Когда монстр учится любить

***

— Оти, сынок, привет! Как у тебя дела? — радостный голос папы раздался в трубке. — Привет, пап. У меня всё хорошо. Собираю вещи, планирую на лето к вам приехать, — ответил я, улыбаясь. — Наконец-то! Мы уже соскучились по тебе, — даже сквозь расстояние я почувствовал отличное настроение родителей. — Приеду после обеда, но точное время пока не знаю, — пояснил я. — Хорошо. Мы тебя ждём, — сказал папа и завершил звонок.

***

Я положил телефон на тумбочку и продолжил собирать вещи. Возможности приезжать к родителям у меня появлялись не так часто. Наконец-то закончив все свои дела, я решил приехать к ним на всё лето. Можно сказать, взял длительный отпуск. Мои родители, Отто и Тит, жили в соседнем небольшом городке. Добираться до него было не самым приятным занятием. Если брать вариант поездки на автобусе, то на дорогу ушло бы примерно четыре часа. На машине было бы побыстрее – часа три. Хорошо, что год назад я купил машину, а до этого сдал на права. Сложив последние вещи в сумку, я выдохнул. Сумок получилось три. Хотя я и планировал брать всё самое необходимое, половину места занимали вещи кошки и её переноска. Оставлять Боню одну в квартире я бы не стал: соседи не могли, а просить больше было некого. Проверив все розетки и воду, я принялся выносить вещи к машине. Справившись в два подхода, я загрузил всё в машину. Переноску я поставил на переднее сиденье, чтобы сзади с ней ничего не случилось. Включив негромко музыку, я отправился в путь. За всё время поездки ничего не произошло, и к половине четвёртого я въезжал в городок. Дом родителей находился рядом с окраиной. В радиусе которого постепенно начинался небольшой лес, а ещё дальше — горы. Наконец знакомая крыша родного дома показалась в паре метров от меня. Я подъехал к дому, и ворота открылись, давая мне заехать во двор. Как только я вышел из машины, ко мне подошли папа и отец. Лицо отца не выражало ни единой эмоции. Он считал, что они бесполезны, но под давлением папы иногда их демонстрировал. — Оти, — папа обнял меня, а отец обнял нас всех вместе. — Как ты вырос. — я кивнул. — Мы так скучали. — Я знаю, поэтому и выделил целых три месяца, чтобы побыть с вами, — с лёгкой улыбкой произнёс я. — Отто, помоги сыну вещи домой занести. Кстати, твоя комната в прежнем состоянии, на втором этаже, — папа открыл дверь переднего сиденья. — Ты ещё и Боню привёз. Как мило. Папа взял переноску и отправился в дом, а мы с отцом взяли сумки из багажника и пошли за ним. По дороге отец расспросил про меня, про личную жизнь, а мне-то и рассказывать нечего. — У меня в целом всё нормально. Ничего фантастического не происходило, — сухо ответил я с ноткой сарказма. — Что насчёт девушки? — поинтересовался он. — Ничего. У меня друзей не особо много, что там про девушек, — с грустинкой произнёс я. — Ну ничего, найдёшь ещё своё счастье, — весело ответил отец, а я кивнул. В детстве я очень любил гулять с друзьями, но с возрастом это желание начало пропадать, как и друзья. Все разъехались по другим городам. Лет с пятнадцати я стал интровертом, но мне от этого не было плохо. Родители тоже не особо вмешивались в мою личную жизнь. — Я смотрю, ты фотоаппарат привёз, — заметил отец, ставя сумки на пол. — Ага. Иногда занимаюсь фотографией, — ответил я. — Сделаешь нам пару снимков? Распечатаем на большом формате и повесим где-нибудь в комнате, — попросил папа, открывающий переноску. — Боня, привет. Услышав знакомый голос, кошка осторожно выглянула из переноски. Она уже жила здесь, потом вместе с переездом я забрал её с собой. Увидев папу, она окончательно вышла, потянулась и начала ластиться к нему, а тот