Руководство по эксплуатации главный героев. Ps. Не повторять в домашних условиях

Голова раскалывалась. Нет... даже не так. Виски пульсировали такой болью, что стоило Такемичи лишь осторожно коснуться их кончиками пальцев, как с губ сорвался тихий, болезненный стон. Казалось, будто по его черепу с особым усердием прошлись тяжёлым молотком. Строительным. И не один раз. Как он вообще после такого выжил? ...Хотя хороший вопрос — выжил ли вообще? Память упрямо цеплялась за последние события, но каждый раз рассыпалась, словно старое стекло. Он помнил Бантен. Помнил Майки. Помнил тяжёлое чувство обречённости. А дальше... Пустота. — Какого хера?.. Слова сорвались сами собой. Будто ему и без того было мало проблем. Жизнь давно превратилась в бесконечную череду дерьма, попыток всех спасти, снова всё потерять, снова подняться и опять получить по голове. Вечная игра в героя, в которой наградой служили лишь новые шрамы. И вот теперь... Он вообще чёрт знает где. Незнакомое место. Непонятная одежда. Да ещё и это отвратительное ощущение собственного тела. Словно оно... Не его. — Заебись... — устало выдохнул Такемичи. Вот теперь он действительно влип. Пиздецки. Он медленно сел на кровати и осторожно потянулся, разминая затёкшие руки и ноги. Каждая мышца неприятно ныла, будто он несколько суток провёл без движения. Стоило подняться на ноги, как перед глазами на мгновение потемнело. В висках снова ударила резкая пульсация. — Блять... Такемичи машинально схватился за голову, пережидая приступ боли. Кровать, на которой он лежал, оказалась неожиданно мягкой. Настолько, что в другой ситуации он бы с удовольствием пролежал на ней ещё несколько часов. Но сейчас это было бы самой большой ошибкой. Он понятия не имел, где находится. Если сюда сейчас зайдёт хозяин комнаты, прислуга или охрана, вопросов станет слишком много. И ни на один из них он не сможет ответить. Медленно оглядевшись, Такемичи окончательно убедился — место выглядело настолько роскошно, что больше походило на музей. Высокие потолки, резная мебель из тёмного дерева, тяжёлые бархатные шторы, позолоченные элементы интерьера, картины в массивных рамах и огромная люстра под потолком. Нет... Скорее комната какого-нибудь особняка. Или даже дворца. Хотя что он вообще понимал в подобных местах? За всю свою жизнь он видел подобную роскошь разве что во время школьной экскурсии по одному заграничному музею. Да и тот выглядел куда скромнее. ...Хотя, возможно, ему просто не с чем сравнивать. Такемичи резко мотнул головой. Не время. Нужно выбраться отсюда. И как можно быстрее. Он принялся тщательно осматривать комнату. Первая дверь. Заперта. Вторая. Тоже. Окна... Слишком высоко. Если прыгнуть отсюда без подготовки, то в лучшем случае он переломает себе ноги. В худшем... Лучше даже не думать. — Просто замечательно... Он раздражённо цокнул языком и подошёл к одному из дорогих комодов. Внутри оказались аккуратно сложенные рубашки, жилеты, какие-то украшения и совершенно бесполезные для побега вещи. Хотя... Зеркало. Старинное, в тяжёлой золотистой раме. Такемичи невольно посмотрел на своё отражение. И застыл. Светлые волосы. Блондин., но не совсем. Не его цвет. Он удивлённо провёл пальцами по голове. К тому же, у самых корней отчётливо виднелись отросшие чёрные волосы. Крашеные. Совсем как... В младшей и средней школе. — Это ещё что такое?.. Он внимательно вгляделся в лицо. Будто его собственное... И одновременно чужое. Что вообще вчера произошло? Он напился? Нет... Не похоже. Или ему что-то вкололи? Хотя