A Little Moment Of Desperation

Ильсор понятия не имел, какой злой рок, дух или демон настиг его тем днём. До этого он жил своей обычной жизнью: ужасной, но предсказуемой. Братья-арзаки сносили жестокую участь рабства, Ильсор ради них пытался не подавать виду, что он теряет надежду с каждым годом, генерал Баан-Ну чудил и требовал восхваления себя любимого, другие менвиты были лишь безликой массой. Пусть и смертельно опасной безликой массой. Ещё накануне того злосчастного собрания Ильсор не подозревал, что его ждёт. Следовало бы прислушаться к Баан-Ну, когда он за ужином принялся жаловаться слугам: — Завтра прибудет этот выскочка Кау-Рук! Терпеть его не могу, никогда не может вовремя заткнуть свой поганый рот, зато много о себе мнит, и только потому, что его мамаша когда-то легла под брата Гван-Ло. Помяни моё слово, Ильсор, этот… бастард нам всю экспедицию сорвёт. Ильсор учтиво кивнул, мысленно делая пометки. Значит, новый опасный менвит, да ещё и родня тирана. Дело плохо, надо предупредить своих, наверняка проблем не оберёшься. Кто бы предупредил самого Ильсора… Следующим вечером Ильсор прислуживал Баан-Ну на общем заседании офицеров. Он был слишком занят, мечась между подачей напитков и технической документации, чтобы обращать внимание на кого-то, кроме генерала. Он помнил о вновь прибывшем штурмане, но больше его занимали мысли, что с тем должны приехать его рабы-арзаки, и надо будет аккуратно выяснить, будут ли они помогать своим хотя бы информацией, или же они были так подавлены гипнозом, что… И тут в его мысли ворвался зычный голос генерала: — Полковник, я знаю, что в прошлом у нас были недопонимания, но надеюсь, что в целях успешного завоевания Беллиоры мы их преодолеем, — Баан-Ну выдал явно отрепетированную (и насквозь лживую) речь. Голос, ответивший ему, звучал равнодушно: — Что же, если за семнадцать лет полёта мы не выкинем друг друга в шлюз, то это уже будет успехом. Ильсор зачем-то поднял глаза и это был последний раз в его жизни, когда он был в своем уме. Его как будто огрели чем-то тяжёлым. Или же он заразился глупостью от Баан-Ну. Дело в том, что полковник Кау-Рук был красив. Всё в его облике было идеальным, даже по меркам менвитов, хотя, по здравому размышлению, не так уж он от своих собратьев и отличался. Волосы темнее, чем у большинства, разве что. Ну и может он чуть выше и шире в плечах, чем остальные присутствующие. И глаза у него обычные, холодно-светлые. Но. Что-то в нём притягивало Ильсора, гениального инженера, негласного вождя арзаков, идеального слугу, похлеще любого гипноза. Не помогало то, с какой тонкой, едва заметной усмешкой молодой полковник смотрел на генерала. У Ильсора, конечно, давно никого не было, но не настолько же, чтобы проникнуться влечением к менвиту. Пусть и смазливому. Смазливому племяннику тирана, между прочим. И всё же он зачем-то пялился, замерев с чертежами в руках. Взгляд его притянула пара расстёгнутых верхних пуговиц на рубашке. В обход устава и всех негласных правил. — Простите, генерал, вы не представите мне вашего помощника? — тем временем спросил Кау-Рук. Ильсор быстро опустил глаза, надеясь, что тот не заметил, как на него пялился якобы загипнотизированный раб. — Помощника? — переспросил Баан-Ну. — А, вы про слугу. Это Ильсор, умный малый, для арзака, конечно. Ильсор спешно поклонился, стараясь больше не смотреть на полковника. Что, ранвиши его подери, с ним происходит? — Умный. Для арзака, — повторил Кау-Рук, и Ильсор мысленно выдохнул. Сейчас этот красавец начнёт себя вести как обычный представитель высшей расы, и всё это нелепое влечение быстро сойдет на нет. — Настолько умный, что сконструировал корабль, на котором мы полетим, — продолжил Кау-Рук. — Уверены, генерал, что вам стоит комментировать интеллект арзаков? И да, Ильсор, приятно с вами познакомиться. Ильсор снова поклонился. Очень низко. Потому что ему хотелось побиться головой об генеральский стол.

