Золотое яблоко

С громким хлопком я появился перед башней V. Одна часть башни горела красным пламенем. Шёл элегантно, протаптывая землю, там оставались золотистые отпечатки от белоснежных сапог. Дверь я вырвал с корнем и заглянув в первую попавшуюся комнату кашлянул, дабы привлечь внимание Вокса, который пригвоздил моль к стене и пытался… Убить? Они сразу же обратили на меня внимание, глаза золотистого цвета, радужки не видно, а рога кажутся ещё больше. Валентино смотрел на меня с мольбой в глазах, у него на животе были красные полосы от острых когтей Вокса. Это я понял, когда увидел его пальцы в крови. Усмехнувшись, я отшвырнул Вокса с такой силой, что его монитор треснул посередине. — Вокси, ты кажется не понял, а я тебя предупреждал. — я недовольно цокнул языком, отчитывая его как провинившегося ребёнка. Беру за лацканы пиджака и вмазываю в пол, на что телевизор скрипит и на его экране появляются глюкнутые картинки — шум, милые котики. — Ээм, Ваше Величество. — пытается вклиниться Вал. — Что? — недовольно смотрю на него из-под опущенных ресниц.— Что такое, Валентино? — Он пытался меня убить, и забрать контракт Энджела себе. — сквозь зубы выплюнул Вал. — Не щадите ублюдка. Я хмыкнул, надо же, в их семейке разлад. Неужели, Вокси планировал это сделать уже давно… Спал с Валентино, чтобы подобраться поближе к пауку? Или чтобы отомстить? Не выносил того, что моль трахает всех подряд? Собственник, ха. Сижу на Воксе, придавливаю его тело руками и смотрю, как он пытается выбраться из стальной хватки. Крови на полу уже предостаточно, ведь я впивался глубже, внутрь его кожи своими когтями. Телевизор умоляюще стонет какие-то слова, но я не понимаю, разум опьянел от ярости. Прихожу в себя, только когда телевизор показывает синий экран. После глючит в последний раз и выключается. Его тело безжизненно валяется на полу. Встаю и перевожу взгляд на Валентино — он доволен проделанной работой, на шее видны синяки от удушения, а на пол лица виднеется воспаление. Видимо Вокс постарался. — Ещё раз, спасибо. Ублюдок убил Вельвет, остался только я. — Без проблем. — говорю так, словно мы знакомые вечность приятели. — А теперь, давай сюда контракт. — говорю требовательно, надо мной проносится золотая вспышка и подвешенная хрустальная люстра падает, успеваю оттолкнуть Валентино и она разбивается на миллиарды маленьких осколков. Вот же, один кусочек задел. Усмехнувшись, кончиком пальца стираю кровь с щёки и слизываю языком. Металлическая, золотая жидкость, смешанная с привкусом яблок и шоколада. Вот какой у меня вкус… Моль ошарашено смотрит на меня и вытягивает руку с контрактом. — Благодарю. — ласково улыбаюсь, забирая контракт Энджела и прячу за пазухой. Мы расходимся на доброй ноте, в рубке, где плавает акула, я нахожу Аластора. У оленя опущены ушки, рана на груди разорвана и воспалена, ошмётки красного костюма валяются на полу. — Эй, олень, вставай, мы идём домой. Бодренько взваливаю тушу радиодемона на себя и тащу его в сторону выхода. Он не реагирует. Как будто волочу тряпичную куклу… Валентино смотрит нам в след, махая ладошкой. На что я чуть издевательски высовываю раздвоенный змеиный язычок. Когда мы оказываемся на улице, я зеваю и щёлкаю пальцами. Спать хочется, пиздец как. Перенес нас в мой особняк. Аккуратно положил оленя на свою кровать и глянул, что же можно сделать с раной? Подношу руки к его воспаленной ране на груди и из рук вырывается золотистое свечение — оно ползёт по коже радиодемона, покрывая заживляющей энергией. Рана потихоньку заживает, и оставленные шрамы от рук Вокса исчезают. Я падаю на другой край кровати, чудом не упав на пол, силы иссякли, я отдал всю энергию, чтобы помочь Аластору. Глаза закрываются, тело дрожит и наливается свинцом. Я снова падаю в чёрную бездну, крылья обрываются, а в груди застревает собственный крик. Я кричу, срывая голос до хрипоты, глаза горят от яркого света наверху, слышно как голоса смеются, а я падаю вниз, со скоростью света…