Мы ограбим Лувр

— Это безумие, Макс! Ты понимаешь, что нельзя просто так сдвигать сроки? — закричал Джордж, едва они вошли. Его обычно аккуратно уложенные волосы торчали в разные стороны, а в глазах читалось настоящее отчаяние. — Какое ограбление через два часа?! Макс и Шарль, не обращая внимания на его тираду, начали быстро переодеваться в лежащую на столе обычную одежду туристов — джинсы, футболки и неприметные куртки. — У нас нет выбора, — коротко бросил Макс, натягивая черную футболку. — Алонсо знает о нашем плане, и он не остановится. — Он будет выслеживать нас, — добавил Шарль, проверяя карманы новых джинсов. — А еще он ранен и очень зол. — Ранен? — переспросил Ландо с нескрываемым интересом. — Вы его подстрелили? — В ногу, — кивнул Шарль. — Но это его лишь ненадолго задержит. Джордж застонал и продолжил свою тираду: — Вы не понимаете! У нас не до конца всё готово! Мы не дописали программу по устранению сигнализации на экспонаты, не готова программа по стиранию лиц с камер наблюдения. — Он отчаянно взмахнул руками. — Всё, что у нас есть — это план отхода от Ландо. Ландо услышав свое имя, театрально поклонился, прижав руку к груди: — К вашим услугам, господа. Мой план отхода безупречен! Джордж закатил глаза и продолжил: — И мы сможем отключить камеры в музее, но это максимум. Как только вы прикоснетесь к экспонату — сработает сирена, и в зале окажется минимум пять вооруженных охранников. Вы понимаете, что это самоубийство? Шарль, застегивая куртку, пожал плечами: — У нас нет другого варианта. Значит, придется действовать по-простому: отвлечь охрану, разбить стекло и вынести всё, что сможем. Джордж издал отчаянный звук, похожий на смесь стона и всхлипа, и закрыл лицо руками. — Если могу добавить, — неожиданно подал голос Кими, делая очередной глоток сока. Все повернулись к нему. — Я могу создать ложную тревогу в другом зале. Система безопасности перебросит туда основные силы. Макс благодарно показал ему большой палец: — Это может сработать! Сколько у нас будет времени? — Минуты три-четыре, не больше, — задумчиво произнес Кими. — Потом они разберутся, что тревога ложная. — Всё равно это безумие, — покачал головой Джордж. — Вы не пройдёте через рамки охраны, там сотни камер, и если будет сбой, его сразу заметят. Шарль, закончив переодеваться, беззаботно пожал плечами: — Тогда мы войдем через окно. — Через окно в Лувр? — Джордж недоверчиво поднял брови. — В самый защищенный музей мира? — Именно, — кивнул Макс, и в его голосе появились стальные нотки. — Через окно галереи Аполлона, как мы и планировали изначально. Только без всей этой подготовки с отключением датчиков и прочего. Войдем, возьмем драгоценности и уйдем тем же путем. — Это... это просто... — Джордж не мог найти слов. — Это просто потрясающе! — восторженно закончил за него Ландо, его глаза сияли от возбуждения. — Я обязательно включу этот момент в свою автобиографию. "Как мы ограбили Лувр за семь минут"! Бестселлер гарантирован! Джордж откинулся на стул и устало протер глаза. Он выглядел как человек, смирившийся с неизбежным: — В 9:00 открывается музей, — наконец произнес он, глядя на часы. — Вы войдете через окно в 9:30, когда первые группы туристов уже будут внутри и создадут некоторый хаос. Разобьете стекла купола на самых дорогих драгоценностях королевской семьи и также уйдете через окно. — Он сделал глубокий вдох. — Мы отвлечем охрану. У вас будет примерно 7 минут до приезда полиции. Он покачал головой, словно не веря в то, что сам говорит: — Это просто безумие... но я в деле. — Мы все в деле, — подтвердил Кими, допивая свой сок. — Значит, решено, — подытожил Макс, оглядывая команду. — В 9:30 мы грабим Лувр. — А что насчет Алонсо? — спросил Ландо, собирая карты со стола. — Он наверняка попытается нам помешать. — С Алонсо я разберусь, — неожиданно заявил Кими, доставая телефон. — У отца есть пара знакомых в полиции Парижа. Думаю, история о раненом испанце, угрожающем пистолетом в центре города, их очень заинтересует. Макс благодарно кивнул: — Отлично. Тогда приступаем к подготовке. У нас осталось меньше двух часов. *** Утро выдалось пасмурным, низкие серые облака нависли над Парижем, угрожая дождем в любую минуту. Это играло им на руку — меньше туристов, меньше