District 9

Платформа медленно поднялась, выводя Джисона на поверхность огромной игровой площадки. Яркий солнечный свет болезненно бил по глазам, заставляя рефлекторно зажмуриться. Окружающее пространство поражало масштабом: широкие зеленые равнины чередовались с высокими холмами и густыми лесными массивами. Небольшая базовая станция, расположенная в центре круга, притягивала взгляды набором оружия и полезных аксессуаров. Трибуты расположились в тесном кольце, разделённые расстоянием в десяток метров. Сдержанность и подозрительность читались в поведении каждого. Электронный таймер отсчитывал последние секунды до старта состязания.

***

Радостные крики на улице слились в единый гул восторга. Бокалы взлетели вверх, искрясь под холодным светом городских огней. Волнение витало в воздухе, словно предвкушение чего-то невероятного. Люди жаждали зрелища, желали стать свидетелями триумфа или падения. Семья Хана напряжённо смотрели прямую трансляцию, не зная, смогут ли выдержать нагрузку последующих событий. Юджин, застыв перед экраном, сжал пульт в руке. Мама тихонько вздохнула, придвигаясь ближе к нему, будто таким образом могла разделить с ним напряжение момента. Телевизор казался порталом в другой мир, полный страстей и непредсказуемости. Они оба знали, как много поставлено на карту, как много надежд связано с каждым кадром трансляции. Уён, среди тишины полей, чувствовал землю под собой, ее пульсирующую жизнь. Ветер мягко трепал его волосы, словно шептал ободряющие слова. Он искал утешение в этом спокойствии, вдали от безумного шума маленького городка. Лес казался мрачным стражем, молчаливым свидетелем его внутреннего мира. Его взгляд был полон решимости, но в то же время в нем читалась грусть. Этот холм был его убежищем, местом, где он мог остаться наедине со своими мыслями. Сейчас, как никогда, ему нужно было это уединение, чтобы собраться с силами.

***

Джисон судорожно огляделся. Он глубоко вдохнул, стараясь унять дрожь в руках. Сейчас паника - его злейший враг. Он бросил взгляд на ближайших трибутов. В их глазах отражались испуг и решимость, смешанные в гремучий коктейль. Никто не собирался сдаваться без боя. Они будут стоять до конца. Часы отсчитывали последние секунды. Джисон зажмурился, готовясь к неизбежному. В голове проносились обрывки воспоминаний: смех, дружба, надежды… Все это могло закончиться прямо сейчас. Но он заставил себя открыть глаза. Он должен быть здесь, должен сражаться за себя и за свою сестру - Юджин. Ноль. Тишина, казалось, сгустилась, стала почти физическим ощущением. А затем, ад разверзся. Игроки с воем ринулись вперед. Многие трибуты устремились к центральной площадке, намереваясь захватить лучшие образцы вооружения. Остальные решили воспользоваться возможностью, спасаясь бегством. Скованный эмоциями, Хан первоначально воздерживался от активных действий, наблюдая за происходящими изменениями. Минхо, расположенный на дальнем участке круга, направил шаги в сторону лесной полосы, избежав опасности прямого противостояния. Другая группа участников использовала ситуацию, атакуя друг друга различными видами холодного оружия. Девушка из ближайшего участка ускорила темп продвижения, нацелившись на свободный рюкзак. Джисон, заметив отсутствие необходимого набора вещей, решил срочно исправить ситуацию. Метнувшись к запасам, Джисон оказался вовлечён в хаотичную схватку. Резкий прыжок позволил вовремя поймать подходящий рюкзак, предотвратив нападение врага. Пытаясь стабилизировать положение, Хан споткнулся, упав на грунт. Угроза атаки с применением боевого топора возникла внезапно. Спасение пришло неожиданно: меткий удар ножа отправил нападающего в нокаут. Новый враг, девушка с острым предметом, пыталась завершить миссию, атаковав вновь. Укрывшись рюкзаком, Хан временно обезопасил себя, воспользовавшись паузой для быстрого восстановления равновесия. Ускорив бег, Хан устремился в глубь равнинной местности, надеясь достичь безопасной точки. Сердце колотилось как бешенное, каждый удар отдавался в ушах. Джисон несся по полю, не разбирая дороги, только бы подальше от этой безумной девчонки с ножами. Ветер свистел в ушах, а в голове пульсировала только одна мысль: "Бежать, бежать, бежать!". Он оглянулся через плечо, увидел, что она не отстаёт, её лицо искажено яростью, в руке блеснул еще один нож. Нужно было что-то придумать, иначе ему не выжить. Поле закончилось, и Джисон выскочил на узкую проселочную дорогу. Слева виднелся густой лес, справа – бесконечные поля. Без раздумий он свернул в лес, надеясь, что сможет там оторваться от преследовательницы. Ветки хлестали по лицу, корни деревьев предательски цеплялись за ноги, но он продолжал бежать, не сбавляя темпа. В лесу было темно и жутко. Слышались какие-то шорохи, треск веток под ногами. Джисон чувствовал себя загнанным зверем. Он знал, что долго так не протянет. Ему нужно было остановиться, перевести дух и попытаться придумать план. Он присел за большим деревом, стараясь отдышаться. Сердце всё ещё бешено колотилось, но страх немного отступил. Наконец, он достиг глубь леса. Без колебаний, он нырнул в густую тень деревьев, чувствуя, как колючие ветви царапают его лицо и руки. Лес встретил его мрачной тишиной, нарушаемой лишь шелестом листьев и криками далеких птиц. Джисон прислонился спиной к шершавой коре старого дуба, пытаясь восстановить дыхание и собраться с мыслями. Он знал, что это только начало. Не имея конкретной цели, парень углублялся в природные угодья, стремясь минимизировать риски возможных атак. Лесная полоса обеспечила хорошую защиту от преследования. Внезапно столкнувшись с другой жертвой обстоятельств, Джисон ощутил сильную вибрацию удара. Незнакомая девочка, вероятно, испытывавшая аналогичные страхи, испугалась столкновения и мгновенно ретировалась. Озабоченный необходимостью дальнейшего перемещения, Хан возобновил марш-бросок, ориентируясь на географические ориентиры. Джисон бежит по лесу, подальше от лагеря, не заметив, что он бежит по холмику, парень соскальзывает и падает вниз, кувыркаясь по земле. Быстро встав с земли, тот продолжил бег. Сердце бешено колотилось, в ушах звенело от пережитого падения, но страх гнал его вперед, не позволяя остановиться ни на секунду. Он чувствовал на себе преследующий взгляд, ощущал, как воздух вокруг него наполняется опасностью. Джисон не знал, кто или что его преследует, но одно было ясно – оставаться в лагере было смертельно опасно. Возобновив движение, он продолжал путешествие, надеясь обрести безопасное место дислокации. Исчерпав энергию быстрого бега, Хан постепенно замедлил темп движения, стремясь минимизировать усталость организма. Окончательная остановка позволила осмотреть окрестности и подтвердить отсутствие угрозы. Расстегнув лямки рюкзака, парень детально исследовал содержимое упаковки. Первым объектом стал прочный канат длиной примерно два метра. Применимость аксессуара осталась неясной. Вторая попытка выявить полезные элементы привела к разочарованию: фляжка, предположительно содержащая жидкость, оказалась сухой. Кроме основных компонентов, инвентарь содержал второстепенные элементы: защитный дождевик, компактную пружину и коробок со спичками. Тяжело вздохнув, Джисон уставился на предметы, рассыпанные вокруг него на булыжнике. Дождевик казался мрачным предзнаменованием, а пружинка – неуместной шуткой в этой ситуации. Спички… от одной мысли о том, что он может развести костер, теплый и успокаивающий, сердце болезненно сжалось. Но в какой-то глубине души он знал, что это будет опасно, его могут так быстрее найти. Глубокое изучение предметов прерывается неожиданным звуковом сигналом. Официальный пушечный выстрел оповестил о завершении карьеры одного из участников. Хан немедленно перешел к счету погибших, стараясь сохранять спокойствие и концентрацию.

***

Оперативный отчёт профессионального комментатора сопровождался эмоциональной окраской события. — И, конечно, всем знакомый, пушечный выстрел, знак, что очередной трибут пал в бою. — проговорил ведущий. Подробный анализ каждого пушечного сигнала служил дополнительным источником информации для зрителей, усиливая интенсивность восприятия общего хода состязания.

***

Посчитав про себя пять выстрелов свидетельствующих о количестве устранённых конкурентов, Джисон решил сделать кратковременный перерыв. Натуральная красота природы внезапно отвлекла внимание парня. Чёрная бабочка привлекла внимание Джисона, заставив задуматься о хрупкости природного баланса. Кратковременная вспышка положительных эмоций погасла, заменившись реалистичными размышлениями о вероятных угрозах, ожидающих впереди. Осторожно передвигаясь среди кустарниковой растительности, Джисон обследовал почву и листья растений, определяя признаки близости водоёма. Спустя непродолжительное время поиски привели к реке. Умывшись и попив воды, парень наполнил фляжку водой, обеспечивая минимальные потребности организма. Оборвав сухие ветви, он начал изготовление примитивного инструмента для добычи пропитания. Заточив конец деревянной заготовки, Джисон установил примитивную ловушку, целью которой являлось быстрое питание. Узрев подходящую жертву, он запустил конструкцию, добыв необходимое животное. Обустроив небольшой очаг, Джисон занялся обжариванием продукта, периодически проверяя окружающее пространство. Убедившись в отсутствии рисков, юноша ликвидировал следы очага, стремясь сохранить конфиденциальность расположения. Укрывшись в ветвистой части высокого дерева, Хан устроился на горизонтальном сегменте ствола, привязав конечности специальной верёвкой, чтобы не упасть. Расположение позволило качественно изучить территорию, исключив угрозу неожиданного нападения. Засыпая, он услышал необычные шумы, заставляющие сосредоточиться на сохранении бдительности.

***

Контрольная комната командного пункта была насыщена специалистами, управляющими системой видеонаблюдения. Каждая деталь происходящего подвергалась мониторингу и фиксации. Специалисты анализировали поведение персонажей, выявляя слабые и сильные стороны каждого игрока. Наступление ночи означало изменение условий состязания. Организаторы приняли решение продемонстрировать зрителям и трибутам итоги дня. Огромный небесный экран воспроизводил перечень номеров и изображений погибших сегодняшнего этапа. Список "Павших" состоял из пяти позиций: Дистрикт 3, Дистрикт 4, Дистрикт 7, Дистрикт 10, Дистрикт 12. Знак исчез, освободив пространство для дальнейшей активности.

***

Джисон облегчённо вздохнул, удостоверившись, что Минхо нет в списке "Павших". Ночной покой был нарушен слуховыми эффектами. Инстинкты самосохранения сработали своевременно. Увидев отблеск огня, Джисон предположил, что источник тепла предназначен для повышения комфорта других трибутов. Устойчивое положение тела на дереве позволило анализировать возможные варианты развития событий.

Пламя плясало перед глазами, отбрасывая причудливые тени на окружающий лес. Девушка поежилась, придвигаясь ближе к теплу, ее лицо раскраснелось от жара. Звуки потрескивающих дров постепенно заглушали все остальные, но вдруг, как удар грома, ее слух уловил хруст веток. Резко повернувшись, она увидела их. Сначала силуэты казались размытыми, но по мере приближения стали проявляться очертания лиц, одежды, оружия. В их глазах не было ничего, кроме пустоты и холодного расчета. Лица не выражали ни злобы, ни жалости, только какую-то непонятную отрешенность. Парень, выделявшийся среди остальных своей уверенной осанкой, подошел ближе. Он улыбался, но эта улыбка не трогала души, она казалась зловещей маской. В руке у него блеснул предмет. Нож. Обычный перочинный ножик, с деревянной рукояткой. Улыбнувшись, лидер команды передал орудие возмездия помощнице. Мгновенный удар оборвал жизнь жертвы. Громкий крик разбудил обитателя ближайших территорий. Услышав пушечный сигнал, Хан автоматически сменил позицию, стараясь минимализировать возможность обнаружения.

***

— Итак, 13 погибших трибутов за 8 часов. И, кажется, некоторые трибуты сформировали союз. — проговорил ведущий.

***

Задержав дыхание, Джисон внимательно следил за продвижением враждебной группы. Общение злоумышленников представляло собой смесь сарказма и цинизма. — Вы видели эту рожу? — насмешливо произнес парень. — «Ой, не убивайте меня. О, нет!» — усмехнулась девушка, повторяя слова погибшей. Самодовольный смех распространился среди компании, повышая уровень агрессии и жестокости. Продолжая наблюдение, группа достигла промежуточной точки маршрута. — Эй, женишок, он точно сюда пошел? — повернувшись назад, спросил лидер компании. — Ну, мы же видели там его силки. — ответил Минхо, подходя к лидеру. — Смотри у меня. — Может, лучше сразу его убить? — сказала блондинка лидеру, хихикая. — Но тогда мы его никогда не найдём. — ответил парень. Очередная смена направления позволила группе двигаться дальше, минуя местоположение Хана незамеченными. Сердце болезненно сжалось, словно его вырвали из груди и растоптали. Каждая клеточка тела кричала от боли и отчаяния. Как? Как Минхо мог так поступить? Все эти ночи, проведенные вместе, все секреты, доверенные друг другу, все моменты близости – все это ложь? Просто игра? Джисон не хотел верить. Не мог. Перед глазами всплывали обрывки воспоминаний: улыбка Минхо, слова поддержки. Все это казалось сейчас невыносимо фальшивым. Он чувствовал себя использованным, преданным до глубины души. Ярость начала пробиваться сквозь пелену боли. Как он мог быть таким наивным? Как мог поверить в эту маску? Джисон резко поднялся, оттолкнувшись от дерева. Слезы высохли на щеках, оставив горький соленый привкус. Боль, как ни странно, давала силы. Боль подстегивала к действию. Он не позволит себя сломить. Не позволит им найти его. Он выживет, несмотря ни на что. И может быть, когда-нибудь, он узнает, почему Минхо так поступил. Но пока что, единственное, что имело значение – это скрыться. Уйти как можно дальше, запутать следы. Джисон развернулся и побежал вглубь леса, не оглядываясь. Каждый шаг отдавался гулким эхом в голове, напоминая о предательстве. Он должен быть сильным. Ради себя.

