Hollow

      Утро начинается с улыбки… Боюсь это не так, боюсь так не у всех. Утро начинается с распространяющейся по всей груди боли. Она идет от сердца и растекается постепенно по всему телу, как мед, также неторопливо обволакивая каждый кусочек, каждый миллиметр. От этой боли и чувства опустошенности внутри не хочется просыпаться вовсе. После пробуждения нормальный среднестатистический человек посидит какое-то время в кровати и начнет свой день, но Хан не такой. Он проснется и еще долгое время будет сжимать кофту около сердца, сгибаясь и почти крича от боли.       Что происходит? Почему он? Непонятно. Это не единоразовая акция, а уже повседневность, то, что вошло в привычку. Каждую ночь один единственный сон, который из раза в раз заставляет внутренности парня наливаться кровью и плакать подолгу горькими слезами, обжигающими лицо. Каждую ночь в его сне какой-то парень безжалостно вырывает его сердце из груди и, пока сам Джисон корчится от боли, тот просто наблюдает со стороны, смотрит на Хана пустым, безжизненным взглядом от которого по коже идут мурашки, в комнате вянут все цветы… от которого все живое хочет скорее скрыться и убежать как можно дальше.       Хан же просто хочет убежать и избавиться от этого кошмара…       Конечно же он пытался выяснить, что к чему: он описывал внешность загадочного парня своим знакомым пытаясь выяснить, знают ли они кого-то похожего, но все бестолку. Ни одной зацепки, ни одного нужного ответа, лишь «Хан, по-моему ты начинаешь сходить с ума от одиночество…» и «Ты сбрендил, определенно!», это никак парню не помогало, а только накаляло ситуацию и его раздражительность.       ***       Джисон не был чересчур плаксивым или же ранимым человеком, однако эта боль въелась слишком глубоко в его тело, по ощущениям оставляя глубокие никому не заметные шрамы, поэтому недолго думая, он решил, что начиная с этой ночи не будет спать. У этого отчаянного эксперимента будет только два конца: либо тело Хана не выдержит и сдастся первым, либо он найдет того незнакомца. Конечно же, надежда была на второй исход, ибо кто хочет самостоятельно доводить себя до смерти? Таких людей достаточно, но Джисон по натуре своей явно таковым не является.       Первая ночь проходит гладко: от пары кружек кофе спать не хочется, и Хан чувствует себя на удивление хорошо. У него достаточно сил и энергии, чтобы пойти на работу и заняться другими наискучнейшими бытовыми делами. К его же сожалению, к концу дня все силы испаряются и так и хочется заснуть, но - нельзя! Нужно держаться, потому что в выборе между болью и отсутствием сна Джисон предпочитает второй вариант наименее мучительный для него же.       Парень быстро набирает запрос на телефоне (что-то типа «Как не уснутьночью и быть полным энергии»), и поисковик спешит его разочаровать, уничтожая последние надежды Хана на этот дуэт, ведь «ночь без сна» и «энергичность» не могут долго существовать вместе. Джисон громко ругается от разочарования и решает пойти на крайние меры, а то есть смешать кофе и энергетик в импровизированный коктейль. «Бармен» Хан Джисон подбирает подходящую кружку и заливает в нее сначала черный горький кофе, а после добавляет приторно сладкий энергетик, тщательно все перемешивает и решает снять пробу. Все же первый коктейль в его барменской-неспящей карьере!       Один глоток и сразу за ним следует сморщившееся лицо Хана. «Ну и дрянь же!» - раздражительно говорит парень сам себе, хотя чего он хотел и на что надеялся, когда смешивал не сочетаемые между собой ингредиенты? Только лишь на удачу и свои необычные вкусовые предпочтения. Со всем прогадал. Все мимо.       