choccy chip

новообретенная любовь минги к выпечке была одновременно проклятием и благословением. проклятие? на кухне царил постоянный беспорядок из-за его экспериментов с выпечкой или попыток воссоздать рецепты, которые он увидел в интернете; но, в его оправдание – все это всегда получалась очень вкусным. благословение? свежая выпечка каждый день. что ж, это тоже могло бы стать проклятием, если бы юнхо как следует подумал об этом. что он и сделал, как только его любимые брюки едва застегнулись на округлившемся животе. достаточно было одного взгляда в зеркало в их общей спальне. над поясом этих самых брюк образовался небольшой валик, и, слегка сжав его, юнхо в полной мере оценил весь ущерб. полный. он растолстел. минги сделал его толстым. минги и его дурацкая любовь к выпечке стали причиной всего этого. уж точно не неспособность юнхо сказать «нет» своему любимому парню. из этой ситуации был только один выход — противостояние. юнхо прокрался на их маленькую кухню и поймал преступника с поличным. зачем тот снова печет что-то? - ты. – фыркнул он, указывая рукой на своего парня. - я? - минги почти что склонил голову набок, словно растерянный щенок, услышавший обвинительный тон в свой адрес. - что я сделал? конечно, он бы не обратил на это внимания. - это. ты это сделал. - он приподнял рубашку, чтобы показать минги свой увеличившийся живот и наглядно продемонстрировать ему свою точку зрения. в порыве (глупой) храбрости минги сделал несколько шагов вперёд, протянул руку, положил её на живот юнхо и слегка сжал. - и как я это сделал? ты ведёшь себя так, будто я насильно кормлю тебя всем, что пеку. молочно-белая кожа юнхо покрылась румянцем при одной только мысли о том, как минги будет проталкивать ему в рот одно печенье за другим, несмотря на его протесты, и вскоре за этими мыслями последовало хныканье. младший прижал его к мраморной столешнице, проводя руками по всему животу юнхо, сжимая и разминая его, как тесто. юнхо быстро поднял руки и обнял минги за шею, уткнувшись лицом в ее изгиб, чтобы скрыть смущение от прикосновений. он должен был отругать минги, а не позволить ему трогать себя, и, что ещё хуже, наслаждаться ощущением больших рук минги, скользящих по его талии, поглаживающих и сжимающих ее. - но тебе бы это понравилось, не так ли, малыш? мой маленький ненасытный щенок? - тихий смешок сорвался с губ минги, отчего по спине юнхо пробежали мурашки. он ненавидел то, что минги, кажется, всегда знал, чего он жаждет, чего хочет и в чём нуждается. даже если это смущает его - и именно поэтому юнхо смотрел куда угодно, только не на минги. - как насчёт того, чтобы ты сыграл пару раундов в ту игру, которая тебе сейчас так нравится, пока я закончу здесь, а потом встретимся в игровой комнате, м? - это просто ошеломляет – волнение от осознания того, что произойдёт, если юнхо согласится. не раздумывая, он кивает головой в знак согласия. ему это нужно, на самом деле, им обоим это нужно. юнхо расцветает, когда минги осыпает его лаской, любовью и едой, а минги расцветает, когда ему удается пичкать юнхо разными глупостями. и, получив несколько нежных похлопываний по своей заднице, юнхо возвращается в их общую маленькую игровую комнату, дрожа от волнения, которое, он надеялся, не испортит его матчи в valorant. ✧⋄⋆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅⋆⋄✧ казалось, что прошла целая вечность - час, — прежде чем минги наконец вошёл в игровую комнату с подносом свежеиспеченного печенья с шоколадной крошкой в руках. запах был божественным и мгновенно привлёк внимание юнхо, несмотря на то, что его команда кричала ему в гарнитуру, требуя внимания. после быстрых извинений и ответного выговора, его внимание было сосредоточено исключительно на минги. сон, который по какой-то причине снял футболку во время выпечки, был одет только в симпатичный розовый фартук, подчёркивающий его тонкую талию, и чёрные боксёры. блеск в глазах юнхо, когда два их пристальных взгляда встретились, чуть не убил минги - доверие, исходящее от взгляда старшего, возбуждало минги и было странным поворотом, который развивался на протяжении их многолетних отношений. поставив поднос на один из столов, минги сделал пару шагов к юнхо, прижав свою большую ладонь к мягкой, нежной щеке. - привет, малыш. ты хорошо себя вел? - глупый вопрос, правда - юнхо не из тех, кто может ослушаться, даже случайно. легкий кивок в ответ: - как и всегда для тебя. - он прижался к теплой руке минги, от которой еще даже ощущался запах печенья. если бы юнхо не знал, что это реальность, то все происходящее показалось бы ему бредом. увы, времени на размышления у него не было, потому что минги быстро поднял его и подтолкнул к диванчику, который им удалось идеально втиснуть в комнату. юнхо тут же плюхнулся на него, не дожидаясь, пока его попросят об этом, и внимательно наблюдая за тем, как минги вернулся обратно за подносом с