***

Через пару-тройку дней Ильсору наконец повезло оказаться в одном помещении с арзаками, которым можно было доверять, да ещё и без присутствия менвитов. Техники монтировали панели управления, и Ильсор тихонько отвёл одну из них, Сешат, в сторонку. Сешат поддавалась гипнозу, но по каким-то причинам он довольно быстро с неё сходил и она, подобно самому Ильсору, ловко исполняла роль покорной рабыни. Она также не входила в число членов экспедиции, поэтому Ильсор рассчитывал, что в его отсутствие именно она займёт его место в качестве негласного лидера арзаков. Но сейчас его волновало другое, как бы ему не хотелось это признавать. — Сешат, — начал он еле слышно и девушке пришлось к нему наклониться. — Ты ведь слышала про нового штурмана. Видела, кто его сопровождает? Он всеми силами старался звучать отстранённо. Обычное дело, лидер арзаков интересуется новыми людьми в коллективе. Ничего ведь не выдаёт, что ему хочется посмотреть на тех, кто постоянно с Кау-Руком. Убедиться, что тот либо такой-же самодур, как Баан-Ну, или жестокий, как этот лейтенант Мен-Хет, а может просто воспринимает арзаков как вещи, подобно полковнику Мон-Со (что, на самом деле, было не худшим вариантом, но приятнее Мон-Со от этого не становился). Баан-Ну, да пара других офицеров уже сетовали, что характер у штурмана тяжёлый. Дурную мысль, что кто-то из этих пока незнакомых арзаков, наверняка помогает Кау-Руку одеваться, и может даже расстёгивает эти две верхние пуговицы воротника, Ильсор изо всех сил пытался игнорировать. — С ним никого не было, — также тихо ответила Сешат. — Ланат говорил, что с ним был только адъютант. Менвит. — Странно. — Надеюсь, он их не перебил перед отлётом из Бассании, — вздохнула Сешат. — Он может потребовать себе кого-то в услужение, — отметил Ильсор. Его-то генерал не отпустит. Да и смысл менять самодура на самодура покрасивее… Не то чтобы Ильсор вообще об этом думал. Однозначно нет. — Правду говорят, что он родственник самого? — Если верить генералу, — ответил Ильсор и шепнул громче. — Лейтенант идёт! Вошедший офицер обнаружил полностью погруженных в работу арзаков. Через несколько недель и сам штурман явился проверять своё будущее рабочее место. Пришёл он без предупреждения и особой помпы, и выглядел уже не так ослепительно, как в прошлый раз. Легче от этого не было, наоборот хотелось пялиться на него сильнее. Тёмные волосы лишь наскоро уложены, под глазами залегли тени, и он явно пару дней забывал побриться. Зато его одежда была безукоризненна, особенно эти две, всеми богами проклятые, расстёгнутые пуговицы. Ильсор поспешил поклониться ему. Уж чего, а самообладания ему было не занимать. — Добрый день, господин главный техник, — кивнул штурман. — Можете не кланяться, мы тут все от вас зависим. — Как скажете, мой полковник, — отозвался Ильсор, радуясь, что генерала нет поблизости. — Проведёте для меня экскурсию? Ильсор, верно? Странное поведение для менвита. А где незабвенное: «Смотри на меня, раб, и повинуйся мне»?! Он что, гипнотизировать разучился? Ильсор даже нашёл глазами Ланата, но тот только едва заметно пожал плечами. Мол, я сам ничего не понимаю. «Экскурсия» показала, что если Кау-Рук и получил своё место в экспедиции из-за родственных связей, его технических познаний это никак не умаляло. Конечно, ему было далеко до самого Ильсора и той же Сешат, но в том, что непосредственно касалось его работы, он разбирался прекрасно и вопросы задавал по делу, одобрительно кивая на ответы. Не то что генерал, которому не нравилось сочетание цветов диодов на панели управления. С тенью недовольства Кау-Рук разве что взглянул на предназначавшееся ему кресло, но ничего не сказал, а Ильсор подавил желание расспросить. А вот управление системой охлаждения штурману не понравилось. Он попросил (попросил, а не приказал!) ответственного арзака открыть панель, придирчиво осмотрел её, хмурясь с каждой секундой