не переставал гладить её. Мы с отцом смотрели на эту картину и умилялись, ведь в душе папа был ещё тем ребёнком. — Мы с Оти отнесём вещи наверх, — отец взял сумки и направился на второй этаж, а я последовал за ним. — Ну, располагайся, — он оставил вещи, закрыл дверь и ушёл вниз. Воспоминания из детства нахлынули приятной волной. Именно в этой комнате семь лет назад я впервые познакомился с Бонней. Пришлось сделать небольшую уборку, ведь родители сюда нечасто заглядывали. С лёгким мандражем перед тремя месяцами, проведёнными у родителей, я лёг на кровать. Потолок украшали небольшие звёзды, которые светились ночью. Они помогали, когда мне было страшно. Постепенно я разложил вещи и спустился вниз. Желудок требовал еды. Папа и отец сидели в гостиной перед телевизором, а рядом с ними вальяжно расположилась Боня. — Па-ап, а есть что-нибудь поесть? — поинтересовался я, заходя на кухню. — В холодильнике картошка с курицей. Можешь разогреть, — послышался ответ папы. — Хорошо, спасибо, — громко поблагодарил я и открыл холодильник. Глаза сразу нашли и картошку, и курицу. Разогрев порцию в микроволновке, я принялся за трапезу. В планах на вечер была прогулка по городу или где-нибудь ещё, чтобы сделать красивые фотографии до темноты. Поэтому долго с едой я не возился: быстро помыл тарелку и ушёл собираться. Я переодел кофту на более свободную, в сумку положил телефон, фотоаппарат, наушники и спустился вниз. — Я пойду прогуляюсь, — предупредил я. — Хорошо. Будь на связи, — произнёс папа. Я кивнул, надел обувь и вышел из дома. Пройдя немного по городу, я решил прогуляться в лес, ибо в городе мне не осталось ничего интересного, и я хотел посмотреть на горы вживую, а не на картинке. Путь до них у меня занял примерно минут сорок. Добираться было просто, но вот залезть наверх пришлось постараться, но я смог. Вид с них открывался просто прекрасный. Я достал фотоаппарат и сделал пару снимков, а затем развернулся в сторону города, откуда вид был ещё краше. Но чем дольше я находился в этом красивом месте, тем сильнее усиливалось чувство, что за мной кто-то следит. И в один момент, резко повернувшись, я увидел его. — Что ты? Отвечай, быстро! — потребовал я. Передо мной был довольно высокий и крупный парень, не похожий на человека. Глаза его были чёрными, с красными зрачками, на голове два козлиных рога, а сам он летал. — Я? — удивился он. — Это я у тебя должен спрашивать, кто ты? — его голос был холодным. — Я призрак, охраняющий это место довольно длительное время. А теперь ты мне скажи, как ты сюда попал? — Я просто хотел посмотреть горы, — ответил я таким же тоном. — Хочешь, кое-что скажу? — призрак кружил в воздухе вокруг меня, а потом, словно сев на стул, продолжил: — В этом месте живёт бог, и сюда никто не ходит, потому что после появления здесь кого-либо он сразу же будет убит, — непринуждённо констатировал призрак. Я впал в ступор. Как умереть? Я ведь только приехал сюда. Взгляд опустился вниз. — Но если здесь есть бог, как ты используешь свою магию? — резко произнёс я. — Я не человек и не волшебник, — спокойно ответил он. — Вы понимаете? — У тебя какая-то цель, ведь так? — шестерёнки в голове закрутились. — А ты догадливый, — он улыбнулся, хотя улыбка больше походила на оскал. — Да, у меня есть цель. — Призрак резко ушёл сквозь землю. Меня это насторожило. Я огляделся. Нигде его не было. Но вдруг меня резко схватили за шиворот и подняли над землёй. Я сразу понял, это он. Я стал сопротивляться, но он держал меня крепко. Высоко поднявшись, он отпустил меня, и я полетел вниз. Я попытался использовать магию, но ничего не получалось. «Вот чёрт!» Мельком взглянув на