Он пьет этот «Адский коктейль» и молится на его чудодейственность и эффективность, точнее ищет хоть какие-то плюсы в нем. Один все же находится, притягивается за уши, если быть честным. Это было хоть какое-то минимальное веселье, дабы занять свое время и не заснуть. Развлечение в виде работы бармена Хана увлекло, но он засомневался, что будет повторять этот рецепт снова…       Эта смесь придает ему сил и ему удается не спать. Так медленно и нерасторопно проходят следующие дни. Джисон пьет поочередно то один, то другой напиток (больше свою ошибку он не повторит); занимает себя документами по работе, отчаянно пытается вчитываться в них, а также расслабляется и наконец-таки смотрит все отложенные фильмы и сериалы.       Идиллия эта долго не длится, потому что организм усердно бьет тревогу, пытается показать своему хозяину, что ему не очень-то по душе такого рода мазохизм. Хан понимает все, однако поиски незнакомца ни к чему не привели: парень долго рыскал в разных сотсетях похожего по описанию парня, но ни на что не наткнулся, хоть и перерыл с сотню различных сайтов. Мрак.       ***       В последнее время его настроение скорее бемоль, чем диез. Безысходность убивает морально и физически в случае Хан Джисона, ведь спать хочется неимоверно, а поиски так никуда и не привели. Его глаза стали чаще видеть минусы, чем плюсы. Он как будто выдохся, и теперь всё. Невыносимо больно. Идеи как взбодрить себя тоже закончились, остается лишь импровизировать и надеяться. В голову приходит только лишь идея о прогулке на свежем ночном воздухе, дабы взбодриться и остудить голову. Быть может ему придёт какая-то гениальная идея? «Не проверишь - не узнаешь» - с такой мыслью парень запирает дверь в квартиру и выходит на улицу, вздрагивая от ночного холода, но так даже лучше.       Он медленно шагает по набережной, вглядываясь и изучая пейзаж вокруг себя. Луна, скрытая за облаками; ночь, лишённая света; ни одного человека вокруг. Лишь Хан, его бесконечный поток мыслей и ветер, который носится вокруг, болтая то с листьями, то с цветами, а может даже с Джисоном…А парень в свою очередь идет ему на встречу, внимая каждому «слову», ощущая их каждой клеточкой тела и растерзанной души.       Но вдруг вдалеке показалась тень? Или это Джисон уже начинает бредить? Дыхание перехватывает, сердце начинает сильнее биться… «Что черт возьми происходит?!» - думает парень.       Все чувства, ощущения и звуки выкручиваются на максимум. Они проходят сквозь него оставляя за собой неприятные ощущения, как будто стая адских псов разом набросилась на Хана, а он стоит не в силах что-либо сделать с этим: лишь он и тремор в руках, лишь он и биение собственного сердца в ушах, лишь он и нехватка воздуха на совершенно пустой улице…Опустошение. Разом. Полностью. Целиком.       ***       Безымянное сердце (пустота). Блуждает по небу. Не оглядываясь назад, он просто бежал вперёд. Словно невидимая сила притянула его сюда, прямо до этого места, где сейчас незнакомец стоит в отчаянии на той же набережной. Его сердце также искалечено, как и сердце Джисона. Хочется плакать. Дрожать и плакать от нерешенных проблем и не найденных ответов. Кто-нибудь, пожалуйста, избавьте меня от этой пустоты, утолите мою жажду. Он снова и снова пытается, но всё безрезультатно. Но вдруг ветер усилился, ноги подкосились, сердце чаще забилось, разгоняя приятное тепло и надежду по телу - до дрожи приятное чувство для уже отчаявшегося Ли Минхо. Он оглядывается по сторонам и замечает странную тень вдалеке, которая замерла в тот же момент. Странно. Необычно. Загадочно. Как и все то, что в последнее время происходит в жизни Минхо.       ***       Один и тот же сон связывает их двоих. Одна и та же проблема - больная душа. Но совершенно противоположные чувства они испытывают на этой набережной в момент долгожданной встречи.       