всё больше, а потом посмотрел прямо на Ильсора, едва успевшего опустить взгляд: — Господин старший техник, если бы я не знал, что вы летите вместе с нами, я бы решил, что вы собираетесь нас поджарить. Почему сопла такой формы? И материал у них не самый стойкий… Баан-Ну что ли решил сэкономить, а на сэкономленное купить масло для бороды? Ильсор припомнил, что панель собирали Берас и Лэй, надо будет всыпать им по первое число. Если, конечно, менвиты не доберутся первыми. Полковник может сообщить своим сослуживцам, и ведь будет прав… — Это моя ошибка, мой полковник. Данный участок только собран, мы ещё не успели провести приёмку. Мы установим новые детали и перепроверим несколько раз. — Ладно, — просто ответил Кау-Рук. — Я тоже проверю. А где можно попить воды? В горле совсем пересохло, отвык столько языком трепать. — Я принесу вам, мой полковник, — засуетился было Ильсор. — Оставить, я пока еще сам в состоянии это сделать. Просто скажите где. — Вот в той стороне подсобное помещение, мой полковник, — пришёл на помощь Ланат. — Благодарю, — ответил Кау-Рук и обернулся к Ильсору. — Хорошая работа, господин главный техник. Увиденное меня немного успокоило. Не уверен в руководителе экспедиции, но хоть техники тут профессионалы. Когда тот широкими шагами пошёл к подсобке, Ланат зашептал Ильсору: — Я привык уже, что менвиты долбанутые. Но этот какой-то совсем не в себе. Ильсор покрутил головой, от этих вечных поклонов шея болела просто ужасно. — Я прав же, что он ни разу не прибегнул к гипнозу? — спросил Ильсор с замиранием сердца. — Мне тоже так показалось. Говорю же, долбанутый какой-то. Или лицемер. Не знаю, что и хуже. Ильсор не стал ему возражать, но не мог отделаться от теплого чувства, разлившегося в груди.

***

Если бы генерала волновало мнение Ильсора, то Ильсор бы остался доводить до ума Диавону. Но Баан-Ну в принципе не допускал мысли, что у арзаков может быть своё мнение, а поэтому Ильсору пришлось оставить столь любимое им детище, чтобы поехать на приём, устроенный самим Гван-Ло. Члены экипажа, отправляющегося к Беллиоре, уже считались героями, и в целях пропаганды, их чествовали при каждом удобном случае. Конечно же, Ильсору пришлось наводить на генерала лоск, благо его жене помогала её личная служанка, да ещё и тащиться на сам бал в качестве безмолвного сопровождения. Менвитам-то полагалось наслаждаться вечером, изысканными выпивкой и закусками, да высшим обществом. Арзакам же полагалось… присутствовать, безмолвными тенями, застывшими в ожидании команды от хозяев. В этот вечер Ильсору немного повезло, ибо Баан-Ну, выпив на голодный желудок вина, решил похвастать перед благодарной публикой своими подвигами. Как бы то ни было, а рассказчиком генерал был хорошим, и вокруг него быстро собралась группка слушателей. И неважно, что Баан-Ну рассказывал, как одолел целую гильдию воров, терроризирующую юго-восток страны, хотя на самом деле просто он отметелил зарвавшегося карманника, главное страсть, с которой генерал вещал. Ильсор слегка расслабился, понимая, что в данный момент генералу нет до него дела, переглянулся с Сешат, хозяин которой, напротив, не отпускал девушку от себя, и в очередной раз поискал глазами Кау-Рука. К этому времени Ильсор уже успел убедиться, что штурман и вправду не использует гипноз, и у него нет и не было слуги-арзака. Ланат так и продолжил звать того лицемером, Ильсору нечего было ему возразить, но и соглашаться он не собирался. Идиот, полнейший, конечно, в его-то положении потерять всякий покой из-за менвита! Кау-Рук, преступно красивый этим вечером, вряд ли замечал взгляды, которые на него бросал генеральский слуга. Его куда больше занимали менвитские дамы. За вечер он успел потанцевать с несколькими партнёршами, подолгу поговорить с парой из них, а сейчас он уже довольно долго общался с женой какого-то генерала, признанной красавицей, и даже одарил её одной из своих