призрака, я заметил на его лице смятение. Расстояние до земли стремительно уменьшилось, и я с силой приземлился на камни. Тело пронзила острая боль. На секунду я потерял сознание, но мне удалось очнуться. Изо рта текла кровь, а на месте, где я приземлился, уже образовалась лужа. Призрак спокойно спустился с неба ко мне. — А сегодня, однако, счастливый день. Я могу поиздеваться над беспомощным волшебником. — В его глазах горел азарт. Я ничего не мог сделать. Тело болело. Он подошёл ближе. — Ты так легко вошёл сюда и также легко был мною повержен. — Призрак усмехнулся. — Как же это прекрасно, быть сильнее других. Скажи-ка мне, волшебники правда долго живут и даже в таком состоянии могут говорить? — он убрал руки за спину и наклонился. Мне хотелось ему врезать, но сил не было вообще. Призрак стал с силой наступать на меня, а я заливался кашлем и задыхался от крови. Он смотрел на меня и только улыбался. В итоге от сильной боли я потерял сознание. Что со мной происходило потом, я не знал, но пришёл в сознание я в каком-то доме. Сначала всё было темно, но прикоснувшись к лицу, я почувствовал, что на мне повязка. Приподняв её, в затылке отозвалась сильная боль. Я осмотрелся. Комнатка была маленькая. В ней были кровать, диван, книжный шкаф и небольшое окно. Я встал с кровати. Голова немного кружилась, но я не обратил на это внимания. Двери здесь были низкие, поэтому мне приходилось наклоняться. Пройдя по коридору, я нашёл выход на улицу. Солнце ярко светило в небе. Домик находился на поляне рядом с рекой. На берегу был небольшой пирс, на котором кто-то стоял. Я пригляделся. Этим человеком оказался дедушка. Он ловил рыбу. Оглянувшись, он заметил меня. — Зачем ты вышел? Тебе надо отдыхать и набираться сил, — дедушка подошёл ко мне и повёл обратно в дом, в мою комнату. — Ложись и отдыхай, — он указал на кровать, но я продолжал стоять. — Я кому сказал, ложись и отдыхай! — под его строгим тоном я сдался и сел на кровать. — Я поймал немного рыбы и хочу приготовить её для тебя, — дедушка вышел из комнаты и закрыл дверь. Я ощупал голову в месте боли. От прикосновений стало больнее, и я поморщился. Чтобы скоротать время, я попытался уснуть, но ничего не получилось. Поэтому я решил выйти на улицу и освежиться. Меня привлёк пирс, на котором я встретил дедушку. Услышав за спиной шаги, я обернулся. Это был дедушка. Он что-то махал мне. Наверное, просил подойти ближе. Как только я подошёл, мужчина прошёл в дом. Он был в моей комнате, где меня ждал ужин. От вкусного аромата в животе заурчало, и я принялся за трапезу. — Кто вы? — поинтересовался я, делая глоток чая. — Тот, кто спас тебя, — ответил он. — А как зовут тебя, откуда ты? — Я... — я запнулся. — Я ничего не знаю. — Ты действительно ничего не помнишь? — дедушка удивился. — Я не знаю, но кто ты? — я опустил взгляд, а потом снова поднял его, глядя на мужчину. — Просто называй меня дедушкой, — после паузы ответил он. Я кивнул. — Мне надо собрать грибов для ужина, так что меня не будет, а ты отдыхай. — дедушка по-доброму взглянул на меня и удалился из комнаты. Я сделал, как и просил дедушка, немного подремал. От постоянного лежания тело стало ныть, и я решил выйти на улицу. Подходя к двери, я услышал чьи-то голоса. Как только я открыл дверь, то увидел дедушку и какого-то парня, летавшего над землёй. Увидев меня, он замолчал и опустился на землю. В его глазах читалось удивление. Он пристально наблюдал за мной. — Это мой внук. Мы можем поужинать вместе, — дружелюбно предложил дедушка. Парень прищурился. — Кто он? — поинтересовался я. — Он спас мне жизнь, как я тебе, — дедушка улыбнулся и прошёл в дом, оставив нас с парнем