No Name

С первого взгляда между ними вспыхнула искра — и началась война. Эрен не врал, когда приносил в университет обгрызенные тетради и рассказывал, что домашку съела собака. А сколько обуви пострадало — лучше не вспоминать. Самое обидное, что пёс вёл себя вызывающе только наедине с ним, так что для остальных это выглядело как наговаривание на милое животное. Но бывали и редкие дни перемирия. Сегодня был как раз такой. Микаса слегла с температурой, Армин остался с ней, а Эрену досталась прогулка. Хаски, видимо, переживал за хозяйку и на удивление вёл себя спокойно. Они неспешно шли по парку, пока Эрен, уткнувшись в телефон, читал комментарии под своим постом, не замечая, как пёс увёл его дальше обычного маршрута. И тут — ливень. Обещанный, предупреждённый, но всё равно внезапный. Зонт, конечно, остался дома — Эрен надеялся успеть до осадков. В итоге они оказались в ближайшем магазине, устроившись в углу у стойки с перекусами. Денег, как назло, не было. Эрен грустно смотрел на улицу, писал Армину и поглядывал на пса, что лежал у его ног, нервно постукивая хвостом. Дождь начал стихать, и Эрен решил переждать морось. Но у хаски были свои планы. Пёс поднял голову, принюхиваясь. Мимо прошёл мужчина с пакетом, откуда пахло мясом. Слюна капнула на пол, и, не дожидаясь команды, хаски вырвал поводок из расслабленной руки и рванул за своей целью. — Оста..! — закричал Эрен, бросаясь следом. Пёс догнал мужчину, прыгнул перед ним, а потом, к ужасу Йегера, ни с того ни с сего запрыгнул прямо на руки незнакомцу, выронившему пакет из рук вместе с зонтом от внезапности. А потом — лизнул его в щёку, довольно виляя хвостом. Эрен замер. Перед ним стоял мужчина — аккуратный, в очках, в тёмном свитере и пальто, в брюках. В руках он держал грязного, мокрого хаски, а яблоки из пакета катились по пешеходной дорожке. Незнакомец выглядел так, будто дождь и собака окончательно испортили ему день, но в его взгляде не было злости — только усталое недоумение. — Это не собака, а катастрофа! Простите! Он ещё щенок, не прошёл курс у кинолога. Мне очень жаль! — Эрен наконец схватил поводок, выпрямился и бросил недовольный взгляд на пса, который, в ответ, смерил его таким же. Они были удивительно похожи. Может, поэтому и не ладили. Эрен стоял в промокших конверсах, чёрных джинсах, футболке с надписью «No Name» и кожанке. Вода стекала по отросшим до плеч волосам, прилипая к вискам, а дыхание сбивалось от беготни. Незнакомец поправил немного слетевшие от такой неожиданности очки и предпринял попытку вернуть пса если не хозяину, то хотя бы на землю, но тот упирался. Тогда он тихо спросил: — Он ко всем так? Эрен почувствовал, как сердце бьётся быстрее. Вопрос был простым, но в голосе мужчины слышалась странная мягкость, будто он не хотел срываться. Йегер кивнул в отрицательном жесте, сжимая поводок крепче, и украдкой посмотрел на него. Что‑то в этом человеке было особенным. Непривычным. Взгляд цеплял, заставлял задержаться дольше, чем нужно. И Эрен поймал себя на том, что не может отвести глаза. Мир вокруг шумел дождём, пахло мокрой шерстью и свежим хлебом из пакета. Но всё это будто отступило на второй план. Остались только он, собака и незнакомец, чьи холодные глаза смотрели прямо в него. Эрен был готов к гневной тираде, к возмущённым словам и раздражённому тону — ведь его пёс только что испортил чужие вещи и едва не разнёс пакет с продуктами. Но вместо ожидаемого взрыва он услышал… усталость. Спокойное смирение, будто этот человек заранее был готов к тому, что день принесёт неприятности. Словно такие серые дни нужно просто пережить, и он умел это делать. А вот у самого Йегера удача работала через раз. Ирония ситуации только усиливала его смущение. Эрен поспешно пытается забрать пса и спустить его на землю, но всё оказалось не так просто. Джагер продолжал упрямо тянуться к незнакомцу, целясь в очередной мокрый «поцелуй». Эрен мешал ему, удерживая за ошейник, но тот отталкивался задними лапами, будто намеренно сопротивлялся. — Знаете, обычно он более сдержан… Джагер, нельзя! — сначала Эрен неловко улыбается, а потом повышает голос, резко дёргая поводок. Пёс наконец отступает, но напоследок успевает мазнуть грязными лапами по свитеру мужчины, оставив тёмные полосы. Эрен опускает его вниз, наматывает поводок на руку, но Джагер снова рвётся к пакету. Длины поводка не хватает, и только быстрая реакция незнакомца спасает продукты - он выставляет руку вперед, не дав хаски ринуться. Яблоки, правда, всё равно пострадали, пусть и не все. Джагер хватает одно зубами и, весело виляя хвостом, несёт его обратно незнакомому мужчине. Но стоило протянуть руку, как пёс начинает играть: мотает головой, припадает к земле, подпрыгивает, не позволяя коснуться. Для него яблоко — мячик. Эрен судорожно наматывает поводок снова, пытаясь ограничить движение. Джагер успевает пнуть одно яблоко на траву, а со вторым носится во рту, довольный и упрямый. Наконец Йегер подтягивает щенка и зажимает его ногами, не позволяя вырваться. Попытка вырвать яблоко заканчивается рычанием — и Эрен бросает это дело, понимая, что рискует быть укушенным. — Ваш свитер мокрый и грязный, а ещё мы испортили пару яблок… Я возмещу ущерб! Наличными у меня нет, но могу перевести на карту! — тараторит он, доставая телефон. Экран показывает смешную сумму на счёте — конец месяца, стипендия ещё не пришла. Эрен поджимает губы, хмурится, пытаясь придумать другой вариант. — Я не могу перевести на карту… — честно признаётся он, выходя из приложения. — Но если вы оставите номер, то через пару недель я обязательно переведу вам деньги за химчистку! А сейчас могу хотя бы донести ваш пакет! Он говорит эмоционально, почти сбивчиво, но видно — не впервые оказывается в подобных ситуациях и старается найти хоть какое‑то решение. Джагер в этот момент шумно раскусывает яблоко, выплёвывая куски на землю. Потом снова дёргается к мужчине, но Эрен уже готов и удерживает его. Пёс садится, недовольно рычит и стучит хвостом по луже. — Джагер. Охотник, — произносит незнакомец, отряхиваясь и наклоняясь, собирая яблоки, которые смогли уцелеть. Его голос звучит спокойно, без раздражения. Эрен замечает, как уголок губ мужчины чуть дрогнул в ухмылке, когда тот почесал довольного пса за ухом. Йегер удивлённо приподнял брови, наблюдая за тем, как Джагер ластится к мужчине. Обычно пёс позволял себе такое только рядом с Микасой — с тем самым рвением, после которого