You’re my cure

Джон аккуратно складывает бумажки на своем столе, оставляя место для моей кружки с чаем. Каждый раз приходя на сеансы к Харрису он делал мне свой особый чай в ранее подаренную кружку. Из всех моих психотерапевтов он был единственным, кто нашел ко мне подход. -И так.. Как мы с тобой и договаривались, ты сегодня попробуешь мне рассказать о том случае..- Я сглатываю слюну и нервно перебираю свои волосы. Джон не пытается давить на меня, пока я размышляю он терпеливо ожидает смотря на меня с заботой. -Да, думаю я готов..- Харрис мягко улыбается сложив руки вместе, -Отлично. Я не буду тебя торопить. Можешь начинать, Лололошка,-

***

С детства я жил в небольшом пригороде, со своими бабушкой и дедушкой. Мою маму лишили родительских прав ещё когда мне было три года, из-за проблем с наркотиками. Моя бабушка была очень добра и заботлива ко мне, и дед тоже был дружелюбен, только бывало мог выпить, и в эти дни бабушка отправляла меня погулять на улицу. Как раз таки на одной из таких прогулок я познакомился со своими будущим лучшим другом-Эграсселем. Он гулял со своей мамой около речки кормя уток. Я помню улыбку его мамы, как она нежно мне улыбалась и как вкусно пахла.. именно она дала мне тогда немножко зерна показывая как лучше кормить уток. Так и началась наша дружба с Эграсселем. Росли мы вместе, даже пошли потом в одну школу умоляя директора распределить нас в один класс. Когда мы сблизились ещё сильнее я впервые побывал у него дома, там я впервые встретил его отца- Тадмавриеля.. раньше он особо не обращал на меня внимание, даже не разговаривал, просто пристально наблюдал со стороны. До того случая мы уже оставались наедине, когда Эграссель был в душе. Тадмавриель не вёл себя как-то подозрительно, просто спросил почему я так часто зависаю У них и что происходит у меня дома. Я очень доверял Эграсселю и его маме, так что они уже знали про то, что происходит у меня дома. Так что я спокойно поделился с Тадмавриелем всеми подробностями. Больше у нас с ним не было странных моментов, пока не произошло это.. Мама Эграсселя сильно заболела неизвестной болезнью, я пытался ещё приходить к ним и помогать их маме, ведь в глубине души я понимал- то что мать Эграсселя была мне очень дорога, возможно лишенный материнской любви я получал от неё того, чего всегда желал. Она была мне как мать. Именно поэтому после её смерти я долго не мог встать с кровати рыдая дни напролет. Уверен, Эграссель чувствовал себя не лучше, но я был слишком мал, чтобы понять насколько ему плохо. Мы оба тяжело переживали утрату, перейдя на домашнее обучение. Так и прошел этот год. Мы долго отходили от всего этого. Когда нам исполнилось шестнадцать мы снова начали общаться и гулять вместе. Будто заново знакомимся, но уже без мамы Эграсселя, которая как раз таки нас так сблизила. Постепенно мы начали сближаться, Эграссель снова начал улыбаться или смеяться, а потом мы снова начали ходить к друг другу в гости. И так всё продолжалось, пока Тадмавриель видимо не начал сходить с ума.. Не знаю что было у этого мужчины в голове, но каждый раз когда по пьяне дед выгонял меня из дома и я приходил ночевать к Эграсселю его отец начал странно на меня смотреть. Будто ища во мне что-то. Помню однажды идя с другом к нему домой мы попали под сильный ливень, потом мне пришлось помыться дома у Эграссы и он дал мне свою одежду. Довольно короткие шорты и свободная футболка. Носки я не захотел одевать. Помню мы сидели и играли в настольную игру, а рядом на диване сидел Тадмавриель читая книгу и иногда мельком оглядывал меня. Я замечал это, но не воспринимал всерьез. Думал он просто смотрит на нас, а не именно на меня. Возможно его привлекла моя заботливая улыбка, или искренний смех. Возможно он увидел во мне что-то, или кого-то.. Я смутно помню тот день. День, который запомнился мне на всю жизнь.. Тогда я снова ушел из дома, так как дед пригласил каких-то своих друзей и устроил пьяницу, пока бабушка была на заводе. Меня встретил Эграсса и мы направились к нему домой. Его отец приготовил нам ужин, помню как мы смеялись за столом и как неуклюже я ел, часть гречки скатывалась на мою одежду, а рот был измазан в томатной пасте, как мы вместе смеялись над этим, пока Тадмавриель смотрел на это больше с похотью. Ночью этого же дня Эграссель уложил меня у себя в комнате на кровати, а сам направился спать в гостиную на диване. Он знал, то, что у меня бессонница, поэтому освободил свою комнату специально для меня, создав там лучшие условия для моего сна. Помню как я переворачивался со стороны в сторону пытаясь найти удобную позу, так пролежал час, а когда на улице стало темнее некуда я услышал как дверь в комнату открылась.. я подумал это Эграссель, но это оказался Тадмавриель. Он медленно подошел к кровати и посмотрел мне в глаза, я посмотрел в ответ непонимающе. Помню как он стянул одеяло и сел на край кровати поглаживая меня по ляжкам. Я был ошеломлен, но не мог ничего сделать. Он продолжал странно трогать моё ещё подростковое мягкое тело. Щипал или надавливал, будто изучал. Я пытался выдавить что-то из себя, но выходили только тихие мычания. Я почувствовал себя странно, кажется мне подсыпали что-то в тот ужин..