вдвоём. — Пошли, — я отправился за дедушкой. Когда я обернулся, то заметил, что он не может пройти в дверь — она была слишком маленькой. Парень развернулся и удалился. Я пошёл за ним, но его уже не было. Пришлось вернуться обратно. Но, зайдя в комнату, я увидел его, сидящего на диване. На моём лице промелькнуло удивление. — Иди сюда, — он указал на кровать, куда я сел. — Ты узнаешь меня? Я стал рассматривать его, как вдруг зашёл дедушка и сел рядом с парнем. — Я не думаю, что у вас сложится разговор, ведь парень потерял память, — пояснил мужчина. — То есть он ничего не помнит? — удивлённо поинтересовался парень. Дедушка кивнул. — Расскажи ему о себе, — мужчина головой указал на меня. — Как тебя зовут? Ты живёшь где-то здесь? — начал я. — Я Фара. Здесь я не живу. И я не живу, а существую. Я не человек, — пояснил он и резко приблизился ко мне, потом сел обратно. Я удивлённо разглядывал его. Фара спокойно сидел и наблюдал за мной. — Мальчики, еда готова, — дедушка принёс нам еду. Я взял тарелку с ложкой. Неожиданно я закашлял, заставляя рёбра заболеть. А потом чихнул, выпуская тарелку из рук, которая случайно прилетела на Фару. Теперь его пиджак был испачкан. Он со злостью посмотрел на меня. Дедушка попытался что-то исправить. — Пошли, — он повёл Фару в другую комнату, а я направился за ними. — Я хотел бы... — начал я, но парень прервал меня. — Заткнись, — грубо произнёс он, снял пиджак и передал мужчине. — Я выстираю это до завтра. Но ни одна из моих вещей тебе не подойдёт, — дедушка взял пиджак и ушёл. Мы снова остались вдвоём. Взгляд был прикован к полу. Смотреть на Фару было немного стыдно. Он поднялся вверх и прошёл сквозь крышу. Я проследил за ним, задержав взгляд на пару секунд, и отправился спать. Во сне мне показали то, что случилось со мной до того, как я оказался у дедушки. Только это было на уровне кошмара. Я вспомнил, как Фара поднимал меня и бросал об землю. Я резко вскочил с кровати. В глазах — ужас. Я заметил Фару на диване с подлой улыбкой. Ужас сменился гневом. Хотелось отомстить ему за всё. Только я хотел ударить, как он прошёл сквозь стену. Я быстро выбежал на улицу. Фара был рядом с дедушкой. — Иди сюда! — злобно крикнул я и кинулся к нему. Парень невысоко взлетел, но я смог прыгнуть и схватить его за ногу, повалив на землю. Он опять взлетел, но я, с помощью магии, схватил его за ногу и потянул на себя. Вдруг за мной появилась чёрная рука и схватила за руку, начиная дёргать, от чего начал дёргаться и Фара. Ногу его пришлось отпустить и воткнуть в чёрную руку копьё. Она меня отпустила, и я снова схватил Фару за ногу. Походу, слишком сильно потянул на себя, что он снёс меня бедром. Я поднял голову. Парень притянул меня к себе за горло, но я ударил его коленом прям в пах, от чего он меня отпустил. Слева опять появилась рука и схватила меня. Я вновь освободился с помощью копья и направил магию в парня, но он увернулся. Мы так и продолжали атаковать друг друга шипами и копьями, пока дедушка не вмешался. Он ударил нас в районе шеи, от чего мы оба упали. Я вновь очнулся на кровати. Дедушка стоял надо мной и наблюдал. — Дедушка, что случилось? Где он? — я резко вскочил с кровати и выбежал из комнаты. Я заметил Фару возле двери на улицу. Он обернулся. Я набросился на него. — Стой, надо поговорить! — мы начали драться. В итоге я повалил его на диван и связал руки. — Бесполезно сопротивляться! — Твоё лицо отличается от твоего характера. Ты довольно милый, — Фара ухмыльнулся. — Не меняй тему, — зло проговорил я. — Где мои вещи? — парень встал, а я немного отошёл. — Знаешь, кого ты мне напоминаешь? — Фара сделал паузу. — Ты похож на Пикачу. — Заткнись, тупой