всегда следовало бесконечное «чесать и тискать». И вот теперь, перед незнакомцем, Джагер фырчал, бухтел, подставлялся под руки, будто жаловался на «плохого» Эрена, который мешал ему играть и приставать к прохожим. В глазах Йегера мелькнула мысль: ну и злодей он, выходит. Эрен чувствует, как щеки горят от смущения. Он мокрый до нитки, конверсы промокли, волосы липнут к вискам, а этот человек — аккуратный, собранный, с усталым, но спокойным взглядом — стоит перед ним и не злится. Дождь стихает, но это уже не имеет значения. Они оба вымокли, вместе с собакой. — Оставь это, — тихо говорит мужчина, имея в виду попытки Эрена загладить вину. — Лучше сделай одолжение — своди его к нормальному кинологу. Загородный комплекс «Крылья свободы» знаешь? Около МКАД, западная сторона. Эрен моргает, ошеломлённый. Он ожидал всего — ругани, претензий, но не совета. — Привози Джагера туда завтра. Скажешь, что от Ривая — денег не возьмут, — добавляет он, поднимая зонт с земли и складывая его. — Как тебя зовут? Я предупрежу. Эрен замирает, сжимая поводок. Имя звучит странно знакомо, но он не успевает уловить, откуда. Сердце бьётся быстрее, а в голове только мысль: кто этот человек, и почему он так спокойно отнёсся к катастрофе, устроенной его псом? — Спасибо, но всё не так, — он улыбнулся, но улыбка вышла натянутой. Ситуация складывалась странно: они пострадали от его пса, а мужчина вдруг предлагает помощь и бесплатные занятия. Эрен поспешил объяснить, чтобы не осталось ни капли сомнений: — На самом деле это не мой пёс. Он принадлежит моей подруге. Она сейчас болеет, а если его не выгуливать долго, он всю квартиру разнесёт. Он говорил быстро, стараясь сразу снять любые подозрения. Такое «счастье» ему даром не нужно. — Меня зовут Эрен, ещё раз прошу прощения за всё это, — добавил он, решив не называть фамилию. Зачем лишние вопросы? Йегер хотел протянуть руку, но вовремя заметил, что она грязная — поводок не раз побывал в лужах. Поэтому он просто вежливо кивнул. Мужчина внимательно слушал, выдержал паузу и ответил таким же кивком. — Как ты уже понял, Ривай, — представился он наконец как положено, переместив зонт в руку с пакетом и достал из кармана картхолдер. Эрен заметил, как тот ловко вытянул визитку большим пальцем и протянул её ему. Чёрная с одной стороны, строгая, ничем не выделяющаяся. На обратной — контакты: почта, мобильный. Имя курсивом: «Ривай Аккерман». — В таком случае считай это жестом доброй воли к собаке, своей подруге и свози его. И к этим ребятам, — мужчина кивнул на футболку Эрена, на которой красовалось имя группы, словно поясняя свой поступок. — Мне они тоже нравятся. Если передумаешь — звони. Думаю, тебе ещё не последний раз его так выгуливать. Всем на химчистки не наберёшься, — он хмыкнул, взглянув на Джагера. А тот, довольный, продолжал вилять хвостом и смотреть на незнакомца, будто нашёл нового лучшего друга. Эрен опустил взгляд на свою футболку, где мокрые пятна от дождя и грязные следы Джагера уже успели расплыться пятнами, прежде чем осторожно взял визитку левой рукой. Бумага была плотной, прохладной на ощупь. Он пробежался глазами по контактной информации и замер. Аккерман? Эрен чуть склонил голову набок, вновь посмотрел на мужчину — теперь уже внимательнее, словно пытаясь уловить черты, которые могли бы объяснить это совпадение. Неужели родственники? Надо будет уточнить у Микасы. Цвет волос похож, глаза тоже, даже оттенок кожи… Но сейчас это отодвигалось на второй план. Его внимание зацепило другое — слова, которые стали для него настоящим пусковым механизмом. — Правда? Вам тоже нравятся No Name? — голос Эрена прозвучал почти с восторгом. Его глаза засверкали, он будто ожил, предвкушая разговор, который редко удавалось завести. — Какой ваш любимый альбом? А песня? — он наклонился вперёд, в голосе звучала неподдельная жажда обсуждения. У него было столько вопросов, столько мыслей, которыми хотелось поделиться прямо сейчас. Ведь в его окружении никто не придавал группе такого значения. Для других это было просто: «Да, поют здорово, но смысла там нет». А для Эрена каждая песня была как отдельная история, как ключ к чему-то большему. Однако мужчина и ответить толком ничего не успел — оборвал резкий звонок мобильного юноши. Экран вспыхнул именем Армина. Игнорировать было невозможно. — Алло? Нет, всё хорошо… Да, мы переждали его в магазине… Хорошо, скоро будем, — Эрен говорил быстро, стараясь не задерживать разговор. Отключив звонок, он тяжело вздохнул. Продолжить беседу не выйдет. Да и у Ривая пакет явно был тяжёлым, стоять так долго неудобно. — Спасибо большое, — поблагодарил он за визитку, чувствуя лёгкое сожаление, что разговор оборвался. — Простите, мне пора. Ещё раз прошу прощения за вещи и яблоки. Хорошего вечера, — проговорил Эрен скороговоркой и чуть спустил поводок, давая команду, которую Джагер всегда выполнял идеально: — Джагер, домой! Аккерман все так же лишь вежливо кивнул в знак прощания, проводив взглядом ринувшегося после команды «домой» пса, и двинулся к своей машине. Странная встреча.

***

С тех пор минула неделя. Репетиции к предстоящему концерту поглотили всё внимание Аккермана, но мысли о пацане с русалочьими глазами всё же пару раз возвращались к нему, словно всплывали из глубины памяти в самые неожиданные моменты. На следующий день после их встречи он поймал себя на том, что мальчишка так и не появился в «Крыльях свободы», не позвонил и не написал. Ривай не удивился — но всё же предупредил Эрвина, владельца комплекса, о возможном клиенте. Город жил своей суетой, а за кулисами царила привычная суматоха. В гримерке пахло пудрой, лаком для волос и свежим кофе. — Очкастая, чёрт возьми! Где мои яблоки? — раздражённо бросил Аккерман, врываясь внутрь. Ханджи, устроившаяся на диване, с удовольствием уплетала одно из яблок, которое явно принадлежало не ей. Гитаристка замерла на мгновение, хлопая ресницами, но затем продолжила жевать, наблюдая за тем, как брюнет хмуро забирает похищенный пакет и складывает его в спортивную сумку. — Ты в курсе, что лошадей от яблок пучит? А меня нет! — возмутилась шатенка, дожевав кусок. — Тебе что, не жалко лошадей и жалко яблок мне? Ну, Леви! Ривай смерил её острым взглядом, в котором читалось больше усталости, чем настоящего гнева. — Я ушёл. До завтра, — коротко проронил он, взглянув на часы и забросив сумку на плечо. — Злюка! — прокричала кареглазая вслед, но в ответ лишь хлопнула дверь.

