездить, — Чонгук сел в машину. — Значит ты решил объявить мне войну, Тэхён. Что ж, повоюем.              — Ён, доброе утро. Как у вас дела? — Чонгук старался быть спокойным.       — У нас всё хорошо. А у тебя? Ты никогда так рано не звонишь. Что-то случилось?       — Ён, послушай, я сейчас приеду. Ты пока собери чемоданы близняшкам и себе. Я приеду всё объясню.              Машина неслась по городу. Чонгук понимал, что всё надо делать быстро.       Ён открыла дверь. На лице была написана тревога.       — Чон, что происходит? Зачем нам чемоданы?       — Ён, послушай меня. Ты знаешь, я никогда просто так ничего не делаю. У меня возникли проблемы. Ты с детьми должна уехать, как можно скорее. Это для вашей безопасности.       Ён никогда ни спорила с Чонгуком. Она прекрасно знала его и если он так решил, значит не просто так. Чонгук обнял Ён.       — Прости, я всё объясню, только не сейчас.       — Я поняла. Во сколько самолет?       — В одиннадцать тридцать утра. Это ближайший рейс.       — Чон, а ты? Это очень опасно?       — Ён, всё будет хорошо. Не волнуйся.       — А этот парень? Ну, про которого ты рассказывал. Он тоже летит?       — Нет, Ён. Он… не важно.       — Я разбужу детей. — Чонгук поднялся в комнату Дасом. — Малышка, позвал он. Просыпайся, девочка моя.       Дасом открыла глаза.       — Папа, — сонный, нежный голосок врезался в сердце Чонгука. Он с ужасом начал понимать куда ввязался. — Что ты тут делаешь? — спросила малышка.       — Помогаю маме, у нас с мамой для вас сюрприз.       — Сюрприз, — вскрикнула Дасом. — Ура!       — Ты одевайся, а я пойду разбужу Джуни.       Чонгук положил руку на спину сына.       — Джуни, проснись, малыш.       Мальчик нехотя открыл глаза.       — Не хочу, я хочу спать.       — Тогда ты проспишь сюрприз, — пытался улыбаться Чонгук.       — Какой сюрприз? — Джуни сел на постель.       — Одевайся, увидишь.       Все дружно сели в машину, дети смеялись будто кто-то поменял им батарейки. Они уже забыли про сон.       — Куда мы едем, — поинтересовался Джуни?       — Мы летим к бабушкам и дедушкам, — ответила Ён.       — Чон, может ты хоть его имя скажешь. Он всё-таки твой парень.       — Его зовут Ким Тэхён. Но ты можешь не запоминать. Мы уже не вместе.       — Ким Тэхён!? — вдруг выпалила Ён. — Так это всё из-за него? Чонгук, ты сошёл с ума?       — Ён, ты пугаешь детей, — строго сказал Чонгук.       — А ты пугаешь меня, — возмущалась Ён. — Ты же знаешь чей он сын!       — Чей? — зазвучал детский голосок. Дасом внимательно смотрела на мать.       — Не важно, солнышко.       — Простите меня, — тихо, с виной в голосе, сказал Чонгук. — Я не думал, что всё так получится. Я не хотел проблем.       — Но создал их, — злилась Ён.       — Ён пожалуйста, — попросил Чонгук. — Не надо.       — Чон я боюсь за тебя, — стоя в зале ожидания, Ён обнимала Чонгука.       — Всё будет хорошо, обещаю. Береги себя и детей. Да, это новая карта, купи новый телефон и сим. — Чонгук обнимал детей, когда объявили их рейс.       Ён посмотрела на него.       — Чонгук, пожалуйста, береги себя, ты нужен детям.       — Обещаю, всё будет хорошо.              

***

             Машина Чонгука въехала в огромный двор.       В городе кажется не было человека, который не знал бы, где живёт Ким Намджун. Поэтому для Чонгука не составило труда найти.       Он влетел в дом.       — Тэхён, — кричал Чонгук. — Выйди ко мне, немедленно! Где ты?       На крик вышел Намджун.       — Господин Чон? Что вам надо?       — Где этот психопат? — рычал Чонгук? — Твой сын совсем съехал с катушек!       — Чон, ты всё же пришёл за мной, — обрадовался Тэхён.       — Ах ты ублюдок, — Чонгук схватил Тэхёна за рубашку.       Но двое охранников скрутили его в мгновение ока.       — Сволочь, ты хочешь меня разориться? — кричал Чонгук.       — Ты о чём? Я не понимаю тебя? — Тэхён приказал охране отпустить Чонгука.       — О чем!? Мои склады горят. Ты думаешь, так ты меня получишь?       — Чон, какие склады? Я не понимаю. Сегодня я всю ночь был здесь.        Рёв мотоциклов заставил всех замолчать.       — Что происходит, — Намджун подошёл к окну. Всё что он успел крикнуть.       — На пол!       За окнами раздались автоматные очереди. Стёкла сыпались одно за другим.       Первым упал Намджун. Пули свистели над головами.       Чонгук слегка приподнял голову, когда рядом с ним рухнул Тэхён. Белая рубашка пропиталась кровью.       Чонгук схватил его за руку.       — Тэ, ты слышишь меня? Тэхён!       Сердце Чонгука забилось от ужаса. Он огляделся — двое убитых охранников. Трое раненых. Намджун лежал у окна не подавая признаков жизни.       Через пару минут всё затихло.       Двое зашли в дом.       «Вот и всё», — подумал Чонгук, положив голову на пол.       — Готовы, — прохрипел голос.       — Уходим, — ответил второй. — Сейчас здесь будет полиция.       Снова раздался рокот мотоциклов. Только на этот раз он удалялся.       Чонгук вскочил с пола. Подошёл к Тэхёну.       — Тэхён, — еле выдавил Чонгук. — Ты слышишь меня?       Тэхён с трудом открыл глаза.       — Чон, это не я, — прохрипел он. И его глаза снова закрылись.       Чонгук с трудом нажал кнопку вызова.       — Ало, полиция, улица Каннам. Перестрелка, есть раненые и убитые.              Чонгуку казалось, что это какая-то компьютерная игра. Он не мог поверить в то, что в современном мире люди могут убивать друг друга так безжалостно.       — Тэхён, ты слышишь меня? Тэхён. — Именно в этот момент Чонгук осознал, что этот парень не просто секс. Это что-то большее, что-то, что Чонгук не смог уберечь. Его сердце обливается кровью, как тело Тэхёна. Может, можно было всё решить. Как-то договорится. Ведь Тэхён любил.              Звук сирен скорой и полиции вновь заполнили тихую улицу. Врачи суетились. Тэхёна уложили на каталку, Чонгук обратился к врачу.       — Доктор, как он?       — Я не могу вам пока ничего сказать. Но думаю не довезем. Мне жаль. Можете приехать в больницу, там вам всё скажут.              Машины скорой удалялись, увозя Намджуна и Тэхёна. Два офицера подошли к Чонгуку.       — У вас кровь на лице. Вы ранены?       — Нет, это просто осколки, — глухо ответил Чонгук.       — Как к вам обращаться? — поинтересовался один из офицеров.       — Чон Чонгук.       — Вам придётся проехать с нами в участок. Дать показания.       — Да конечно. Хорошо, — не сопротивлялся мужчина.              