Хану сложно дышать, а у Минхо наоборот открылось второе дыхание, он переродился, слился с ветром и также блаженен и умиротворен.       Хан - клочок нервов и страхов. Хан - олицетворение восставшего из мертвых. Хан - белее листа. Хан хочет в эту секунду испариться и перестать существовать; хочет проснуться с мыслями, что это был дурной кошмар; да даже выйти из комы уже звучит всяко лучше, чем поднять взгляд на незнакомца, от которого у Джисона подкашиваются ноги.       Ли не понимает, что происходит. Он запутался окончательно. У него есть только одна подсказка, только один ориентир - парень напротив. Он - горькое лекарство от проблем Минхо, он его опора, он его утерянная душа. Но почему его спаситель так дрожит? Что его так напугало? Эти мысли одни за другой проносятся в голове Минхо, заставляют его оперативнее принять уже какое-либо решение. Тот в свою очередь начинает тихонько подкрадываться к парню, сокращая расстояние шаг за шагом. Ли почти не дышит, он слишком увлечен. Разум затуманен, точно ли он трезв?       -Нет! Не смей подходить ко мне! О-остановись!- громко и отрезвляюще кричит незнакомец.       Минхо окончательно растерялся. Замер. Развел в непонимание и немом страхе руками, вопрошая, что ему делать в таком случае, ведь ты - паренек напротив, сбил все ориентиры, разрушил единственный план, нокаутировал его лишь за секунду. Он сдается. Опускает руки. Ждет. Лишь ждет…       -Ты меня не знаешь, возможно, даже примешь за психопата, но я видел тебя каждую чертову ночь во сне! - вдруг выдает парень, чем привлекает и даже приковывает внимание Ли Минхо, - Я искал способ увидеться с тобой, думал так прекратятся мои страдания…Но ни на йоту лучше мне не стало…Я ощутил те же чувства, что и во сне, та же потеря души, то же отчаяние и пустота. Дыра в груди. Я не знаю, как дальше быть..?       Такая искренность со стороны поразила Минхо, но и пристыдила, ведь личным мучителем парня всегда был он. Не намеренно, без какого-либо желания Ли вырывал сердце парня из раза в раз. Уничтожал его полностью. Его и заодно себя. От полученного трофея легче не становилось, лишнее сердце - сбой в системе.       -Я не считаю тебя психом, я видел тот же самый сон. И мне не легче от встречи с тобой. Я был жесток, но не по своей же воле. Веришь ты мне или нет, но я ощущал то же самое. Просыпался с постоянной болью,- тараторил Минхо. Нервы сдавали у обоих.       -Но я считаю эту встречу судьбоносной! Решающей! Мы поможем друг другу, как-нибудь да выкарабкаемся, -усмехнулся Ли, протягивая руку загадочному незнакомцу, - Меня, кстати, Ли Минхо зовут. Хватайся.       -Хан. Хан Джисон, - неуверенно ответил парень, отвечая на предложение Минхо, крепко хватая того за руку. Теперь не отпустит уже никогда, ни при каких обстоятельствах.       Соприкосновение. Искра. Надежда? Это непонятное чувство захватило обоих, казалось, что они облетели всю Вселенную, посетили все планеты. Вознеслись. Возвысились. Неописуемо красивое и такое нужное чувство для них, как панацея, которая в момент решила все проблемы, залечила глубокие раны, исцелила рубцы и шрамы на сердце, вернула огонь и рвение в их сердца, добавила давно забытый блеск в их глаза. Наконец-таки оживила и возродила их двоих: Хан Джисона и Ли Минхо, которые так долго искали друг друга, нуждались в друг друге.       Души их были и будут связаны. Ли Минхо всегда был потерянной душой Джисона, он дополнил его, заполнил и дал свободу, дал стимул снова жить и дышать полной грудью. Ли Минхо - ветер перемен в жизни Хана. Ветер, который движет им, управляет и направляет; ведет только вперед, поддерживая того всегда и во всем.