Орангутанг 226

Милена была воплощением мечты. Её каштановые волосы, немного ниже плеч, мягко обрамляли лицо, а большие выразительные глаза всегда светились мягким, приветливым светом. Её улыбка могла растопить лёд, а легкая, женственная походка приковывала взгляды. В колледже её обожали все: парни мечтали о свидании, девушки – о дружбе. Она была центром притяжения, всегда окруженная вниманием, легкая и воздушная, как распустившийся весенний цветок. Но за этой идеальной оболочкой иногда таилась легкая скука от однообразия и предсказуемости. Арина была её полной противоположностью. Короткие, неаккуратно подстриженные синие волосы торчали во все стороны, выдавая её безразличие к общепринятым стандартам красоты. Она носила мешковатую одежду, говорила низким, чуть хриплым голосом, часто используя сленг, и держалась так, будто ей на всех наплевать. Никакой женственности. У неё не было друзей, лишь молчаливые знакомые по занятиям. Арина была загадкой, темной тенью, скользящей по коридорам колледжа, и никто не осмеливался нарушить её уединение. Однажды, когда очередная лекция по истории была особенно унылой, Милена решила дать волю своей спонтанности. Вместо того чтобы сидеть в душной аудитории, она отправилась в крытый каток на территории колледжа. Оттуда доносились звуки ударов клюшек и скольжения коньков – там проходили тренировки по хоккею, любимое хобби Арины. Милена знала об этом случайно, услышав обрывок разговора. На трибунах было почти пусто. Холодный воздух бодрил. На льду кипела жизнь. Вспышки синего света мелькали среди мелькающих фигур. Милена прищурилась, и её взгляд сразу же выхватил её – Арину. Она была в своей стихии, двигалась с потрясающей грацией и мощью, совершенно не свойственной её угловатому облику вне льда. Каждый её удар клюшкой был точен, каждое движение коньков – выверено и стремительно. Она неслась по льду как ураган, обходя соперников, её синие волосы, мокрые от пота, прилипли ко лбу, но глаза горели диким, сосредоточенным огнём. Милена, привыкшая к изяществу и мягкости, была поражена этой первобытной силой. Это была совершенно другая Арина – не отстраненная, а живая, настоящая, страстная. Когда Арина резко затормозила у бортика, чтобы попить воды, Милена невольно поймала взгляд на спине свитера: крупными белыми буквами там было написано «Орангутанг 226». Милена едва сдержала смешок. — Орангутанг?" -подумала она. —Почему именно так? -эта необычная надпись лишь усилила её любопытство. Арина почувствовала на себе взгляд. Её голова резко повернулась. Их взгляды встретились. В глазах Арины не было ни интереса, ни восхищения – лишь привычная отстраненность и капля чего-то, что Милена не могла расшифровать. Она просто отвернулась и снова выехала на лёд, словно Милены там и не было. Но Милену это не остановило. Что-то в этой девушке, с синими волосами и надписью "Орангутанг", зацепило её гораздо сильнее, чем все комплименты и приглашения, которые она получала ежедневно. После тренировки Милена дождалась, когда Арина, уставшая и мокрая, снимала коньки в пустой раздевалке. — Эй!» –окликнула Милена, подойдя ближе. Арина подняла взгляд, и её обычно безразличное лицо выразило легкое удивление, смешанное с раздражением. — Чего тебе? –хрипло спросила она, не переставая развязывать шнурки. — Я… я видела, как ты играешь –начала Милена, чувствуя себя немного неловко под этим пронзительным взглядом. — Ты потрясающая. Арина лишь хмыкнула. — А ты что, прогуливаешь? Милена слегка покраснела. — Ну да. Мне надоели лекции. А вот твоя тренировка… это было куда интереснее. -она сделала шаг ближе. —И… почему "Орангутанг"? Арина замерла, её пальцы на шнурках остановились. Она подняла взгляд, и в её глазах мелькнуло что-то похожее на смущение, прежде чем оно снова скрылось за привычной маской. — Прозвище, –коротко ответила она. —За характер. И то, что в хоккей пришла поздно, пришлось нагонять. Милена улыбнулась. —Это… очень необычно. Арина пожала плечами, но Милене показалось, что она заметила легкую, едва уловимую тень улыбки на её губах. — Меня Милена зовут, –представилась она, протягивая руку. Арина посмотрела на её изящную ладонь, потом на Милену, и, помедлив, слегка пожала её своей, грубой и холодной от льда. — Арина. С того дня Милена стала частой гостьей на хоккейных тренировках. Сначала Арина лишь коротко, почти незаметно кивала ей, проходя мимо. Потом стала бросать на неё чуть более долгие взгляды. Милена приносила ей воду, когда та совсем выбивалась из сил, или просто сидела на трибунах, наблюдая. Она начала видеть в Арине не просто «парня с синими волосами», а сложную, глубокую личность, скрывающую за грубостью невероятную страсть и даже какую-то трогательную уязвимость. Арина, в свою очередь, привыкла к присутствию Милены. Ей было странно, что самая популярная девушка колледжа проводит время, наблюдая за ней, «Орангутангом», вместо того чтобы веселиться со своими друзьями. Её настороженность медленно таяла, сменяясь чем-то новым – интересом, и, может быть, даже легкой симпатией. Иногда, после особенно удачного броска, Арина невольно искала взглядом Милену на трибунах, и ей было приятно видеть её мягкую, искреннюю улыбку. Однажды, после вечерней тренировки, когда все уже разошлись, Арина сидела на скамейке, потирая ушибленное плечо. Милена, как всегда, ждала её. — Сильно? –тихо спросила Милена, присаживаясь рядом. Арина неопределенно махнула рукой. — Пустяки. -но её лицо выдавало усталость и боль. Милена осторожно протянула руку и её ладонь легла на напряженное плечо Арины. Арина вздрогнула, но не отстранилась. Тепло чужой руки было неожиданным и непривычным. — Ты… ты удивительная, Арина, -прошептала Милена, её голос был полон искренности. —Ты такая сильная, такая настоящая. Я никогда никого подобного не встречала. Арина медленно повернула голову. Их глаза снова встретились. Глаза Арины, обычно такие непроницаемые, вдруг потемнели, в них отразилось смятение, а затем – что-то нежное, почти робкое, чего Милена никогда бы не ожидала увидеть в этой девушке. Милена наклонилась. Не спрашивая, не колеблясь, она коснулась губ Арины своими. Сначала нежно, потом, почувствовав, как Арина отвечает на поцелуй – неумело, но с поразительной глубиной – её поцелуй стал более уверенным. Лёд вокруг них перестал быть холодным, а их противоположности слились в нечто совершенно новое и прекрасное, обещая начать историю, где «Орангутанг 226» наконец-то нашел свой цветок, способный растопить любую броню.