***

«Крылья свободы» — загородный комплекс, где каждый мог найти занятие по душе. Основой был конный клуб, но возможности простирались куда шире: профессиональная дрессировка собак, подготовка к турнирам, стрельба, рукопашный бой. Место, где можно было отточить навыки и одновременно сбежать от городской суеты. Для Ривая это было убежище, почти храм, где он чувствовал себя свободнее, чем среди людей. Вечер был прохладным, воздух пах влажной землёй и сеном. Вороной жеребец нетерпеливо переступал копытами, приветствуя хозяина. — Не так много, Аргус, — тихо сказал Аккерман, улыбнувшись краешком губ. Он протянул ладонь с половинкой яблока и с нежностью огладил мощную шею коня. — Это последнее. Хватит тебе. Животное фыркнуло, принимая угощение, и на мгновение в глазах Ривая мелькнуло то тепло, которое редко удавалось увидеть в его взгляде. Здесь, среди животных и тишины, он был другим — спокойным, настоящим. Ловко взобравшись верхом на своего питомца Аккерман вдохнул поглубже, взглянув в сторону тренирующихся верхом на лошадях в загоне новичков. Не сильно пнув Аргуса под бок он двинулся вперед, наслаждаясь обдувающим лицо легким ветерком. Каску он не носил уже давно, игнорируя технику безопасности, когда садился верхом, поэтому ветер подхватывал черные волосы, приятно щекоча. Эта идиллия оборвалась звуком пришедшего уведомления. Привычки игнорировать кого-либо Аккерман не имел, так как каждый знал, что писать ему стоит только по делу. Короткое сообщение от Оруо гласило, что приехала его сестра, привезла пса на тренировку. Ривай удивленно вскинул брови, ничего не ответил и двинулся в сторону части комплекса, где орудовали кинологи. Он представлял собой участок с небольшими постройками-залами, а так же комплексами препятсвий на окрытом воздухе. Себя мужчина долго ждать не заставил, уже спустя пару минут легкой пробежки рысью он, натянув поводья, остановился недалеко от Микасы в сопровождении какого-то блондинчика, слезая с лошади. Они находились как раз-таки около самого большого зала, который использвался для выступлений, прямо у входа. Ривай не знал, что его удивило больше: то, что его сестра приехала сюда или то, что в ринувшегося в его сторону хаски он без труда узнал Джагера, ведь только этот шухерной пес имел такой необычный поведенческий характер в его сторону. Пусть и виделись они всего раз. Благодаря крепкой хватке Микасы у пса не было и шанса на то, чтобы вырваться. Поднявшись на задние лапы в попытке достать до мужчины хотя бы передними лапами, хаски с довольным скулежом получил от брюнета порцию внимания в виде почесывания за ухом, громко гавкнув. — Что ты тут делаешь? — вместо приветствия поинтересовался брюнет, наконец взглянув на сестру. Они оба не выглядели так, будто были рады видеть друг друга, но и не наоборот. — Эрен сказал, что ты посоветовал ему это место, чтобы потренировать Джагера, — кратко и спокойно ответила Микаса, кивнув в сторону. Два плюс два сложилось быстро. Еще до того, как Ривай перевел взгляд в сторону, туда, куда указала сестра. На трибунах сидел он. Стоило пацану поднять голову, взглянув на мужчину своими невозможными глазами, как Аккерман замер, глядя в ответ. — Вот оно что, — тихо прохрипел он, кивая шатену в знак приветствия, снова возвращая свое внимание к сестре. Острый взгляд зацепился за блондина, который стоял за спиной девушки. — Это Армин. Наш друг. Армин, это Ривай, мой брат, — молча отвечая на вопрос мужчины Микаса, представив их друг другу, дождалась пока Арлерт проронит тихое «Здравствуйте» из-за плеча, после чего продолжила: — Ну так что? Кто-нибудь возьмется за тренировку? — Конечно! — вдруг раздалось где-то сзади и из деревянной пристройки вышла рыжеволосая девушка, радостно приветствуя всех. — Добрый день! Меня зовут Петра, и на сегодня я ваш кинолог!

***

Не то чтобы Эрену было особенно интересно наблюдать за тренировкой — к тому же она всё никак не начиналась. Люди стояли в стороне, о чём-то говорили, а Йегер находился достаточно далеко, чтобы не слышать даже отголоски их диалога. Пользуясь случаем он оглядел огромный зал. Здесь явно проводили не только тренировки, но и показательные выступления. Внимание привлекали массивные экраны, камеры подвешенные под потолком. Всё это создаёт впечатление настоящего шоу — зрелища для сотен, а может и тысячи зрителей. Эрен даже задумался, сколько людей могло бы поместиться в этом пространстве, если бы оно было заполнено до отказа. Но вскоре зал перестал удерживать его внимание. Со стороны приоткрытых ворот доносился ветер, пахнущий сеном и свежескошенной травой. Этот запах был живым, настоящим, и на мгновение отвлёк его от мыслей. Эрен достал телефон, открыл социальную сеть и бегло бросил взгляд на остальных, что всё ещё продолжали обсуждать что-то между собой. И именно в этот момент на экране появился официальный анонс: концерт No Name состоится в конце следующей недели. Дата, время, продажа билетов — всё было указано. Эрен прикусил нижнюю губу. Продажа билетов — это битва быстрейших. В прошлый раз их разобрали за пять минут и зал был куда меньше. А теперь — открытая площадка, многотысячная аудитория. Он обязан попасть туда, любой ценой. Йегер всё ещё лелеял надежду найти на концерте редкий кулон из официального мерча. Ходили слухи, что их выпустили всего пару тысяч, и на каждом концерте выставляют лишь несколько десятков. Кулон был особенным: выполненный в виде логотипа группы, он делился на две части, становясь парным. Относился к альбому «Рядом». При прикосновении к одной половине вторая вибрировала, словно напоминая, что где-то есть тот, кто думает о тебе. Да, подобных украшений было много — кольца, браслеты, подвески от других производителей. Но Эрен хотел именно этот. Его любимый альбом, чувственный, живой, эмоциональный. Может, наивное желание — купить и носить его с любимым человеком. Но желание было. А вот ни кулона, ни любимого пока не было. Хотя последнее — весьма спорный момент. Эрен любил Леви. Любил его голос, его тело, то, как он вёл себя на сцене и писал тексты. Но юношеский максимализм порой уступал реальности. Он понимал, что любит образ, который Леви показывает миру. А какой он настоящий? Что происходит, когда гаснет свет, когда он снимает бинты и умывается? Какие у него мечты, что он любит, чего боится? В интервью Леви намекал, что его сердце принадлежит фанатам, что близкого человека у него нет. Но насколько это правда? Может, у него жена и трое детей, которых он скрывает? Всё может быть. Пока нет ответа, Эрен будет верить в свою мечту. Он кожей почувствовал взгляд. Кто-то смотрел на него в упор. Эрен сразу поднял голову, заблокировав экран телефона. Лошадь — первое, что он заметил. Он моргнул, растерянно осознавая, что не заметил её появления. Следующий взгляд — на всадника, что стоял рядом. На лице Эрена появилась улыбка. Не желая оставаться в стороне, Йегер поднялся и направился к компании. Теперь ему стала понятна реакция Джагера на Ривая. Скорее всего, из-за родства с Микасой — собаки чувствуют запах, ауру, что-то общее. — Привет, прости, что без звонка приехали, — произнёс