зачем? Мысли путались. Последнее, что удавалось вспомнить... Выстрел. Глухой звук. Резкая боль. А дальше... Будто густой туман накрыл сознание. Такемичи тяжело выдохнул и устало рухнул обратно на кровать. Несколько минут ничего уже не изменят. Если он действительно вляпался, то хуже от короткой передышки точно не станет. Он закрыл глаза. ... Подождите. Такемичи резко сел. Его взгляд медленно опустился на простыню. Плотная. Крепкая. Потом — на наволочки. На пододеяльник. Затем снова перевёл взгляд к распахнутому окну. В голове медленно начала складываться безумная идея. — А... Может?.. Он несколько секунд сомневался. После чего обречённо махнул рукой. — Да к чёрту. Если есть хотя бы один шанс выбраться отсюда — нужно пользоваться. Простыня. Пододеяльник. Наволочки. Всё это быстро превратилось в длинную импровизированную верёвку. Узлы получались грубыми, но крепкими — по крайней мере, Такемичи очень хотелось в это верить. Правда, ткани всё равно оказалось недостаточно. Пришлось без зазрения совести открыть комод и пожертвовать несколькими дорогими рубашками. — Простите... Он виновато посмотрел на испорченную одежду. — Надеюсь, хозяин богатый. Хотя... Судя по этой комнате, переживёт. Через несколько минут верёвка была готова. Такемичи осторожно выглянул наружу. Во дворе царила удивительная тишина. Аккуратно подстриженные кусты, белоснежные дорожки, идеально ухоженный сад и большой фонтан, сверкавший под солнечными лучами. Ни души. Он ещё раз проверил узел. Дёрнул. Крепко. Глубоко вдохнул. И осторожно перелез через подоконник. — Была не была... Сердце колотилось так громко, что Такемичи был уверен — его услышат даже в доме. Он крепче сжал самодельную верёвку. Ладони тут же обожгло трением. — Только не порвись... Только не сейчас... Шаг. Ещё один. Под ногами осталась широкая каменная рама окна, а впереди была лишь отвесная стена особняка. Высоко. Очень высоко. Только сейчас он осознал, что находится минимум на третьем этаже. — Отличный план, Ханагаки... Просто гениальный... Он нервно усмехнулся, хотя смех вышел каким-то жалким. Медленно перебирая руками, Такемичи начал спускаться. Верёвка натягивалась всё сильнее. Ткань неприятно скрипела. Узлы тихо потрескивали. Каждый такой звук заставлял сердце на мгновение останавливаться. Не смотри вниз. Главное — не смотри вниз. Разумеется, он посмотрел. — ...Блять. Зря. Земля казалась неожиданно далёкой. Ноги тут же предательски задрожали. — Не боюсь... Не боюсь... Совсем не боюсь... Самому себе он почему-то не поверил. Руки начинали дрожать от напряжения. Ладони скользили по ткани. Ещё немного... Совсем немного... Именно в этот момент раздался негромкий треск. Такемичи замер. Нет. Пожалуйста, нет. Нет, нет, нет..! Ткань снова жалобно затрещала. — Только не... ХРУСТ. Последний узел не выдержал. — А-А-А?! Мир перевернулся. Падение оказалось коротким, но достаточно болезненным. К счастью, вместо каменной дорожки внизу росли густые декоративные кусты. Они смягчили удар. Правда, не настолько, чтобы совсем обойтись без последствий. Несколько острых веток больно полоснули по ногам и рукам. Спина неприятно заныла. Воздух выбило из лёгких. Такемичи несколько секунд просто лежал, глядя в голубое небо. — Жив... Он шумно выдохнул. — Всё ещё жив... Победа. Маленькая, но победа. Осторожно поднявшись, он поморщился. Правая нога неприятно саднила. По голени уже медленно стекала кровь, оставляя тонкие алые дорожки. Рубашка тоже обзавелась несколькими аккуратными разрезами. — Могло быть и хуже... Хотя выглядел он теперь