***

Технические специалисты оперативно отслеживали перемещения трибутов. Одна из камер зафиксировала движение Джисона в потенциально опасном направлении. — Сэр, он почти на границе. Два километра до ближайшего трибута. — проговорил работник. — Повернем его обратно. — ответил Субин, смотря по камерам на Джисона.

***

Джисон подошел к большому дереву и ловко забрался на его крепкую ветку. Осторожно устроившись среди густой кроны, он достал веревки и аккуратно привязал себя к стволу, надежно закрепив обе ноги, чтобы исключить риск падения во сне. Убедившись, что его положение достаточно устойчивое, парень расслабился и постепенно погрузился в сон, прислушиваясь к спокойному шелесту листьев над головой. Джисон резко открыл глаза, почувствовав запах дыма и ощутив жар на коже. Оглянувшись, он понял, что попал в ловушку: густой дым окутывал всё вокруг, языки пламени стремительно пожирали лес, медленно, но неумолимо двигаясь в его направлении. Сердце забилось быстрее, адреналин хлынул волной. Быстро освобождая ноги от верёвок, юноша спрыгнул с дерева, ударившись обо что-то твёрдое и боль резанула спину. Но некогда было думать о боли — впереди была опасность куда страшнее. Поднявшись на дрожащие ноги, он бросился бежать, пытаясь выбраться из пожара. И тут, совершенно внезапно, прямо перед ним появился огромный огненный шар, несущийся прямо навстречу. Без колебаний Джисон нырнул влево, едва успев увернуться от раскалённого шара. Приземлившись, он вскочил и продолжил бег, слыша позади шум взрыва и треск ломающихся деревьев. Сердце бешено колотилось, лёгкие горели от едкого дыма, но страх придавал сил. Глаза слезились, дыхание сбивалось, но Джисон бежал вперёд, стараясь держаться подальше от всепожирающего пламени.

***

Рабочий сделал глубокий вдох, проверяя оборудование и готовясь к следующему этапу испытания. Его голос звучал спокойно и уверенно, словно привычный ритуал повторялся уже сотни раз: — Второй пошёл, на счёт три… Один, два, три…

***

Джисон стремительно мчался вперед, сосредоточенно глядя перед собой. Вдруг неожиданно, словно из ниоткуда, в сторону парня устремился второй огненный шар. Отражение пламени мигнуло в глазах героя, заставив мгновенно среагировать. Грация движения позволила ему ловко уклониться от опасности, продолжая бежать дальше, не сбавляя темп. Тело напряглось, мышцы работали на пределе возможностей, сердце бешено колотилось, усиливая адреналин в крови. Лицо было напряженным, дыхание учащённым, каждый вдох приносил свежесть прохладного воздуха, разгоняя тепло огня, которое пролетало мимо. Каждый шаг становился частью выживания, каждая секунда значила больше всего мира вокруг.

***

Работник повернулся к Субину и спокойно произнес: — Он движется к левой границе. — Я понял, нарисуй мне там дерево. — Субин кивнул, внимательно следя за происходящим на экране, уверенно отвечая. Рабочий молча согласился, быстро коснувшись пальцем сенсорного экрана. Его пальцы скользнули по поверхности дисплея, создавая виртуальное дерево в заданной области карты. Дерево возникло плавно, почти незаметно появляясь на своем месте, идеально вписываясь в окружающий ландшафт цифрового пространства.

***

Джисон несся сквозь лес, спасаясь бегством от неумолимого пламени. Когда казалось, что опасность миновала, прямо впереди рухнуло горящее дерево, преградив путь стеной искрящихся углей. Парень резко остановился, чувствуя жар на лице, и тут же развернулся обратно, заметив новый огненный шар, приближающийся с противоположной стороны. Однако скорость реакции оказалась недостаточной — огонь успел зацепить его ногу, оставляя болезненный ожог. Парень вскрикнул от боли, теряя равновесие и тяжело падая на землю. Рука инстинктивно потянулась к обожженному месту, стараясь защитить рану, пока паническое осознание приближающейся угрозы вновь заполонило сознание. Подняв взгляд, Джисон заметил третий огненный шар, летящий прямо на него. Времени на размышления не оставалось: собрав волю в кулак, парень рванул вбок, спрыгивая с ближайшего холма и скатываясь вниз вместе с потоком земли и травы. Дыхание перехватило, тело болело, особенно теперь ещё и больная нога мешала двигаться свободно. Но Джисону нельзя было останавливаться — каждое мгновение могло стать последним. Упершись руками в землю, он сумел встать и снова ринуться вперёд, несмотря на резкую боль, прокатившуюся волной вверх по телу. Боль была сильной, но стремление выжить оказалось сильнее. Сжав зубы, парень продолжал бежать, игнорируя страдания, стремясь лишь к одному — выбраться отсюда живым.

***

Работник обратился к Субину, сообщая спокойным голосом: — Он уже на месте. Субин, услышав доклад работника, посмотрел на Люси и сказал с лёгкой ухмылкой: — Люси, приготовь пушку. Его голос звучал спокойно, даже немного игриво, будто играя в какую-то детскую игру. Люси кивнула, готовясь выполнить приказ своего командира, глаза её сверкали решимостью и уверенностью.

***

Тем временем Джисон добрался до реки и, нырнув в холодную воду, позволил себе ненадолго остановиться. Вода омывала его уставшие ноги, слегка облегчая боль и усталость. Парень всё ещё стоял в реке, погружённый в задумчивость, когда внезапно услышал знакомый звук голосов, раздававшихся поблизости. Взглянув поверх воды, он обнаружил, что группа трибутов медленно приближалась к нему. Сердце забилось быстрее, разум моментально переключился в режим повышенной бдительности. Поднимаясь осторожно, чтобы не привлечь лишнего внимания, Джисон замер, пристально наблюдая за действиями соперников. Его рука непроизвольно сжалась, готовясь защищаться или убегать, в зависимости от ситуации. Прошла пара секунд, наполненных напряжением, когда один из парней из группы случайно взглянул в сторону реки и заметил фигуру Джисона. — Эй, смотрите, вон он! — громко воскликнул тот, привлекая внимание остальных членов команды. Голоса стали громче, шаги ускорились, воздух наполнился тревожностью и опасением одновременно. Джисон мгновенно выскочил из воды и бросился бежать подальше от преследователей. Группа трибутов, охваченная азартом охоты, последовала за ним, выкрикивая язвительные реплики. Один из ребят прорычал: — Он мой! Я его убью! — Ну что, искупался? — другой добавил, смеясь. Минхо, оказавшись в замешательстве, присоединился к погоне, не зная точно, что делать. Джисон стремглав мчался по лесу, ощущая тяжесть мокрой одежды и гнетущую боль в ноге. Крики преследующих становились ближе, веселье, отражающееся в их голосах, усиливали напряжение момента. Решительно обернувшись, Джисон осознал необходимость спрятаться. Быстро найдя подходящее большое дерево, он взобрался на него, надеясь таким образом выиграть время и избежать атаки. Трибуны догнали его, рассредоточиваясь внизу дерева, предвкушая продолжение игры, полную риска и непредсказуемости. Группа собралась у подножия дерева, глядя вверх, где скрывался Джисон. Один из трибунов заговорил насмешливо: — Куда это ты, малыш? — Попался, Огненный Джисон. — поддержал второй. — Это тебе не поможет, Джисон. — добавила девушка, весело хихикая. Отступать было некуда, и Джисон полез выше, выбирая самую крепкую ветвь, способную выдержать его вес. Преследователи стояли внизу, подбадривая друг друга криками и смехом. Кто-то предложил своему товарищу подняться вслед за Джисоном: — Давай! Скидывай его! Их поддерживали дружным хоровым возгласом. Минхо застыл в стороне, тяжело дыша и молча наблюдая за развитием событий. Тем временем один из парней попытался карабкаться вверх, однако ветки оказались недостаточно надежными. Неловкое движение привело к тому, что парень сорвался и свалился вниз, издав стон боли и разочарования. Остальные члены группы засмеялись над неудачей товарища, наслаждаясь ситуацией и ожидая дальнейшего развития событий. — Сейчас я сама... — тихо произнесла девушка, доставая лук и прицеливаясь в Джисона. Заметив угрозу, парень резко дернул головой в сторону, прижимаясь спиной к стволу дерева, крепко хватаясь за ветку обеими руками. Страх охватывал его, пульс участился, мысли путались. Каждое мгновение становилось решающим, любое неверное движение могло привести к гибели. Остальная команда стояла внизу, взволнованно наблюдая за ходом событий, шепотом обмениваясь комментариями и пожеланиями удачи девушке. Напряжение нарастало, атмосфера накалялась, судьба Джисона висела буквально на волоске. Парень поднялся с земли, отобрав лук и стрелы у девушки. Проронив сквозь зубы: — А ну дай сюда! Взяв оружие, он поднял лук, намереваясь завершить начатое. — Мочи его! — ободряюще сказала блондинка. Однако первый выстрел оказался неудачным — стрела пролетела мимо, едва задев ветку рядом с Джисоном. Возмущённая промахом, девушка предложила альтернативу: — Мечом попробуй! Все взгляды устремились вверх, изучая положение противника. Только Минхо проявлял сомнения, тихонько сказав: — А выждать не проще? — обратив внимание на робкий голос товарища, вся группа обратилась к нему, прислушиваясь к мнению новичка. Минхо неуверенно продолжил. — Спустится же рано или поздно, а то помрет с голоду. Тогда и убьем. Идея показалась остальным рациональной, вызывая одобрение и согласие. Таким образом, стратегия изменилась — ожидание стало приоритетом, позволив группе отдохнуть и сохранить силы для финального столкновения. Лидер бросил короткий взгляд на девушку с белокурыми волосами, принимая решение действовать иначе. Обращаясь к команде, он распорядился: — Ладно. Разведите огонь. Группа отошла на некоторое расстояние, устраиваясь лагерем. Оставшийся на дереве Джисон сделал глубокий вздох облегчения, переведя взгляд вниз, где стоял Минхо. Последний выглядел виноватым, бросив украдкой испуганный взгляд на Джисона, после чего поспешил присоединиться к своим товарищам. — Давайте тут заночуем. — объявила еще одна девушка брюнетка. Ещё один участник команды вызвался отправиться за дровами: — Я за хворостом. Оставшись один, Джисон устроился на толстой ветке, стараясь успокоиться и справиться с болью в травмированной ноге. Время тянулось медленно, тревога и неопределённость продолжали мучить его, вынуждая ожидать следующего шага своих противников.

***

Минсу сидел в роскошной гостиной, окружённый богатыми зрителями, которые смотрели телевизионную передачу. На экране транслировали кадры с участием Джисона, мучающегося от боли в обожженной ноге. Видя страдания друга, Минсу невольно сжал челюсти, борясь с эмоциями, вызванными беспомощностью и чувством вины. Проходили секунды, превращавшиеся в минуты, наполненные страданием и болью. Все присутствующие наблюдали за развитием сюжета, комментируя происходящее и выражая свое мнение. Некоторые зрители смеялись над ситуациями, считая их забавными, другие сочувствовали трибутам, переживая за исход борьбы. Атмосфера в комнате стала напряжённой, эмоции бушевали, усугубляя внутреннее состояние каждого зрителя.

***

Джисон осторожно вынул из рюкзака фляжку с водой и осторожно плеснул жидкость на поврежденную ногу. Боли были настолько сильными, что он невольно сдавленно захрипел, сжимая губы, чтобы подавить стоны. Затем, дрожащими пальцами отрезав кусок ткани от собственной куртки, он приложил его к воспаленному месту, стараясь минимизировать дискомфорт. Процесс обработки раны сопровождался невыносимой болью, заставляющей парня бороться с желанием закричать.Чтобы подавить желание закричать от невыносимой боли, Джисон плотно сомкнул губы, открывая рот беззвучно, позволяя себе лишь легкий стон. Через силу преодолевая болевые ощущения, Джисон терпеливо ждал, пока стихнут острые спазмы, концентрируя всю энергию на сохранении самообладания и готовности продолжать борьбу.

***

Минсу не смог дальше оставаться пассивным наблюдателем. Он решительно поднялся с кресла и подошел к влиятельным зрителям, собравшимся вокруг телевизора. Несмотря на внутреннюю тревогу и эмоциональное потрясение, мужчина старался сохранять спокойствие и уверенность в голосе. Используя всю свою харизму и красноречие, Минсу изложил аргументы, подчеркивая важность поддержки Джисона в сложившейся ситуации. Богатые слушатели внимательно воспринимали речь молодого оратора, постепенно проникаясь идеей помощи другу. Завершив разговор, Минсу протянул руку первому человеку, вызвавшему отклик в душе. Тот охотно пожал протянутую ладонь, выразив поддержку начинанию. Вскоре и остальные участники мероприятия присоединились к инициативе, демонстрируя солидарность и готовность помочь в трудную минуту.