редких улыбок. Ильсор почти ждал, что сейчас придёт ревнивый муж дамы и подпортит эту идиллию. Идиллию подпортило другое явление. Сам хозяин вечера, Великий Гван-Ло, спустился к гостям, в своей тёмной мантии и изумрудной короне. Музыка тут же стихла, менвиты почтительно склонили головы, арзакам же полагалось поклониться своему поработителю в пол. — Благодарю все присутствующих, — коротко произнёс Гван-Ло. — Но мы здесь собрались не ради меня, а ради героев экспедиции, которую возглавляет генерал Баан-Ну. В зале раздались жиденькие аплодисменты, хотя группка людей, выслушивающих рассказы Баан-Ну о его дутых подвигах, аплодировала с куда большим энтузиазмом. Гван-Ло произнёс ещё пару-тройку ничего не значащих фраз, после чего занял свой трон, предпочитая не присоединиться к гостям, а наблюдать за ними. Ильсору это даже показалось немного ироничным. — Ильсор, — окликнул его Баан-Ну. — Неси шампанское! Я буду рассказывать, как одолел стаю оборотней. Ильсор как можно почтительнее поклонился, чтобы скрыть усмешку, и отправился к столу с алкоголем. Стая оборотней, как же. Пустынные волки, конечно, те ещё твари, но на оборотней не тянут, да и напала тогда всего парочка, от которой генерал с успехом отстрелялся… Вечер шёл своим чередом, поток историй Баан-Ну не иссякал, полковник Кау-Рук куда-то запропастился, Сешат успела ненадолго улизнуть от своего хозяина и перехватить немного еды. Ильсор же с огромной опаской посмотрел в сторону восседавшего на троне правителя. К тому как раз подошёл молодой менвит, начавший что-то долго шептать ему на ухо. Неужто шпион? Или просто важная шишка? Вряд ли он стал бы беспокоить Гван-Ло по пустякам в разгар праздника. Гван-Ло, выслушав донесение, что-то зашептал в ответ. Менвит закивал, что-то переспросил, после чего заспешил из зала, через выход, возле которого пасся Ильсор. Праздное любопытство и желание узнать хоть какую-то информацию, которая может хотя бы в теории оказаться для арзаков полезной, заставили его пойти следом. Перед тем как выйти, он переглянулся с Сешат, показав ей условный жест, означавший, что он просит в случае чего его прикрыть. Ход этот, как оказалось, вёл в дворцовый сад, больше похожий на лабиринт, а над лабиринтом нависла огромным угрожающая голограмма самого Гван-Ло. Сомнительное украшение для торжественного вечера, но мнения Ильсора, как всегда, никто не спрашивал. Шпион Гван-Ло явно хорошо ориентировался в саду, и Ильсор очень скоро потерял его из виду. Попытки заново отыскать его привели только к тому, что он чуть не заблудился. — Молодец, Ильсор, — мысленно укорил он себя и, стараясь не шуметь, начал красться назад. Расценив, что вот этот поворот должен точно вывести его обратно ко дворцу, Ильсор смело свернул направо, но только для того, чтобы вырулить к фонтану. — Господин главный техник! — окликнул его насмешливый голос. Обожаемый насмешливый голос. Ильсор обернулся и увидел полковника Кау-Рука, восседающего на каменной скамейке в компании пары бутылок вина. Его китель куда-то пропал, и он остался в одной рубашке, и Ильсору пришлось собрать в кулак всю силу воли, чтобы отвести от этого зрелища взгляд. — Что, тоже все надоели? — спросил Кау-Рук, и стало понятно, что он уже успел щедро к вину приложиться. — В зале душно, — спокойно ответил Ильсор. — Захотелось подышать свежим воздухом. Кау-Рук поставил обе бутылки вина на землю и сдвинул свою внушительную фигуру на край скамейки. — Присаживайся, если хочешь. Ильсор робко опустился рядом с ним. Кау-Рук поднял одну из бутылок, сделал из неё большой глоток и протянул Ильсору: — Будешь? Хотел бы он… Прикоснуться губами к тому месту, где только что были губы Кау-Рука… Мелочь, но как заманчиво. Ильсор себе напомнил, что ему нужно держать ухо в остро, никакого алкоголя и чего-то ещё, затуманивающего разум. Одно промедление, один неверный жест, одно неверное слово, и маска идеального раба спадёт