Эрен легко, стоило ему подойти, улыбаясь уголками губ. Осознав, что Ривай — брат Микасы, он неожиданно расслабился. У него самого был брат, и разница в возрасте тоже была приличной. Это не казалось чем-то необычным. Но внимание привлекло другое: напряжённый взгляд Микасы. Она выглядела иначе, чем обычно. Эрен отметил это, но не успел разобраться. Йегер обернулся на голос девушки, вышедшей из зала к ним на улицу, и приветливо кивнул ей. — Раз уж так получилось и мы, — бросил он взгляд на Ривая, — здесь не нужны, то мы не будем вам мешать. Ривай, ты так и не ответил на мои вопросы! — Эрен повернулся к мужчине, собираясь направиться вместе с ним и лошадью прочь. Микаса чуть припустила Джагера, позволяя тому упереться в брата передними лапами, отвлекая его, а сама подошла ближе к Йегеру. — Эрен, останься, — неожиданно настойчиво попросила она. В её глазах мелькнуло что-то ещё, но Эрен не мог понять, что именно. — Брось, Микаса, чего мне здесь делать? Эта пушистая задница всё равно меня не будет слушать, — фыркнул он, опуская глаза и наблюдая, как девушка застёгивает его толстовку, до этого распахнутую почти наполовину. — К тому же, я буду с твоим братом. Чего переживать? Микаса молчала, бросая ревностный взгляд в сторону Ривая. Эрен же посмотрел на Армина, который лишь пожал плечами, не понимая, почему она так странно себя ведёт. Поведение сестры забавляло Ривая ровно настолько же, насколько расспросы шатена касательно их «общего интереса». Ответ был прост: Ривай был геем, и Микаса прекрасно это знала. Как и вся семья, как и друзья — брюнет не видел смысла скрывать этот факт. В некотором роде он даже использовал его как естественный отбор: кого это не устраивает — пусть идут лесом, а кого бесит — с тем он умел постоять за себя. Поэтому, наблюдая за тем, как Микаса отчаянно застёгивает толстовку пацана до самого горла, Ривай лишь хмыкнул и пригладил гриву Аргуса. Аргументов не последовало. Эрен плавно отступил и направился к воротам. — Поэтому я и переживаю, — заметно тише пробормотала Микаса, сверля спину брата недовольным взглядом до последнего. Она любила Эрена. Как семью, как парня. Об этом знали все. После окончания школы даже сам Эрен начал что-то подозревать. Но увы — он не чувствовал того же. Любил её, но по-своему. Не в романтическом плане. Микаса боялась потерять его. Боялась, что старший брат разглядит, насколько Эрен бывает очаровательным, и отберёт его у неё. Были ли у неё основания так переживать? Все это казалось глупостью. Что отвечать на вопросы Эрена? Аккерман не имел и малейшего понятия. Тяжело притворяться фанатом собственного творчества — да и зачем? Новых знакомств он не заводил, ни как Леви, ни как Ривай. Старых друзей ему хватало. Но вот с этим зелёноглазым мальчишкой всё было иначе. Эрен оказался исключением из правил: появился всего второй раз в его жизни, но уже успел вторгнуться в мысли и нарушить привычный порядок. — Не поможет, Микаса, — прохрипел он, выразительно взглянув на сесту, и только девушка поняла смысл этой фразы. Её взгляд буквально прожигал старшего брата, но на него это не действовало. Забавно, как у них совпадали вкусы: младшая явно неровно дышала к мальчишке, но раз Эрен назвал её подругой, то она оставалась в явной френдзоне. Бедняга. Ривай взялся за повод и повёл жеребца к выходу, кивнув Эрену — молчаливое приглашение следовать за ним. Микаса готова была испепелить его взглядом. Не то чтобы они не любили друг друга. Просто общались мало из-за разницы в возрасте. Семью Аккерманов едва ли можно было назвать дружной — каждый был сам по себе. На улице воздух был свежим, солнце ярко било в глаза. Аргус шёл спокойно, лишь изредка фыркал, будто комментируя происходящее по‑своему. — Кажется, ты не просто любишь их, а сходишь по NN с ума, — хмыкнул Ривай, глядя вперёд. — Или по кому-то конкретному? Эрен прищурился от яркого света, хмурясь. Он опустил собачку толстовки ниже, оголив ключицы, поправил капюшон. Жест Микасы он расценил как заботу, чтобы его не продуло, и не придал этому значения. — Да почему все сразу думают, что я чокнутый фанат? — протянул он разочарованно, запрокидывая голову к ясному небу. — Я люблю NN. Люблю Леви. На губах появилась влюблённая улыбка. Эрен спрятал руки в карманы толстовки, подбирая слова, чтобы его поняли правильно. — Леви — он потрясающий! Его голос до дрожи, его образ… Он столько вложил в себя ради того, чтобы сделать людей счастливыми. Не знаю, знает ли он, но его песни попадают прямо в сердце, помогают в тяжёлые моменты, дарят надежду. Хотя последние альбомы заставляют меня переживать за него. Все говорят, что я вижу то, чего нет, но мне кажется, что они пропитаны его одиночеством. Это грустно. Ты вдохновляешь миллионы, но никто не видит, что сам нуждаешься в человеке рядом. Эрен говорил эмоционально, почти сбивчиво, но искренне. Его глаза светились, когда он произносил эти слова. — А может, я и правда вижу то, чего нет, — добавил он после паузы, коротко рассмеявшись. — Может, это просто образ, а он счастливо живёт со своей женой и тремя детьми. Он закинул руки за голову, потянулся, чувствуя, как затекла спина. — Что думаешь на эту тему? — спросил Эрен, переводя взгляд на Ривая и чуть склонив голову, внимательно наблюдая за ним. Ривай молчал несколько секунд, продолжая вести Аргуса. Его взгляд был спокойным, но в глубине глаз мелькнуло что-то, что Эрен не смог прочитать. Слушая Эрена, Аккерман всё больше поражался чужой чуткости. С каждым словом мальчишки его губы сжимались в тонкую линию, брови хмурились. Даже его команда или продюсер никогда не вдавались в такие размышления касательно текстов песен. Для них всё сводилось к одному: вызовет ли это «бум» или нет. Исключением была лишь Ханджи — та умалишённая всегда докапывалась до истины, подыскивая для него партию при любом удобном случае. — Вот как, — задумчиво произнёс мужчина, вдруг ухмыльнувшись и тихо, бархатно рассмеявшись. — Жена и трое детей? Звучит как сюжет для параллельной вселенной. Нет, жены и детей у него точно нет, можешь мне поверить. И только после этих слов Ривай осознал, что сморозил лишнее. Он бросил взгляд на мальчишку — тот смотрел на него в оба глаза, не отводя взгляда. Чёрт. Как теперь выкручиваться? Эрен надул щёки и слегка смутился, услышав смех со стороны Ривая. Даже остановился, перестав идти. — Откуда ты знаешь? — хмуро буркнул Йегер, всё ещё слегка обиженно. Он поделился сокровенным, а тут такая реакция. Остальные обычно лишь отмахивались, говоря, что это бред. Он привык к этому, поэтому иная реакция вызвала бурю эмоций. — Мы… можно сказать, знакомы, — выдал старший, отводя взгляд. — Вернее, я знаком с Ханджи, гитаристкой. Через неё и довелось узнать… У неё есть овчарка, она часто приезжает сюда. Врать оказалось тяжело. Как бы не запутаться в собственных фантазиях? Интересно, как бы отреагировал Эрен, если бы он прямо сейчас сказал, что и есть Леви? Наверняка парень перестал бы вести себя так непринуждённо и смотрел бы на него совсем иначе. Аккерман никогда не пользовался своим именем перед фанатами, чтобы получить желаемое, и не хотел этого и