***

Возле ярко пылающего костра лидер группы осторожно нагревал конец меча, придавая оружию дополнительное преимущество в предстоящей схватке. Рядом сидела девушка с белоснежными волосами, усмехаясь и предвкушая скорую расправу над противником. Её смех звучал нервно, подчёркивая атмосферу напряжения и ожидания. Минхо расположился неподалеку, лёжа на траве и рассматривая звёздное небо. Иногда его взгляд перемещался на верхушки деревьев, где прятался Джисон. Чувства тревоги и беспокойства боролись внутри юноши, разрывая его душу на части. Мысленно он пытался придумать выход из положения, придумывая разные сценарии спасения друга, но ничего определённого пока не приходило в голову. Время тянулось бесконечно долго, обостряя восприятие каждой мелочи и события. Джисон погрузился в тишину ночи, внимательно вслушиваясь в звуки леса. Внезапно раздался слабый писк, привлечший его внимание. Присмотревшись внимательнее, парень разглядел в тёмном небе небольшой предмет, спускавшийся на парашюте. Посылка мягко приземлилась на одну из верхних ветвей дерева, цепляясь за неё. Аккуратно освободив себя от страховочной верёвки, Джисон ухватился за прочный ствол, поднимаясь выше. Держась одной рукой, другой осторожно схватил посылку, стараясь не шуметь. Открыв металлическую коробку, он нашёл внутри маленькую записку, написанную знакомым почерком. «Не жалей мази и не сдавайся.»

— Минсу.

Следующим предметом в коробке оказалась маленькая бутылочка с лечебной мазью. Немедленно поняв назначение подарка, Джисон бережно выдавил содержимое на открытую рану, облегчая своё страдание. Запрокинув лицо к небесам, юноша тихо прошептал: — Спасибо. Ночь царствовала над лесом, покрывая всех глубоким сном. Компашка мирно спала на земле, растянувшись около потухшего костра. Джисон вернулся на своё прежнее место отдыха, прислонившись спиной к дереву. Сон постепенно овладел парнем, погружая его в сладкую дремоту. Юноша проснулся утром, обнаружив, что его раненная нога полностью зажила, исчезли следы ожогов и боли. Сонно проведя рукой по коже, он убедился, что никаких следов травмы не осталось. Расслабленный и довольный неожиданным исцелением, Джисон улыбнулся, ощутив лёгкость и свободу движений. Но неожиданный звук нарушил покой утреннего пробуждения. Тихое «пс» привлекло внимание Джисона, заставив поднять взгляд вверх. Прислушавшись, Джисон осмотрелся вокруг и заметил маленькую девочку по имени Чанмин, прячущуюся на соседнем дереве. Девочка указала вверх, привлекая внимание к улью, расположенному на его собственном дереве. Затем она жестом показала вниз, намекая на компанию спящих людей под деревьями. Быстро оценив обстановку, Джисон заметил, что противники продолжали спать, ничего не подозревая. Девочка вновь обратила его внимание на возможные последствия действий. Поняв замысел Чанмин, Джисон утвердительно кивнул, соглашаясь с предложенным решением.

***

Юн Тэсок, обращаясь к коллеге, спросил с интригующей ноткой в голосе: — Минги, кажется, это осы-убийцы. Я прав? Второй ведущий, откинувшись на кресло, подчеркнул серьёзность ситуации. — О-о-о… Они очень опасны. Первое заявление вызвало интерес зрителей, создав атмосферу напряжения и ожидания дальнейших подробностей. Первый ведущий продолжил развивать тему, поясняя зрителям: — Весьма. На случай, если вы не знали: Осы-убийцы — это генетически модифицированный вид. Их яд вызывает мучительную боль, сильнейшие галлюцинации, а в самых тяжелых случаях — смерть.

***

Джисон осторожно поднялся по дереву, продвигаясь к улью с осами. Добравшись до нужного места, он замялся, оценив обстановку, затем вытащил складной нож и принялся пилить ветку, стараясь не повредить гнездо. Спустя несколько минут парень оглянулся вниз, удостоверившись, что соперники продолжают спать. Услышав знакомое жужжание, Джисон заметил, что одна из ос кружит около его головы. Инстинктивно размахивая свободной рукой, он пытался прогнать насекомое, но оно укусило его в шею, вызвав внезапную вспышку боли. Юноша тихо простонал, но продолжил работу, прилагая усилия, чтобы ускорить процесс. Вторая оса атаковала его руку, заставив закрыть глаза от острой боли. Однако Джисон собрался с силами и продолжил пилить ветку быстрее, чувствуя, как третья оса ужалила его в другое место шеи. Сквозь боль и головокружение он продолжал упорствовать, не прекращая усилий. Наконец ветка оборвалась, и соты вместе с обломком ствола рухнули на спящих трибутов. Сильный удар привел к разрушению конструкции, высвобождая тысячи разъярённых ос-убийц. Первым отреагировала блондинка, начав визжать от страха и боли. Остальные ребята также пытались убежать, тщетно пытаясь спасти себя от нападок насекомых. Напоследок блондинка споткнулась и упала, став легкой добычей для нападающих ос. Её отчаянные крики эхом разнеслись по лесу, вторя общей атмосфере хаоса и паники. Джисон осторожно слезал с дерева, стремясь уйти незамеченным. Однако неудачный поворот ноги привел к потере равновесия, и парень упал на землю с глухим ударом. Несколько мгновений он оставался неподвижным, зрение мутилось, голова кружилась от последствий укусов ос. Собрав остатки сил, Джисон кое-как поднялся на ноги и пошёл глубже в лес, еле передвигая ослабевшие конечности. Через какое-то время он прислонился к ближайшему дереву, восстанавливая дыхание и оценивая окружающую обстановку. Внезапно начались сильные зрительные иллюзии, вызванные действием яда ос. Прищурившись, Джисон различил силуэт блондинки, распростёртой на земле. Странное чувство захватило его душу — смесь сострадания и раздражения. Сквозь туман сознания Джисон приблизился к трупу, заметно хромая и качаясь. Вытянув дрожащую руку, он подобрал лук и стрелы, выпавшие из ослабевших пальцев жертвы. Перед глазами вспыхивали яркие образы, создавая странные ощущения и заставляя сомневаться в реальности происходящего. Джисон встряхнул головой, пытаясь сконцентрироваться. Голоса эхом разносились по лесу, вторя призывам Минхо. Испуганный парень подбежал к Джисону, обеспокоенно крича: — Беги! Беги! Джисон, беги! Видя, что парень не реагирует должным образом, Минхо повторял снова и снова: — Уходи скорее! Ты меня слышишь? Уходи! Но Джисон оставался неподвижным, вперив пустой взгляд в пространство перед собой. Медленно приходя в чувство, парень наконец услышал настойчивый голос друга и принял решение действовать. Резко встав на ноги, он кинулся бежать, ломая кустарники и пробираясь сквозь заросли леса. Однако яд распространился по телу, провоцируя интенсивные галлюцинации. По мере продвижения симптомы ухудшались, ухудшая восприятие окружающей среды. Постепенно потеряв ориентацию, Джисон перешёл на шаг, периодически сталкиваясь с фантомными образами ведущего программы, объясняющего свойства ядовитых ос. Галлюцинаторные проявления осложнили понимание действительности, заставляя Джисона чувствовать себя дезориентированным и уязвимым. Галлюцинация в образе ведущего появилась перед Джисоном, произнося зловещим голосом: — Они не только смертельно опасны — яд осы-убийцы нередко вызывает мощнейшие галлюцинации. Странное видение подтвердило худшие опасения Джисона относительно воздействия токсинов на организм. Последствия отравления продолжали развиваться, обостряя психоэмоциональное состояние парня. Сил больше не хватало сопротивляться воздействию яда, мозг отключался, лишая возможности адекватно воспринимать окружающую действительность. Последними усилиями воли Джисон боролся с болезненными симптомами, но вскоре сознание покинуло его, погрузив в глубокий обморок. Полностью расслабленное тело бессильно упало на мягкую почву, закрыв глаза и погрузившись в мрачный сон, полный кошмарных сновидений и жутких образов. Проснувшись на лесной поляне, Джисон обнаружил, что его раны покрыты листьями папоротника. Недоверчиво осматривая своё тело, он удивлённо приподнял брови, почувствовав облегчение от обезболивающего эффекта растения. Выпрямившись, парень заметил лежащий рядом лук и стрелы, принадлежащие убитой блондинке. Взяв оружие, он осторожно осмотрелся, пытаясь оценить ситуацию. За массивным деревом мелькнула фигурка маленькой девочки — Чанмин. Признав знакомое лицо, Джисон тихо позвал её, боясь испугать хрупкого ребёнка. — Чанмин? Девочка боязливо высунулась из-за ствола, широко раскрыв глаза от тревоги и недоверия. Поняв её настроение, Джисон постарался успокоить её мягким тоном: — Не бойся, я тебя не обижу. Чанмин нерешительно смотрела на него, сжимая маленькие кулачки, готовые ко встрече с возможной угрозой. Джисон осторожно приблизился, сохраняя дистанцию, давая девочке почувствовать безопасность и доверие. Джисон и Чанмин уютно устроились на старом упавшем дереве, поглощая вкусную жареную лягушку. Наслаждаясь трапезой, парень заметил, что девочка ест активно, чем он сам. Почувствовав сострадание, Джисон предложил ей свою долю. — Хочешь мою? — протягивая лакомство, он искренне хотел поделиться едой с маленькой подругой. — Нет, спасибо. — ответила скоромно Чанмин, колеблясь. Несмотря на отказ, Джисон настоял, передавая ей кусочек мяса. — Держи. Девочка приняла угощение, неловко улыбнувшись и поблагодарив друга. Парень мягко наблюдал за девочкой, поглощающей пищу. Обменявшись несколькими словами, он спросил: — Сколько я проспал? Чанмин ответила, встретившись взглядом с парнем. — Два дня. — она продолжала говорить тише обычного. — Я два раза меняла листья. — Спасибо. — проговорил юноша и немного подумав, он уточнил. — Что произошло за это время? — Девочка из первого и мальчик из десятого. — сообщила лаконично Чанмин. Джисон кивнул, прикусив нижнюю губу, мысленно оценивая изменения в расстановке сил. Юноша задумчиво взглянул на Чанмин, слегка приподняв бровь. Его голос звучал спокойно, словно ничто не могло поколебать его уверенность. — А... парень из моего дистрикта? Чанмин весело пожала плечами, продолжая медленно пережевывать пищу, уголки губ едва заметно приподнимались вверх. — С ним всё нормально, — ответила девочка, проглотив кусочек еды. — Кажется, он где-то у реки. Она перевела взгляд на Джисона, глаза её сверкали озорством и любопытством одновременно. — Это правда? — спросила она с легкой ноткой сомнения. Джисон внимательно смотрел на неё, немного хмурясь, будто пытаясь разгадать какую-то загадку. — Что? — коротко бросил парень, явно не понимая, куда клонит девочка. Девочка вновь обратилась к Джисону, слегка наклонив голову набок. — Ну вы с ним…? — протянула она, оставляя вопрос открытым. Парень добродушно усмехнулся, предпочитая сменить тему разговора. — А где Катон и компания? — неожиданно сменил тему Джисон, глядя прямо перед собой. Чанмин мгновенно оживилась, выпрямляясь на месте. — У озера, они собрали там все припасы и сложили в огромную кучу. — Звучит заманчиво. — задумчиво отметил парень, приулыбнувшись. Ночь была тихой и спокойной, звезды мерцали на черном полотне неба, словно маленькие огоньки надежды. Джисон лежал рядом с маленькой Чанмин, нежно прижимая её к себе. Девочка мирно посапывала, доверчиво положив головку ему на плечо. Её дыхание было ровным и глубоким, отражая полное доверие и чувство защищенности. Сам же Джисон не мог заснуть. Мысли кружились в голове, мешая расслабиться. Он смотрел в ночное небо, размышляя о будущем, о тех испытаниях, которые ждут впереди. Тревога и беспокойство терзали его душу, но вид мирно спящей Чанмин приносил какое-то успокоение. Он понимал, что теперь ответственность за её жизнь лежит на нём, и эта мысль наполняла его чувством долга и решимости. Свет луны падал на лица обоих, придавая им почти мистическое сияние. Джисон осторожно провел рукой по волосам девочки, стараясь не разбудить её. Она слегка пошевелилась, уютнее устроившись у него на груди. Этот маленький жест согрел его сердце, заставив забыть обо всех страхах и тревогах хотя бы на мгновение.