с его лица. — Благодарю, — Ильсор покачал головой. — Генерал не разрешает своим слугам пить. Кау-Рук внимательно посмотрел на него. Ильсор с чего-то решил не отводить взгляда. Полковник сам по себе туманил его разум. — А если Баан-Ну, допустим, подорвётся завтра на мине, ты выпьешь? В голову лезли различные вариации на тему «от радости устрою вечеринку с Ланатом и Сешат», но на самом деле… — Это ничего не изменит, — он выбрал самый реалистичный ответ. Кау-Рук тяжко вздохнул. — Увы, ты прав. Да и не в выпивке вовсе дело. Ты — очень странный арзак, Ильсор… — А вы — очень странный менвит, мой полковник. Кау-Рук рассмеялся, впрочем, невесело, и продолжил: — Помимо очевидного, что у тебя голова светлая и руки золотые, ты ещё очень странно себя ведёшь… — О чём это вы, мой полковник? — внутри Ильсора всё похолодело. Кау-Рук снова щедро приложился к бутылке, облизал губы и обезоруживающе улыбнулся. — Да, ни о чём. Просто будь осторожнее. Твоему народу нужен твой ум. — А что нужно вашему народу? — не сдержался Ильсор. Кау-Рук хмыкнул. — Попуститься? Начать уже думать своей головой? Не знаю, пить вон меньше? Мы сейчас с тобой всё порешаем и построим идеальный мир! При мысли об идеальном мире, Ильсор невольно посмотрел на парящую в воздухе голограмму Гван-Ло. Потом снова вернулся к Кау-Руку. Он почувствовал, как его дыхание сбивается. Сомнений быть не могло: все слухи о его родстве с Гван-Ло правда. Они не были совсем уж копией друг друга, но у них был одинаковый разрез глаз, острые носы и узкие подбородки. И что-то ещё, едва уловимое. Ильсор опустил взгляд, но желание уйти не появилось. Вот он, раб, сидит возле племянника тирана, явно к этому тирану близкому, но чувствует себя в полнейшей безопасности. Его жизнь определённо становилась абсурднее с каждым днём. — Прости, — вдруг сказал Кау-Рук. — Понимаю, тебе уж точно не нравятся подобные вопросы. — Всё в порядке, мой полковник. «Вам можно», чуть не прибавил он. А потом, собравшись духом, спросил: — Про вас много разного говорят. Я слышал, что вы как-то сорвали учения у полковника Мон-Со с помощью ранвиша, — почему бы и не спросить? Кау-Рук чуть не подавился вином. — Всё совсем не так было. И не сорвал, а предотвратил. А ранвишей было много, и они сами туда прибежали, я к этому не имел не малейшего отношения! — Так расскажите, как оно было на самом деле, — улыбнулся Ильсор. — А хрен с тобой, слушай… Они просидели в саду ещё около получаса, и Ильсор впервые за долгое время искренне смеялся.

***

Красавица-Диавона была практически готова к полёту. Рабочим по большей части нужно было, в целях перестраховки, тестировать все системы, да вносить косметические правки, особенно если что-то не генеральскому соответствовало чувству прекрасного. Впрочем, даже генерал понимал, что по этому вопросу стоит гонять других арзаков, не трогая Ильсора, ведь тот был важнее в кабине управления, помогая Кау-Руку. — Так и не определились, какие книги с собой возьмёте, мой полковник? — спросил Ильсор как бы между делом. После того приснопамятного вечера в дворцовом саду они стали общаться почти по-дружески, когда никого рядом не было, разумеется. Кау-Рук больше не поднимал тему странного, для арзака, поведения Ильсора, ни намёком, ни иносказанием. Но Ильсор понимал, что перед штурманом можно не изображать загипнотизированного раба, и хоть ненадолго почувствовать себя живым человеком. — Все, — усмехнулся Кау-Рук, делая пометки в своём журнале. — Сначала думал взять только свои любимые, а потом дошло, что за семнадцать лет я их успею возненавидеть. Поэтому просто загрузил себе все, до которых только руки дотянулись. И за новинками слежу пристальнее, чем Мон-Со за турнирной таблицей. Хм, а ведь Лон-Гор будет вести медицинские карты… как думаешь, смогу ли я к ним приложиться в случае чего, или это будет медицинской тайной? — Насколько я знаю доктора, будет. Но генерал всегда