Мяско

Это был самый обычный вечер в Йокогаме. Вернее, не совсем, судя по голосам, исходящих с одного из окон одиноко стоящего здания. Посреди комнаты, освещенной настольной лампой, стоял Дазай, напевая что-то себе под нос, и смотря на Чую, стоящего где-то в углу. — Ну что, Чуя? — Голос Дазая прозвенел, как колокольчик. — Устал на работе, да? Чуя, как всегда, нахмурился, слегка отвернувшись. — А тебе какое дело, ублюдок? Дазай слегка хихикнул и медленно встал у Чуи за спиной. — Я тут просто подумал...— Он замолчал.—...Мы бы могли заняться...кое-чем расслабляющим.....— Дазай нарочно прошептал это, с наигранным флиртом в голосе, и коснулся его живота кончиком пальца. Тот инстинктивно напрягся и немного оттдёрнулся в сторону. — Чтоб тебя....Иди к чёрту, Дазай... ...Они лежали на кровати, сплетаясь в жарком поцелуе, их конечности были переплетены так, что даже не было понятно, где заканчивается одно тело и начинается другое. Дазай аккуратно нанёс немного смазки на анус рыжего, немного вводя кончики пальцев внутрь, отчего Чуя слегка извивался и дрожал. Затем, одним плавным толчком вошёл в него. — Ах, ах....Осаму....блять.... — Хахх...Чуя..... Шатен наклонился вниз, и прижался губами к пульсирующей точке на шее другого, начиная плавно покачиваться. Чуя застонал, чувствуя движение этого горячего и упругого члена внутри него и выгибался под Дазаем с каждым толчком, вцепившись ему в плечи, встречая его бедра своими, также отчаянно. Когда они кончили Дазай упал на рыжего обвив его руками. Их дыхание всё ещё было не совсем ровным, даже прерывистым. — Мгх, Осаму....я люблю тебя..... — И я тебя...ах...твои глаза ....такие красивые... Всё ничего, но в какой-то момент, даже не успев открыть рот, Чуя почувствовал адскую боль в шее....затем хруст....и всё потускнело. Закончив душить Чую, шатен вздохнул и выколол Чуе глаз, и потом, взяв его, начал жевать. Было...необычно. Дазай улыбнулся, с нежностью. — Теперь...мы будем всегда вместе, Чуя... Он безжалостно разрезал тело Чуи небольшим ножом, от шеи к паху, и начал мять его внутренние органы с костями голыми руками, будто пластилин, рвя сухожилия с мышцами. ...На следующее утро он достал из морозилки черный пакет с вырезкой, положил содержимое на сковороду и щедро залил маслом, напевая какую-то песню со старого аниме. Сервировал стол: белая скатерть, одна тарелка, один бокал с насыщенным красным вином. Дазай сел, подняв со стола вилку и накалывая на неё немного своего завтрака. — Приятного аппетита, — сказал он самому себе, и его лицо озарила самая добрая, самая солнечная улыбка, на которую он только был способен. Он прожевал первый кусочек, закрыв глаза от наслаждения. — М-м…Как вкусно, Чуя. Прямо тает во рту. [А вот автор сегодня на тяжёлых]