с этим пацаном. В конце концов даже Микаса не знала об этом. Хотя с Ханджи и овчаркой лгать не пришлось — это была чистая правда. Их группа даже финансировала этот комплекс, а пару лет назад Эрвин, владелец комплекса, подарил Риваю личного жеребца, Аргуса. С тех пор он стал появляться здесь чаще. — Знакомы? — эхом повторил Эрен, щурясь и наблюдая, как меняется выражение лица Ривая. — Правда? — Можно сказать, да, — коротко ответил тот, неохотно. Эрен поджал губы, и по его лицу было видно, как он думает и размышляет. Он мог бы сразу попросить познакомить его с Леви, но пару минут назад сам говорил, что не сумасшедший фанат. Поэтому лишь глубоко вдохнул и медленно выдохнул. — Так значит… он всё ещё действительно один? — осторожно спросил Эрен, пояснив: — Просто не верится, если честно. Ну ты видел его? Это же ходячий секс, и его до сих пор никто не окольцевал? Может, у него в быту какие-то странные требования или вкусы специфические, но блин… — Представь себе, один, — уверил Ривай, не глядя на мальчишку. Говорить о самом себе, да ещё и в таком ключе, было тяжело, как и смотреть на него в этот момент. Но посмотреть всё же пришлось. Йегер достал телефон, открыл галерею и показал Риваю одно из последних фото Леви для журнала. На снимке певец сидел в кожаном кресле с сигаретой в руках. Ривай нахмурился, вспомнив, какой мерзкой была та сигарета на вкус. Он ничего не имел против них, иногда сам баловался во время написания песен — именно тогда приходили лучшие рифмы. Но та злосчастная сигарета едва не заставила его выплюнуть лёгкие. — Смотри, какой горячий. Жаль, что взгляда не видно, но уверен — там пожар, — Эрен внимательно следил за реакцией Ривая, прежде чем добавить: — На всякий случай озвучу: я гей только для Леви. Так что не думай и не переживай, приставать не буду. Йегер говорил спокойно. Он видел слишком много случаев, когда люди не допускали мысли, что можно любить человека и его образ, а пол при этом был вторичен. Глупая уверенность, что раз ты любишь парней, то будешь приставать ко всем подряд, раздражала его. — Пожалуй, соглашусь, — ответил он наконец, потрепав Аргуса по гриве. Конь недовольно бурчал, требуя внимания. Эрен вскинул брови, ожидая продолжения. Ривай хмыкнул и, решив расставить все точки над i, добавил: — А я гей не только для Леви. Поэтому ничего обещать не могу, — дернув уголком губ, он пронзил шатена провокационным взглядом. Эрен замер, ошеломлённый, а в воздухе между ними повисло напряжение — густое, как грозовые облака перед бурей. Застыл. Пару раз моргнул, стараясь осознать услышанное. Неловко почесал щёку, прежде чем пожал плечами. Ну гей и гей. Какая разница? — подумал он. Это дело Ривая, и какая ему разница, с кем и как тот спит. А вот этот взгляд и выражение лица… скорее всего, просто подкол. Он вспомнил слова Микасы, когда она просила его не общаться с братом. Теперь они звучали не такими уж странными. — О небо, теперь ты обязан меня украсть и съесть, раз на то пошло! Ахаха, чего? Это не мои слова, это твоя сестра, — смеясь, Эрен показал ладони и чуть отступил. По нему было видно: он относится к этому легкомысленно и даже не представляет, что Ривай вполне может положить на него глаз. На самом деле Эрен был верным парнем. В прошлых отношениях он ни разу не изменял и не смотрел на других, пока его не бросали. Сейчас же, полностью влюблённый в Леви, он не рассматривал никого для отношений. Ривай фыркнул с ухмылкой. На удивление даже Аргус весело пробурчал, будто подхватив настрой хозяина. — Да, теперь ты понимаешь её беспокойства, — кивнул брюнет. — Однако мне кажется, что украсть и съесть — это как раз про неё. Бедная девочка, как же ей обойти несравненного мистера L? — с иронией протянул он, намекая на симпатию сестры к Йегеру. Вряд ли тот настолько наивен, чтобы ничего не замечать. — Ханджи обещала мне проходку в первый ряд, VIP‑зону у сцены, на концерт в следующую пятницу. Но у меня не получится пойти. Если хочешь, я могу отдать билет тебе, — спокойно продолжил Ривай, будто речь шла о чём-то обыденном. Что ж, если Эрен так сильно фанатеет по Леви, то пусть любуется им с самых лучших мест — Аккерману было совершенно не жалко. Но новость о билете заставила Эрена удивлённо уставиться на Аккермана. В мальчишеской голове не укладывалось: что может быть важнее, чем возможность пойти на концерт, да ещё и в VIP‑зону! — Випов пускают первыми, без очереди. Если побегу, то окажусь одним из первых у палаток и, если повезёт, смогу отхватить кулон.., — заговорчески бубнил Эрен, прикусив большой палец и глядя перед собой, чуть прикрыв глаза. Его аура будто изменилась, стала почти злодейской, пока он продолжал шептать едва слышно: — Софиты будут по центру, так что лучше всего становится сбоку и… , — он резко оборвался, подняв голову. Випов не так много, и он читал, что иногда их даже пускают за сцену для фото с артистами. Эрен сделал пару шагов вперед, встал напротив Ривая и опустил руки ему на плечи, глядя ему прямо в глаза: — Ривай… Что ты хочешь за билет? — в его глазах горел настоящий огонь решимости. Он не мог упустить шанс. Шанс встретиться с любимым и рассказать о своих чувствах. Эрен был уверен: Леви не воспримет его всерьёз, да и его ориентацию он не знает. Но хотя бы сможет спать спокойно, зная, что тот знает о его чувствах. Ривай замер, ведь не ожидал такого напора. Неужели Леви действительно нравится ему настолько сильно? — Ну, деньги мне не нужны, — выдержав паузу, мужчина задумался и решил подколоть юнца вновь. — Но оплата натурой сгодится. Эмоции мальчишки были написаны на лице. Наблюдать за этим — одно удовольствие. Риваю это даже… нравилось? Эрен вновь шокированно замирает, смотря в глаза старшего. Ведь тот так уверенно сказал, что пацан запросто поверил. На щеках появился небольшой румянец и Эрен отвёл взгляд в сторону, словно решая для себя способен ли он на такое ради достижения своей цели. Пока не понял, что Ривай вновь его подкалывает на этой теме. Тогда он неловко улыбнулся. — Расслабься, — Аккерман вновь тихо и басисто усмехнулся, мотнув головой. — Мне ничего не нужно. Я постоянно смотрю концерт именно с лучших мест благодаря Ханджи и билеты мне достаются бесплатно. Ты поистине тонко чувствуешь его творчество, поэтому..