будет рад поделиться с вами своими черновиками. — Нет, лучше от скуки скончаться, — фыркнул штурман и прибавил тише. — Жаль, что тебя отправят в анабиоз. Да, жаль. Он почти не увидит своё любимое творение в деле. К тому же, семнадцать лет — слишком долгий срок. Оставшиеся на Рамерии продолжат жить своей жизнью, Кау-Рук, Лон-Гор, Мон-Со и Баан-Ну будут управлять кораблём. А Ильсор и остальная команда просто будут спать. Он старался не думать об этом слишком долго. Кау-Рук, между тем, как будто что-то хотел сказать, но передумал, и вместо этого заметил, принявшись одной рукой разминать себе плечо: — Зато отоспишься. Жаль, что нельзя отоспаться впрок. — К счастью, — улыбнулся Ильсор. Потом заметил недоумённый взгляд, и прибавил: — Если бы можно было, генерал бы мне совсем жизни не дал. — Твоя правда, — не стал спорить Кау-Рук. — Демоны, плечо меня сведёт в могилу раньше, чем эта ваша Беллиора! — Что с ним случилось? Тот отмахнулся. — Сам дурак, сплю вечно в одной, зато жутко неудобной позе, сам не понимаю, как так изворачиваюсь. Так что плечо давно болело. А вчера я подгонял под себя кресло и управление, и плечо после этого решило меня совсем оставить. Зайду потом к Лон-Гору, как минутка выдастся. У Баан-Ну временами тоже страдали шея и плечи, обычно он просил о помощи Сиану, одну из служанок его жены, хорошенькую светловолосую арзачку, больше похожую на миниатюрную менвитку. Сиана всегда с большой охотой приходила генералу на помощь, иногда её даже не надо было просить, но, если по каким-то причинам её не было поблизости, что задача массировать генералу плечи ложилась на Ильсора. Он ненавидел каждую миллисекунду этого, это было гораздо хуже, чем помогать тому с одеждой или подносить еду. Иногда он представлял, как он смыкает руки на генеральской шее и начинает его душить, это хоть как-то скрашивало такие моменты… Его иногда самого тревожило, сколько ненависти в нём накопилось с годами. Но сейчас-то всё было по-другому. Он сам желал прикоснуться к Кау-Руку, будь он хоть сто раз менвитом и племянничком Гван-Ло. Положить руки на широкие плечи, огладить их, нащупать напряжённые мышцы, начать их разминать, демонстрируя, что даже если он не так физически совершенен, как менвиты, его руки всё ещё сильны, помочь облегчить боль, услышать благодарный вдох, а то и стон. Где-то в глубине своих фантазий Ильсор заканчивал сие действо, прикладываясь губами к тёмной макушке штурмана, а затем целуя позвонки на шее. Но он ничего не делал, просто замер посреди помещения. Сиана была среди тех, кто давно смирился со своей участью, и не желал иного. На словах Ильсор сочувствовал таким арзакам, понимая, что они лишь пытаются выжить, и запрещал остальным их попрекать. Но в глубине души он часто корил их за слабость. И вот, сейчас он сам ведёт себя как один из этих, сдавшихся… — Мне показалось, или ты о чём-то задумался? — вклинился в его мысли голос Кау-Рука. — Вспомнил кое о чём, — покривил он душой. — Технический момент. Вас и вашей работы это не коснётся. «И я тебя тоже не коснусь». — Знаешь, я всё еще не понимаю, с чего наши физики с биологами решили, что Беллиора пустынна? Сами же обещают на ней цветущий рай? В раю — и никого? — этот вопрос Кау-Рук поднимал уже не в первый раз, почему-то это очень его заботило. Как ни странно, из высшего командования, он один этим вопросом задавался. — Они предполагают, что на данный момент там только неразумные формы жизни, — вяло отозвался Ильсор. — Не вижу никаких отличий от Рамерии. Он всё еще сидел к нему спиной, и так легко было подойти сзади и положить руки ему на плечи. Но это было бессмысленно. Совсем скоро Ильсор уснёт и семнадцать лет пролетят для него как одно мгновение. Кау-Рук же за эти годы неизбежно изменится, и растеряет старые привязанности, и Ильсор для него в лучшем случае станет полузабытым приятелем. С неволей Ильсор никогда не смирится. А вот с этим — придётся.