Дежурные

Зимний вечер окутал пустые заснеженные дворы и улицы. Ледяной ветер кружил в воздухе маленькие белые снежинки. Было уже довольно темно и тускло, но тёплый и манящий свет из окон словно рассеивал гнетущую тьму. Двое светловолосых юношей ходили по кабинету с разными вещами для уборки класса. Уроки давно кончились, и Люциан, как дежурный на этой неделе, должен был убраться повсюду, а его беловолосый приятель с радостью согласился ему помочь с этим. Пока блондин носился туда-сюда со шваброй, Морион лениво протирал доску влажной тряпкой. Они даже не разговаривали, просто в тишине убирались. — Чем планируешь сегодня заняться после уборки? — от внезапного голоса беловолосого деревянная швабра в руках Муна дрогнула, и тот обернулся. — Я? Я планировал с Эриасом, Сетхом и Абрамом сходить в булочную, и по домам. — Как скучно, — со смешком ответил парень, отложив тряпку на железный выступ доски. — Есть вещи и поинтересней, Модао. — Мне самое главное прийти домой, и там заняться своими делами, — принявшись вновь мыть пол, не обращая внимания на юношу. Вновь повисла тишина. Люциан устал за сегодня от разговоров, и тот предпочёл скорее закончить с дежурством. Сквозь поток собственных мыслей, он уловил звук замка за своей спиной. Не успел он и головой обернуться, чтобы понять, что случилось, как сзади за его бедра схватили и прижали к чужому телу. Он успел лишь вскрикнуть и крепче ухватиться за швабру. Чужие холодные губы вмиг присосались к загривку тёплой шеи, вызвав приятную волну мурашек. — Морион.. — со вздохом пробормотал Люциан, поставив швабру ровно вертикально, опираясь на неё. — Морион, стой! Не тут, подожди… Второй его не слушал, и продолжал осыпать шею блондина лёгкими поцелуями, пока его руки сжимали бедра, пальцами впиваясь в его одежду, словно в надежде пройти сквозь неё. Он медлить не стал, и проведя ладонями вверх, юркнул в чужие штаны и бельё. — Эй, кому сказал, прекрати! — Люциан всё-таки принялся неумело вырываться из чужой крепкой хватки, барахтаясь и пинаясь. — Мы в школе, на дежурстве! Прекрати, а ну-ка! — Тише ты, нас услышать могут, — голос проказника был спокоен, что еще сильнее разозлило Муна. — Кабинет закрыт, камеры не работают уже бог знает сколько, чего ты нервничаешь? Мальчишка продолжал протестовать, пытаясь вырваться из холодных объятий, что уже надоело беловолосому, и тот одним ловким движением высунул из чужих одежд свои руки, и кинул его грудью на стол преподавателя, от чего из его крепких рук выпала швабра. Какие-то бумажки вместе с тетрадками разлетелись на пол, стаканчик с карандашами и другими принадлежностями туда же, но Найта это ни разу не смутило, даже больше — он скинул и другие предметы на пол, словно шаловливый кот, чтобы не мешали его делу. Руки в перчатках вновь принялись лапать изящное тело Люца сквозь школьную одежду, совершенно не стесняясь, словно его тело уже являлось чужой собственностью. Пальцы аккуратно поддели резинку штанов вместе с боксерами, и медленно стали стягивать их с мягких бедер Муна, хотя учитывая отчаянные попытки нижнего выбраться, это было довольно проблематично. Но в конце концов ему удалось избавиться от них, и те небрежно полетели на большой мягкий учительский стул. Тёплые пальцы обхватили полувставший орган, слегка сжав его. Совместно с недовольным ворчанием послышался тихий стон. Рука стала медленно двигаться то вверх, то вниз, словно специально, чтобы смазка обильно вытекала с алой головки на пол и деревянный стол. Но долго двигаться не пришлось, член уже спустя пару движений окаменел и приятно запульсировал в тёплой ладони. Рука поддела пальцами смазку с головки и поднялась к кольцу мышц. Средний палец аккуратно провёл по сжатому от лёгкого страха отверстию и немного надавил на него. Нутро словно не хотело его пускать и сжалось лишь сильнее, но Морион был настойчив, и, нажав сильнее, всё-таки смог войти на одну фалангу, вынуждая Люца сдавленно и болезненно простонать. Вторая рука, пытаясь успокоить его, принялась гладить по упругим ягодицам, иногда