козёл! — злость так и кипела во мне. Я вновь накинулся на него. Но Фара не стал отвечать, а повторил движения вальса. Мы застыли в одной позе на вытянутых руках. Фара держал меня, не давая упасть. Но как только появился дедушка, он отпустил меня, и я упал рядом с креслом. — Вы двое — два взрослых парня, а ведёте себя как дети. Поговорите спокойно, — голос дедушки был строгим. Повисло молчание. Фара прошёл сквозь стену и полетел обратно. Я хотел его остановить, но не получилось. От обиды я сел в кресло и сжал волосы. — Он ещё вернётся, — дедушка приобнял меня. — Он забыл свой пиджак. Я просто взглянул на мужчину и ушёл в комнату. Был вечер, и меня клонило в сон. — Козёл? Дедушка? — я только что проснулся. Рядом никого не было. Я встал и направился на улицу. — Дедушка? — мужчина выглянул из-за угла. — Он ещё не вернулся? — Нет, тот мальчик ещё не вернулся, — он отрицательно покачал головой. — Его пиджак висит там, — я заметил его, висящим на вешалке на ветке. Я направился за ним. Как только я снял его, за спиной появился Фара. — Отдай, — он приблизился ко мне, но я убежал. — Давай поговорим, и я верну тебе пиджак. — я надеялся на разговор, но на его лице читалось, что он этого не хочет. Я уже приготовился использовать магию, но к нам подошёл дедушка. — Всё, никаких ссор. Он хочет поговорить с тобой на мирной территории, — мужчина посмотрел на парня. Тот выдохнул и взглянул на меня. Дедушка немного отвлёкся. К нему пришёл сын с детьми. Уловив момент, мы выскользнули оттуда. Фара первым применил магию, а потом я. — Ну я же сказал, не драться, — устало произнёс мужчина, и мы прекратили. — Кто это, папа? — сын с удивлением смотрел на нас. — Один спас мне жизнь, — он указал на Фару, — а другого спас я, — он указал на меня. — Пикачу! — радостно произнёс маленький мальчик. Фара засмеялся, а я зло посмотрел на него. Дедушка с сыном и внуками прошли в дом, а мы остались на улице. Я протянул Фаре пиджак и собрался уходить. — Твои вещи на горе. Там, где ты и упал, — неожиданно ответил Фара. Я обернулся. — Ты сможешь вернуть мне их? — поинтересовался я. — Нет, но могу доставить до них, — он улыбнулся. — Серьёзно? — он кивнул. — Подожди немного, я переоденусь. — он вновь кивнул. Я убежал в дом. Моя одежда находилась в шкафу. Я быстро переоделся и побежал к дедушке. — Спасибо, что помогли. Я вернусь, — я обнял мужчину. — Пожалуйста. Приходи обязательно, — он улыбнулся. Я выбежал на улицу. — Я готов, — Фара взял меня на руки, и мы взлетели вверх. Этот жест немного смутил меня, но виду я не подал. Вскоре мы оказались в горах. Я заметил свою сумку и указал на неё. Мы приземлились рядом с ней. Фара поставил меня на ноги, и я стал проверять содержимое. Телефон, наушники и фотоаппарат — всё было на месте. Телефон был разряжен. Отец меня точно по головке не погладит. — Спасибо. — Ага, а теперь проваливай, Пикачу, — на последнем слове он смягчился. — Горный козёл, — я ухмыльнулся и побежал домой. До дома я добежал за двадцать минут. Руки немного дрожали. Я открыл дверь и зашёл в дом. — Пап, отец? — Оти! — папа первым выбежал из гостиной и обнял меня. — Где ты был? Тебя целую неделю почти не было! — Постарайся-ка объяснить, — отец ударил по затылку. Голос его был холодным и безэмоциональным. — Сначала я был в городе, но мне стало скучно, и я решил сходить в горы. Но там... — лицо отца вмиг исказилось. — Отец? — Куда ты ещё раз ходил? — теперь он был напуган. — В горы. — этот вид пугал меня. — Тебя же могли убить! Не смотря на то, что ты маг, — резко произнёс отец. — Кто бы туда ни пошёл, никто не возвращался. Фара очень жесток. — Да, я это уже понял, — понуро