свидетелей. Ровно в 9:30, с точностью швейцарских часов, двое парней в чёрных масках проникли в Лувр через южную сторону. Оконный проем галереи Аполлона, предварительно изученный по схемам и фотографиям, оказался именно там, где они и ожидали. Строительные леса, установленные для реставрации фасада, обеспечили идеальное прикрытие и путь наверх. Макс, балансируя на узком карнизе, аккуратно разрезал стекло специальным инструментом — бесшумно и точно, как делал уже десятки раз в других операциях. Как только отверстие стало достаточно большим, Макс ловко проскользнул внутрь, а Шарль последовал за ним. Галерея Аполлона встретила их великолепием золоченых потолков и солнечным светом, проникающим через высокие окна. Сигнализация сработала мгновенно — как при повреждении окна, так и при вскрытии витрины. Пронзительный звук разнесся по залам музея, заставляя редких ранних посетителей в панике оглядываться. Но в это время по меньшей мере пять охранников музея (невооружённых, как и предполагал Джордж) находились в галерее в соседнем здании, отвлекшись на драку двух парней — высокого блондина и крепко сложенного шатена, которые явно были не просто случайными посетителями, а теми, кому Ландо хорошо заплатил. Драка была постановочной, но выглядела настолько реалистично, что никто из охраны не заподозрил подвох — особенно когда блондин разбил нос своему "оппоненту" и кровь хлынула на мраморный пол музея. Тем временем, работая в идеальной синхронизации, Макс и Шарль методично вскрывали витрины. Их движения были точными и выверенными — никаких лишних действий, никакой паники. Специальными инструментами они аккуратно разрезали защитное стекло вокруг наиболее ценных экспонатов. Корона Людовика XV, усыпанная бриллиантами и изумрудами, ожерелье Марии-Антуанетты, золотая брошь с огромным сапфиром — всё это исчезало в специальных мягких контейнерах, которые Шарль складывал в рюкзак. — Три минуты, — напомнил Макс, глянув на часы. Шарль кивнул и ускорился. Его пальцы двигались с невероятной ловкостью, извлекая драгоценности из витрин. — Последняя, — прошептал он, аккуратно упаковывая диадему с рубинами. — Пора уходить. Забрав всё самое ценное, они быстро вернулись к окну. Макс первым выскользнул наружу, закрепил страховочный трос и помог Шарлю выбраться. Они быстро спустились по тросу на подъемнике, умело управляя скоростью спуска. Через несколько секунд после того, как их ноги коснулись земли, в воздухе разнесся громкий гул полицейских сирен. К этому моменту преступники уже успели отстегнуть страховочное оборудование, сесть на припаркованные неподалеку скутеры, и покинуть место происшествия. Два чёрных скутера, лавируя между редкими автомобилями, быстро удалялись от Лувра. Никто из прохожих не обратил на них особого внимания — двое парней в шлемах, обычное дело для парижских улиц. Через пару кварталов, на заранее определенном перекрестке, они заметили припаркованный серебристый Мерседес. За рулём сидел Ландо, нервно постукивая пальцами по рулю. Увидев приближающихся скутеристов, он открыл багажник с дистанционного управления. Макс и Шарль, не снижая скорости, проехали мимо машины, на ходу закинув сумку с драгоценностями в открытый багажник. Ландо немедленно захлопнул его и плавно влился в поток машин, направляясь в сторону, противоположную той, куда умчались скутеры. Не обменявшись ни словом, даже не попрощавшись, Макс и Шарль разделились на следующем перекрестке — один поехал направо, другой налево, растворяясь в утреннем парижском трафике, как будто ничего и не произошло. А в это время в Лувре уже работали десятки полицейских, оцепив здание и опрашивая свидетелей. Никто из них не мог дать внятного описания преступников — всё произошло слишком быстро. Побитые парни тоже таинственно исчезли, оставив после себя лишь пятна крови на полу и сбитых с толку охранников, которые не могли понять, как могли пропустить сигнал тревоги. В нескольких кварталах от Лувра, в неприметном белом фургоне с логотипом несуществующей клининговой компании, Кими Антонелли и Джордж Расселл внимательно наблюдали за происходящим через мониторы. — Они сделали это, — с легким удивлением в голосе произнес Джордж, глядя на экран, где отображались кадры с камеры, зафиксировавшей