сжимая их. Люциану по-прежнему не нравилось все это, но выхода назад не было, так что тот просто надеялся на лучшее. Мышцы внутри него потихоньку привыкли к растяжению, так что Найт принялся двигаться дальше: сначала одним пальцем, а вскоре и вторым. Люциан же все это время просто тупо не знал, куда себя деть, так что, спустя пару минут раздумий, он просто уткнулся носом в свои руки и сжал голову в плечи, прислушиваясь к ощущениям. Позже пальцы пропали, как и рука на ягодицах. Блондин поднял свою головушку и краем глаза заметил, как партнёр роется в своей школьной сумке. Вопрос задать не успел – он уже достал пачку презервативов оттуда. —А… откуда…? —Ты думаешь, что это все спонтанно? – со смешком перебил его беловолосый, вновь пристраиваясь сзади. – Я же знал, что ты убираешься на этой неделе, вот и решил добавить огонька в этот вечер. Все равно ты никуда не спешишь. —Спешу, меня ребята ждут! —Обождут. Послышался звук открытия картонной упаковки, а после и целлофановой. Люциан просто вздохнул и принялся ждать своей участи, все равно ничего уже изменить нельзя. Когда мышцы почувствовали холодный скользкий орган, обернутый в презерватив, внутри все сжалось от вроде бы минувшего страха. Руки в перчатках схватили его за таз и крепко сжали, медленно входя в него. Размеры были явно больше, чем "просто пальцы", и, по ощущениям, чтобы разработать мышцу под его член, нужна была абсолютно вся рука. В этот раз Морион не стал спешить, давая как можно лучше привыкнуть Люциану. Внутри было влажно и тепло, так же нутро приятно пульсировало и сжимало Мориона, отчего с его стороны послышался блаженный вздох. Бедра скоро двинулись вперед, проходя глубже, раздвигая мышцы. Под чужим теплым телом Люциан расслабился окончательно, принимая давление полностью. Этого нельзя было не заметить, поэтому, сжав в руках его таз, он стал быстро набирать скорость бедрами, внимательно наблюдая за реакцией нижнего. Нарастающее грязное хлюпанье в смеси со стонами окутало весь кабинет, воздух становился все более жарким и почти обжигал лёгкие внутри. Ноги блондина еле держали его, благо была подстраховка в виде стола учителя, что с моральной точки зрения также неправильно. —Модао, тише, – вновь послышался успокаивающий голос сзади сквозь звонкие толчки. – Ты же не хочешь, чтобы нас услышали, да? И вправду, Люциан от такого удовольствия даже забылся. Он тихонько кивнул и закрыл рот ладошкой, крепко сжав свою половину лица. Движения со временем потеряли точный ритм, становясь более рваными и неаккуратными. Было уже сложнее держать себя в руках, так что какие-никакие стоны слышались то от одного, то от другого. Сверху на спину Люциана аккуратно прилёг Морион и, ухватившись за край стола, стал уже долбить в нутро младшего, а не толкаться. Через пару таких движений тело продела дрожь, от которой даже прогнулись ноги в коленях, и через ладонь послышался стон, и не у него одного. Где-то сверху над макушкой послышалось жадное рычание, схожее с львиным. Толчки прекратились, но пульсирующее ощущение никуда не ушло. Каждый новый вздох приносил лёгкую боль в районе груди, словно царапая внутри. Найт тихонько чмокнул любовника в его светлую макушку и аккуратно стал выходить, на что получил облегчённый вздох. —Ну вот… а ты боялся. —Кто по-твоему в здравом уме будет заниматься подобным в общественных местах? – с ноткой раздражения в голосе поругал его блондин, приподнимаясь со стола. – Бумаги прилипли к телу… и не на учительском столе это делать! —Какой Модао душный. Покрутив головой, Люциан быстро натянул на себя штаны и взглянул в лицо проказника. —Душный, не душный – а я опаздываю из-за тебя! Вот ты это все и убирай! Парень быстро собрал сумку и, закинув ее на плечо, пулей вылетел из кабинета, оставив полуголого Мориона одного. Тот пожал плечами, снял с себя защиту и, даже не завязав, кинул его в мусорку, надевая брюки обратно. Сунул в сумку все что надо, поправил одежду и так же пошёл в сторону выхода, не удосужившись закрыть дверь и выключить свет. —Вот еще, я не дежурный.