***

             Чонгук сидел на стуле светлого, можно сказать уютного кабинета.       — Добрый вечер, господин Чон. Если можно его так назвать, — обратился к Чонгуку мужчина лет сорока пяти.       — Меня зовут Ви Чан. Это мой коллега, господин Вониль. Мы так понимаем, вы свидетель?       — Да, — кивнул Чонгук.       — Что ж, расскажите, пожалуйста, что вы видели и во сколько это было. Ну и конечно где.       Чонгук попытался как можно подробней рассказать, как всё случилось. Но в какой момент его рассказ прервал Вониль.       — Мне интересно вот что. Что делали вы в доме господина Кима. Что вас может связывать с этими господином? И давно вы с ними, так сказать, дружите? — поинтересовался Вониль.       — Я с ними не дружу.       «Как объяснить?» — Чонгук искал правильные слова.       — Господин Чон, вы в курсе, кто такой Ким Намджун? — снова задал вопрос Вониль.       — Поверьте, господа, я и сам не рад этому знакомству.       — Что вас может связывать с этими людьми? Вы, вроде честный бизнесмен.       — Нас ничего не связывает. Вы можете сами проверить. До нового года я даже не знал, как они выглядят.       — Допустим, вы говорите правду, — въелся как клещ Вониль. — Но что вы делали в их доме?       — Искал Тэхёна.       — Тэхёна? Этого психа? Я так понимаю вы не в курсе? — Ви Чон смотрел на Чонгука каким-то жалостливым взглядом.       — В курсе чего?       — Вы же слышали наверняка, что в городе стало не спокойно. Мафиозные группировки между собой снова воюют.       — Да, краем уха слышал, — ответил Чонгук. — Так, причём тут Тэхён. Он конечно странный, но чтобы развязать войну.       Офицеры в голос рассмеялась.       — Господин Чон. Всё что сейчас происходит в городе — это по вине этого «искреннего» парня. Да, он держит в страхе всех. Даже его отец не может с ним справится. У него будто башню сорвало после смерти матери. Вы знаете, что он сделал с сыном Бон Хвана? Думаю, это имя вам тоже знакомо. Так вот, ваш нежный мальчик, застрелил его, когда увидел, как он просто приобнял его любовника. Из-за своего парня он развязал войну.       — Поверьте, Ким Тэхён дьявол. Злой, расчётливый и мстительный.       — Подождите, — перебил Чонгук. — Если всё то, что вы мне рассказали правда. Почему он до сих пор не в тюрьме.       — Господин Чон, — вздохнул Ви Чан. — Вот вы бы пошли свидетелем против того, кто может вас убить?       Чонгук молчал.       — Вот и люди боятся. А тех, кто не боится их, находят потом где-нибудь в лесу.       Чонгук не мог поверить в то, что человек, который был так нежен с ним совсем недавно, может быть таким жестоким.       — Хорошо, господин Чон. Можете быть свободным. Если понадобится, мы вас вызовем. И, господин Чон, мой вам совет. Держитесь подальше от Тэхёна. Его отец, по сравнению с ним, ангел.              

