Система связанных между собою душ

      Это больше, чем просто друзья. Это больше, чем семья. Это уже личная Солнечная система, где все зависят друг от друга уже на атомном уровне. Они чувствуют друг друга каждой клеточкой тела и фиброй души. Их сердца бьются в унисон, а голоса сливаются в настоящую симфонию любви и нежности, откровения и спокойствия.       Их окружает собственный космос - мир фантазий и выдуманных сказок, где есть место магии, ведь они сами, должно быть, волшебники, которые делают привороты на чужих костях и мешают зелья из крови с приправой из блесток, совсем чуть-чуть для красоты; так требует Чонин (которого, возможно, науськал Феликс, но это останется тайной, станет дополнением к космической реальности), но младших в этой галактике уважают не меньше - блесткам быть!       Бан Чан - центр их Солнечной системы, их всегда ярко сияющая звезда. Он направляет свои маленькие планеты, помогает им и освещает путь. Согревает своими лучами, своим присутствием, помогает лучше обогревателей или батарей, ведь растапливает он еще и пылкие сердца детей-планет, которые от вековой хладнокровности поросли толстым слоем льда: такие неприступные и одинокие… Были. Сейчас нет. Сейчас они - часть его Солнечной системы.       Вокруг Чана крутятся, носятся, выходят за полюса его дети-планеты, все такие разные на первый взгляд, но сливающиеся в единое целое при первой же возможности.       Солнце неприступно, оно полагается, лишь на само себя, но не в этой вселенной. Здесь у Солнца-Чана есть его личный спутник, его личный защитник - Со Чанбин, который готов ради него вытащить Эскалибур из камня и бросится в бой, не жалея сил и даже собственной жизни; Чанбин уверен, что заклинания Планет сработают и его достанут даже с того света, вернут в эту вселенную так или иначе. Или всем скопом придут за ним. Хотя скорее прибегут, используя межгалактический ускоритель, а кто-то космические ролики!       А где-то чуть поодаль расположена первая планета-ребенок. На ней давным-давно, когда сердца были покрыты льдом, а тело обогревалось батареей жил маленький мальчик с повадками кошки: он шипел на всех, выпускал свои коготки и щетинился. Но! Пришло Солнце Бан Чан с крохотной белкой за ручку(коты любят белок? этот кот их просто обожает, но не всех «эту» единственную и неповторимую…). Лед начал таять. Медленно, но, верно, незаметно для кота. И, вот, они под влиянием времени и сильного космического притяжения слились в единую планету, переплелись душами. С тех пор здесь живет милый мальчик бельчонок с принципиальным котом. Теперь эта планета - влюбленные до ужаса в души друг друга Хан Джисон и Ли Минхо, бельчонок и кот. Смущение и Принципы.       Где-то за ней, в уютном отдаление ото всех весит в космосе планета покоя и миролюбия. Прошу заметить, с личным солнцем на ней. С личным мальчиком-солнцем, который источает тепло и уют, заполняет все пустое пространство, все мысли и чувства людей поблизости. Все их сердца и легкие. Заполняет до отказа, набивает заботой и лаской, а сверху припорашивает разноцветными и разномастными блестками: всех цветов радуги и не только, всех размеров и форм. Делает со всеми все то, что пожелает его солнечно-космическая душа, душа ребенка-планеты.       Больше всех от блестящих нападок Феликса страдает Хенджин. Планета, пропахшая с головы до пят масляными красками, полями и летним дождем. Планета, которая вплетена в понятие «искусство», тесно с ним связана. Он творит денно и нощно, изображает на холстах все терзания его души, его личной черной дыры. В нем столько фантазий, столько размышлений таких глубоких: недосягаемых и неосязаемых. Его понимают не многие, но поняв исчезают в нем с концами. Феликс исчез. Феликс, мальчик-солнце, теперь его единственный свет в этой непроглядной темноте.       Ох, а эта не до конца разгаданная и понятная планета. Планета, пропитанная сарказмом и отрицанием заботы, а на ней живет щенок с широченной улыбкой. Именно улыбкой, не оскалом! Он и скалится то не умеет, не приходилось, да и не нужно. Мальчик знает, что в этой галактике он находится под защитой Солнце-Чана и его спутника. Под защитой остальных планет. Сынмин просто под защитой. На этой планете почти не существует выдумок да сказок, легенд и небылиц. Тут только тысячи книг с наискучнейшими научными и заумными названиями. Они пугают одним видом, своим слишком серьезным и взрослым оформлением, поэтому их украсили блестками - осадок с ближайшей планеты в виде громкого смеха и целой банки радости.       А вот виднеется и последняя, завершающая планета, территория которой еще не до конца исследована. Карта не до конца готова. Никто не знает ни морей, ни стран, ни озер. Они только формируются, находятся в зачатках. Поэтому множество путешествий и набегов совершается на нее. Одни исследуют с востока, другие с запада, а третьи пошли с двух полюсов. Дети-планеты помогают в изучение: чертят карты, дотошно вымеряют каждый сантиметр, записывают каждую детальку, каждый нюанс местности. Не забывают дополнить что-то от себя. Например, оставить краски и пару блесток, заботу и кошачий уют, а также взрослую серьезность и пару книг путеводителей.       Эта планета еще развивается. Понадобится может пару сотен лет, а может и пару месяцев, и Ян Чонин обретет себя, крепко вцепится в руки детей и будет следовать вместе с ними за ярким светом Чана.       Галактика большая и неизмеримая, поглощающая и съедающая полностью, окутывающая и укутывающая в теплый мягкий плед. Галактика - семья. Параллельно разная, но близкая, находящаяся на одной орбите, в одной системе координат. Неразлучная и неразрывная.