момент, когда Ландо получил сумку. — Они действительно это сделали. Кими только коротко кивнул, его молодое лицо освещалось голубоватым светом от ноутбука, где строчки кода успешно меняли время на записях с камер наблюдения и искажали лица всех, кто мог быть причастен к ограблению. — Хоть в этот раз не придется платить за спасение их задниц, — усмехнулся Джордж, закрывая одно из окон программы. — Пора вылетать в Монако. Там безопаснее. Он закрыл ноутбук, аккуратно упаковал его в защищенный кейс. — Погоди... Так это был ты? — спросил Кими, упаковывая последний монитор, и медленно поворачиваясь в сторону Рассела. — Максу не говори, а то он перестанет считать себя всесильным, — ответил с улыбкой Джордж, бросив взгляд на смарт-часы. — Пора выдвигаться. Кими кивнул, скрывая улыбку, и глотнул энергетический напиток из баночки — привычка, за которую Джордж его часто упрекал, говоря, что в его возрасте сердце и так работает на пределе — и пересел на водительское место. Несмотря на юный возраст, итальянец был отличным водителем. Кими завел двигатель, и фургон плавно влился в поток машин, направляясь к выезду из Парижа. Внутри салона висело легкое напряженное, но удовлетворенное молчание — молодой хакер и опытный координатор, успешно завершившие свою часть операции. Тем временем около Театра Елисейских Полей в центре Парижа уже стоял Ферстаппен. Он был одет в элегантный черный костюм, который так любезно оставил Ландо в сумке, прикрепленной к скутеру. Прислонившись к стене, Макс с легкой усмешкой наблюдал, как в нескольких метрах от него Леклер, также в безупречном темно-синем костюме, передавал ключи от красной Феррари парковщику. Шарль, получив от служащего номерок, повернулся и заметил Макса. Их взгляды встретились, и губы Шарля тронула едва заметная улыбка. Он подошел к Максу, непринужденно поправляя манжеты рубашки. — Какой прекрасный день для культурного обогащения, — произнес Шарль достаточно громко, чтобы его могли услышать проходящие мимо люди. Он протянул Максу два билета на спектакль — еще одна предусмотрительная деталь от Ландо, оставленная в бардачке машины. — Действительно, — согласился Макс, беря Шарля за руку жестом, который выглядел как обычное проявление близости для окружающих, но служил также способом проверить, что его пульс нормализовался после адреналинового выброса. — Ты выглядишь великолепно. — Ты тоже, — ответил Шарль, и в его глазах промелькнул озорной блеск. — Особенно учитывая обстоятельства. Они направились ко входу в театр, где уже собралась небольшая очередь из элегантно одетых парижан и туристов. Вокруг них бурлила обычная жизнь города — такси подъезжали и уезжали, туристы делали селфи на фоне красивого фасада театра, официанты соседнего кафе расставляли столики на террасе. Стоя в очереди, они невольно услышали взволнованные перешёптывания пары перед ними: — Ты слышал? Кто-то ограбил Лувр час назад! — взволнованно говорила женщина своему спутнику. — Моя подруга работает в кафе напротив, говорит, вся полиция на ушах. — Серьезно? — удивился её компаньон. — Что украли? — Какие-то драгоценности королевской семьи из галереи Аполлона. Говорят, стоимостью в десятки миллионов! Макс и Шарль обменялись быстрыми взглядами, сохраняя невозмутимые выражения лиц. — Как интересно, — прокомментировал Макс, слегка сжимая руку Шарля. — Мир полон сюрпризов. — Определенно, — согласился Шарль. — Впрочем, я уверен, что полиция быстро найдет виновных. Женщина перед ними обернулась: — Сомневаюсь! Говорят, это были настоящие профессионалы. Проникли через окно и исчезли за считанные минуты. Как в фильмах! — Звучит захватывающе, — вежливо улыбнулся Шарль. — Надеюсь, это не повлияет на наш спектакль. — О, вряд-ли, — ответила женщина. — Хотя город наверняка будет бурлить обсуждениями. Не каждый день грабят Лувр! Очередь продвинулась вперед, и они подошли к контролеру, который проверил их билеты и пропустил внутрь. В элегантном фойе театра, под звуки негромкой классической музыки, Макс наклонился к уху Шарля и прошептал: — Как думаешь, Алонсо уже в курсе? — Уверен, что да, — так же тихо ответил Шарль. — И представляю его лицо в этот момент. Они прошли в зрительный зал и заняли свои места в ложе, откуда открывался превосходный вид