Красота требует жертв?

Квартира полковника Рогозиной соответствовала хозяйке. Лаконично, со вкусом. Дорогая изящная мебель. Ничего лишнего. — Тихонов, не стой у дверей. Мой руки и проходи. Я быстро. Рогозина хозяйничала на просторной кухне. Простой домашний ужин и чай с травами. Ароматный. Настоящий. — Вань, всё что было. Ешь, не стесняйся. Галина Николаевна развела руками. Готовить я не успеваю, да и желания нет, если честно. Она снова невесело вздохнула. — Галина Николавна … Он замер в нерешительности. — Хочешь меня допросить? Как до жизни такой… ? — Мне кажется, Вас уже допросили, товарищ полковник. Женщина кивнула и отвернулась. — Спасибо, Ваня. Спасибо. Прошу прощения. Я соберусь, обещаю… Сейчас бы сигарету. — Сходить? —Нет, Иван. Она остановила его рукой. —Это я так. Тебе тоже…не советую. Голос привычный, строгий. Ваня улыбнулся и положил голову на стол, глядя снизу вверх на Рогозину. Чай пили молча, сидя на подоконнике. Галя в домашнем кимоно и Ваня в футболке и драных джинсках. Под окнами простиралась Москва- вечно спешащая, живая. Весёлая, опасная, счастливая и грустная. «Moscow Never Sleeps» подумал Тихонов и губы растянулись в озорной улыбке. Этот назойливый трек когда-то преследовал Ваню, казалось везде. В первый год работы в ФЭС слышал его из кафе и машин, убегая от Галины Николаевны. Его слышал в маршрутках с лихими водилами. «Я люблю тебя, Москва»…