***

             Чонгук безумно устал. Часы показывали семь тридцать утра. Всё чего он хотел сейчас — это принять душ и упасть в постель.       Горячий душ смывал усталость, расслабляя тело. Мысли понемногу укладывались в голове как пазл. Чонгук вспоминал, как встретил в первый раз Тэхёна. И правда, откуда он мог знать, что Чонгук будет на этом мосту, если сам Чонгук этого не знал. Как Тэхён узнал код от замка в квартиру. Значит всё это время за ним следили. Это и правда похоже на сумасшествие. Как он поехал с ним неизвестно куда?       Головой мужчина понимал, что эти отношения тянут его в пропасть. Но его как магнитом тянуло к Тэхёну.       «Нет Чон. Всё надо забыть, отпустить», — уговаривал он сам себя.              Чонгук проснулся от звяканья посуды. Достав из тумбочки газовый баллончик, Чонгук тихонько крался к кухне.       — Добрый день, господин Чон, — крепкий мужчина отодвинул край пиджака, под которым сверкнул пистолет. — Не делайте глупостей. Вы же знаете, от этой дряни мы начнём задыхаться вместе. Это оружие не совершенно.       — Кто вы?! И какого хрена здесь делаете? — злился Чонгук.       — Господин Чон, вы сами всё прекрасно понимаете. Я приготовил поесть, — Мужчина повернулся. Поставил на стол тарелку с жареным беконом и рисом. — Вы чай будете? — Всё так же спокойно спросил мужчина.       — Я так понимаю, меня в покое не оставят? — рычал Чонгук.       — Господин Чон. Вы знаете, есть такое поверье. Когда вы спасайте жизнь человеку, вы в ответе за него. А вчера вечером вы спасли сразу три жизни.       — Но, молодой господин Ким настаивает, чтобы вы отвечали только за него. Давайте вы поедите, и я отвезу вас в больницу.       — Значит так, — рыкнул Чонгук. — Передайте своему боссу, что я не хочу иметь ничего общего с их семьёй. И проваливайте из моего дома! — Чонгук был в ярости.       — Господин Чон. Мне жаль, но у меня есть приказ. Я должен вас доставить к молодому господину. Я хочу жить, — последние слова мужчины врезались в голову, как нож.       — Вы так сильно его боитесь? Неужели этот юнец такой страшный?       — Нет, господин Чон. Он не страшен. Страшна его реакция на ваш отказ. Господин Чон, это с вами он мягкий, нежный, ласковый. Но не дай вам Бог стать его врагом.       — Ладно чёрт с вами я поеду. Но для начала, я поем и оденусь.              — Господин Чон к боссу. — Сказал мужчина двум охранникам, стоявшим у двери.       Намджун, полусидя на постели, протянул руку Чонгуку. Чонгук помедлил, но всё же поздоровался.       — Господин Чон, — начал Намджун. — Вижу по вашему лицу, что вам не нравится всё происходящее, поверьте, я тоже не в восторге. Я пригласил вас по двум причинам. Первая, поблагодарить вас за то, что не бросили меня и сына. Если бы не вы, Тэхён мог погибнуть. У него большая потеря крови. Но, слава Богу, жизненно важные органы не задеты. Другой человек, зная кто мы, мог бы просто дать нам умереть. Вторая причина — это ваша связь с моим сыном. Да, господин Чон. Я знаю, что мой сын не такой, как все. И понимая это, я догадываюсь почему он так тщательно прятал вас. Тэхён не просто вас любит. Вы его жизнь. Вы для него — как воздух. Он, как наркоман, а вы наркотик. Тэхён с детства следит за вами. Вся его комната в ваших фото.       — Вы не пробовали сводить его к психиатру? — перебил Чонгук. — По-моему — это болезнь. Он ведёт себя как маньяк. Он застрелил человека. За мелочь. За невинное объятие. Вы считаете, что это нормально?! — Чонгук срывался на крик.       — Господин Чон. Это ложь. Да, Тэхён и этот парень действительно подрались. Тэхён действительно стрелял. Да, мой сын немного неуравновешен. Он совершает много ошибок, но, господин Чон. Вспомните себя в двадцать. Вы не ошибались? Я не прошу вас женится. Просто, станьте другом Тэхёну.       — Другом? — Чонгук рассмеялся. — Другом. Ваши люди врываются в мою квартиру. Меня без моего желания привозят сюда. Да и вы понимаете, что мы из разных миров.       — Скажите, господин Чон, если бы я позвонил и попросил вас прийти вы бы пришли?       — Нет, — ответил Чонгук.       — Вот видите, у меня не было выбора. Господин Чон. Я сейчас прошу вас ни как глава мафии, — Намджун замолчал, подбирая слова. — Я прошу вас, как отец. Пока Тэхён не поправится, будьте к нему добры. Потом я отправлю его в Европу. И вы освободитесь от нас.       — Обещаете?       — Да, — твёрдо ответил Намджун.       — Хорошо. Я выполню вашу просьбу.              

***

             …Лёгкий шум машины, подающей кислород. Капельница, подающая препарат. От иглы вокруг вены образовался огромный синяк. Бледное лицо. Равномерное дыхание.       Чонгук смотрел на Тэхёна. Который был похож на привидение.       — Тэхён, спишь? — тихо позвал Чонгук.       Тэхён с трудом открыл глаза.       — Гукки, — еле выговорил Тэхён. — Ты пришёл.       — Пришел, — ответил Чонгук. —Из тебя достали четыре пули.       Тэхён криво улыбнулся.       — Чон, ты не ранен? — Голос был слабым, но в нём слышалось беспокойство.       — Нет. Я в порядке.       — Чон, склад, это не я.       — Не надо сейчас об этом, — тихо сказал Чонгук. — Поправляйся, всё остальное потом.       Чонгук смотрел на спящего Тэхёна.       «Почему? Почему ты? Как меня угораздило влюбится именно в тебя.»       Чонгук наконец признался себе, что любит. Но что делать дальше — не имеет представления.              Тэхён и Намджун понемногу выздоравливали. Чонгук каждый день приходил в больницу. Он много разговаривал с Намджуном, который оказался интересным собеседником. Начитанным, грамотным. Чонгуку даже где-то нравился этот мужчина.       В одном из разговоров Намджун рассказал, как он стал тем, кем является.       

Флэшбек

       Намджуну было семь — в городе начались беспорядки. Мелкие банды делили территории. Пострадало много невинных людей. В том числе и отец Намджуна. Он погиб от взрыва бомбы, подложенной под машину. Мама, как могла выживала, и тянула на себе Намджуна и его старшего брата. Но потом, старший брат, чтобы хоть как-то помочь маме, вошел в одну из группировок.       Когда Намджуну исполнилось четырнадцать, брат подключил и его. Намджун был курьером: привозил, отвозил, но никогда не спрашивал, что именно он возит. Так шло время, он начал заниматься боевыми искусствами. А когда стал старше, его привлекли к более серьёзным делам.       Его заметил глава банды. Сделал своим приближенным.       Когда Намджуну исполнилось двадцать два, До Ун, так звали главу мафии, решил сделать его своим преемником, так как детей у него не было. Намджун тогда отказался, но от судьбы не убежишь.       Группировка соседнего района жестоко избила его брата. От этих побоев он скончался. Жажда мести полностью овладел молодым умом. Тогда Намджун изменил свое решение, он стал слушать главу мафии и учиться у него.       — Если ты будешь достаточно твёрдым и справедливым в своих решениях и поступках, люди пойдут за тобой. И тогда ты будешь править городом, — так однажды ему сказал До Ун.       Так и случилось. На него было много покушений, но каждый раз будто невидимая рука спасала его.       