***

Утро было прохладным и свежим, солнце только начинало подниматься над горизонтом, окрашивая небосвод в нежные оттенки розового и золотого. Джисон уверенно шёл вперёд, держа в руках длинную ветвь, покрытую зелеными листьями. Рядом с ним шла маленькая Чанмин, внимательно слушая каждое слово парня. — Листва будет дымить, как не знаю что, — сказал парень, обращаясь к девочке. — Как зажжёшь, сразу отходи к следующему костру. Этот последний. Я тебя тут найду. Они подошли к огромному кострищу, которое ещё не было развёрнуто. Положив ветку поверх приготовленных дров, Чанмин кивнула, показывая, что поняла инструкции. — Поняла, — тихо произнесла она, глядя на юношу серьёзным взглядом. Джисон продолжил: — Я уничтожу их припасы, пока они будут заняты поиском нас. Девочка посмотрела на парня, глаза её были полны тревоги и беспокойства. — Нам нужен какой-нибудь сигнал на случай, если кого-то из нас схватят, — серьёзно сказала она, очевидно осознавая возможные опасности. Джисон кивнул, соглашаясь с предложением. — Хорошо, какой сигнал предложишь? — спросил он, готовясь обсудить подробности плана действий. Чанмин ненадолго замерла, изучающе рассматривая значок сойки-пересмешницы на куртке Джисона. Затем, внезапно просветлев лицом, девушка широко улыбнулась. — Вот, послушай, — сказала она, привлекая внимание парня. Поднявшись на цыпочки, девочка начала петь высоким чистым голосом: — А-а-а-а… — её песня прозвучала ясно и звонко, моментально вызвав отклик среди лесных обитателей. Через мгновение десятки птичек принялись вторить ей, передавая звук дальше по всей округе, создавая волшебный хор голосов. Хан восхищенно вдохнул воздух, почувствовав себя окрылённым этой удивительной гармонией природы. — Сойки-пересмешницы, — прошептал он, улыбнувшись девушке. — Здорово! Чанмин гордо подняла подбородок, наслаждаясь признанием своего остроумия. — Дома мы всегда используем их для сигналов, — пояснила она, приглашая парня попробовать самому. — Попробуй и ты. Джисон негромко просвистел мотив, и птицы немедленно повторили его песню, наполнив лес чудесным эхом. — Если услышишь такую мелодию, значит, всё в порядке, — торжественно объявила Чанмин. — Скоро увидимся снова. Юноша ободряюще улыбнулся, успокаивающе погладив девочку по плечу. — Всё будет хорошо, — уверенно пообещал он, давая понять, что ситуация под контролем. Чанмин крепко прижалась к парню, позволяя себе почувствовать тепло и защиту его объятий. — До вечера, — тихо произнес Джисон, аккуратно отпуская девочку. — Будь осторожна. Парень решительно двинулся вперед, направляясь в противоположную сторону от места встречи. Чанмин долго смотрела вслед уходящему другу, ощущая легкую грусть от расставания. Однако вскоре она стряхнула с себя меланхоличное настроение и глубоко вдохнув свежий утренний воздух, помчалась прочь в указанном направлении. Сердце девочки учащенно билось в ритме бега, ноги плавно скользили по мягкой лесной почве, а ветер приятно трепал волосы, делая движение легким и свободным. Перед глазами мелькали тени деревьев, солнечные лучи пробивались сквозь густые кроны, играя лучиками света на тропинке. Джисон осторожно прятался в густой поросли кустарника, напряженно следя за каждым движением противников. Лагерь команды Катона находился неподалеку, и юноша чувствовал себя невидимым наблюдателем в самой гуще событий. Его взор остановился на огромной куче припасов, собранных врагами, а также на небольших холмиках земли вокруг лагеря. Эти детали казались важными и заслуживали особого внимания. Вдруг раздался взволнованный возглас неизвестного парня: — Народ, смотрите! Все сюда. Смотрите, смотрите... Приблизившись ближе, он указал на клубы дыма, поднимающиеся из-за деревьев. Джисон инстинктивно опустился ниже, скрываясь глубже в зарослях, опасаясь быть обнаруженным. — Пойдемте, — последовал призыв лидера группы, и вся команда рванула туда, откуда шел дым. Оставшийся охранять лагерь парень получил строгий приказ: — Ты оставайся здесь, пока мы не вернемся. Группа исчезла вдали, оставив позади лишь одиночного стража. Джисон облегченно выдохнул, радуясь удачному развитию событий. Провожая друзей противника внимательным взглядом, он позволил себе улыбнуться. План сработал идеально, и теперь оставалось лишь завершить начатое дело. Присев пониже, Джисон бесшумно приблизился к ближайшим кустам, расположившимся около кладовых запасов. Сердце бешено колотилось в груди, адреналин бурлил в крови, но лицо парня сохраняло спокойствие и сосредоточенность. Теперь самое важное — действовать быстро и незаметно.

***

Юн Тэсок задумчиво потер подбородок, пристально всматриваясь в экран монитора. — Интересно, догадается ли он, что это ловушка? — спросил он у коллеги, скрестив руки на груди. Минги энергично кивнул головой, подчеркивая важность момента. — Да, похоже, они действительно отлично подготовились, — подтвердил он, указывая пальцем на миниатюрные круглые устройства, разбросанные вокруг припасов. — Мины со всех сторон! Настоящая западня!

***

Джисон продолжал наблюдать за действиями оставшихся врагов, сохраняя бдительность и настороженность. Внимание парня было приковано к одинокому парню, оставленному охранником лагеря. Молодой герой внимательно изучал каждый жест, каждую деталь поведения оппонентов, надеясь уловить малейший намек на угрозу. Однако события развивались совсем иначе, чем ожидалось. Внезапно на поляне появилась знакомая фигура. Это была та самая девушка, с которой Джисон впервые встретился в лесу, в первые дни Игр. Сейчас она стремительно приближалась к лагерю, преодолевая пространство прыжками и движениями, казалось, абсолютно игнорируя опасность мин, окружавших склад припасов. Наблюдая за девушкой, Джисон почувствовал странное смятение. Непонятно почему, но сердце забилось быстрее, ладони вспотели, а разум лихорадочно пытался разобраться в происходящем. Казалось невероятным, что она решила рисковать жизнью таким образом, подвергая себя смертельной угрозе. Но вот девушка достигла цели и остановилась возле больших пакетов с едой и водой. Взгляд Джисона метался между ней и охранником, оценивая ситуацию и выбирая наилучшую стратегию дальнейших действий.

***

Юн Тэсок, слегка откинувшись на спинку кресла, с интересом следил за развитием событий на экране. Его глаза блестели от возбуждения, губы растянулись в довольной улыбке. — Смотрите, а кое-кто сразу обо всём догадался! — воскликнул он, явно удовлетворенный.

***

Девушка резво ухватила драгоценные припасы и умчалась обратно в лес, двигаясь настолько быстро, что юноша даже не успел среагировать. Охранявший лагерь парень услышал шум и обернулся, напрягая слух и зрение. Подозрение овладело им, и он вскочил со своей скамьи, вооружённый острым копьем, готовый отразить любую атаку. Джисон терпеливо ждал, спрятавшись за плотной завесой зелени. Когда парнишка отправился в преследование, Джисон понял, что настало его время действовать. Глаза парня обратились к большой куче припасов, возвышавшейся посреди лагеря. Между ним и целью находились небольшие земляные насыпи, покрывавшие территорию лагеря. Интуиция подсказывала Джисону, что именно там скрыты смертоносные мины. Быстро оценив обстановку, молодой охотник заметил небольшую связку яблок, уложенных сверху припасов. Осторожно натянув тетиву лука, он направил острую стрелу точно в цель. Стрела полетела, разрезая пакет с фруктами, но не достигнув полной глубины поражения. Быстро перезарядив лук, Джисон выстрелил второй раз, окончательно разрывая пакет и освобождая яблоки. Фрукты упали на поверхность земли, задев мины, установленные вокруг склада. Последовала серия мощных взрывов, сотрясших весь лагерь. Волна силы отбросила Джисона назад, лишив его равновесия и временно оглушив его звонким гулом в ушах. Оглядевшись вокруг, юноша убедился, что запас продовольствия врага полностью уничтожен. Взгляд Джисона скользил по исковерканному лагерю, наполненному призрачным эхом недавнего взрыва. Тишину нарушали лишь приглушённые шаги приближающегося отряда, чьи лица были искажены гневом и разочарованием. Юноша, чья обязанность была защищать запасы, робко приблизился к месту трагедии, словно ожидая неизбежного возмездия. — Что случилось?! — голос лидера звучал, подобно раскату грома среди ясного неба, сотрясая воздух своей мощью. Парень пытался объяснить, едва дыша от страха, но каждое слово застревало в горле, превращаясь в бессмысленное бормотание. Разгневанные взгляды членов группы сверкали, отражая общее негодование. Взмах руки лидера оборвал попытку оправдания, мгновенно лишив юношу последнего шанса на спасение. Быстро подойдя к нему, лидер одним резким движением вырвал копьё из ослабевших рук молодого бойца и отбросил его в сторону, как ненужный хлам. Глаза Джисона расширились от ужаса, осознавая всю жестокость происходящего. Лидер сделал ещё один стремительный шаг вперёд, ухватившись рукой за подбородок несчастного, резко повернув его голову в сторону с характерным треском ломающихся позвонков. Тело погибшего рухнуло на землю, будто сломанная кукла, оставляя после себя лишь зловещую тишину. Остальные члены группы молча отступили, стараясь избежать прямого взгляда своего предводителя. Но Джисону было не до наблюдения за реакциями остальных. Осознавая смертельную опасность ситуации, он осторожно начал пятиться назад, стараясь двигаться незаметно. Медленно поднимаясь с земли, парень бросился бежать, пытаясь скрыться в тени деревьев. Каждый звук шагов казался ему неуместным и громким, каждый взгляд мог стать последним. Его сердце бешено колотилось, пульсируя болью, смешанной с адреналином. Лишь скрывшись в густых зарослях леса, он позволил себе остановиться, тяжело дыша и прислушиваясь к окружающим звукам. Только тогда он понял, насколько близко подошёл к собственной гибели, оставшись живым благодаря удаче и осторожности. Джисон стремительно мчался сквозь лес, удаляясь всё дальше от лагеря. Пробегая мимо деревьев, он остановился, слегка передохнув, и тихо насвистывал спокойную мелодию, сообщая через птичек что «всё в порядке». Лесные птицы откликнулись эхом, повторяя звуки, однако вскоре стихли, оставив Джисона вновь в одиночестве. Тогда парень снова принялся свистеть, и теперь пернатые хором вторили ему, наполняя тишину леса нежной музыкой. Продвигаясь вперёд, Джисон оказался возле последнего костра, где ожидал увидеть подожжённый Чанмином костёр. Но огонь не горел, всё оставалось как было. Сердце Джисона сжалось от тревоги, но внезапный крик девочки заставил его мгновенно насторожиться. — Джисон! — послышалось неподалёку. Сердце бешено застучало в груди, а ноги сами понеслись навстречу голосу. Быстро преодолевая препятствия, Джисон перескакивал поваленные стволы и ветви, пока наконец не выбрался на поляну. Там на земле лежала маленькая девочка, зовущая его по имени дрожащим голосом, полным страха и отчаяния. — Джисон, помоги мне! — умоляла она, едва сдерживая слёзы. Джисон резко развернулся и заметил Чанмин прямо перед собой. Она беспомощно лежала на земле, запутавшись в густой сети ловушки. Глаза юноши широко раскрылись от ужаса, сердце замерло на мгновение, а потом забилось ещё быстрее. Достав нож, он ринулся к Чанмин, торопливо прорезая крепкую ткань сетки, стремясь освободить подругу как можно скорее. — Я здесь, я здесь… — повторял он, стараясь успокоить девочку своим голосом, одновременно борясь с сетью. Наконец, узел распустился, и Джисон осторожно освободил Чанмин, снимая тяжёлую сетку с её тела. Девочка была напугана до предела, её глаза были наполнены слезами, дыхание сбивалось от пережитого стресса. Джисон нежно поднял её на ноги, крепко прижимая к себе, пытаясь утешить испуганную малышку. — Тише, тише… Всё в порядке, видишь? — шёпотом проговорил парень, несмотря на собственное беспокойство и тревогу, чувствуя ответственность за безопасность своей подруги. Девочка неожиданно отодвинулась от Джисона, глядя куда-то поверх его плеча. Мальчик уловил странный шум позади себя и моментально обернулся, увидев фигуру мужчины, бросающего в них тяжёлое копьё. Реакция Джисона была мгновенной: он вытащил свой лук и натянул тетиву, целясь точно в нападающего. Стрела полетела, поражая цель смертельно. Обратившись назад, он обнаружил Чанмин стоящей неподвижно, с пустым взглядом, устремленным вдаль. Рука девочки потянулась к своему телу, извлекая окровавленное копьё из собственной груди. Без единого звука девочка рухнула наземь, но Джисон успел поймать её, бережно опустив её голову себе на колени. Открыв куртку девочки, он увидел глубокую кровавую рану, зияющую на её груди. Губы Джисона дрогнули, напряглись в тонкой линии, пытаясь удержать душившие его рыдания. Девочка молчала, глядя на него грустными, полными боли глазами, почти не шевелясь и еле заметно плача. Страх охватил Джисона целиком, осознавая тяжесть ситуации, понимая, насколько серьёзна рана, нанесённая бедной девочке. Его тело тряслось мелкой дрожью, внутри царило смятение и паника, смешанные с чувством ответственности и глубокой печали. — Не бойся. Всё в порядке. Всё хорошо… Эти слова звучали слабо даже в собственных ушах Джисона, но он упорно продолжал повторять их, поглаживая мягкие волосы девочки, пальцы ласково касались кожи, пытаясь передать ей своё тепло и заботу. Слезы невольно покатились по лицу, но он изо всех сил пытался держать себя в руках, подавляя желание закричать от горя и бессилия. Однако собственные эмоции взяли верх над волей, и вскоре плечи Джисона начали мелко дрожать, сдавливая горло громким всхлипыванием. Чанмин слабо улыбнулась, заметив выражение лица друга. — Ты взорвал их припасы? — спросила она тихо, будто боясь услышать отрицательный ответ. Её взгляд задержался на лице Джисона, слеза медленно сползла по детской щеке, оставляя влажный след. Джисон судорожно сглотнул, тяжело вздохнув, ответил: — Всё до последнего. И тут же услышал слабый, но настойчивый шепот: — Хорошо. — помедлив немного, девочка прибавила с лёгкой улыбкой, окрашенной болью и надеждой. — Ты должен победить. Джисон смотрел на окружавший их лес пустым взглядом, в глазах отражалась боль утраты. Тело мужчины, которого он убил в попытке спасти девочку, леденящим образом маячило рядом, напоминая о жестокости происходящего мира. Постепенно внимание Джисона вернулось к Чанмин, чьи глаза постепенно тускнели, теряя живость. Маленькая девочка взяла Джисона за руку, её лицо было бледным, дыхание стало поверхностным. — Спой мне, — попросила она, едва слышимо всхлипывая. Джисон кивнул, пытаясь удержать слёзы, глотая комок в горле. — Да, конечно, — мягко произнёс он. Голос мальчика прозвучал тихо, надрывно, прорываясь сквозь рыдания. — «Где-то под ивой, прямо в лугах, Постелька есть из ласковых трав. Сонные глазки закрой поскорей, Быстро дождёшься рассветных лучей». Пока Джисон пел, зрение Чанмин начало мутнеть, мир вокруг становился неясным, цвета меркли, превращаясь в серые тени. Её сознание растворялось в темноте, погружаясь в вечный покой. Последний вдох стал коротким и лёгким, тело расслабилось окончательно. Она умерла, оставив Джисона в полном одиночестве среди мрачного леса, окутанного холодом смерти. Перестав тихо напевать, Джисон всхлипнул, уставившись на безжизненные карие глаза маленькой девочки. Он осторожно прикрыл их своими пальцами, почувствовав боль утраты всей душой. Затем мягко коснулся лба Чанмин, целуя его, позволяя слезам свободно течь по лицу. Обратившись лицом к лесу, полный скорби и отчаяния, Джисон ещё раз поцеловал лоб девочки, шепча сквозь слёзы: — Прости… — его голос задрожал, превращаясь в глухой всхлип. Аккуратно опустив голову Чанмин на мягкий покров травы, парень выпрямился, судорожно дыша, шатаясь вперед-назад, теряя контроль над эмоциями. Выдержав мучительные секунды, Джисон подобрал смертоносное копьё, ставшее причиной гибели маленькой девочки, и метнул его далеко в глубь леса, сопровождая этот жест громким, душераздирающим криком. Обхватив голову руками, он рухнул на колени, издавая непрерывные, горькие рыдания, отдававшиеся эхом среди деревьев. Джисон отправился на поляну, покрытую белыми хризантемами, взяв нож, принялся осторожно срезать цветы, создавая красивый букет. Вернувшись к телу Чанмин, юноша опустился рядом с ней, аккуратно разложив цветы около девушки и вложив небольшой букетик в её маленькие ладони. Наклонившись низко, он нежно поцеловал её лоб в знак прощания. Поднявшись с земли, Джисон направился прочь от места трагедии, сделав пару шагов, остановился и окинул взглядом пространство вокруг. Подняв взгляд к камере наблюдения, он почтительно поцеловал кончики трёх пальцев правой руки и торжественно воздел руку вверх. Зрители, наблюдавшие за происходящим на огромном экране трансляции «Голодных Игр», единодушно замолкли, потрясённые поступком трибута. Постепенно зрители стали повторять жест Джисона, поднимая собственные пальцы вверх в знак солидарности и уважения. Один мужчина, стоящий впереди толпы, демонстративно опустил руку, гневно нахмурившись, решительно развернулся и двинулся в сторону миротворцев, внезапно обрушив удар на ближайшего солдата. Народ, вдохновленный смелостью лидера, немедленно поддержал его, вступив в ожесточённую драку с вооружёнными силами. Толпы взбунтовавшихся зрителей принялись активно сопротивляться военным, толкая и переворачивая бронированные автомобили, сжигая технику и уничтожая оборудование. Миротворцы поспешили сформировать плотный строй, пытаясь сдержать агрессивную массу, применяя силу для защиты порядка.