сказал я. — Но меня спас дедушка. — Спасибо этому дедушке, — мягко произнёс папа. — Оти, не ходи туда больше, пожалуйста. Мы очень сильно переживали. Нам не хочется терять своего единственного сына. Да и тем более, ты только приехал. — Я ближайшие несколько дней никуда выходить не буду, — успокоил я родителей. — А откуда ты знаешь Фару? — Приходилось иметь с ним дело, — отмахнулся отец. — Иди отдохни и сходи в душ. Я кивнул и ушёл в комнату, взял чистые вещи и направился в душ. Я хорошенько расслабился в душе, а потом и в кровати. Ближайшие несколько дней я сидел дома и отходил от произошедшего. Не каждый день летом тебя пытаются убить. Всё наладилось. Почти. На третий день я стал замечать Фару: то у себя в комнате, то за окном, то где-то на улице. Это казалось мне странным. Он всегда просто наблюдал за мной и ничего не делал. И взгляд его был не суровый и злой, а мягкий. По нему было видно, что он не причинит мне вреда. Когда я пытался подойти к нему, он всё время уходил. Но потом он перестал приходить. Я почувствовал, что с ним что-то случилось, но не рисковал появляться в горах снова. Одним утром я обнаружил Фару у себя в комнате. Он лежал на ковре без сил. Пиджак его лежал на моём кресле, а на рубашке проявлялись пятна крови. — Фара, что с тобой? — я опустился перед ним на колени. Он дышал, и слава богу. В медицине я был не силён, но папа хорошо в ней разбирался, поэтому пришлось обратиться к нему. Он был один на кухне и готовил завтрак. Отец любил поспать подольше. — Пап, доброе утро. Можешь помочь? — я с надеждой посмотрел на него. — Доброе, Оти. Конечно, а с чем помочь? — поинтересовался папа. — Пошли ко мне в комнату, — попросил я. Папа выключил плиту, и мы поднялись ко мне. — Ему нужна помощь. — Боже мой! — он вскрикнул от увиденного. — Что он тут делает? — Я всё объясню, только помоги, пожалуйста, — взмолился я. — Хорошо. — Папа принялся за обработку раны, а я рассказывал о нашей встрече, о дедушке, о том, что он сделал, как вернул меня обратно. — Всё, я закончил. Теперь ему надо отдохнуть, — подытожил папа. — Спасибо, — я обнял его. Я сам не знал, почему ему помогаю. Ведь он так подло поступил со мной. Но и его понять можно: он охранял территорию. — Пожалуйста, пошли завтракать, — папа помог мне встать, и мы спустились на кухню. Через несколько минут к нам присоединился отец. — У меня предчувствие, что в нашем доме кто-то посторонний, — он нахмурился. — Вам не кажется, — раздался голос Фары из-за спины отца. — Фара, ты что тут делаешь? — обеспокоенно спросил я. Вид у него был не из лучших: торс, часть груди и кисти были перевязаны бинтами. Ладно, хоть штаны на нём были. — Нет, это я должен спросить у него, что он тут делает, — разозлился отец, призывая копьё. Фара спокойно стоял и не двигался. — Оти, я больше не принадлежу тем горам. Теперь я могу спокойно выходить за их пределы. Я не могу без тебя, — я опешил. Фара — жестокий и холодный призрак — признавался кому-то в чувствах. Лицо его не изменилось, лишь на щеках выступил лёгкий румянец. — Что ты только что сказал? — отец уже был готов наброситься на него, но папа его остановил. — Отто, дай им поговорить. Им это важно, — папа увёл отца из кухни, а я одобрительно кивнул. — Давай в комнате поговорим, — предложил я и стал подниматься, а Фара — за мной. — Что всё это значит? Сначала ты следишь за мной, избегаешь меня, потом неожиданно появляешься в подобном виде у меня в комнате, а сейчас говоришь, что жить без меня не можешь? — резко выпалил я, как только закрыл дверь. — И потрудись объяснить, кто смог сотворить с тобой такое, — я ещё раз окинул Фару взглядом. — Это всё Гвен, — ответил Фара.

