Пока куется металл

⋅───⊱༺ ♰ ༻⊰───⋅

Дни текли тихим ручьем, мягко и нежно, чисто и размеренно. Пламя их странной любви не угасало, но и не вспыхивало в голодную страсть. Жизнь наладилась, Эннон даже начал переписываться с Мастером, все конечно, благодаря Рунборе. Он рассказал о своей жизни после изгнания, о своем пути и о том, что наконец нашел место где ему рады и любимого человека. Про это он писал очень смущённо и боязно, ведь как сказать Мастеру, что у него избранник, а не избранница, хоть у них это и небыло запрещено, но многие это порицали, так как большинству людей нужно было передавать свои знания или земли, а чужим людям передавать они не хотели, поэтому всеми силами старались сохранить свою кровь. С огромной опаской и тяжестью на сердце Эннон всё-таки написал об этом, с отправленным письмом тревога в его груди разрасталась все сильнее, словно лесной пожар. Дни казалось стали длиннее, а любая работа мучительна. От этих чувств его спасал Рунбора, эти теплые руки с мозолями от мечей казалось забирали всю тревогу из его сердца и облегчали груз души. Рядом с ним время снова текло размеренно. Горячие поцелуи и эти глубинно, иссиня-синие глаза напоминающие хосту, в которых так и хотелось тонуть. Письмо вскоре не заставило себя долго ждать, бедный почтовый голубь, наверное летел без перерывов. С дрожащими руками он укрыл конверт. От прочтения наворачивались слёзы и облегчённая улыбка. — От чего ты плачешь, Эннон? — ксон подошел, обнимая сзади и целуя кузнеца в изгиб шеи. — Ничего, совсем ничего, я просто очень счастлив, — Эннон приложился к щеке, чувствуя чужое сердцебиение и дыхание. — Мастер что-то написал? — Рунбора попытался аккуратно посмотреть, о чем письмо, а Эннон его особо и не прятал, давая ксону возможность прочитать. — Можно и так сказать. Я рассказал Мастеру о своей жизни, после изгнания, а так же поведал ему о нас. Я боялся, что он будет против, ведь Мастер почти заменил мне отца и он важен мне, — он смотрел как ксон читает прерывисто, выведенные буквы.

Эннон, я очень рад за тебя и твоего избранника. Будьте счастливы вместе. Ты прошел довольно тернистый путь несколько лет назад, я считаю ты заслуживаешь немного счастья и для себя. Тихон и Ефим вон машут и спрашивают как ты. После твоего первого письма наша колыбель вновь задышала, как все узнали так волоком меня потащили в соты, напоили и заставили читать твое письмо, ох и влетело им с заутреня но им простительно. Мы все с нетерпением ждем твоих писем и тебя когда-нибудь, приезжай со своим спутником.

Да хранит вас Высший.

— Они все очень дорожат тобой, давай и правда когда-нибудь съездим к ним. — Правда?! Я так рад Рунбора! — Эннон легонько чмокнул ксона в щеку. — Кстати, милый мой, — крестоносец как-то быстро стал серьезным, — У меня есть важный вопрос к тебе, — кузнец немного непонимая смотрел на ксона, — Давай обвенчаемся? — повисло секундное молчание, Эннон переваривал данную ему информацию и сопоставив что к чему залился румянцем. — А, к-как обвенчаемся?! Здесь?! А нам разве можно? — ксона немного позабавила такая реакция. — По традициям ксонов, можно заключать брак между мужчинами, — он развернул кузнеца к себе и поцеловал в губы, нежно сминая их своими, — Так ты согласен? — эти щенячья милые глаза буквально показывали мольбу, хотя уже точно знали ответ. Эннон лишь улыбнулся и уже сам поцеловал ксона. — Конечно же я согласен! — тут его подхватили и закружили в воздухе, старенькие доски скрипели при каждом шаге, но их было неслышно за звонким смехом. — Я рад, спасибо тебе, — и вот новый поцелуй, который прервало чириканье Буцефала, внезапно Эннон покраснел и спрятал свою голову в изгиб Рунборы, — Эннон, он тебе что-то сказал? — после того как Эннон стал оруженосцем и получил силу креста, он стал понимать о чем говорят птицы, раньше он только догадывался или гадал, а тут может услышать четкий и ясный ответ. — Нет, ничего такого, пойдем спать.