Конец флэшбека

             Чонгук зашёл в палату.       — Господин Ким. Добрый день. Вижу вы уже встаёте. Вам лучше.       — Да, господин Чон. Намного.       — Что ж, это хорошо. Потому что я пришёл попрощаться. Надеюсь вы сдержите слово.       — Я постараюсь, — сказал Намджун. — Спасибо вам, господин Чон, что не оставили моего сына. Были с ним в самое тяжёлое для него время. Если когда-нибудь вам будет нужна помощь, только скажите.       Чонгук пожал руку Намджуну.       — Надеюсь, что не понадобится. Прощайте, господин Ким.              Тэхён стоял у окна. Он был ещё слаб, но уже понемногу ходил.       — Здравствуй, Тэхён.       — Чонгук, я соскучился, — Тэхён обнял Чонгука. — Видишь, мне уже разрешили ходить.       — Я рад, Тэхён.       Чонгук думал, как начать разговор.       — Тэхён, послушай.       — Нет! — крикнул Тэхён. — Не говори. Я не хочу это слышать.       — Но ты не знаешь, что я хочу сказать.       — Знаю, Чонгук. Только я тебя не отпущу. Ты мой, слышишь. Только мой. Мы никогда не расстанемся. Ты принадлежишь мне, — глаза Тэхёна горели яростью и, в тоже время, наполнялись слезами.       Так бывает у некоторых людей. Они от злости плачут.       — Тэхён, я не твоя вещь. Мы никогда не были вместе. Да, было приключение, было хорошо. Но на этом всё.       Тэхён встал у двери. Глаза блестели, дыхание сбивалось. Чонгук увидел в глазах Тэхёна ту самую чёрную дыру, тот гнев, о котором ему говорили.       — Нет, Чонгук, ты ошибаешься. Ничего не кончено. Всё закончится тогда, когда я этого захочу.       Чонгук отодвинул Тэхёна от двери.       — Прощай, Тэхён, — он не хотел уходить. Он хотел обнять, прижать к себе, успокоить. Сказать: «я только твой». Но Чонгук понимал — это невозможно.       Двое охранников схватили Тэхёна, который выбежал вслед за Чонгуком. Крик Тэхёна, злой, истеричный, звучал по коридору.       — Чон! Чон! Не уходи! Не оставляй меня! Слышишь, ты мой!       Душа горела, боль вонзилась в сердце.       — Почему? Почему ты не просто обычный студент. Почему? — шептал Чонгуку, сердце которого разрывалось от боли. Ведь ему казалось, что он может быть счастливым...       Больше Чонгук не приходил.              Тэхён шёл на поправку. Только с каждым днём он становился всё злее. Никто не мог с ним справиться.       — Тэхёни, послушай, если ты и правда его так любишь, ты должен отпустить его. Пойми, он другой. Да, это больно, но когда-нибудь ты встретишь того, кто полюбить тебя. И всё изменится, — Намджун, как мог, успокаивал сына.              

***

             Чонгук сидел за столом. Последние полгода его офис стал казался душным. Стены, словно давили на него. Он принял решение продать бизнес. Начать сначала и заниматься тем, что он действительно любит.       — Ён, как дела, — Чонгук зашёл в дом. Ён готовила ужин. — Детей ещё нет? — устало спросил Чонгук.       — Они у друзей. Будут через час.       — Это хорошо, потому что я хочу поговорить.       — Чон, в последнее время, когда ты говоришь эту фразу, мне становится страшно, — улыбнулась девушка. — Только не говори, что он вернулся.       — Вернулся? Кто?       — Чон, не делай из себя дуру, ты прекрасно понял, что я говорю о Тэхёне.       — Ён, я понял. Просто не хочу об этом. И, знаешь, если честно, я скучаю по нему. Мне было хорошо с ним. Я даже успел влюбиться. Возможно, если он вернётся...       — Чон, ты шутишь?       — Ладно, забудь. Если вкратце. Я хочу продать бизнес. И заняться кое-чем другим. Не уверен, что это сразу даст заработок. Поэтому будет немного сложно.       — Давно было пора избавится от этого железа, — согласилась Ён. — Ты никогда это не любил. Если нужна будет помощь. Только скажи.       — Спасибо, ты как всегда меня поддерживаешь.       — Чон, у нас с тобой кроме нас и детей никого нет. Так кого мне ещё поддерживать. И чем ты хочешь заняться?       — Пока не скажу. Вот когда выстрелит. Всё узнаешь, — улыбнулся мужчина.              Ужин прошёл весело. Дети наперебой рассказывали, что делали у друзей.       — Папа я, когда вырасту, буду очень красивой и стану самой знаменитой певицей, — щебетала Дасом.       — А я… я буду строить корабли. Большие, красивые. Даже больше, чем наш дом, — продолжил Джуни.       — Конечно, мои хорошие, вы всего добьетесь. Ведь вы смелые и упорные, — улыбался Чонгук, глядя на своих сокровищ.       — А теперь, пора спать. И папе надо домой, уже поздно, — Чонгук поцеловал детей. Обнял Ён.              

***

      — Господин, Чон. Меня зовут Гён Хи, — мужчина поклонился. — Значит вы хотите купить мою музыкальную компанию. Но вы же знаете, что пока мы не настолько успешны. Наши девочки и мальчики пока не приносят наград.       — Господин, Хи. Прежде, чем к вам прийти, я всё узнал. И мне кажется, у вас есть несколько детей, которые, как мне кажется, очень перспективны. Но, я в этом деле новичок. А вы, можно сказать, специалист. Поэтому, есть предложение. Я куплю вашу компанию. Вы останетесь в качестве директора. И я уверен, что совместными усилиями, мы добьёмся успеха.              