заслуживаешь этот билет. Просто так, — пожал плечами мужчина, — Так уж и быть, отправишь мне парочку видео, для коллекции. — Ривай, обожаю тебя! — эмоционально чуть ли не прокричал Эрен, поддавшись вперёд и крепко обнимая мужчину в порыве чувств. — Обязательно! И фото, и видео, и чего нибудь из мерча интересного принесу. Спасибо тебе большое! Делать людей счастливыми было приятно. Многие ошибались, глядя на мужчину и его холодную внешность, считая его черствым, жестоким и грубым. На самом деле все эти предположения были очень далеки от истины. Однако чего Ривай точно не ожидал, так это того, что парень буквально накинется на него с объятиями. Это было непривычно и… тепло? Мужчина стойко выдержал порыв, почти не шелохнувшись, и, не зная куда деть свободную руку, слегка приобнял Эрена за спину. Чёрт возьми, он буквально дышал ему в плечо! Эрен пах крышесносно. Ривай не знал, чем тот пользовался, но крепкий, еловый аромат с лёгкой цитрусовой ноткой наверняка надолго отпечатается в его памяти. И сами объятия — то, что он обычно не переносил, — вдруг оказались не такими уж неприятными. Эрен плавно отстранился, продолжая улыбаться, и чуть отошёл в сторону, чтобы они могли продолжить прогулку. — О, я придумал! Морковка. Лошади же едят её? Любят? — оживлённо спросил он. — Да… — выдохнул мужчина, незаметно облизнув губы от непонятного внутреннего волнения. — Любят. В начале конной территории есть лавка, там можно взять морковку, — проморгавшись, чтобы стряхнуть непонятное наваждение, Ривай вновь огладил шею Аргуса, взглянув ему в глаза. Конь будто ухмылялся, чуть щурясь. Умнейшее создание. — Отлично, тогда берём курс в ту сторону, — заявил Эрен, указывая рукой вперёд и немного вбок. Кажется, они шли правильно. Да даже если и нет — всё равно гуляли, пока остальные занимались с собакой. Эрен предполагал, что Армин позвонит, как только они закончат, или Микаса сама их найдёт. В любом случае, без него они не уедут. — Не хочешь прокатиться верхом? — вдруг предложил брюнет, глядя теперь прямо на Эрена. — Катался вообще когда-нибудь? — А можно? — словно не веря, уточнил Эрен. Ему хотелось прокатиться ещё с того момента, как он увидел лошадей, но он сразу запретил себе даже думать об этом. Финансовый вопрос всё ещё давил на него. — Да, в парках, когда ты сидишь, а рядом идёт какая-нибудь тётя, — усмехнулся он, вспоминая, как в первые разы было страшно пересаживаться с пони на лошадь и как тяжело было на неё забраться. Эрен не был бедным — скорее упрямым. Его отец, Григорий Йегер, владел популярной частной клиникой, где уже работал старший сын — Зик. Именно поэтому Эрен и не назвал свою фамилию при знакомстве. По сути, он мог жить припеваючи в собственной квартире, учиться на врача и не думать о деньгах. Но кое-что произошло и он оборвал связь с семьёй. Лишь по праздникам отправлял смс с поздравлениями, чтобы дать понять, что жив. Ключ от квартиры лежал в специальном месте, счёт в банке ежемесячно пополнялся — отец не мог не отправлять сыну деньги. Но Эрен продолжал их игнорировать, зарабатывая самостоятельно на подработках и живя на стипендию. — Можно, — легко ответил мужчина, продолжая гладить коня по шее, — это мой личный жеребец, поэтому только мне решать, можно тебе прокатиться на нём или нет. Он скользнул взглядом по ногам юноши и решил опустить стремя, чтобы с его ростом было удобнее. Опустив и надёжно зафиксировав стремя сначала с одной, а затем и с другой стороны, Ривай вновь вернулся туда, где стоял младший, проверяя прочность всех ремней. Его движения были точными, уверенными, ведь он делал это сотни раз. — Давай, пробуй взобраться. Я помогу, если что, — сказал он, взявшись за повод и вновь принявшись успокаивающе гладить Аргуса. Жеребец фыркал, словно чувствовал, что на него собираются посадить кого-то другого, — он привык, что седлаю его только я, поэтому может немного нервничать. Но не беспокойся, ерунды не утворит — он послушный мальчик. Кивнув в сторону стремени, Ривай подсказал юноше, с чего стоит начать — продеть ногу. Он подошёл ближе, всё так же держа лошадь и поглаживая её, чтобы в случае чего удержать и помочь мальчишке взобраться. Эрен смотрел на него с детским восторгом в глазах, переминаясь на месте от нетерпения. Он старался не торопить мужчину, но любопытный взгляд и аура нетерпения говорили сами за себя. — Я не боюсь, — не слишком уверенно произнёс он, подходя ближе. С какой стороны к коню подходить он знал, но ступор настиг его, когда он уставился на стремя и стал думать, какую ногу первой нужно сунуть. — Ладно, — сглотнул Эрен, ухватился за седло и поднял ногу. Давно он так её не задирал. Оперевшись, он попытался подтянуть себя, перекидывая вторую ногу через коня. Не хватило совсем немного сил, чтобы сделать всё в одно движение, поэтому Ривай слегка подпихнул его. — Спасибо, — немного запыхавшись, произнёс Йегер, когда все же удалось взобраться. Он крепко держался, чувствуя, как под ним топчется конь. На самом деле взбирался Эрен совсем неплохо. Да, Риваю пришлось помочь ему чуть-чуть — одной рукой под бедро, — но этого оказалось достаточно. Даже второй попытки не потребовалось. — Ривай, я на коне, — восхищенно сказал он, словно не верил в это. Если бы он мог, то обязательно принял бы позу, как в той рекламе, но пока было страшновато отпускать руки. — Я куплю тебе много морковки или чего ты там ещё кушаешь? Только не сбрасывай меня, — добавил Эрен уже коню, осторожно поглаживая его по шее. На Аргусе Эрен смотрелся… величественно. Вороной жеребец зафырчал, затоптался на месте, но Ривай быстро успокоил его, схватившись за ремни на морде. — Ну, — обратил он внимание жеребца на себя, смерив его взглядом. Тот сразу успокоился, опустив морду. — Познакомься, это Эрен. Эрен, это Аргус, — смахнув отросшую челку с глаз лошади, мужчина подумал, что пора бы уже подстричь ему гриву. — Веди себя хорошо, давай. Он обошёл коня и легонько хлопнул того по боку. Жеребец двинулся вперёд. — Мне очень приятно, Аргус, — отозвался Эрен, вновь осторожно его погладив и плавно выпрямился. Йегер тихо ойкает, когда Аргус начинает плавный ход. Какие же это необычные ощущения — возвышаться над миром вот так. С такого ракурса он ещё никогда не смотрел. Внутри трепетали детские эмоции восторга. Кто бы мог подумать, что он ещё когда-нибудь сядет на лошадь… и вот он на коне. И ему безумно нравится. — Держи поводья. Намотай на кулаки, если слишком длинные. Сильно назад не тяни, просто потяни в нужную сторону, когда потребуется свернуть, — коротко инструктировал Ривай, идя рядом и позволяя мальчишке управлять Аргусом самостоятельно. Однако его взгляд неотрывно следил за конём и Эреном, готовый в любой момент вмешаться. Эрен сглотнул и, чуть дрожащими руками, крепко взял поводья. Где-то он уже видел — наверное, в кино — что поводья для лошади словно руль, и обращаться с ними нужно осторожно. Каждый градус наклона, каждая сила натяжения — это отдельная команда для животного. Понадобилось метров двадцать, чтобы он начал понимать, как правильно двигаться в седле, подстраиваясь под ритм коня. — Вы участвуете в соревнованиях? — спросил он спустя какое-то время, когда сумел немного расслабиться. Всё это время им везло: они шли прямо. Но впереди уже виднелся резкий поворот направо. Эрен понимал, что придётся действовать. — Ривай… — обеспокоенно протянул он, чувствуя, что не выходит начать заходить на поворот. Он тянул поводья в нужную сторону, но Аргус лишь поворачивал голову, продолжая идти вперёд. — Раньше участвовал, — спокойно ответил мужчина, вновь оглаживая коня по боку, следуя рядом неспеша, — Аргус у нас чемпион прошлого года: выездка и конкур, первые места. Это демонстрация грации, точности и послушания лошади и всадника на арене, а также преодоление препятствий на скорость и точность. Сейчас катаюсь для себя и изредка тренирую сопляков, когда время позволяет и когда Эрвин просит. Он здесь главный, — кивнув сам себе, Аккерман усмехнулся, наблюдая, как