***

Я приближался к горам. Уже издалека заметил Гвен. Она задумчиво сидела и смотрела вдаль. Я подлетел к ней и поклонился. — Фара, я хочу узнать, где ты всё время пропадаешь? — холодно поинтересовалась богиня. — Каждый день в одно и то же время тебя нет на месте. — Девушка прищурилась. — Я наблюдаю за соседним городком, — не стал врать я, призрак. — Ах вот оно как! — воскликнула Гвен, призывая своё оружие. — Значит, ты вот так просто сознаёшься в своих проступках! — Она замахнулась и со всей силой ударила по мне. Я мигом отлетел и ударился о гору. Сильная боль отозвалась в груди. — Ты не просто так ходишь туда. Кто там живёт? — Её гнев только возрастал. — Там живёт один парень, который однажды забрёл сюда, и я с ним расправился, — ответил я, уворачиваясь от очередного удара. — Но он выжил. Я хотел убить его до конца, но... не смог. Он был очень милым. — Мои щёки немного покраснели. — Твой долг — защищать это место. Ты не имеешь права давать слабину! — Гвен опять замахнулась, но я остановил её, оказавшись прямо перед её лицом. — Гвен, я понимаю, виноват. Но я устал так жить, — я старался выглядеть спокойно. — Все имеют право на счастье. Я отрекаюсь от должности защитника этого места. Богиня нанесла удар. Меня вновь откинуло, и я с силой ударился о скалу. Перед последним ударом я просто провалился сквозь землю.

***

— Оти, — Фара подошёл сзади и обнял меня. Я пытался вырваться, но его хватка была крепкой. Щёки залились краской. Меня ещё никто не обнимал сзади. — Когда я рядом с тобой, моё сердце бьётся сильнее. И я не знаю почему, — Фара сделал паузу. — Позаботься об этом сердце. Оно не выдержит, если ты бросишь его и уйдёшь. — пауза. — Ты согласен, Пикачу? Я вырвался и хотел слегка ударить Фару, но он перехватил руку и притянул к себе. Его губы впились в мои сладким и жадным поцелуем, словно он ждал этого момента всю жизнь. — Согласен, горный козёл, — поцелуй вновь повторился. Жадный и требовательный, но мягкий и нежный. Кровь прилила к щекам. Дыхание замерло. В этот момент я понял, что я тоже не смогу без этого парня. Мы отстранились друг от друга. — Пошли завтракать, — предложил я и потрепал Фару по волосам. Мы спустились на кухню. Папа и отец уже ждали нас за столом. Взгляд папы напоминал прицел, готовый выстрелить в любой момент. — Итак, Фара. Как я понял, наш сын понравился тебе и... — он сделал небольшую паузу, и его тон смягчился, — ...и я не против, чтобы вы были вместе. — Спасибо, — Фара поклонился перед отцом. Чтобы услышать такое от него, надо было заслужить. Мы спокойно позавтракали и снова вернулись в комнату. Фара закрыл дверь на замок и повалил меня на кровать, вовлекая в поцелуй. Страсть и буря эмоций были заложены в него. Наши губы сплелись в очередном поцелуе, страстном и требовательном, но в то же время нежном. Я чувствовал, как мое тело отзывается на его прикосновения, как дрожь пробегает по коже. Фара медленно перевернул меня так, чтобы я оказался под ним, его взгляд, полный смешанных чувств – желания, нежности