***

Субин покинул свой кабинет, устремляясь к основному зданию, где размещался центр наблюдения за ходом Игр. Каждый шаг его ног отражал напряжение момента, мысли сосредоточены на событиях, разворачивающихся на экранах. Сердце билось учащённо, разум напряжённо оценивал возможные последствия действий трибутов и реакцию зрителей. Проходя коридорами главного корпуса, Субин ощутил давление окружающей обстановки, атмосфера была пропитана напряжением и неопределенностью. Наконец достигнув пункта управления, он вошёл внутрь помещения, заполненного сотрудниками, пристально следящими за экраном, отображающим происходящее на арене. Каждый новый кадр на мониторах укреплял ощущение хаоса и неизбежности перемен, всколыхнувших сердца зрителей и участников игры. Тревога и озабоченность отразились на лицах сотрудников, их взгляды беспокойно скользили по изображениям, фиксируя каждое движение толпы и трибутов.

***

Джисон сидел на влажной земле, опершись спиной о ствол поваленного древнего дерева. Лицо его было мокрым от слёз, плечи мелко дрожали, охваченные глубокими переживаниями и болью потери. Перед глазами вставали картины последних мгновений Чанмин, вызвавшие невыносимую душевную муку. Посмотрев на свои руки, покрытые чужой кровью, он попытался смыть следы преступления, тщетно растирая пятна пальцами. Струйки крови размазывались по коже, оставляя грязные разводы, символизирующие бессмысленность насилия и утрату человечности. Время казалось остановившимся, затянувшееся молчание нарушалось лишь сдавленными всхлипываниями подростка, разрывавшего душу чувством вины и собственной беспомощности. Внутри нарастала пустота, заполнившая каждую клеточку сознания, усиливая понимание трагической реальности мира, лишившего его маленькой подруги навсегда.

***

Мужчины стояли в просторном холле особняка, погружённые в напряжённый разговор. Тусклый свет люстры отбрасывал тени на лица собеседников, подчёркивая серьёзность момента. Минсу заговорил первым, голос его звучал тихо, но уверенно: — Если его убить — он станет мучеником. Субин едва заметно кивнул, соглашаясь: — Похоже, у нас уже есть одна. Минсу нахмурился, вспоминая недавнее событие. — Да, я слышал про восьмой, это может плохо кончиться. Субин внимательно смотрел на своего визави, ожидая продолжения разговора. — Что вам надо? Минсу принялся активно жестикулировать руками, стараясь выразить словами мысли, терзающие его сознание. — Там растёт недовольство. Вы не хуже меня знаете, как управлять толпой. Если толпу нельзя запугать — толпе надо во что-то верить. Субин тяжко вздохнул, переведя взгляд куда-то вдаль, словно пытался разглядеть решение проблемы там, за пределами комнаты. Затем вновь повернулся лицом к Минсу: — Например? — Любовь. — ответил уверенно Минсу.

***

Пак Джинён стоял посреди сада, задумчиво перебирая пальцами тонкие зелёные листочки древнего вяза. Рядом находился Субин, внимательно прислушиваясь к каждому слову пожилого президента — Вы, значит, за аутсайдеров? — спросил Джинён мягко, почти ласково. Субин пожал плечами, стараясь казаться равнодушным. — За них всегда все болеют. Джинён усмехнулся уголком рта. — Только не я. Несколько мгновений оба молчали, наслаждаясь тихими звуками природы вокруг. Затем Джинён продолжил разговор, медленно потирая ладони друг о друга: — Вы там бывали? В девятом? В десятом? В одиннадцатом? Субин слегка смутился, нервно прикусив нижнюю губу. — Э-э... лично не был, нет. Джинён смотрел на него испытующим взглядом, продолжая своё неспешное движение по саду: — А я ездил. Там полно неудачников, а также угля, зерновых ресурсов — много полезного... Говоря это, старик аккуратно вытер руки мягким махровым полотенцем, лежащим рядом на скамье. Субин кивнул, понимая направление мысли Джинёна. Старик сделал паузу, а потом решительно добавил: — Но больше всего — неудачников. Повернувшись к Субину, он спокойно произнёс: — Если бы вы там побывали, вы бы за них не болели. Субин молчал, пристально наблюдая за движениями Джинёна. Тот улыбнулся едва заметно и завершил беседу неожиданно тёплыми словами: — Вы мне нравитесь. Берегите себя. И, сказав это, ушёл, оставив Субина стоять в одиночестве среди тенистых деревьев.

***

Джисон неподвижно сидел на холодной влажной земле, уставившись невидящим взглядом в одно место перед собой. Его сознание было затуманено усталостью и тревогой, вызванной бесконечными испытаниями Игр. Всё изменилось внезапно, когда резкий голос диктора прорезал тишину леса. «Внимание, трибуты. Внимание». Голос звучал официально и холодно, словно озвучивая приговор судьбы. «Правило, требующее, чтобы победитель был только один, отменяется». Эти слова заставили Джисона настороженно приподнять брови и прислушиваться внимательнее. «Новое правило гласит, что в игре могут победить двое, если они родом из одного и того же Дистрикта. Конец объявления». Последняя фраза вызвала слабую искру надежды в душе юноши. Тихо, почти неслышно, он прошептал единственное имя, наполненное смыслом и значением. — Минхо… Теперь победа стала возможной, и Джисон почувствовал облегчение, осознавая, что вместе с другом они смогут преодолеть этот жестокий мир Игр. Джисон немедленно вскочил с земли и помчался к реке, осторожно ступая по большим скользким камням. Перейдя реку, он остановился на возвышенности, осмотрелся и заметил странное кровавое пятно на одном из камней. Подойдя ближе, он провёл пальцем по пятну и обнаружил, что кровь ещё свежая. Подняв голову, Джисон стал внимательно изучать местность, ориентируясь по каплям крови. След привел его обратно к берегу реки, но уже с противоположной стороны. Капли внезапно прекратились, и Джисон замер, озираясь по сторонам. Внезапно чья-то рука крепко ухватила его за лодыжку. От неожиданности Джисон громко ругнулся и стремительно глянул вниз. Перед ним оказалось лицо Минхо, искусно замаскированное под камень и грязь. — О Боже, Минхо! — воскликнул Джисон, мгновенно опустившись рядом с парнем. Минхо слабо улыбнулся и усталым голосом пробормотал: — Привет. Джисон бережно освободил тело Минхо от покрывавших его ветвей и камней, помогая другу встать на ноги. Обнимая раненого приятеля, он наклонился ниже, чтобы внимательнее осмотреть глубокую рану на бедре. — Чем это тебя? — хриплым шепотом поинтересовался Джисон, чувствуя тревогу. Минхо лишь слабо усмехнулся: — Мечом. Плохо, да? Но Джисон попытался успокоить друга, ободряюще покачав головой. — Да не, заживёт. Умыв разрисованное лицо Минхо чистой речной водой, Джисон достал небольшой кусок ткани и, намочив её, осторожно приложил к открытой ране. Когда ткань коснулась кожи, Минхо стиснул зубы и тихо зашипел от резкой боли. — Джисон… — простонал он сквозь боль. Однако Джисон успокаивающе положил ладонь на плечо юноши. — Тш… Минхо попробовал возразить, но Джисон твёрдым голосом прервал его: — Нет! Я тебя не брошу и не собираюсь. — взглянув серьёзно на Минхо, Джисон вернулся к обработке раны. Парень, подняв взгляд, недоуменно спросил: — Почему? Хан ненадолго задержал руку, обернулся и посмотрел в глаза Минхо. Джисон поддерживал Минхо за талию, ведя его к укрытию. Раненый друг старался идти самостоятельно, подпрыгивая на здоровой ноге и прижимаясь плечом к груди Джисона. Наконец добравшись до небольшого углубления в склоне горы, которое выглядело достаточно безопасным, Джисон обследовал пещеру изнутри. Убедившись, что внутри сухо и уютно, парни осторожно спустились внутрь. Помогая Минхо устроиться удобнее, Джисон облегчённо выдохнул: — Здесь тебя никто не найдёт. Минхо недоверчиво фыркнул, сжимая рукой болезненное место около раны. — Один раз уже нашли. Джисон сочувственно поглядел на Ли, видя его страдания. — Мы раздобудем лекарство. Минхо, морщась от боли, уточнил: — Их на парашюте сбросят? — … что-нибудь придумаем. — Джисон нерешительно кивнул. Карие глаза Минхо встретились с его взглядом. — Например? Молодой человек неловко промямлил: — Что-нибудь. Они долго смотрели друг на друга, пока наконец Джисон не приблизился вплотную к лицу Минхо и нежно поцеловал его в щёку. Тот удивлённо открыл рот, растерянно глядя на друга.

***

Зрители, сидящие перед экранами, затаив дыхание, наблюдали за сценой между Минхо и Джисоном. Каждый чувствовал искреннюю близость, возникающую между двумя участниками игры, осознавая всю глубину чувств, рожденных жестокостью ситуации. Уён, стоящий у плиты, приготовлял очередное блюдо. Почувствовав комок в горле, он печально опустил взгляд на раскалённую сковороду.

***

Прислушавшись к слабому звуку неподалёку от входа в пещеру, Джисон встрепенулся и поднялся. Посмотрев на спавшего Минхо, которого била мелкая дрожь. Взяв лук и стрелы, парень выбрался наружу, держа оружие наготове. Осмотревся, он заметив парашют, запутавшийся в расщелине между камнями. Осторожно подойдя ближе, Джисон открыл металлическую коробку, прикрепленную к парашюту, он вытащил оттуда небольшую записку, которую развернул и прочитал вслух: «Разве это поцелуй?»