***

Руки начинают дрожать и Лололошка смотрит вниз. Джон видит как слезы стекающие по лицу капали на стол. Психотерапевт неловко отвёл взгляд, так как знал что трогать шатена сейчас нельзя. -Хорошо.. а теперь перейдем к другой части.. ты говорил, то что потом он принуждал тебя носить женскую одежду?- Спрашивает Харрис чтобы поддержать разговор, Лололошка вытирает слёзы шмыгая носом и легонько кивает намекая, то что может продолжить диалог.

***

Не хочу вдаваться в подробности, но той ночью Тадмавриель всё таки успел что-то сделать. Так как я плохо себя чувствовал после ужина я особо не понимал что происходит, помню только как он стянул с меня пижамные шорты и нижнее белье, помню как его холодные шершавые пальцы пытались проникнуть в моё анальное отверстие, пытаясь растянуть его для себя. Я не мог ничего сделать.. Смотря на меня с угрозой Тадмавриель сказал, чтобы я не рассказывал ничего Эграссе, а то больше не смогу сюда возвращаться. Будь я немного осознаннее, я бы сразу рассказал всю правду, но вместо этого я молчал. Был момент когда я снова сидел у Эграссы дома, а потом решил принять душ, так как запачкался во время рисования краской. Помню, как Тадмавриель пытался взломать дверь в ванную, пока я был там. Потом он заставил меня нацепить на себя платье его уже мертвой жены, сказав что если я откажусь, то навсегда потеряю доступ к Эграссе. Так как он был моим единственным другом я не мог отказать. Так Тадмавриель и манипулировал мной. Потом он рассказал Эграсселю, то, что я люблю носить женскую одежду и это я сам забрал платье его матери из шкафа. Мне было безумно стыдно в тот момент. Я стоял в платье его умершей матери сдерживая слёзы, пока Тадмавриель рассказывал про меня всякий бред. Конечно же Эграсса не стал меня осуждать, наоборот, стал ко мне мягче.. Так прошёл следующий год, самый противный из всех. После смерти матери Эграсселя вся жизнь испортилась по большей части у меня. Бабушка начала работать за границей, поэтому она уже заранее договаривалась с Тадмавриелем, о том что я буду жить у них по выходным, так как именно в эти дни мой дед выпивал. Я не виню свою бабушку, она хотела как лучше, она искренне не знала что на самом деле происходило.. Хоть Эграссель всегда был довольно невинным ребёнком и отношения его не особо интересовали он точно начал видеть во мне больше, чем просто друга. Находясь у них дома Тадмавриель заставлял меня носить женскую одежду. Это повлияло и на отношения Эграссы ко мне, он начал вести себя странно.. более аккуратно, подбирал слова, больше не шутил глупые шутки или не играл со мной в настольные игры. Возможно, он подумал что я чувствую себя какой-то девушкой или ещё что, поэтому начал быть таким ласковым. Помню он подарил мне цветы на четырнадцатое февраля, хотя раньше это считался нашим общим днём дружбы, где мы обменивались подарками по типу вязанных ноской или милой кружки. Я не хотел этого признавать, но находится у них дома мне стало максимально неприятно. Окончив школу я начал стараться отдалится от этой семейки, но не Тадмавриель, ни Эграсса не хотели меня отпускать. Оба видели во мне чего-то, что им не хватало в жизни. Я знал это, поэтому не мог просто уйти.. Последней каплей стало то, когда во время очередных посиделок в гостиной мы готовили с Эграсселем печенье, а пока я делал крем он попал мне на щеку. Я просто посмеялся с этого, пока Эграсса только ласкового улыбнулся и взяв меня руками за щеки он приблизился и слизал это. Мне было максимально противно. Не от самого действия или Эграсселя, просто было очень странно получать такое внимание от лучшего друга. Тогда я понял- в этой семейке меня оба любят по-своему странно. Мне было тошно. Я понятия не имел что же делать. Если уйду, то буду нести всю эту вину до конца жизни, если останусь снова придётся терпеть домогательства. Единственным решением осталось съехать на время к своему лучшему другу с универа-Дилану. Я иногда навещал Эграссу, он ещё пытался меня удержать, и мне было жаль. Он хороший человек правда, просто я не тот кто ему нужен..

***

Джон записывает парочку заметок в блокнот, а потом снова переводит взгляд на меня, обычно он натягивал улыбки, чтобы я чувствовал себя спокойно, но после услышанного он думал, то что улыбка может меня немного обидеть. -Большое спасибо за то, что поделился со мною этим. Я обязательно поразмышляю над этим и мы найдём выход из ситуации. Рад, что у тебя есть ещё знакомые, которым ты можешь довериться. Если ты не против, хотелось бы на следующем сеансе узнать побольше об это Дилане.- Я киваю вставая со стула и начиная потихоньку собирать свои вещи. Харрис отпивает кофе со своей кружки и внимательно следит за каждый моим движением. -Да, конечно. Думаю у меня есть что рассказать о Дилане. Спасибо вам, Джон,- Психотерапевт мягко смеётся, так как не привык что пациенты называют его по имени. Когда я подхожу к двери намереваясь выйти я последний раз кидаю взгляд на Харриса, тот улыбается мне и махает рукой. Я улыбаюсь в ответ и тоже махаю рукой. Возможно с появлением Джона в моей жизни всё стало чуточку, ну или не чуточку лучше.

***