так, будто проиграл драку с очень злым кустом. Такемичи быстро присел за живой изгородью и выглянул. Перед ним простирался огромный сад. Настолько ухоженный, что казался нарисованным. Аккуратно подстриженные деревья. Белые мраморные дорожки. Клумбы с незнакомыми цветами. Высокие живые изгороди. А где-то впереди весело шумел фонтан. — Если там фонтан... значит, должен быть и главный вход... Логично же? Наверное. Других идей всё равно не было. Пригнувшись, он осторожно двинулся вперёд, стараясь держаться в тени кустов. Каждый шаг отдавался болью в ноге. Но останавливаться нельзя. Ветер приятно шевелил волосы. Пахло свежескошенной травой и цветами. Слишком спокойно. Подозрительно спокойно. — Юный господин! Такемичи вздрогнул всем телом. Чёрт. Его всё-таки заметили. — Юный господин! Вы не поранились?! Голос звучал искренне взволнованно. Но сейчас Такемичи было совершенно не до этого. — Да чтоб... Не дослушав, он сорвался с места. Бежать. Просто бежать. Мысли исчезли. Остался только бешеный стук сердца и желание оказаться как можно дальше. Позади уже слышались шаги. Несколько голосов. Кто-то кричал, прося остановиться. Кто-то звал охрану. Кто-то повторял: — Господин! Пожалуйста, подождите! — Да не господин я вам! Такемичи петлял между деревьями, перепрыгивал низкие кусты, несколько раз едва не поскользнулся на гравийной дорожке и окончательно потерял чувство направления. Через пару минут он понял одну простую вещь. Он заблудился. Окончательно. Вокруг были только деревья. Кусты. Цветы. И никаких ворот. — Вот же... Он медленно остановился. Тяжело дыша, огляделся по сторонам. Одинаковые аллеи. Одинаковые клумбы. Одинаковые деревья. Даже фонтан больше не было слышно. — Всё... Приплыли, блять... Теперь оставалось только ждать, когда его найдут. И тогда... Чья-то рука резко схватила его за воротник. — Э?! В следующий миг его буквально втянули в густые кусты. Такемичи даже вскрикнуть не успел. Чьи-то ладони тут же закрыли ему рот. Он дёрнулся. Раз. Другой. Без толку. Двое крепко удерживали его на месте. Паника мгновенно захлестнула сознание. Вот и всё. Сейчас позовут охрану. Потом хозяев. А потом... Он даже не хотел представлять, что будет потом. Он всего лишь хотел домой. Разве это так много? — Мичи... Тихий шёпот заставил его замереть. — Тише. Если миссис Пенни нас услышит, достанется всем. Такемичи перестал сопротивляться. Этот голос... До боли знакомый. Такой родной. Он медленно поднял взгляд. Перед ним стоял Акун. Такой же лохматый. Такой же с нелепым ирокезом. Такой же живой. Настоящий. Рядом выглядывал обеспокоенный Ямагиши. На несколько долгих секунд мир будто перестал существовать. Сердце болезненно сжалось. Двенадцать лет. По ощущениям прошла целая вечность с тех пор, как он видел их вот такими. Живыми. Беззаботными. Молодыми. — ...Акун? Голос предательски дрогнул. Перед глазами всё поплыло. Такемичи смотрел на Акуна так, словно боялся моргнуть. Стоит только закрыть глаза — и тот исчезнет. Растворится. Окажется очередным воспоминанием. Или галлюцинацией. — Мичи?.. Акун растерянно нахмурился. — Ты чего такой бледный? Ямагиши осторожно выглянул из-за его плеча. — Слушай... ты нас пугаешь. Такемичи открыл рот, собираясь что-то сказать. Хоть что-нибудь. Но не смог. В горле будто застрял огромный ком. Слова просто отказывались выходить. Он неосознанно поднял дрожащую руку. Медленно. Очень медленно. Коснулся щеки Ямагиши. Тёплая. Настоящая. Не сон. Не воспоминание. В тот же миг перед глазами вспыхнул полупрозрачный голубоватый экран. ---