— Минсу

Джисон раздражённо закатил глаза, понимая, что этот сюрприз пришёл от Минсу. Вернувшись в пещеру, Джисон открыл железную банку, принесенную с собой. — Лекарство? — неуверенно предположил Минхо, с любопытством заглядывая в содержимое банки. — Нет, суп. — Джисон отрицательно покачал головой. Раненый юноша протянул руку, намереваясь взять ложку, однако Джисон остановил его, твердо заявив: — Я помогу. Аккуратно зачерпнув горячий бульон ложкой, он поднёс еду ко рту Минхо, терпеливо ожидая, пока тот проглотит пищу. — Вкусно… — проговорил Ли. Джисон негромко произнес, вспомнив прошлое событие: — Когда-то и ты меня накормил. Минхо задумчиво улыбнулся, представляя себе этот случай. — Я часто это вспоминаю... Как я швырнул тебе буханку хлеба. Джисон грустно покачал головой, догадываясь, о чём думает собеседник. — Минхо... Однако Минхо продолжил говорить: — Надо было подойти. Выскочить под дождь, подойти к тебе и... Джисон быстро положил руку на губы Минхо, прерывая поток воспоминаний. — Тш... Поглаживая горячим пальцем лоб Ли, он заметил жар, охвативший тело больного. — Ты горишь... — Джисон обеспокоенно проводил кончиками пальцев по воспалённым щекам, ощущая тревожную температуру тела. Минхо приоткрыл губы в лёгкой улыбке, оставаясь с закрытыми глазами, и продолжил рассказывать, погружённый в приятные воспоминания детства. — Помню, как я тебя впервые увидел. У тебя тогда был маллет..., — приоткрыв глаза, он тепло посмотрел на Джисона, доверяя ему самые сокровенные моменты своей памяти. — Это было в школе, на уроке пения. Учительница спросила: «Кто знает песню "долины"?» — и ты сразу поднял руку, а потом... Задумавшись на миг, Минхо тихо закончил фразу, устремив взор в глаза Джисону. — Потом я провожал тебя тайком каждый день. Джисон смущённо отвернулся, переваривая услышанное признание Минхо. Молчание затягивалось, становясь тяжёлым и неудобным. Ли мучительно сглотнул, надеясь нарушить затянувшуюся тишину: — Ну, скажи что-нибудь... Джисон поднял взгляд, но тут же опустил его, не зная, как реагировать на откровенность парня. — Не умею я ничего говорить... — прошептав это, он снова встретился глазами с Минхо, чувствуя непонятную волну эмоций, захлестнувшую сердце. Минхо тихо позвал юношу, протягивая к нему руку: — Иди сюда. Джисон непонимающе посмотрел на него, не уверенный, правильно ли понял просьбу. Минхо повторил мягче, почти умоляющим тоном. — Пожалуйста. Отложив в сторону миску с остатками пищи, Джисон осторожно лёг рядом с Минхо, положив голову ему на грудь. Теплое дыхание согревало кожу, создавая ощущение покоя и защищённости. Минхо, закрыв глаза, тихо признался: — Даже если я не выживу... Джисон поспешно положил пальцы на губы Ли, призывая его замолчать. — Тш. Замолчи. Неожиданно громкий голос диктора разорвал тишину ночи, привлекая внимание обоих друзей. Джисон моментально сел, напрягшись в ожидании дальнейших сообщений. Голос, раздавшийся из динамиков, объявил важное известие: «Внимание, трибуты, внимание. Завтра на рассвете у Рога Изобилия состоится пир. На этот раз, он будет необычным — каждому из вас кое-что крайне необходимо. И, в этот раз, мы будем очень щедры.» Джисон мрачно посмотрел на Минхо, осознавая серьёзность положения. — Лекарство. — Один ты не пойдёшь. — решительно запротестовал Ли. Джисон встрепенулся, поднимаясь,хватая лук и стрелы. — Тебе нужно лекарство, и ты не можешь ходить. — Джисон, ты не будешь рисковать ради меня жизнью. Я не позволю! — резко схватив рюкзак Джисона, он крепче вцепился в него, удерживая. Парни обменялись долгим взглядом, полный понимания и тревоги. Джисон спросил тихо, почти незаметно. — Ты бы ради меня пошёл, правда же? — Зачем ты это делаешь? — Минхо немного смягчился, спрашивая шёпотом. Хан некоторое время молча смотрел на юношу, затем придвинулся ближе и нежно поцеловал его в губы. Минхо откликнулся на нежный порыв, выражая взаимность чувства.

***

Уён сосредоточенно смотрел на экран телевизора, наблюдая за происходящим в Голодных Играх. Когда камера показала, как Джисон нежно целует Минхо, парень ощутил внезапную грусть и разочарование. Опустив голову, он медленно развернулся и покинул комнату, скрывая эмоции от посторонних глаз.

***

Джисон осторожно отстранился, встретившись взглядом с Минхо. — Я никуда тебя не отпущу, — прошептал Минхо, заглядывая в глаза напротив. Джисон беспомощно моргнул, пытаясь принять решение. — Минхо... — Пожалуйста, не уходи. Посмотрев в глаза, Джисон сдался, тихо пообещав: — Ладно, я не пойду. — легко уложив голову обратно на грудь Минхо, он позволил ему обнять себя рукой, находя утешение в теплых объятьях близкого человека. Минхо беспокойно метался во сне, судорожно обхватив себя руками. Сидевший рядом Джисон, вооружённый луком и внимательным взглядом следил за его состоянием. Через какое-то время нервы Джисона не выдержали. Он быстро собрав вещи, надел рюкзак, проверил состояние лука и стрел, и вышел из пещеры. Тишина стояла вокруг, нарушаемая лишь тихим шелестом листьев да редким криком ночной птицы. Среди густых теней кустарника замер Хан, напряженно всматриваясь вперед. Его взгляд скользнул по лагерному пространству, задержавшись на старом металлическом столе. Поверх стола беспорядочно были разбросаны плотные пакеты с едва различимым обозначением: «ДИСТРИКТЫ». Сердце учащённо забилось в груди юноши. Быстро оценив обстановку, убедившись, что поблизости ни души, Джисон осторожно высунулся из укрытия и ринулся вперёд. Шаги были лёгкими, почти неслышными, словно тени сами собой перемещались по земле вслед за ним. Но вдруг... Взгляд его зацепился за мелькнувшую фигуру девушки, стремительно метнувшуюся в сторону своего пакета и тут же исчезнувшую среди деревьев леса. Девушка двигалась быстро, молча, уверенно, будто её ничто не могло остановить. Джисон застыл на месте, поражённый внезапностью появления незнакомки. Несколько секунд стоял неподвижно, наблюдая за тем местом, куда скрылась беглянка. Затем решительно отвернувшись, вновь устремил взгляд на металлические очертания старого стола. Ничто больше не мешало осуществить задуманное. Полный решимости, он бросился к цели. Добежав до стола, Джисон быстро схватил пакет с надписью «Дистрикт 9» и собирался скрыться в лесу. Однако, обогнув угол здания, он столкнулся с девушкой, которая метнула нож, точно попав Джисону в лоб. Резкая боль заставила его упасть на землю. Стараясь прийти в себя, парень схватил лук и выпустил стрелу в нападающую, но стрела пролетела мимо цели. Девушка незамедлительно атаковала, сбив Джисона с ног и перевернув его спиной вниз. Едва успев поднять голову, Джисон пытался отползти подальше, но противница оказалась быстрой и ловкой, снова прыгнув на молодого человека и прижала его к земле. Девушка, оседлав Джисона сверху, вынула нож и попыталась нанести смертельный удар, но Джисон успел перехватить лезвие обеими руками, препятствуя приближению оружия к шее. Напряжённая борьба шла секунды, казалось, вечностью, пока Джисон не смог освободить правую руку и, поставив ладонь девушке на лицо, толкнул её прочь. Перевернувшись на спину, девушка замахнулась ножом снова, целясь в лицо противника, но случайно вонзила клинок в грунт рядом с головой Джисона. Используя возникший перерыв, Джисон быстро перевернул девушку, прокатываясь вместе с ней по земле. Тем не менее, она сумела вновь оказаться сверху, снова садясь верхом на юношу. Борьба возобновилась: девушка сдавливала руки Джисона к земле, сильно нажимая коленом на его кисти, одновременно приставляя нож к его шее. Девушка сверкнула безумными глазами, обращаясь к Джисону: — Где твой женишок? — она издевательски улыбнулась, продолжая держать нож у горла юноши. — Оу, понятно. Ты его спасать прискакал. Как трогательно. Затем её тон изменился, став более холодным и расчётливым. — Кстати, ужасно жалко твою подружку. Как там эту малявку звали? Джисон сжался, почувствовав острую боль в груди, но решил притворяться спокойным, хотя ненависть кипела внутри. — Чанмин? — зло напомнила девушка, наслаждаясь реакцией жертвы. Почувствовав, как Джисон напрягся и задёргался, девушка добавила, усилив давление ножа на шею: — А мы её взяли и убили. — ещё один нож появился в руке девушки, маленькое складное лезвие появилось перед глазами Джисона. — А теперь... и тебя убьем. Девушка занесла нож, готовясь нанести смертельный удар Джисону, как вдруг из темноты появилась фигура мужчины, который жёстко схватил её за руку. Испуганная нападением, девушка широко раскрыла глаза, потеряв уверенность. Мужчина быстро поднял её с Джисона, крепко ухватив за воротник куртки и прижимая к стене лагерного сооружения. — Это ты её убила?! — прорычал незнакомец низким голосом, полным ярости и отчаяния. — Нет! — испуганно закричала брюнетка. — Я всё слышал! Осознав опасность, девушка стала кричать, зовя своего союзника: — Катон! Катон! Мужчина, не слыша призывов, гневно указал на неё пальцем. — Ты о ней говорила! О Чанмин! — хватая её за воротник, он начал силой бить девушку головой о железную стену, отчего вскоре она потеряла сознание и рухнула на землю без признаков жизни. Джисон, охваченный страхом и потрясением, торопливо отполз назад, наблюдая за трагическим зрелищем. Мужчина тяжело дышал, тяжело глотая воздух, процедил сквозь зубы, обращаясь к Джисону: — Это только ради Чанмин, и всё. — быстро оглянувшись, мужчина ринулся обратно в лес, растворяясь в густой зелени. Джисон немедленно поднялся на ноги, подбежал к пакету и схватил его, спешно удаляясь с места происшествия. Джисон осторожно спустился в пещеру, держа в руках драгоценный пакет. Приблизившись к спящему Минхо, он осторожно тронул его за плечо, стараясь не испугать. — Минхо, — тихо позвал Джисон, открывая пакет. Просыпаясь, Минхо сначала сонно моргал, но, разглядев следы свежей крови на лице Джисона, быстро пришёл в чувство. — Что с тобой? Проведя осторожный палец по ранению на лбу, Минхо вызвал болезненный шипящий вдох у Джисона. — Всё в порядке. — Неправда, что случилось? — Минхо недоверчиво покачал головой. — Девчонка из Второго Дистрикта ножом зацепила, нормально. — Не надо было ходить, ты же мне обещал. — проговорил Ли, укоризненно покачав головой. — Тебе стало хуже. Открыв пластиковую баночку, Джисон осторожно нанес мазь на открытую рану Минхо. Прикоснувшись к поврежденному участку, он почувствовал, как Минхо резко втянул воздух, издав шипящий звук. — Тебе тоже нужно, оставь себе, — просил Минхо, морщась от острой боли. — Незачем. Минхо облегчённо выдохнул, почувствовав быстрое действие мази. — Уже легче... Немного отдохнув, он настойчиво потребовал: — Так, теперь ты. — Не надо. — попытался отказаться Хан. Минхо настаивал, заботливо глядя на юношу. — Нет, пожалуйста, тебе тоже надо. Давай. Смирившись, Джисон согласился: — Ладно. Джисон вручил банку с оставшейся мазью Минхо, поворачиваясь к нему лицом. Ли осторожно погрузил палец в мазь и аккуратно нанёс средство на порез на лбу Джисона, внимательно рассматривая работу рук. Закончив обработку раны, Минхо опустил руку, задумчиво встречаясь взглядом с Джисоном. Юноша, уловив эмоцию в глазах друга, мягко улыбнулся, сохраняя зрительный контакт. Минхо медленно моргнул, удерживая взгляд на Джисоне, который, улыбаясь, смотрел на него с теплом и заботой.