у мальчишки не выходит повернуть. Дело было не столько в том, как Эрен тянул поводья, сколько в том, что и конь, как и хозяин, решил немного поиздеваться над новичком. Ривай слегка толкнул Аргуса плечом, заставив его сменить направление. Жеребец недовольно буркнул, но всё же подчинился, махнув хвостом. — Ого, ничего себе… — поражённо выдохнул Эрен, внимательно слушая Ривая. Тот рассказывал так увлечённо, что у парня даже появилось желание поискать видео в интернете и посмотреть. А может, на сайте комплекса есть записи прошедших конкурсов? Должно быть это зрелищное представление. Эрен улыбнулся, чувствуя, как его восторг постепенно переплетается с уважением к этому мужчине и его коню. — Надо же, что я вижу, — вдруг послышалось сбоку. Из очередной деревянной пристройки вышел высокий блондин с голубыми глазами. На нём была хлопковая чёрная рубашка, слегка запылённая от работы, и плотные экипировочные штаны. Да, при работе с лошадьми тяжело оставаться чистым. — Честно говоря, впервые вижу на Аргусе кого-то, кроме Ривая. Представишь нас? Эрен не сразу отреагировал на голос, продолжая смотреть вдаль, туда, где начиналась граница леса. Ривай глубоко выдохнул, протянув тихое «трр», чтобы жеребец остановился, и сам слегка потянул повод вместо шатена. Аргус, немного помявшись, послушно встал. Эрен повернул голову, заметив руку Ривая на поводьях, затем перевёл взгляд на его макушку и только потом — на мужчину, что приближался к ним. Конь слегка качнулся, и Йегер удержал равновесие в седле. — Эрен, это Эрвин, владелец этого «местечка». Эрвин, это Эрен, друг Микасы, — коротко представил их друг другу Ривай. — Так ты сегодня за няньку? — пошутил блондин, отряхнув ладони друг о друга, а затем протянул юноше руку. — Будем знакомы. Бывал тут раньше? Эрен, рассматривая Эрвина сверху вниз, чуть вздёрнул подбородок и недовольно сжал губы. Придумал тоже — нянька. Он уже совершеннолетний и ни в какой опеке не нуждается. Да, Микаса порой баловала его, но чаще это касалось бытовых мелочей, которые Йегер попросту ленился делать, не видя в них смысла. Перехватив поводья одной рукой, Эрен упёрся ею в седло и немного согнулся, чтобы пожать руку в знак знакомства. — Ага, приятно, — коротко кивнул он, затем вновь выпрямился. Наверное, ради приличия стоило бы спуститься, чтобы нормально поговорить, но Эрен боялся: если сейчас спустится, обратно уже не сможет забраться. Эрвин улыбнулся уголком губ, а Аргус тихо фыркнул, будто комментируя происходящее. Атмосфера вокруг была спокойной, но в воздухе витало лёгкое напряжение — встреча трёх людей, каждый из которых смотрел на ситуацию по‑своему. — Нет, я здесь впервые, — честно ответил Эрен, чуть улыбнувшись. — У вас здесь очень просторно и живописно, — добавил он из вежливости, хотя это было правдой. Ривай только закатил глаза на эту любезность. Как будто он не знал, зачем Эрвин это делает. На самом деле Аккерману хотелось уйти отсюда вместе с Эреном как можно скорее, но это было бы неуважительно по отношению к Эрвину, поэтому приходилось терпеть. В чём-то он даже понимал игнорирование пацаном чувств его сестры — ведь сам занимался тем же по отношению к блондину. Пусть Эрвин напрямую в этом не признавался, но слепым Ривай не был. — Буду рад видеть снова, — улыбнулся Эрвин, отходя. — Поделишься секретом, как ты уболтал его? — кивнув в сторону Аргуса, блондин вскинул бровь. — Ривай строго запретил кому-либо седлать его, — и, чуть подпихнув сероглазого в плечо, поиграл густыми бровями. — Не твоё дело, — тихо отозвался Ривай, дернув плечом. Эрвин вскинул ладони в жесте «окей, не трогаю» и улыбнулся, переведя взгляд на шатена. Эрен молча наблюдал за их отношениями со стороны: словно птица в стекло стучит. Пусть Эрвин и улыбался, казался дружелюбным, но его взгляд… Эрену совсем не понравилось, как тот на него посмотрел. Внутри всё всколыхнулось, инстинкты подсказывали — рядом опасность, нужно быть настороже. — Что ж, Эрен. Ривай, — кивнув обоим, блондин махнул кому-то вдали, давая понять, что сейчас подойдёт. — Ещё увидимся, — и, вновь одарив двоих ослепительной улыбкой, ушёл. — До свидания, — вежливо отозвался Эрен, чуть кивнув, но внутри всё равно напрягся. Как только Эрвин ушёл, Ривай смог спокойно выдохнуть. На прощание он не сказал ничего, лишь слегка хлопнул Аргуса по боку, чтобы тот пошёл вперёд. Конь послушно и плавно тронулся с места, тихо стуча копытами. — Не обращай на него внимания, — буркнул Ривай, мотнув головой. Эрен кивнул, но всё ещё чувствовал лёгкое напряжение, будто тень Эрвина осталась позади них, не отпуская до конца. — Всё нормально? — на всякий случай уточнил Эрен, чуть склонившись к Риваю, но почти сразу же вернулся в прямое положение, испугавшись, что может вывалиться из седла. О том, что ему будет больно, он не подумал — скорее переживал, что конь может как-то пострадать. — Просто прекрасно, — с лёгкой долей сарказма выдохнул брюнет, всем своим видом показывая, что не желает говорить на эту тему. Уже много лет Ривай не мог ответить Эрвину тем же, что тот испытывал по отношению к нему, и каждый раз, находясь рядом с ним, испытывал груз вины и тяжести. Он буквально молился, чтобы блондин скорее нашёл себе кого-нибудь и забыл о нём, но этого всё никак не происходило. Отказаться же от общения Аккерман не мог — они были знакомы много лет и успели стать хорошими друзьями. Цель их пути была видна издалека: средних размеров киоск, из которого торчала зелёная ботва. — О, так вот кому ты брал яблоки тогда, — осознал Эрен, заметив их на прилавке и вспомнив, как мужчина собирал их по земле в день их первой встречи. До места назначения они дошли быстро. Ривай кивнул на замечание об яблоках, и в его памяти всплыл тот момент. Яблоки он всегда покупал только для Аргуса — сам почти не ел. Ну, может быть, изредка. Эрен улыбнулся, глядя на прилавок, а Аргус тихо фыркнул, будто подтверждая слова хозяина. Атмосфера вокруг стала спокойнее: лёгкий ветерок приносил запах свежей травы, а солнце мягко освещало деревянные стены киоска. — Спускайся, — усмехнулся Ривай, останавливая лошадь тем же способом, что и ранее, тихим «тррр». Погладив жеребца по морде за хорошее поведение, Аккерман обошёл коня, наблюдая за попытками Эрена слезть. Отрицать того, что шатен был весьма хорошо сложен, было нельзя. Любуясь повисшей фигурой, где каких-то жалких двадцать–тридцать сантиметров отделяли его от земли, Ривай сложил руки на груди, наблюдая за болтающимися длинными ногами. — Ривай, там далеко? — сдавленно произнёс Эрен, замерев в неудобной позе. Он застрял. Ни туда, ни обратно. Запрокинуть голову было неудобно, а мышцы бёдер ощутимо тянулись. Спускаться оказалось куда тяжелее, чем он думал. — О да, — протянул мужчина, проскользив взглядом по его фигуре. — Метров двадцать, переломаешь себе ноги, — с сарказмом добавил, мотнув головой с полуулыбкой. — Давай помогу. Подойдя ближе, Ривай уверенно схватил его за талию и с лёгкостью поставил на землю. Он был в отличной физической форме, хотя красовался этим только на сцене или на фотосессиях, а в обычной жизни предпочитал закрытую одежду, не выдавая