Поздравляем!

Вы открыли второстепенного игрового персонажа.

Рёхэй Ямагиши

Статус: союзник. Степень доверия: Высокая.

Для просмотра подробной информации произнесите: «Параметры».

--- — ... Такемичи даже не моргнул. Он уже перестал понимать, что вообще происходит. Какой ещё... Игровой персонаж? Какие параметры? Он умер? Сошёл с ума?... Или это чей-то очень жестокий розыгрыш? Мысли путались одна за другой. Но сейчас... Сейчас ему было совершенно плевать. Перед ним стояли его друзья. Живые. Он снова видел их лица. Слышал их голоса. Те самые голоса, которые столько лет оставались лишь болезненными воспоминаниями. Что-то внутри него надломилось. Окончательно. По щеке медленно скатилась первая слеза. За ней — вторая. Потом ещё одна. И вдруг прорвало. Такемичи резко шагнул вперёд и крепко обнял Акуна. Так крепко, будто боялся, что тот исчезнет, если отпустит хоть на секунду. — Э-эй?! Акун растерянно застыл. — Мичи?! Ямагиши тоже замер. Они переглянулись, совершенно не понимая происходящего. Такемичи уткнулся лицом в плечо друга. Плечи мелко дрожали. Он плакал. По-настоящему. Беззвучно. Отчаянно. Так, как не позволял себе уже очень давно. Слишком многое накопилось. Слишком многих он потерял. Слишком часто ему приходилось провожать дорогих людей в последний путь. Каждый раз убеждая себя, что в следующий раз обязательно получится их спасти. Каждый раз ошибаясь. А сейчас... Перед ним стояли Акун и Ямагиши. Живые. Молодые. Совсем ещё мальчишки. Он снова мог их обнять. И это оказалось слишком тяжело. — Мичи... — тихо произнёс Акун, осторожно похлопав его по спине. — Что случилось? Ответа не последовало. Такемичи лишь сильнее вцепился пальцами в его рубашку. Будто боялся отпустить. Будто весь мир снова мог исчезнуть в любую секунду. — Он точно головой ударился... — шёпотом пробормотал Ямагиши. — Похоже на то... — Или его кто-то напугал? — Да он сейчас сам кого хочешь напугает... Несмотря на попытку пошутить, в голосе Акуна слышалось беспокойство. Настоящее. Искреннее. Такемичи невольно усмехнулся сквозь слёзы. Совсем чуть-чуть. Они совсем не изменились. Всё такие же. Он скучал. Господи... Как же он по ним скучал. Прошло несколько минут, прежде чем дыхание постепенно выровнялось. Такемичи медленно отстранился. Глаза покраснели. Щёки были мокрыми от слёз. Он чувствовал себя ужасно неловко. — Простите... Голос всё ещё дрожал. — Я... Не договорил. Не смог. Да и что он мог сказать? «Ребята, вы вообще-то давно должны быть взрослыми, а я видел, как многие из вас погибали»? Звучало бы безумно. — Эй, — Акун неожиданно улыбнулся. — Всё нормально. Он привычным жестом потрепал Такемичи по волосам. Совсем как раньше. — Главное, что ты жив. Эти простые слова больно кольнули сердце. Жив... Да. Пока ещё жив. — Слушай, — вдруг вмешался Ямагиши, внимательно рассматривая его ноги. — А ты вообще вниз смотрел, когда бежал? — А? — У тебя вся голень в крови! Такемичи машинально опустил взгляд. Только сейчас он заметил, насколько сильно ободрал ноги. Мелкие порезы пересекали кожу, кое-где ещё выступали капли крови, а засохшая грязь неприятно стягивала раны. Странно. Он почти не чувствовал боли. Наверное, адреналин до сих пор гулял по организму. — Нужно позвать миссис Пенни, — серьёзно сказал Ямагиши. — Согласен, — сразу кивнул Акун. — Она обработает раны. Такемичи мгновенно побледнел. — Нет! Оба друга удивлённо посмотрели на него. — Не надо... — Нет... Голос прозвучал неожиданно хрипло. Такемичи быстро замотал головой. — Не нужно... Правда. Он сам не понимал, почему так резко отреагировал. Наверное, просто устал. Слишком много всего произошло за какие-то пару часов. Смерть. Пробуждение. Странный особняк. Побег. Система. Теперь ещё и Акун с Ямагиши... Голова снова начала тяжело гудеть. — Мичи? Взгляд Акуна стал серьёзнее. Такемичи хорошо знал этот взгляд. Именно таким Акун смотрел на него всякий раз, когда понимал: друг что-то скрывает. — Ты точно в порядке? «Нет.» Хотелось ответить именно так. Совершенно не в порядке. Но вместо этого Такемичи лишь натянуто улыбнулся. — Всё... нормально. Повисла тишина. Настолько неловкая, что её, казалось, можно было потрогать руками. Ямагиши шумно вздохнул. — Не верю. — Я тоже, — поддержал его Акун. — Ты выглядишь так, будто призрака увидел. Такемичи невольно усмехнулся. Если бы всё ограничилось одним призраком... Он бы ещё считал, что легко отделался. Мысли снова начали возвращаться к происходящему. Слишком многое не сходилось. Он не в прошлом. По крайней мере, не в том прошлом, которое знал. Иначе откуда этот огромный особняк? Почему все называют его «юным господином»? Что это вообще за миссис Пенни? Да и одежда... Даже если закрыть глаза на странные фасоны, ткань выглядела слишком дорогой для обычной семьи. И ещё... Эта система. Такемичи невольно вспомнил полупрозрачное окно перед глазами. «Игровой персонаж.» «Параметры.» «Описание.» Слова до сих пор эхом звучали в голове. Он нервно огляделся. Ничего. Экран исчез. Будто его никогда и не существовало. «Параметры...» Стоило этой мысли промелькнуть в голове, как перед глазами вновь вспыхнул голубоватый свет. ---