и чего-то ещё, чего я не мог пока понять – приковал меня к себе. — Ты уверен, Оти? — прошептал он, его голос был хриплым. — Я могу быть опасен. Я не человек, и моя сила... она не всегда под контролем. Я смотрел в его глаза, в их глубине всё ещё мерцали красные зрачки, но теперь в них было больше уязвимости, чем угрозы. Я вспомнил тот кошмар, падение, его жестокость. Но потом я увидел его на ковре, израненного, и почувствовал жалость. И сейчас, когда он смотрел на меня с такой мольбой, я понял, что не могу его оттолкнуть. — Я знаю, — ответил я, его рука скользнула по моей щеке, заставляя тело отозваться мурашками. — Но ты спас меня. А потом... ты пришёл. И я тоже не хочу, чтобы ты уходил. — Я поднял руку и осторожно коснулся его щеки, ощущая лёгкую прохладу его кожи. — Позаботься о моём сердце, Фара. Оно уже не выдержит, если ты его бросишь. На его лице появилась лёгкая, искренняя улыбка, которая разительно отличалась от прежнего оскала. Он медленно наклонился, и наши губы вновь встретились, на этот раз более нежно, словно подтверждая нашу новую связь. Его прикосновение теперь было другим – мягким, трепетным, словно он боялся сломать то хрупкое, что только начало между нами расцветать. Его пальцы, еще совсем недавно способные к разрушению, теперь ласково гладили мои волосы, спускались по шее, вызывая волны тепла. Дыхание Фары стало ровнее, но дрожь в его руках сохранялась, и я понимал, что это борьба – борьба с самим собой, с тем, что он называл своей "опасностью". — Я никогда, слышишь, никогда тебя не брошу, Оти, — прошептал он, его губы коснулись моей кожи у самого уха. Голос его был полон решимости, но всё ещё звучал немного неуверенно. — Твое сердце... оно слишком драгоценно. Я бы скорее уничтожил себя, чем причинил ему боль. Его слова, произнесенные так тихо, так искренне, пронзили меня насквозь. Я чувствовал, как спадает последнее напряжение, как открываюсь ему полностью, доверяясь ему, несмотря на всё, что я знал или чувствовал. Наши тела слились в единое целое, и в этот момент не было ни "он", ни "я", только мы. Он снова коснулся моих губ, и на этот раз поцелуй был глубоким, долгим, пропитанным обещанием. В нем не было ни доли той прежней требовательности, только нежность, забота и какая-то необъяснимая благодарность. Я почувствовал, как его грудь прижалась к моей, и его сердцебиение, сильное и ровное, стало частью моего. Когда мы наконец отстранились друг от друга, Фара смотрел на меня, и в его глазах больше не было и следа красного. Только глубокие, бездонные глаза, в которых отражалось моё собственное смятение и зарождающаяся надежда. — Спасибо, Оти, — сказал он, и в его голосе звучало облегчение. — Ты даешь мне шанс. Шанс стать тем, кем я хочу быть. Я улыбнулся, чувствуя, как легкое счастье разливается по венам. — А ты даешь мне прочувствовать всё то, что со мной происходило, ведь до этого я даже не знал, что способен на такое. Мы продолжили лежать в кровати наслаждаясь друг другом. «Неужели я наконец счастлив»