себя. Аргус тихо заржал, мотнул хвостом, задевая зеленоглазого, и топнул копытом. Эрен почувствовал руки на своей талии, моргнул — и вот он уже стоит на земле. Он растерянно посмотрел на Ривая, который был заметно ниже его и казался аккуратным, статным и не таким уж сильным. В таком образе трудно было представить, что он способен на такой финт. — Ты ему понравился, — заключил мужчина, наблюдая, как конь отвлёкся на яркую морковку, красовавшуюся на прилавке. Йегер отвёл взгляд в сторону, чуть смущённо заведя руку к затылку. Он посмотрел на коня. Двинувшись к деревянному киоску, Ривай кивком поздоровался с юной девчушкой за прилавком. В таких местах часто подрабатывали дети, выполняя лёгкую работу, и Эрвин честно им платил. Девочка, завидев Аргуса и Ривая, просияла и тут же протянула вафельный стаканчик с нарезанной морковью. Брюнет, повернувшись к юноше, передал его ему. — Теперь я на сто процентов уверен, что вы с Микасой точно родственники, — немного неловко рассмеялся Эрен, бросив короткий взгляд на мужчину, прежде чем подошёл ближе к Аргусу и погладил его по шее. Конь довольно фыркнул. Приняв стаканчик с угощением из рук Ривая, Йегер достал пару штук и внимательно посмотрел, как это делает Аккерман. — Клади на ладонь и подноси к морде. Ладонь держи прямо, не сгибай, а то захватит вместе с пальцами, — пояснил Ривай, взяв одну морковку и продемонстрировав, как правильно кормить. Аргус влажно слизнул лакомство с его бледной руки и довольно захрустел. — Понял, — кивнул Эрен, дождавшись, пока Аргус прожует первую порцию, прежде чем предложить следующую со своей ладони. Это было необычно и немного страшновато в первый раз, но жеребец оказался аккуратным и при этом настойчивым — уверенно захватил лакомство. — Кажется, я уже обожаю этого коня, — озвучил мысли вслух Эрен, счастливо глядя на животное и докармливая ему оставшуюся морковь. Затем осторожно погладил его по морде. На лёгкое бодание в ответ Эрен лишь шире улыбнулся и, не удержавшись, обнял Аргуса за шею. — Ривай, могу я потом как-нибудь ещё к нему приехать? Или скажешь, когда сам поедешь, я присоединюсь, если будешь не против, — совершенно без задней мысли произнёс он, продолжая гладить и обнимать жеребца. Эрен сам не ожидал, что сможет так проникнуться к животному за столь короткое время. Ривай наблюдал за этой картиной единения, даже вскинул брови и сложил руки на груди. Кажется, они оба полюбились друг другу. Не то чтобы ему было жалко подпускать кого-то к своей лошади, но Аргус до этого момента принимал только его. Он никогда никого не кусал и ни на кого не бросался, но и радушным не был. Полностью походил характером на своего хозяина. — Обычно я здесь раза два-три в неделю. По воскресеньям — это сто процентов, всегда. А так как получится по работе. Так что… можешь, почему нет, — ответил он. Только после согласия Ривай подумал о том, что мальчишка запросто может застать Ханджи. А в таком случае его секрету конец. Но он понимал: вечность скрывать это не получится. Хотелось лишь продлить момент как можно дольше. Было приятно общаться с кем-то, кто видит в нём Ривая, а не Леви. — Хорошо, тогда спишемся, — кивнул Эрен, мысленно прикидывая, где лежит визитка Аккермана, и делая заметку перенести номер. В крайнем случае можно будет попросить у Микасы, но что-то подсказывало — она будет не рада, если он станет общаться с её братом. — Здесь много замечательных лошадей. Думаю, если научишься, сможем выехать вдвоём за пределы зоосада, — заметил Ривай. — Ох, для такого мне придётся брать частные уроки. Как думаешь, кто-нибудь согласится меня тренировать? — усмехнулся Эрен, наконец отлипая от Аргуса и немного отступая. — Думаю, что желающий найдётся, — ответил брюнет, взглянув ему прямо в глаза. Если младший, конечно, снова не пропадёт. Хотя куда он денется? Ривай ведь пообещал ему VIP-билет. Йегер чуть вздрогнул, отвлекшись на вибрацию в кармане, и бесшумно извинился, отвечая на звонок. — Уже закончили? Так быстро?… Я… — Эрен оглянулся по сторонам, пытаясь понять, как объяснить, где именно он находится. Вспомнив, насколько большая территория, он решил предложить самый логичный вариант, чтобы они не блуждали в поисках друг друга. — Может тогда на парковке?… Хорошо, сейчас подойдём. Отключившись, он убрал телефон и вновь посмотрел на Ривая с очевидным вопросом в глазах: поможет ли тот ему добраться до парковки. — Идём, — коротко бросил Аккерман, махнув головой в нужную сторону и двинувшись вперёд. Остаток пути они прошли в основном в тишине. Ривай изредка отвечал на вопросы, а Эрен иногда их задавал, комментируя виды вокруг. Дорога обратно не заняла много времени — стоило выйти из-за поворота, как на горизонте уже показались Микаса и Армин. Джагер, завидев знакомые лица, громко и радостно залаял. — Как всё прошло? — спросил Ривай из вежливости, когда они подошли ближе. Петра всё ещё была рядом, поглаживая пса за ухом. — О, он просто душка, — отозвалась рыжеволосая, взглянув на Аккермана, — но парочка уроков не помешает. — Что ж. Тогда до встречи, — кивнул мужчина, пригладив нервничающего Аргуса по холке. Джагер всё же немного его напугал своим присутствием. Он развернулся к жеребцу, погладил его по морде, а затем обошёл и протянул руку Эрену для прощального пожатия. Эрен сделал чинный вид и чуть изменил голос, понизив его: — Что ж, мистер Аккерман, в этот раз мы до сеновала так и не дошли. Какое упущение, придётся в следующий раз поторопиться, — сказал он, качая головой. Затылком он буквально чувствовал взгляд Микасы. Протянув руку юноше в ответ, Аккерман вдруг замер, встретившись с ним глазами, и крепко пожал ладонь. Конечно, он прекрасно понимал, что это шутка. Но почему-то в голове начали всплывать образы совсем не детского характера. — Я напишу, — чуть тише произнёс Эрен, убирая руку и возвращаясь к девушке. Они развернулись и направились к выходу. — Да ладно тебе, Микаса, я же шучу, расслабься, — усмехнулся Йегер, приобняв девушку, которая бурчала себе под нос какие-то проклятия. Армин вёл Джагера и при этом умудрялся вызвать такси. Стоило ребятне уйти, как на мужчину буквально накатила вселенская усталость. Опершись плечом о бок Аргуса, Ривай провёл ладонью по лицу, чувствуя, как сердце стучит — будто бьётся о грудную клетку, требуя вырваться наружу. — Леви? С тобой всё хорошо? — осторожно спросила Петра, вернувшись проверить, не оставила ли чего на улице. Она вскинула брови, заметив его состояние. — Ты какой-то… покраснел, что ли? — Порядок, — коротко кивнул мужчина, нахмурившись. Его голос прозвучал глухо, но твёрдо, словно он хотел поставить точку в разговоре. Ловко взобравшись на лошадь, Ривай глубоко выдохнул, стараясь прийти в себя. Пнув Аргуса под бок, он направил жеребца к конюшне. Копыта громко застучали по утоптанной земле, поднимая лёгкую пыль, которая закружилась в воздухе, словно отражая его внутреннюю сумятицу. Петра проводила его взглядом, но не стала задавать лишних вопросов. Ветер донёс запах сена и свежей земли, а фигура всадника быстро скрылась за поворотом, оставив после себя лишь облачко пыли и ощущение недосказанности.