***

             Тэхён сидел в кресле уставившись в стену. Вокруг — осколки стекла. Сломанный стол.       — Тэхён, ты опять за своё, — голос Намджуна строгий, холодный, пробирал до костей всех. Но только не Тэхёна.       — Сколько ты собираешься меня еще держать здесь?! — Тэхён вскочил с кресла. — Я тебе не цепной пёс. Да я даже в туалет хожу с охраной. Я хочу домой. Слышишь!       — Ты думаешь я не знаю, почему ты хочешь вернутся в Корею. Тэхён, он забыл тебя. Пойми, у него другая жизнь. Ты тоже должен научится жить без него. Какой идиот тебе принёс эту газету? — Намджун выхватил газету. На первой полосе большое фото Чонгука с молодым парнем. Заголовок гласил:       «После того, как господин Чон приобрёл компанию, этот парень стал её первым айдолом, получившим награду».       Тэхён сверкнул глазами.       — Ты правда думаешь, что я из-за него так злюсь? Отец, да мне уже плевать. Он от меня отказался. Я просто хочу домой. Там мои друзья. Моя жизнь. А Чонгук — он в прошлом.       Намджун пристально смотрел на сына.       — Ты уверен?       — Ну конечно, папа. Ну, да я любил его, но прошёл почти год. Я уже забыл о нём. Просто, скучаю по друзьям. По своей квартире. По мотоциклу.       — Что ж, если так. То ладно, мы вернёмся в Корею. Тем более, что я уже здоров и надо возвращаться к делам. Пока Тэён дел не наворотил.              

***

             Компания Чонгука всё чаще упоминалось в газетах. Группа, которую он продюссировал, чаще стала появляться в разных передачах. Жизнь Чонгука стала налаживаться.       И всё же, он скучал.       Ему не хватало смеха Тэхёна. Его ванильно-клубничное запаха. Ему хотелось приключений. Но конечно не таких, какие были с Тэхёном. А может и таких. Только без стрельбы.       Чонгук и его айдолы сидели в ресторане, отмечая очередную победу.       — ТэВу, если я не ошибаюсь, ты живёшь недалеко от меня. Так зачем тебе такси, я тебя подвезу, — предложил Чонгук.       — Ну, я не знаю, господин Чон. Вы же понимаете, что потом могут начался сплетни. А я не хочу портить репутацию.       — ТэВу, если я один раз тебя довезу до дома, ничего страшного не будет. И, кроме того, тебе всего восемнадцать. Я не извращенец.              

***

             Утро началось с паники.       — Господин Чон. У нас проблема.       — Что случилось, Хи? Только не говори, что кто-то из ребят вчера так напился, что не пришёл на репетицию.       — Хуже, господин Чон. Наш солист ТэВу в больнице.       — Что? Как в больнице, что случилось?       — Я не знаю. Мне позвонили, сказали, что его сильно избили.              

***

             — Добрый день. Я, Чон Чонгук. В какой палате Пак ТэВу, — спросил Чонгук медсестру, стоящею на посту.       — В семнадцатой. А вы ему кто?       — Я продюсер. Вы можете сказать, что с ним?       — Так, — медсестра открыла карту ТэВу. — У него множество гематом. Сломано одно ребро. Ну так, ничего особо страшного.       — Спасибо, — Чонгук быстро прошёл по коридору.       — Ву, — Чонгук зашёл в палату. — Кто тебя так? Ты запомнил лицо? Сколько их было?       — Он был один, — еле выговорил Ву.       — Один? Кто он?       — Я не знаю, господин Чон. Но он был такой злой. Он всё время повторял одну фразу.       — Какую?       — Это всё ты виноват, Чон.       Сердце Чонгука забыло, как биться.       — Но этого не может быть. Он мне обещал.       — Господин Чон, — обратился Ву. — Мне страшно. Вы знаете, кто это?       — Не волнуйся, Ву. С этого дня, я позабочусь о тебе и остальных. У вас будет охрана двадцать четыре на семь. Тебе что-то принести. Может хочешь чего-то вкусного?       — Можно мороженое? — попросил Ву.       — Да, конечно. Сейчас тебе можно всё.              

***

             Чонгук налил виски. Он вспомнил, как Тэхён кричал ему вслед тогда, в больнице.       — Ты, мой!       «Неужели они вернулись? Неужели всё сначала. — Где-то внутри Чонгук спорил сам с собой. Он безумно хотел увидеть Тэхёна. Обнять, прижать к себе. Снова почувствовать этот запах. — Но если ТэВу избил Тэхён, то это переходит все границы. И почему Ву? Ведь за это время Чонгук несколько раз ходил на свидания. Которые заканчивались там же где и начинались. Но они были. Так почему сейчас, почему этот мальчик?»       Как много вопросов.       Чонгук старался чаще навещать Ву.       — Ну, что, сегодня домой? — улыбаясь, спросил Чонгук. — Давай, собирайся. Я оплачу счета, и мы поедем.

***

             Чонгук всматривался в лица прохожих. Смотрел, нет ли знакомого мотоцикла. Оставив Ву дома с охраной, он поехал на очередное свидание. Заранее зная, что и оно закончится провалом. Но на этот раз парень ему понравился.       ЮнХо, 27 лет. Хореограф. Высокий, красивый.       — Чон, мы всё время сталкиваемся в студии, и ты давно мне нравишься. Возможно, ты решишь, что я тороплю события. Но мы уже взрослые люди. И нам незачем играть в недотрог. Я хочу тебя, Чон Чонгук.       «Почему нет», — подумал Чонгук. В конец концов ему пора устраивать свою жизнь.              Уже две недели Чонгук и ЮнХо встречались. Недолгие прогулки. Посиделки в ресторанах. ЮнХо интересный, нежный. Но этого было мало. Чонгук понимал с каждым днём всё сильнее, что его душа и сердце уже давно отданы другому.       — Чонгук, — голос ЮнХо звучал не просто напуганным.       — Юн, ты где?       — Я…       — Здравствуй, Чонгук, — адреналин зашкалил. Сердце, как иноходец, разрывало грудную клетку.       Голос проник под кожу.       — Тэхён, — выдохнул Чонгук.       — Я рад что ты узнал меня. У меня к тебе вопрос. Ты действительно не понимаешь, почему все те, с кем ты хочешь трахаться, куда-то исчезают? — Тэхён шипел, как змея.       — Ты о чём говоришь? Тэхён, я тебя не понимаю. Где ЮнХо?       — Где ЮнХо. Где же ЮнХо. Твой один любовничек уже был в больничке. Мне что, второго замочить, чтобы ты понял, что ты только мой! — рявкнул Тэхён. — Ладно, когда вы просто сидели в кафешках, эти дебилы сами сливались за бабки. Потом — этот младенец. Кстати, тебе не было его жаль? Теперь этот.       — Тэхён. Отпусти его. Пожалуйста. Я не знал, что ты вернулся.       — Ах, ну да, — ехидничал Тэхён. — Раз я этого не вижу — значит не знаю. Так по-твоему? Знаешь. А я вот сейчас отстрелю ему член. — Щелкнул затвор.       — Тэхён, не надо, отпусти его.       — А что мне за это будет? — Тэхён рассматривал ЮнХо.       — Приходи ко мне, — тихо сказал Чонгук.       — Ого. Ты ради него готов встретится со мной. Чон, ты так сильно его любишь?       — Тэхён, пожалуйста, — Чонгук еле сдерживал себя, чтобы не наорать. Не нахамить. Он не любит ЮнХо. Но и смерти ему не желает.       — А что если я отдам его парням. Пришлю тебе видео, где они развлекаются с ним. Хочешь посмотреть?       — Чон, — закричал ЮнХо. И тут же застонал.       — Заткнись, — рявкнул Тэхён.       — Тэ, прошу, прийти ко мне. Давай поговорим.       — Ты правда этого хочешь?        — Я скучал по тебе, Тэ. Отпусти ЮнХо. Я жду тебя.       — Вали от сюда. Если я тебя ещё раз увижу с Чонгуком. Убью, — прошипел Тэхён.              