— Чи, давно было пора вам людишки обвенчаться, а то только милуетесь да вместе спите чи!

· ─────── ·𖥸· ─────── ·

Свечи тихо мерцали в комнате, посторонних звуков почти небыло, в комнате слышалось лишь томное мычание, вперемешку со вздохами и шуршанием ткани, а так же постукиванием деревяшек. На прикроватной тумбе стояла мисточка с некой красной жидкостью. Эннон лежал на животе, сжимая простыни, а Рунбора был рядом и бил ему татуировку, чуть выше лопаток, ближе к шее . Вырисовывался ровный круг, а в нем четыре открытых кольца, попарно сплетённых в две восьмерки. Свадебник — символ брака и семьи. По рассказам Рунборы, его бьют мужья женам, чаще всего это делали на открытом участке кожи, а именно на тыльной стороне правой ладони, что бы все видели, что эта дева уже занята. Но они решили что разместят его в не особо видном глазу месте, всё-таки юношеский задор иногда прорывается и выливается в спонтанные решения. Закончив узор они испили вина из одной чаши, отрезав пряди своих волос связали вместе и подожгли. Дальше их жизнь продолжалась так же размеренно и мирно, прерываемая лишь скорыми обещаниями поскорее вернуться и стуком молота по наковальне. Как-то птицы принесли Эннону весть, что Лоргон ищет его, поэтому кузнец вышел из их с Рунборой кельи и направился в сторону главных домов. Там прямо перед дверью он столкнулся с Лоргоном, который только вышел и чуть не сбил кузнеца с ног. — Аккуратнее, вот же ж, Эннон, там Рунбора на подходе, — Зам был явно не доволен тем, что эти влюбленные малолетки пользовались им в таких случаях. — Спасибо, господин Лоргон! — кузнец уже хотел было убежать как его схватили за шиворот рубахи и потянули назад. — Стоять! Передай… — тут заместитель был немного в замешательстве, увидев татуировку на его шее, тут же пришёл Айвен, вначале с непониманием уставился на Лоргона, а уже после и на Эннона, вдали виднелся силуэт приближающегося ксона. — То есть вы, уже как три месяца как обвенчались, и при этом ничего не сказали нам? — Лоргон был явно зол что эти двое утаили от него такую информацию — Нет я конечно знал что вы встречаетесь и все такое, но скрыть факт какого-то там обряда! Я не ожидал… Ладно Эннон еще, но ты то, Рунбора?! — ксон хотел что-то сказать но получил сильный подзатыльник, кузнец хотел было броситься к любимому как был остановлен грозным взглядом заместителя. — Лоргон прав, вам следовало сказать нам, тогда мы хотя бы вас благословили, — тут теперь удивлялись двое провинившихся. — Об этом мы не подумали, — ксон виновато опустил голову, и получил ещё один подзатыльник, от которого Эннон вздрогнул. — Конечно не подумали! Молодо, зелено, сердце им повелело! Идите вон, на колени вставайте, женатики, — тут Эннон немного испугался: «Неужели их будут наказывать за то, что они не сказали об обряде?» Они вдвоем с Рунборой сидели на коленях посреди комнаты. Тут на их головы опустились руки. — Малые дети, напутствуя вас в новую жизнь, желаем вам любви и счастья. Живите во имя добра и любви. Благословляем вас на счастливый брак, да благословит вас Высший, живите в любви и согласии! Fiat

⋅───⊱༺ ♰ ༻⊰───⋅