Нетипичный случай

Я сидел в кабинете, ожидая пока мед персонал низшего класса приведет недавно поступившего пациента на сеанс. Ручка привычно лежала на блокноте, готовая фиксировать каждую паузу, каждое затруднение. Предыдущие сессии с Лололошкой были чередой изнурительных усилий, чтобы пробиться сквозь туман замешательства, окутывающий пациента. Я готовился к битве за каждое слово, к долгому и кропотливому поиску пути к разуму Лололошки. Дверь распахнулась, и моё ожидание рухнуло разбившись вдребезги. Лололошка вошел неспешно, с уверенной походкой. Улыбка была широкой но не пустой, а наполненной странным, почти самодовольным пониманием. Глаза, прежде мутные и полные тоски, теперь были ясными, живыми. -Привет, Джон,-Произнес Лололошка, не здороваясь официально, а скорее констатируя факт присутствия. Он опустился в кресло напротив, откинувшись на спинку, и даже закунул ногу на ногу, жест который я обычно ассоциировал с самим собой,-Ну что? Скучал по моим, кхм, интересным взглядам на мир? Я вот, если честно, даже немного соскучился по нашим… дискуссиям. Это было не просто улучшение, это был полный метаморфоз. Напротив меня сидел человек, который казалось обрел не только себя, но и некую внутреннюю уверенность, совершенно не свойственную его прежнему состоянию. -Добрый день, Лололошка,-Мой голос оставался ровным и спокойным, маскируя сомнение бушующие внутри,-Рад видеть тебя в таком расположении духа. -Угу. Кстати, заметил ты опять крутишь эту свою старую серебряную ручку между пальцами. Это когда ты глубоко в мыслях, или когда готовишься к особо изощренному вопросу, чтобы застать меня в расплох. Не изменился. Я даже не моргнул, но внутри всё похолодело. Эта ручка была старым подарком покойной сестры. И ручку эту я использовал только в личных целях и редко она покидала мой письменный стол в другом кабинете, используемый для личной работы. Пациенты никогда не видели меня с этим карандашом. Как Лололошка мог об этом знать? -А знаешь что ещё интересно?-продолжил пациент наклонившись вперед,-Ты здесь необычно… сдержан. И, что ещё более удивительно, я не услышал ни одного твоего фирменного, слегка колкого замечания, или того принебрежительного хмыка, который ты издаешь когда считаешь что кто-то говорит глупость. Ты всегда был такой… доминирующий что-ли? Пытался поставить все на место. Ироничный, едкий. А сейчас? Прямо сама доброта и внимательность. Что случилось, Джон? Лололошка откинулся отратно, явно наслаждаясь произведенным эффектом. На его губах играла легкая, почти торжественная улыбка. Моя профессиональная маска едва держится. Внутри всё кричало. Я был великим Джоном Дейви Харрисом, доктором, учённым, который умело скрывал свои личные черты за стеной профессиолизма при разговоре с душевно больными пациентами. Но Лололошка… не прости подметил мои привычки, он описал те самые дерзкие, иногда высокомерные черты моего характера, лицезреть которые пациенты не могли. Лололошка НЕ МОГ знать этого. Не мог знать про ручку, тем более не мог знать о моей склонности к сарказму и высокомерию. Он был моим пациентом, наши отношения были строго ограниченны рамками терапии. Эти черты никогда не проявлялись в сессиях, потому-что Джон был до предела профессионален. Моё удивление было настолько сильным, что я на мгновение потерял ход мыслей. Как состояние Лололошки могла так быстро и резко изменится? Не просто к «более нормальному», к состоянию когда он демонстрировал такое знание обо мне. Это граничило не просто со случайностью, а с чем-то… необъяснимым, чем-то что выходило за рамки любого известного медицинского или психологического понимания. -В общем, я чувствую себя прекрасно, Джон,-Лололошка прервал мой внутренний монолог, словно прочитав мои мысли,-И кажется ты тоже становишься лучше. Менее… колючим. Это необычно, но не плохо. Скорее хорошо. Для все нас. Хах. Ну, это была неплохая беседа, да? Не такая скучная как обычно. Он поднялся с кресла, с легкой улыбкой полной невысказанный знаний и направился к двери. -До встречи, Джон. И попробуй расслабиться немного. Ты слишком напряжен. Это был не просто интересный поворот, это было начало совершенно новой загадки.