***

             Дверь открылась. Тэхён по-хозяйски зашёл в новую квартиру Чонгука.       — Ммм. А тут не плохо, — осмотрел он квартиру. — Почему переехал?       — Ты что творишь? — Чонгук схватил Тэхёна за грудки. — Ты совсем спятил? Сначала тот мальчик. Теперь ЮнХо. Что с тобой не так, Тэхён.       — Чон, ты до сих пор не понял? Ты мой. И я не собираюсь тебя ни с кем делить.       — Тэхён, мы не вместе!       — Так давай будем вместе. Чон, я люблю тебя. Пойми, без тебя я как дикий зверь. Мне больно и тоскливо. Ты нужен мне. Что мне сделать, чтобы ты поверил?       — Тэхён, дело не в том, верю я тебе или нет. Ты говоришь, что любишь. Но сам делаешь всё для того, чтобы я ненавидел тебя. Своими поступками ты только отталкиваешь.       — Чонгуки, а если я стану нежным, ласковым, мы будем вместе? — Тэхён обнял Чонгука. Положил голову на грудь. Ведь это всё я делаю потому что люблю тебя до безумия. От одной мысли о том, что ты целуешь другого, моё сердце разрывается от боли. Я умираю без тебя, Гуки.       Чонгук вдыхал ванильно-клубничный запах. И понимал, что только рядом с Тэхёном он становится собой. Только с ним, его сердце бьётся быстрей. Только от его прикосновений — душа парит.       «Зачем мне это надо?» — Задавал себе вопрос Чонгук.       — Тэхён, я боюсь за своих детей, — тихо сказал Чонгук.       — Гуки, я клянусь. Твои дети — это часть тебя. А значит — это и моя семья. Свою семью я оберегаю. Я никому не позволю причинить им вред.       Чонгук обнял Тэхёна.       — Мне надо подумать.       Тэхён поднял голову, посмотрел на Чонгука.       — Гуки, не бросай меня.       — Тэхён, мне тоже трудно, правда. Но у меня дети. И наши отношения могут плохо повлиять на них. Пойми меня. Ты мне очень нравишься. Но увы.       Тэхён заплакал.       — Мне так больно, Гуки.       Чонгук ещё крепче прижал Тэхёна к себе.       — Мне тоже. Давай на прощанье выпьем, — Тэхён налил виски. — За нас. — Сказал он и залпом осушил бокал.       Чонгук тоже выпил.       Дверь тихо щёлкнула замком.       Тэхён ушел.       Чонгук упал на диван.       «А ведь я мог быть счастлив. — Подумал он. — Ну почему?»              