на сцену. Макс оглядел заполняющийся зал: — Знаешь, я начинаю ценить идею Ландо с театром. Лучшего алиби не придумаешь. — Он оказался удивительно хорош в планировании отходов, — согласился Шарль, открывая программку спектакля. Свет в зале начал медленно гаснуть, сигнализируя о начале представления. Шарль повернулся к Максу и негромко произнес: — Что ж, наслаждайся шоу. День был достаточно насыщенным. Макс только кивнул, устраиваясь поудобнее в бархатном кресле. Занавес поднялся, и на сцене начался спектакль — классическая французская пьеса, которая, судя по программке, должна была длиться три часа. Первый акт Макс еще пытался следить за сюжетом, хотя его французский оставлял желать лучшего. К середине второго акта он уже боролся со сном, периодически получая легкие толчки локтем от Шарля, когда его голова начинала опасно клониться вперед. К третьему акту он держался исключительно на силе воли и кофе, купленном в антракте. Когда наконец занавес опустился и зал взорвался аплодисментами, Макс с трудом сдержал вздох облегчения. Шарль, напротив, выглядел воодушевленным и с энтузиазмом аплодировал. — Ты действительно наслаждался этим? — шепнул ему Макс, когда они поднялись со своих мест. — Это была великолепная интерпретация классики, — ответил Шарль с легкой улыбкой. — Но твое выражение лица во время третьего акта было даже занимательнее. Они вышли из театра вместе с толпой зрителей, обсуждающих представление. Парижский вечер встретил их прохладным ветром и огнями города, зажигающимися в сумерках. Получив ключи у парковщика, Шарль занял место водителя, а Макс с облегчением устроился на пассажирском сиденье. Как только они выехали на дорогу, Макс наконец позволил себе расслабиться и высказать накопившиеся эмоции: — Клянусь, это был первый и последний раз, когда я согласился смотреть три часа на такую скукотищу, — проворчал он, ослабляя галстук. — Я бы предпочел еще раз ограбить Лувр, чем высидеть еще один такой спектакль. Шарль рассмеялся, умело маневрируя в вечернем трафике: — Не драматизируй. Тебе было полезно приобщиться к высокому искусству. — Высокое искусство? — фыркнул Макс. — Я даже не понял, о чем была пьеса! Они три часа разговаривали на французском о каких-то чувствах, а потом главный герой умер. Или не умер? Я, честно говоря, не уверен. — Он не умер, — терпеливо объяснил Шарль. — Он нашел смысл жизни в служении обществу после потери любимой. — Да, конечно, это многое объясняет, — саркастически заметил Макс, проверяя сообщение на телефоне. — Кстати, от Джорджа пришло сообщение. Они с Кими уже улетели на частном борте. Нам нужно поторопиться. Шарль кивнул и прибавил газу. Феррари элегантно обогнал ряд машин и свернул на скоростную дорогу, ведущую к аэропорту Шарль-де-Голль. — Как думаешь, что будет с Алонсо? — спросил Шарль, переключая передачу. Макс усмехнулся: — Я думаю сейчас ему будет не до нас. Не стоит переживать. — А документы? — спросил Шарль, проезжая под мостом, освещенным оранжевыми фонарями. — Останутся у нас, — твердо сказал Макс. — Это наша страховка. И возможно, когда-нибудь... наш билет к еще более крупной игре. Вскоре они подъехали к частному терминалу аэропорта. Оставив машину на парковке, они прошли к стойке регистрации частных рейсов. — Добрый вечер, — вежливо поздоровался Макс с сотрудницей. — Я Кристиан Хорнер, у меня забронирован рейс до Монако. Сотрудница сверилась с компьютером и кивнула: — Да, мистер Хорнер, все готово. Ваш самолет уже ждет вас. Пожалуйста, следуйте за мной. Она провела их через отдельный коридор для VIP-пассажиров прямо к выходу на летное поле, где стоял элегантный частный джет с работающими двигателями. — Приятного полета, — пожелала сотрудница и удалилась. Шарль улыбнулся, поднимаясь по трапу вслед за Максом: — Кристиан Хорнер? — тихо спросил он. — Кто такой этот Хорнер? Опять очередной миллионер, чью личность ты решил позаимствовать? Макс пожал плечами, на его лице играла довольная улыбка: — Какой-то владелец гоночной команды Формулы-1, — небрежно ответил он. — Ничего особенного, просто у него хороший кредитный рейтинг и доступ к частным джетам по всей Европе. — И он, конечно, понятия не имеет, что сегодня летит из Парижа в Монако, — усмехнулся Шарль, проходя в салон самолета.