***

Рассвет окрасил небо мягкими розовыми оттенками, осветив укромную пещеру, где Минхо и Джисон мирно отдыхали, тесно сплетя руки и прижавшись друг к другу. Проснувшись первым, Минхо с теплом посмотрел на спящее лицо Джисона, опершегося подбородком на его плечо. Когда Джисон очнулся, он приветливо улыбнулся: — Привет. Внезапно выражение лица Минхо изменилось: широко раскрыв глаза, он отметил отсутствие следов вчерашней травмы на лбу Джисона. — О... У тебя всё прошло. Джисон осторожно провел рукой по гладкому участку кожи, поражаясь скорости исцеления. Оставив восхищение чудесным эффектом лечения, Джисон резко выпрямился и, слегка дотронувшись до ноги Минхо, осмотрел обработанный участок, проверяя эффективность мази. Хан изумлённо посмотрел на ногу Минхо, отметив значительное улучшение состояния раны. — О боже, Минхо! Парень сам потрогал повреждённое место, обнаружив лишь тонкий рубец, подтверждающий чудо быстрого выздоровления. — И не болит почти. — улыбнулся Ли. — Мы можем вернуться домой. — с надеждой в глазах, проговорил Джисон. Их взгляды пересеклись, наполняясь уверенностью и радостью. — Правда, — подтвердил Джисон. — Мы последняя пара. — Мы можем вернуться домой. — Минхо повторил слова, не веря своему счастью. Радостно рассмеявшись, юноши обнялись. Парни медленно пробирались сквозь густое переплетение ветвей, словно тени скользили меж стволов деревьев, погруженных в полутьму лесного царства. Вода тихонько журчала неподалеку, отражая свет утреннего солнца, играющего лучами среди листьев. Их шаги были осторожны и легки, будто боясь потревожить покой леса. Минхо первым нарушил тишину, произнеся спокойным голосом: — Катон будет у Рога Изобилия, в незнакомые места он не сунется. А вот Чарли может оказаться где угодно. Идя дальше, они обменялись взглядами, понимая друг друга без слов. Затем Джисон задумчиво произнес: — Нам бы с тобой поохотиться — у нас еда совсем закончилась. Минхо лишь усмехнулся уголком губ и ответил игривым тоном. — Ладно, давай сюда лук. Джисон замер на месте, удивленно глядя на Минхо широко раскрытыми глазами. Его лицо выражало недоумение и сомнение, пока Минхо, заметив замешательство товарища, мягко улыбнулся и сказал: — Я пошутил, пойду соберу что-нибудь съедобное. Затем он решительно повернул в сторону зарослей, скрываясь среди зелени, оставив Джисона стоять с легкой улыбкой на лице, наблюдая за уходящим юношей. Джисон осторожно ступал по лесной тропинке, держа лук натянутым и готовый выпустить стрелу в любую секунду. Внимание было сосредоточено на каждом шорохе, каждый звук казался важным сигналом опасности. Увидев небольшую птицу, сидящую на ветке, он быстро прицелился, надеясь добыть немного еды для себя и своего спутника. Но вдруг раздался громкий пушечный выстрел, заставивший сердце Джисона бешено колотиться. От неожиданности он резко обернулся, стараясь определить источник звука. Страх охватил его душу, ведь этот звук мог означать только одно — кого-то убили. Паникуя, Джисон бросился бежать обратно по лесу, выкрикивая: — Минхо?! Его голос эхом отдавался среди деревьев, усиливая тревогу. Наконец добежав до небольшой поляны, он заметил на земле знакомую куртку, рядом с которой лежали собранные ягоды. Опустившись на колени возле вещей, Джисон почувствовал холодок страха, осознавая, что могло произойти. — Минхо?! — закричал он снова, отчаянно озираясь вокруг. Собравшись с силами, парень помчался вперед, пытаясь найти своего напарника. Через мгновение он налетел прямо на Минхо, выбегающего навстречу. — Ты чего? — встревоженно спросил тот, внимательно всматриваясь в взволнованное лицо Джисона. — Пушка выстрелила! Я подумал... — выдохнул Джисон, хватая воздух ртом. Минхо отрицательно качнул головой, успокаивающе положив руку на плечо другу. — Нет... Только теперь Джисон обратил внимание на руки Минхо, сжимавшие горсть ярко-красных ягод. Сердце оборвалось от ужаса, узнав в них смертельно ядовитое волчье лыко. — Минхо, это же волчье лыко! Ты умрешь даже от одной ягоды! — воскликнул он, мгновенно схватывая плоды и отбрасывая их подальше. Страх сменился облегчением, когда понял, что парень не успел попробовать отравленную ягоду. Минхо стоял неподвижно, застигнутый врасплох реакцией Джисона. Глаза его расширились от осознания своей глупости, губы дрожали, едва удерживаясь от слез. В голове крутилось единственное слово: "Волчье лыко..." Он пытался подобрать нужные слова, объяснить свое поведение, но смог выдавить лишь слабое оправдание: — Я… я не знал… Эти слова прозвучали настолько искренне и беспомощно, что Джисон ощутил волну облегчения, смешанного с глубокой грустью. Только сейчас он осознал, насколько близко подошел к потере друга. Тело начало трясти мелкой дрожью, дыхание сбилось, слезы выступили на глазах. Осознавая всю серьезность ситуации, Джисон тихо всхлипнул и крепко обнял Минхо, прижимая его к себе, словно желая защитить от всех бед мира. — Ты меня до смерти напугал, чёрт возьми, — прошептал он хрипло, чувствуя тепло тела друга и ощущая, как страх постепенно уходит прочь. Минхо, почувствовав объятие, инстинктивно прижался ближе, повторяя снова и снова, моляще: — Прости, прости меня… — голос его дрогнул, рука робко обвила плечи Джисона. Пройдя по тропинке, перед ними предстала ужасающая картина: молодая девушка лежала на влажной траве, окруженная разбросанными красными ягодами. Ее глаза были открыты, взгляд устремлен в небо, которое казалось равнодушным к трагедии, разыгравшейся внизу. Минхо взглянул на тело девушки, ощущение вины сдавило грудь. — Я даже не знал, что она меня выследила, — тихо произнес он, чувствуя тяжесть ответственности. Джисон смотрел на труп спокойно, мысли его работали быстрее эмоций. — Умная была. — Даже слишком. — Минхо кивнул, соглашаясь. Однако их размышления прервались, когда Джисон наклонился над телом и аккуратно снял с руки девушки оставшиеся ягоды. Подняв голову, он встретил взгляд Минхо, полный вопросов. — Что ты делаешь? — настороженно поинтересовался тот. — Может, Катону тоже понравятся ягодки. Пойдем. Поднявшись с земли, он уверенно направился вперед. Шагая бок о бок сквозь густой лес, ребята старались держаться вместе, несмотря на усталость и нарастающее чувство тревоги. Солнце спряталось за плотной завесой облаков, создавая впечатление позднего вечера, хотя часы показывали всего лишь середину дня. Минхо бросил быстрый взгляд на солнце, скрытое облаками, и спросил с ноткой беспокойства в голосе: — Сколько времени? Джисон ответил, не отрывая взгляда от дороги впереди. — К обеду уже. Минхо нахмурился, отмечая странное явление природы. — Тогда почему темнеет? — взгляд парня был обращён на Джисона, ожидая объяснения непонятному феномену. — Нагнетают к финалу. — Джисон пожал плечами, сохраняя спокойствие. Их голоса звучали тихо, как будто говоря сами с собой, однако смысл сказанного был понятен обоим. Они знали, что финал близок, и эта искусственно созданная тьма была частью игры, задуманной организаторами. Парни продолжали путь, готовые ко всему, что ожидало их впереди.

***

Рабочие напряжённо трудились, переключая часы реальности с утра на ночь, создавая иллюзию полного контроля над временем и пространством. Все механизмы были запущены, экраны мерцали, передавая образы ночной природы, плавно перетекающие в дневные пейзажи. К группе подошёл Субин, высокий мужчина с властным видом и внимательным взглядом. — Ну, что, готовы? — спросил он твердым, решительным голосом. Один из рабочих поднял взгляд и коротко доложил: — Всё готово, сэр. Субин подошел ближе, остановившись перед экраном, демонстрирующим графическое изображение животного, удивительно похожего на чёрную пантеру. Оно грациозно двигалось, ловко преодолевая препятствия виртуального ландшафта. — Замечательно, — удовлетворённо отметил Субин, слегка улыбнувшись. — Можешь в центр вывести? Рабочий кивнул и несколькими быстрыми движениями клавиатуры увеличил изображение, сделав фигуру пантеры доминирующей на экране. — То, что надо, — одобрил Субин, довольный результатом проделанной работы.

***

Во мраке ночи двое парней осторожно продвигались вперёд, прислушиваясь к каждому шороху и подозрительному звуку. Луна пряталась за тёмными облаками, придавая пейзажу зловещий оттенок. Джисон шёл впереди, держа лук наготове, готовый отразить любую угрозу. Внезапно тишину прорезал низкий, угрожающий рык, заставивший обоих остановиться. Минхо напрягся, приглушённым голосом спросив: — Ты слышал? Джисон осторожно осмотрелся, убедившись, что опасность ещё далеко, и продолжил движение, чуть ускорив шаг. Минхо последовал за ним, постоянно оглядываясь назад, следя за тенями, мелькавшими среди деревьев. Прошло всего несколько минут, как новый звук привлек их внимание — топот ног, стремительно пересекающих пространство позади них. Оба парня инстинктивно посмотрели туда, откуда пришёл шум, ожидая увидеть противника. Однако, кроме теней, ничего не было видно. В следующий миг всё изменилось: мощный звериный рык и протяжный человеческий вопль разорвали ночную тишину, наполнив сердца ледяной тревогой. Минхо, охваченный ужасом, вопросительно посмотрел на Джисона. — Что это...? Джисон пристально взглянул на приятеля, сохраняя спокойствие несмотря на нарастающую опасность, и тихо пояснил: — Это финал. Резкий пушечный выстрел разрезал тишину леса, заставляя ребят поднять головы к небу. Там, посреди звёзд, вспыхнула надпись "Павшие: Дистрикт 8". Свет её букв выглядел жутковато, подчеркивая скорбь потери очередного участника Игр. Джисон тяжело сглотнул, осознавая, что гибель одного из соперников означает приближение финала. После короткой паузы он твёрдо сказал: — Пошли. Они двинулись дальше, осторожно ступая по мягкой почве, стараясь двигаться бесшумно. Палки трещали под ногами, нарушая тишину, а ребята старались передвигаться незаметно, нервно поглядывая по сторонам. Джисон шёл впереди, держа лук наготове, готовый к любым неожиданностям, а Минхо следовал за ним, настороженно присматриваясь к окружающей среде. Внезапно Джисон замедлил шаг, уловив посторонний звук. Тихое рычание исходило из ближайших кустов, заставив его напрячься и направить оружие в ту сторону. Минхо беспокойно оглядывал окрестности, слышась поблизости неясные шорохи и треск. Вскоре из кустов вырвалась огромная чёрная пантера, издавая грозный рык. Она набросилась на Минхо, повалив его на землю, острые когти царапнули одежду юноши. Паника захлестнула сознание, адреналин забил ключом, заставляя действовать моментально. Джисон отреагировал мгновенно, выпустив стрелу точно в цель. Стрела вонзилась в бок хищницы, вызвав болезненный рев боли. Животное ослабило хватку, давая Минхо шанс освободиться. Быстро вскочив на ноги, оба мальчика ринулись бежать прочь от страшного существа, глубоко дыша и спасаясь бегством в глубину леса. Хищница, быстро оправившись от удара, злобно зарычала и пустилась вдогонку за мальчиками. Её мощные мышцы сокращались, длинные когти впивались в мягкую почву, помогая ей стремительно сокращать расстояние между преследуемыми жертвами и самой собой. Минхо и Джисон бежали изо всех сил, сердце билось учащённо, лёгкие обжигало болью от быстрого дыхания. Шаги пантеры становились всё ближе, их удары гулко раздавались в ушах. Страх парализовывал разум, заставлял действовать инстинктами, движущимися исключительно желанием выжить.

***

Субин внимательно следил за действиями трибутов через монитор, оценивая их реакцию и стратегии выживания. Лицо его сохраняло невозмутимое выражение, хотя внутри кипела буря эмоций. Наблюдать за такими драматическими сценами становилось одновременно захватывающе и утомительно. Рядом стоящий рабочий, контролируя компьютер, сообщил: — Готов добавить ещё пару пантер, сэр. Субин ненадолго задумался, взвешивая последствия такого решения. Дополнительные животные могли сделать игру более непредсказуемой и опасной, повысив ставки для оставшихся игроков. Наконец, кивнув, он утвердил предложение рабочего: — Добавляйте.

***

Три разъярённые пантеры стремительно гнались за героями, вынуждая тех бежать на пределе возможностей. Адреналин пульсировал в венах, каждая мышца работала на износ, страх подогревал желание выжить любой ценой. Видя впереди знакомый лагерь, Минхо почувствовал надежду, что спасение возможно. Быстро достигнув цели, парни поняли, что добраться до укрытия обычным способом невозможно. Поэтому Минхо мгновенно принял решение: — Давай! Опустившись на одно колено, он предложил своё плечо в качестве опоры для Джисона. Тот, поняв намерение, подпрыгнул, ухватившись за выступ стены, подтянувшись и залезая внутрь. Оказавшись наверху, Джисон немедленно помог Минхо забраться вслед за ним. Тем временем пантеры достигли лагеря, с рычанием ударяя лапами по стене, пытаясь добраться до добычи. Их попытки оказались тщетны, стена выдерживала нападение, защищая находящихся внутри. Джисон и Минхо вздохнули с облегчением, зная, что временно находятся вне досягаемости врагов. Катон возник внезапно, грубо схватив Джисона за плечо и сбросив его на крышу. Минхо попытался вмешаться, но получил сильный удар в лицо, отправляющий его вслед за Джисоном. Мужчина тяжело дышал, злоба исказила черты лица, делая его облик особенно опасным. Приближаясь к Джисону, он ясно демонстрировал намерение покончить с соперником. Видя угрозу другу, Минхо поднялся и кинулся на врага, столкнув Катона с ног и рухнув вместе с ним. Джисон не оставался пассивным наблюдателем, поспешив на помощь другу. Однако Катон оказался сильнее, оттолкнув обоих обратно на крышу. Одним быстрым движением он перехватил Минхо за воротник, собираясь сбросить его вниз, к голодным пантерам. Минхо чудом сумел зацепиться пальцами за край крыши, избежав падения. Джисон попытался вновь атаковать, отступая назад, чувствуя давление угрозы. Катон наступал неумолимо, размахивая своим смертоносным оружием, мечом, которым он намеревался нанести решающий удар. Чувствуя отчаяние, Джисон старался защититься, уклоняясь от ударов, надеясь выиграть время. Однако сила Катона оказалась подавляющей. Выставив руку для защиты, Джисон почувствовал боль от удара лезвием по предплечью. Понимая, что конец близок, он решил предпринять последнюю попытку контратаки. Направленный выпад прошёл мимо цели, позволив Катону схватить его за горло и начать душить, тянувшись к краю крыши, где голодные кошки ждали возможности утолить жажду крови. Минхо собрал остатки сил, превратив слабость в ярость, и бросился на Катона, толкая его от юноши. Благодаря этому действию Джисон смог восстановить дыхание, сидя на крыше и пытаясь прийти в себя после пережитого. Минхо и Катон вступили в ожесточённую драку, катаясь по поверхности крыши, обмениваясь ударами и маневрируя, чтобы занять выгодную позицию. Их движения стали резкими и хаотичными, каждое действие определялось инстинктом выживания. Наблюдая за сражающимися друзьями, Джисон, восстановив контроль над телом, перекатился и подобрал свой лук. Держа оружие обеими руками, он нацелился на Катона, надеясь завершить бой одним точным выстрелом. Однако Катон оказался хитрее, схватив Минхо и используя его как живой щит против возможной атаки. Эта ситуация поставила Джисона в затруднительное положение, не имея возможности выстрелить без риска ранить Ли. Мужчина, ухватив Минхо за шею, крепче сдавливал горло, вызывая страдания друга Джисона. Слёзы навернулись на его глаза, но выражение лица оставалось дерзким и вызывающим. — Давай, стреляй, — проговорил он с издёвкой, не отпуская жертву. — Мы упадём, а ты победишь. Смех сорвался с его губ, подчёркивая безумие момента. Голос звучал саркастично, демонстрируя полное принятие собственной судьбы. — Так и должно быть, правда? Раньше я этого не понимал, — добавил он, продолжая удерживать Минхо в качестве живого щита. Джисон тяжело дышал, стискивая зубы, напряжённо целился в противника, балансируя между чувством долга и состраданием. Он видел страдальческое лицо Минхо, чувствовал его боль, но понимал, что выбор останется тяжёлым испытанием. Катон громко расхохотался, обращаясь к пантерам внизу: — Ну что? Отдать его вам? А? — его смех наполнял атмосферу цинизмом и жестокостью. Джисон сосредоточенно прицелился, мысленно просчитывая возможные варианты развития событий. Каждая деталь обстановки имела значение, каждое движение значило больше, чем сама жизнь. Катон продолжал держать Минхо, почти лишённого воздуха, фиксируя внимание на своём последнем акте насилия. — Нет, я и сам могу. Я с ним сам справлюсь. В последний раз, — процедил он сквозь зубы, наслаждаясь моментом власти над жизнью другого человека. Минхо, борющийся за глоток воздуха, слабо шевельнул рукой, показывая Джисону направление, куда следовало направить стрелу. Этот жест стал последней надеждой на спасение, единственным способом спасти его. — Я только убивать и умею. В последний раз, — уточнил Катон, почти торжествующий в своей способности причинять боль другим. Понимая намек Минхо, Джисон перенаправил стрелу, сосредотачиваясь на руке противника. Глубоко вдохнув, он направил оружие именно туда, где находилось самое слабое место захвата. — Хотя уже всё равно, — фыркнул Катон, предполагая неизбежность развязки, независимо от действий окружающих. Стрела пролетела воздух, звонко щелкнув тетивой лука, и попала точно в намеченную точку — руку Катона. Боль пронзила тело агрессора, заставив его кричать от внезапного ощущения. — Сука! — простонал он, освобождая горло Минхо и теряя равновесие. Освобождённый от захвата, Минхо мгновенно использовал представившуюся возможность, набросившись на противника и мощным ударом плеча сталкивая его вниз, к месту, где нетерпеливо ждали пантеры. Хищники, почуяв запах свежей плоти, сразу же набросились на падшего соперника, разрывая его тело на части. Джисон медленно приблизился к Минхо, останавливаясь рядом с ним, и вместе они смотрели вниз, наблюдая трагический финал борьбы. Хан, вытащив вторую стрелу, снова прицелился и выстрелил, поражая Катона окончательно. Стрела оказалась точной, завершив мучения последнего оставшегося противника. Пушечные выстрелы подтвердили завершение битвы, сообщая миру о завершении противостояния. Пантеры, насытившиеся кровью и мясом, постепенно потеряли интерес к останкам жертвы, начав покидать территорию, возвращаясь в глубины леса. Окружённая тишиной сцена говорила о победе, достигнутой двумя выжившими участниками. Джисон и Минхо стояли рядом, поглощённые мыслью о пережитом опыте. Пережитый стресс уступал место чувству облегчения и радости победы. Ощущение единства связывало их, став символом преодолённых трудностей и совместных усилий. Медленно подойдя друг к другу, они крепко обнялись, улыбаясь и радуясь.