***

             Чонгук открыл глаза. Голова раскалывается. Во рту пересохло.       Он попытался сесть.       Подняв руку, он почувствовал холод железа.       Чонгук посмотрел на руку. Она была прикована к постели наручниками.       Чонгук огляделся вокруг.       Чужая постель. Чужая комната.       — Какого хрена тут происходит!?       В комнату открылась дверь.       — О, ты уже проснулся, — в дверях стоял Тэхён. — На, попей. — Он протянул стакан с водой.       Чонгук выпил воду.       — Тэхён, ты что творишь? Где я?       — Ты у меня в гостях. Помнишь, ты спрашивал есть ли у меня место, где мы можем спрятаться. Так вот — это оно.       — Тэ, зачем ты это делаешь?       — Зачем? — Тэхён встал на колени перед Чонгуком. — Неужели ты не понимаешь? Ты моя жизнь. Мне больно от того, что ты меня отталкиваешь. Неужели у тебя нет ко мне никаких чувств?       — Тэ, я говорил тебе. Ты мне нравишься, ты мне не безразличен. И если бы не обстоятельства, мы могли бы быть вместе. Когда ты поймёшь, что у меня есть дети. И мне страшно за них. Кто мне может дать гарантию, что с ними ничего не случится, если мы сойдёмся? Откуда ты можешь знать, что на уме у ваших врагов, конкурентов. Я не хочу рисковать детьми. Пойми это.       — То есть вся проблема в детях? Значит надо эту проблему решить. Знаешь, я никогда не стоял на коленях ни перед кем. Никогда не просил помощи брата. Но ради нас я это сделаю.       — Тэхён, что ты задумал?       — Потом всё узнаешь, —Тэхён открыл дверь комнаты. — Ты пока поешь, а я скоро вернусь.       — Тэхён, нет, не уходи! Вернись! — Чонгук раздирал запястье в кровь.       Теперь он понимал, о чем говорили полицейские, охранник. И даже Намджун предупреждал его.       Чонгук пытался кричать, бросать вещи в окна, в надежде, что они разобьются и его услышат. Но всё тщетно.       — Ён, прости. Джуни, Дасом. Я люблю вас, — злость, страх разрывали душу. Чонгук кричал в голос. — Тэхён, я тебя ненавижу. Только тронь детей, и я убью тебя.       Чонгук упал на постель от бессилия. Сердце разрывалось в клочья.       — Зачем я тогда с ним поехал? Сам виноват.       Через пару часов дверь тихонько открылась, мальчишка лет тринадцать тихо зашёл в комнату.       — Господин, мне приказали вам принести еду. И посмотреть, чтобы вы поели.       Чонгук осматривал мальчика.       — Тебя как зовут?       — Простите, господин, но мне нельзя с вами говорить. Иначе меня накажут, — худенький мальчишка с короткой стрижкой ответил Чонгуку.       — Кто накажет?       — Господин Тэхён. Он иногда бывает очень злой, — шептал мальчик.       — Ты давно его знаешь? — пытался установить доверительное отношения Чонгук.       — Всю свою жизнь. Он спас мою маму и папу, когда кто-то поджег наш дом. А ещё, он поселил нас в своём доме. Ну, то есть здесь.       — Так я у вас дома? — спросил Чонгук.       — Ага, — кивнул мальчик.       Чонгук заметил, как мальчишка смотрит на поднос с едой.       — Ты голодный?       — Ну, есть немного, — сглотнул слюну мальчишка.       — Знаешь, я совсем не голоден. Так что ты можешь это съесть сам.       — Правда? — обрадовался ребёнок.       — Конечно, — кивнул на поднос Чонгук.       — А ты можешь мне рассказать о Тэхёне ещё что-нибудь?       — Только если вы обещаете больше не кричать и ругаться.       — Договорились, — улыбнулся Чонгук.       — Вообще, — начал мальчик, — господин Тэхён добрый. Он помогает в нашем районе многим семьям. Он платит школу за меня и мою сестру. Он построил большой магазин для нас. Две школы, садики. Даже целую детскую площадку с качелями и горками. Иногда он привозит мороженое. На новый год дарит подарки. Защищает, если кого-то обижают. И вас он привёз сюда чтобы спасти. — Глаза мальчика вдруг расширились. Он вскочил. — Извините мне пора.       «Мальчишка явно сказал что-то лишнее», — подумал Чонгук.       — Спасти, как же, — буркнул Чонгук.              

***

             — Ты будешь делать то, что я скажу, — кричал Тэён. —Ты младший и должен мне подчиняться. Иначе, — он схватил Тэхёна за горло.       Тэхён рассмеялся:       — Иначе, что?       — Боже, Тэхёни, что с тобой происходит? Почему ты стал таким? Тебя люди боятся. Ты же был добрым, нежным. Тэхёни, мне так не хватает твоей любви, твоего тепла. — Тэён обнял брата. — Я же знаю, что ты не такой. Знаю, что тебе самому больно от того, что ты делаешь. Тэхёни, поговори со мной. Пожалуйста. Ты мне нужен. Ты нужен отцу. Пойми, ваши с Чонгуком судьбы не пересекаются в той жизни, в той реальности, в которой мы живем. Повзрослей уже. Оставь Чонгука в покое. Ты и так доставил ему слишком много неприятностей.       Тэхён положил голову на плечо Тэёна.       — Брат, прости. Но я не могу, — Тэхён оттолкнул брата.       — Тэхени, обещай хотя бы подумать. И помни — мы с отцом любим тебя.              

***

             Чонгук обдумывал рассказ мальчишки. Он не мог понять, как тот, кто делает столько добра, может быть так жесток с ним. Что это — такая большая любовь или просто желание обладать тем, что так долго желал.       — Где он сейчас? Что с детьми? — Чонгук не позволял страшным мыслям затопить его мозг, надеясь, хоть на толику адекватности Тэхена.       Незаметно для себя Чонгук уснул.              

***

             Тэхён стоял на том самом мосту, где впервые решился подойти к Чонгуку.       Он плакал от ненависти к себе.       Тэхён понимал, что совершил слишком много ошибок в погоне за своей мечтой. За человеком, который завладел его сердцем и никак не уходит оттуда. Но этим похищением он просто поставил огромную точку.       Чонгук никогда не простит и не полюбит.        Брат абсолютно прав. Они с Чонгуком слишком разные люди.       Семья Чонгука — дети.       Семья Тэхена — мафия.              

***

             Дверь открылась. Тэхён молча подошёл к кровати.       — Что с детьми, с Ён? Что ты с ними сделал? — ненависть сверкала в черных омутах глаз Чонгука.       Тэхён поднял глаза.       — Ничего. Я даже не был у них, — Тэхён отстегнул наручники.       — Уходи, — голос Тэхёна срывался, он прятал слёзы.       Чонгук потёр запястье.       У двери он оглянулся, Тэхён сидел опустив голову. Тело вздрагивало.       — Прости, Чон.       — Тэ, спасибо.       — Чонгук, скажи, если бы я был другим, ты смог бы полюбить меня?       Чонгук подошел к Тэхёну. Положил руку на голову.       — Тэ, я люблю тебя таким, злым, нежным, иногда совершающим ошибки. Безбашенным. Мне тоже будет плохо без тебя. Думаю, нам обоим нужно время всё обдумать.              