Система успешно активирована.

Добро пожаловать, игрок.

--- Такемичи едва не подпрыгнул на месте. «Какого?!» Экран продолжал спокойно висеть перед глазами. ---

Для получения информации произнесите:

«Параметры».

--- — Мичи? Он резко поднял голову. Экран исчез. Акун вопросительно смотрел на него. — Ты чего застыл? — А?.. Такемичи быстро отвёл взгляд. — Н-ничего. Нет. Определённо не ничего. Теперь он был уверен. Экран существовал. И видел его только он. От этой мысли по спине пробежал неприятный холодок. Он медленно перевёл взгляд на друзей. Акун. Ямагиши. Они выглядели абсолютно обычными. Смеялись. Волновались за него. Спорили, стоит ли всё-таки рассказать обо всём миссис Пенни. Никаких окон перед глазами. Никаких надписей. Никакой системы. Только у него. «Почему именно я?..» Ответа не последовало. Лишь тихий шелест листвы над головой. Солнечные лучи пробивались сквозь густые кроны деревьев, рассыпаясь золотыми пятнами по дорожке. Где-то неподалёку всё ещё журчал фонтан. Так спокойно. Так мирно. Будто этот сад никогда не видел ничего страшнее сорванного цветка. И именно эта тишина пугала сильнее всего. Слишком идеальная. Слишком... неправильная. Такемичи медленно сжал руки в кулаки. Неважно. Неважно, где он оказался. Неважно, сон это, загробная жизнь или чья-то безумная игра. Он разберётся. Обязательно. Но сначала... Ему нужно понять, что это за место. Кто он теперь. Почему все называют его господином. И главное... Как отсюда выбраться. Потому что где бы он ни оказался... В его мире всё ещё оставались люди, которых нужно спасти. И он не собирался отказываться от этого только потому, что судьба снова решила над ним посмеяться. — Такемичи Ханагаки. Голос Акуна прозвучал неожиданно жёстко. Настолько, что Такемичи невольно вздрогнул. Странно. Сейчас перед ним стоял всего лишь четырнадцатилетний мальчишка. Но в этом голосе на мгновение послышался тот самый будущий Акун. Тот, который однажды смог стать членом Тосвы. Который видел кровь. Потери. И научился говорить так, что его слушали. — Ты опять задумался. Такемичи поднял взгляд. — Пойдём домой. Домой... Это слово неожиданно больно кольнуло сердце. Потому что он больше не был уверен, где теперь находится его настоящий дом.