***

Рассвет окрасил горизонт мягким светом, разгоняя темноту прошедшей ночи. Повсюду стояла тревожная тишина, наполненная напряжением ожидания следующего этапа испытания. Джисон и Минхо спустились с крыши лагеря, внимательно изучая окружающую обстановку, проверяя наличие возможных угроз. Внезапно раздался голос диктора, озвучивающего новые правила Игр. Молодые люди замерли, прислушиваясь к словам, создающим новую реальность. «Внимание, внимание, трибуны. В правилах произошло небольшое изменение. Предыдущая поправка, позволявшая двум участникам из одного дистрикта стать победителями, отменяется. В Играх может победить только один. Удачи. И пусть она всегда будет с вами.» Сообщение вызвало шок и недоверие у обоих молодых людей. Джисон рефлекторно вынул стрелу из колчана, готовясь к новому повороту событий. Сердца забились чаще, осознавая необходимость принятия непростого выбора. До сих пор они боролись вместе, поддерживали друг друга, полагаясь на взаимопонимание и доверие. Теперь же судьба ставит их перед выбором, который потребует решительности и мужества. Стоя лицом к лицу, Джисон и Минхо испытывали глубокое внутреннее смятение. Последствия объявленного изменения в правилах обрушились на них тяжёлой волной, разрушая надежду на совместное возвращение домой. Минхо первый нарушил молчание, высказав горькое признание: — Ну, давай. Взгляд Джисона выразил неверие, его голова бессильно мотнулась из стороны в сторону. Настроение перешло от неуверенности к непониманию, мозг отказывался воспринимать реальность. — Кто-то должен вернуться, а другой — умереть, они получат своего победителя, — жёстко подчеркнул Минхо, пытаясь заставить друга взглянуть правде в глаза. Джисон снова энергично покачал головой, отрицая саму мысль о таком выборе. Решительный поступок продемонстрировал ясность его намерений — он отбросил лук и стрелы на землю, символизируя нежелание подчиняться установленным правилам. — Нет, — категорически заявил он, решительно подходя к Минхо. — Это необязательно. — его голос звучал твёрдо, наполненный уверенностью и решимостью противостоять системе, навязывающей правила игры. Сквозь мягкий свет вечернего солнца, отбрасывающего длинные тени деревьев, Джисон осторожно извлек из потертого кармана горсть ярких ягод. Его движения были неспешны и деликатны, словно каждое прикосновение к ним было исполнено особой значимости. Минхо же стоял напротив, застывший в нерешительности, пристально наблюдая за товарищем. — Нет... — едва слышно прошептал Минхо, слегка качнув головой. Но голос Джисона прозвучал тихо и уверенно, почти успокаивающе: — Не бойся. Поверь мне. Последние слова сорвались с губ Джисона едва заметно, сопровождаемые теплым взглядом, устремленным прямо в глаза Минхо. Тишину нарушали лишь звуки леса да легкий шелест ветра среди ветвей. Постепенно выражение лица Минхо изменилось, напряжение ослабло, уступив место осторожному доверию. Наконец, он медленно протянул руку вперед, приняв предложенную щедрость природы в ладонь.

***

Субин стремительно приблизился к экрану монитора, будто хотел проникнуть внутрь самой сцены, настолько глубоко захватило его происходящее. Взгляд его напряженно следил за каждым движением героев, отраженных на экране. Тем временем Уён и другие жители Дистриктов внимательно смотрели телевизионную передачу, не отрываясь ни на мгновение. Их внимание было сосредоточено на происходящем событии, которое казалось столь важным и волнующим. Минсу сидел рядом, опустив голову, погруженный в собственные мысли. Однако даже сквозь задумчивость он чувствовал атмосферу напряжения и ожидания, исходящую от экрана телевизора.

***

Голос Минхо дрогнул, едва различимый шепот прорезался в тишине природы: — Вместе? Джисон взглянул на парня, почувствовав тепло доверия, пробежавшего между ними. Ответ последовал мягко и спокойно: — Вместе. — Хорошо. — Минхо улыбнулся уголком рта. Его взгляд скользнул вверх, словно собираясь мысленно подготовиться к чему-то важному. — Раз… Джисон отвернулся, давая Минхо немного пространства, тихонько произнеся следующее число: — Два… Минхо вдруг поднял руку, аккуратно поправляя выбившуюся прядь волос Джисона, заправляя её за ухо. Юноша обернулся, встретившись глазами с Ли. Атмосфера вокруг стала теплой и спокойной. — Три. — Минхо завершил счёт, произнесенным последним словом. Парни стояли, готовые положить конец своему испытанию, подняв руки к усталым ртам, но внезапный резкий голос диктора заставил их замереть на месте: — Стойте! Они огляделись, удивленные вмешательством извне, чувствуя волну тревоги и растерянности. Голос повторился настойчивее: — Стойте! Затем последовали торжественные слова, обращённые ко всей аудитории: — Дамы и господа, позвольте представить вам победителей 74-х Голодных Игр. Осознавая значимость момента, парни встретились взглядами, облегчённо выдохнули и крепко обнялись, выражая радость и облегчение от завершения испытания. Подняв головы, они увидели приближающийся военный самолет, доставивший их сюда, теперь готовый увезти их прочь.

***

Минсу тяжело вздохнул, глядя вдаль: — Они недовольны. — Чем? Что я не умер? — Джисон скрестил руки на груди, приподнимая бровь. Минсу покачал головой, его лицо стало серьезным. — Что ты навязал им свои правила. — Жаль, что я спутал им все карты. Я тоже ими не доволен. — Джисон усмехнулся, отведя взгляд в сторону. Ночь окутывала город своим мягким покровом, звезды мерцали высоко над крышами зданий. Ким Минсу и Хан Джисон стояли молча, наслаждаясь прохладой ночи. Минсу прервал молчание, повернувшись к Джисону. — Джисон, это не шутки. — простонал мужчина, и продолжил. — Всё куда серьёзней. Они такого не прощают.

***

Миротворцы в безупречно чистых белых костюмах вели Субина по длинному коридору, открыв перед ним массивные двери. Войдя в помещение, мужчина почувствовал холод металла под ногами и остановился, прислушиваясь к звуку закрывающейся за спиной двери. Нахмурившись, он попытался снова открыть её, но тщетно. Она была закрыта намертво. Взглянув вперёд, Субин заметил посреди просторной комнаты небольшой изящный столик. На нём стояла красивая хрустальная тарелка, украшенная замысловатым узором. А на тарелке лежала небольшая кучка сверкающих ярко-красных ягод, притягивающих взгляд своей опасностью и красотой.

***

Юн Тэсок занял своё место на возвышении сцены, выпрямился и бросил быстрый взгляд на зал, наполненный взволнованными зрителями. Микрофон слегка затрещал, предупреждая о наступающем выступлении. Ведущий широко улыбнулся, демонстрируя уверенность и энтузиазм.

***

Минсу заговорил быстро и серьезно, стараясь передать всю важность сказанного: — Если спросят, скажи… Скажи, что не мог ничего поделать. Ты так влюблен в этого парня, что и представить себе не можешь жизнь без него. Для тебя умереть вместе — лучше, чем жить без него. Понял? Джисон внимательно слушал мужчину, осознавая последствия предстоящего разговора. Затем он коротко кивнул, соглашаясь с предложением Минсу.

***

Ведущий задал первый вопрос, направленный непосредственно к Джисону. — Что ты почувствовал, когда нашёл его у реки? Джисон открыто посмотрел на аудиторию, искренне рассказывая: — Что я самый счастливый человек на свете. Минхо, услышав это признание, чуть улыбнулся уголком губ, бросив тёплый взгляд на Джисона. Продолжая тему любви и привязанности, Джисон добавил: — Я не знал, как без него жить. Пара обменялась нежными взглядами, после чего Минхо сцепил свои пальцы с пальцами Джисона, подчёркивая глубину их связи. — А ты, Минхо? — спросил ведущий. — Он спас мне жизнь. — лаконично, но эмоционально ответил Ли. — Мы спасли друг друга. — улыбнулся Джисон. Зрители ответили восторженными криками и громкими аплодисментами, выразив одобрение искренним признаниям молодых людей. Завершая представление, ведущий объявил зрителям: — Дамы и господа, представляем вам новых победителей 74-х Голодных Игр — несчастные влюблённые из Дистрикта 9! Аплодисменты и восторженные крики заполнили пространство зала, подчеркивая успех новоиспечённой пары.

***

Пак Джинён бережно взял золотистую корону и осторожно направился к Джисону и Минхо. Юноши поднялись с удобных кресел, ожидая церемонии награждения. Старец аккуратно возложил корону на голову Джисона, ознаменовав его победу. — Поздравляю, — сказал Пак Джинён, пожимая руку победителя. Джисон скромно поблагодарил, принимая поздравления: — Спасибо. Старик обратил внимание на необычную брошку в форме сойки-пересмешницы, украшавшей одежду молодого человека. — Прелестная брошь, — заметил старик. — Спасибо, это из моего Дистрикта. — Должно быть, они очень тобой гордятся. — сказав это, старик отошёл обратно, готовясь вручить вторую корону Минхо. Поезд плавно двигался по рельсам, оставляя позади бесконечные пейзажи и воспоминания о прошедших событиях. Возле окна стояли Минхо и Джисон, каждый погруженный в свои мысли. Минхо первым нарушил тишину, задав вопрос: — Что будет теперь дома? Джисон продолжал смотреть в окно, размышляя вслух. — Не знаю, надо забыть всё это. — Я не хочу забывать. — Минхо повернулся лицом к Джисону. Вернувшись домой, Джисон и Минхо оказались окружены ликующей толпой, встречающей их радостными аплодисментами. Джисон задержал взгляд на знакомом лице — Уёне, держащем на плечах маленькую Юджин, рядом стояла мама, улыбающаяся сквозь слезы счастья. Сердце Джисона наполнилось теплом, и он нежно улыбнулся в ответ. Минхо заметил мимолетную реакцию Джисона и, обратив внимание на их соединённые руки, предложил поднять их повыше. Толпа немедленно откликнулась, издав ещё более громкие крики одобрения и радости. Пак Джинён мрачно смотрел на экраны камер наблюдения, фиксировавших поведение парней. Прикусив большой палец, он сжимал челюсти, ощущая нарастающее раздражение и недовольство ситуацией. Завершив наблюдение, старик резко развернулся и покинул помещение, оставив за собой ощущение тревожного предчувствия. Конец?