***

             Чонгук играл с детьми. Его жизнь вошла в привычное русло. Компания стремительно развивалась. Музыкальные группы, созданные им, получали премии одну за другой. У Чонгука появилось время заняться живописью.       Прошел год после разлуки.       Тэхён не звонил, ни писал. Исчез так же, как тень, как и появился.       Но Чонгука это не очень радовало. Он скучал. Каждый день он вспоминал его приключения. Сердце тосковало. Запах клубники причинял боль. Он хотел хоть на минуту увидеть Тэхёна. Узнать, как он. Обнять, почувствовать сладкий манящий запах ванили. И ему уже было всё равно, чей он сын.       В городе наступила тишина.       «Намджун сумел договорится», — решил Чонгук.       Близнецы весело смеялись, играя в догонялки. Теперь только они делали Чонгука счастливым.       — Чон, — позвала Ён. — Мне надо с тобой поговорить.       Чонгук сел на стул. В кухне пахло свежей выпечкой. Ён налила сок.       — Помнишь, я познакомила тебя со своим коллегой.       — Минджу? Ну, я помню. И если не ошибаюсь у вас роман.       Ён улыбалась.       — Как он тебе?       — Ну, что я могу сказать. Вроде не плохой, к тебе хорошо относится. Да и малышня его любит. Только и слышу от них его имя.       — Да, — опустила голову Ён. — Он сделал мне предложение.       — Да, ладно, Ёни. Ты выходишь замуж? — Чонгук обнял девушку. — Ну, наконец-то. Я правда очень рад за тебя. Это же здорово. Глядишь, у наших малявок скоро появится брат или сестричка.       — Ну, насчёт этого я не спешу, — смутилась Ён. — Но это не всё.       — Надо детей забрать к себе, когда ты уедешь в медовый месяц?       — Нет, Чон. Тут другое. У него заканчивается контракт, и он возвращается в Англию.       Чонгука будто обдали кипятком.       — Ты хочешь сказать, что вы будите жить в Англии. Правильно я понимаю?       — Чон я обещаю, что дети будут звонить каждый день. На все праздники они будут с тобой. Чон, прости.       — Всё хорошо, Ён. Я понимаю. Главное, чтобы ты была счастлива.                     

***

             Чонгук сидел в машине. Он не хотел домой. Ему хотелось рыдать кричать. Все, кто был ему дорог, скоро будут далеко. А может, если бы он не оттолкнул Тэхёна...       — Вот теперь ты один. — Сказал Чонгук сам себе. — Счастлив?              

***

             Тэхён лежал на траве, глядя в звёздное небо.       — Гуки, как ты там? Знаешь, я очень скучаю. Я смотрю все интервью с тобой. Ты очень крут. А у твоей группы хорошая музыка. Иногда мне кажется, что песни, которые они поют. Они о нас. Мне без тебя очень плохо. — Слёзы боли и отчаяния обожгли глаза. — Гуки, ты хоть иногда вспоминаешь меня?       — Тэхёни, ты с кем тут говоришь, — Тэён сел рядом.       — Тэён, скажи, я ужасный человек?       — Тэ, ты не ужасный. Просто, ты так сильно боялся потерять Чонгука, что натворил глупостей. Но я уверен, что Чонгук давно всё простил. И его можно понять. Мы не совсем те люди, с которыми обычный человек захочет общаться. Он был напуган твоим поведением. Но, знаешь, я уверен, что он любил тебя. Тэ, ты правда очень добрый и ты за этот год очень изменился. Повзрослел, что ли. Я ведь понимаю, почему ты был таким. Отец всегда уделял мне больше внимания, чем тебе. Пока мама была жива, ты это не так чувствовал. Но знаешь, я всё равно тебя люблю. И если когда-нибудь ты решишь уйти из бизнеса, я тебя поддержу. Может хоть у тебя будет нормальная жизнь. Но охрану я тебе все равно оставлю, — улыбнулся Тэён. — Ладно хватит тут валяться, пошли ужинать.              

***

      Чонгук лежал на диване, в квартире играл тихо джаз. Скоро он останется совсем один.       «Ён увезет детей. Тэхён, скорее всего, забыл о моём существовании. Что ж, придётся начинать всё сначала. Только вот как из сердца вырвать ванильно-клубничного психа?» — Чонгук закрыл глаза. Тихая музыка убаюкивала. Он провалился в сон.              

***

      Спустя полтора месяца Ён вышла замуж. Провожая детей, Чонгук крепко их обнимал.       — Обещайте, что будете мне звонить.       — Папа, ты помнишь, что у нас скоро день рождения, — Дасом обнимала Чонгука.       — Конечно, малышка. Папа всё помнит. И я обещаю, что прилечу к вам…              

***

             Дворники сметали снег с лобового стекла. Скоро новый год. Чонгук притормозил у того самого моста. Сердце кольнуло иглой, заставляя снова болеть.       Взрослый мужчина рыдал, как ребёнок. Боль от разлуки с детьми разрывала душу. А сердце тосковало по любимому.       Это чувство, когда ты добился так много. А в доме и душе боль и тоска.       Чонгук вышел из машины и пошёл по мосту. Холодный ветер пробирал до костей.       — Где же ты, Тэ?       — Ближе, чем ты думаешь.       Чонгук замер. Затем обернулся.       Они стояли не отрывая глаз друг от друга. Может день, может год. А может вечность.       — Здравствуй, Чонгук.       — Здравствуй, Тэхён.       — Чон, можно спросить?       — Спроси.       — Ты хочешь начать с начала?       — Хочу.       — Тогда давай знакомиться. Я — Ким Тэхён. Мой отец — мафиози Ким Намджун. Мне скоро двадцать два, и я учусь в меде. А ещё, я с детства безумно тебя люблю.       — Я — Чон Чонгук, мне тридцать три.       — Я знаю, — улыбнулся Тэхён. — Я всё о тебе знаю, Чон. Знаешь, я ушел из бизнеса отца. Но здесь я по другой причине.       Тэхён встал на колени, на холодный снег.       — Чон Чонгук. Я совершил так много ошибок. Натворил много бед. Но я никогда не забывал тебя. И по-прежнему люблю. Люблю до безумия. Если ты дашь мне шанс быть с тобой, любить тебя. Я обещаю, что сделаю всё, чтобы ты был рядом со мной счастливым. Что скажешь, Чон?       — Встань, Тэ, — Чонгук обнял Тэхёна. — Пообещай только одно, что никогда больше и никому не причинишь вред.       — Клянусь, — слезы счастья катились по щекам парня.              

***

             День рождения Тэхёна и новый год Чонгук и Тэхён праздновали в Англии, в доме Ён и её мужа.       Долгие переговоры по телефону закончились и Чонгуку удалось убедить Ён, что на самом деле Тэхён не такой страшный. А очень даже нежный и добрый.       Тэён, как и обещал, приглядывал за братом и его новой семьёй. Незаметно, оберегая всех.              Мы все совершаем ошибки. Особенно в молодости…       Главное — успеть их исправить…