печеньем. диван прогнулся под весом минги, который опустился рядом с юнхо и похлопал себя по бёдрам свободной рукой, отдавая ему невербальную команду после того, как положил поднос с печеньем на небольшой столик. послушно оседлав широкие бёдра своего парня, юнхо коротко поцеловал минги, прежде чем устроиться поудобнее, свободно обвивая руками шею младшего. - минги, пожалуйста. – если и есть какое-то одно слово, которым можно описать чон юнхо, то это «отчаяние». отчаяние, которое только усиливается, когда минги рядом и когда чон знает, что его желудок будет полон. и сон, будучи абсолютным поклонником юнхо, мгновенно потакает ему - в конце концов, юно был для него таким хорошим мальчиком. первое печенье разломано пополам. губы юнхо инстинктивно приоткрываются, он надкусывает половинку, которую кладут ему в рот. это вкусно, этого недостаточно, но это прекрасно, и печенье исчезает в мгновение ока. другая половинка исчезает почти так же быстро - чон едва успевает насладиться ее сладостью, потому что это не его приоритет. это никогда не было приоритетом. юнхо хочет быть сытым, и угодить минги, даже если это означает, что его живот станет еще мягче. просто это будет значить больше любви для сона, верно? а минги это действительно нравится - несмотря на недавнюю сцену, которую устроил юнхо, минги всегда целует его в живот перед сном, гладит его, и старается дать ещё больше, чем мягче он становится. ✧⋄⋆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅⋆⋄✧ юнхо легко теряется в ощущении того, как минги его кормит, и он бы даже не заметил, что половина подноса уже опустела, если бы минги не положил руки на слегка раздутый животик юнхо. большие пальцы нежно надавливают на мягкий бугорок, вызывая у юнхо лёгкий стон. он сыт, не слишком, но ощутимо. несмотря на все небольшие перекусы, которые минги устраивал ему за последние несколько месяцев, вместимость его желудка всё ещё не сильно увеличилась. - ты такой красивый, малыш. такой нежный, милый, и всё это только для меня, верно? – спрашивает минги, уткнувшись лицом в изгиб шеи юнхо, покрывая кожу легкими поцелуями. - доешь то, что осталось, ради меня, куколка? - боже, да, пожалуйста, минги. - чтобы окончательно убедить минги, юнхо медленно двигает бедрами, потираясь прямо о пах своего парня, наслаждаясь ощущающейся твёрдостью. и только тогда в его маленьком извращённом мозгу зарождается идея. - можно я покатаюсь на тебе, пока ты меня кормишь? минги шокирован, и едва не давится слюной. конечно, он думал об этом раньше, но никогда не озвучивал эти мысли вслух, не говоря уже о том, чтобы рассказать об этом юнхо. всё всегда было очень спокойно и мягко, по крайней мере, во время их авантюр с кормлением. - чёрт, да… да, ты можешь, малыш. - с этими словами юнхо медленно встаёт, одним движением снимая спортивные штаны и нижнее бельё. он мокрый, без преувеличения - из него практически капает. на самом деле, они оба такие, и он понимает это, как только его взгляд падает на мокрое пятно, растекающееся по боксерам минги. это одновременно возбуждающе горячо и мило – то, насколько они ужасно нуждаются друг в друге. когда член минги выскальзывает из его нижнего белья, приподнимая розовый фартук, юнхо не может сдержать смешок. это неуклюже, но они справляются, и он снова садится на минги верхом, отодвигая край фартука, чтобы принять удобное положение. нельзя сказать, что он достаточно подготовлен, но из-за того, что его уже трахнули ранее в этот день, и учитывая то, насколько влажной была его киска, минги легко проникает внутрь, когда юнхо занимает нужную позу. это движение получается плавным и таким приятным, что они стонут в унисон. руки минги обхватывают талию чона, и он притягивает его ближе к себе в жгучем поцелуе. Основой поцелуя становится слюна, и иногда они сталкиваются зубами от жалкого отчаяния, но это великолепно. И становится только лучше, когда минги облизывает его губы, раскрывая их языком и не спеша исследуя рот юнхо. некоторое время они оба не двигаются: юнхо привыкает к заполненности, а минги наслаждается красотой в своих объятиях. после нескольких минут «подростковых» поцелуев юнхо на пробу вращает бедрами, а затем ещё раз. ему предоставляется свобода выбора темпа, который не заставляет его задыхаться, когда минги наконец подносит к его губам, наверное, десятое печенье. чон мысленно ругает себя за то, что не додумался до этого раньше. на этот раз юнхо тоже решает не торопиться с едой, в основном чтобы подразнить минги, расширить его границы дозволенного, а не свои собственные. с каждым движением бёдер его полный живот соприкасается с животом минги - разница между рельефным прессом минги и более мягким животиком юнхо просто поразительна. ещё два печенья — и юнхо набирает скорость, запрокидывая голову в нескрываемом удовольствии, и с каждым движением из его горла вырывается стаккато стонов. вскоре руки сона оказываются на бёдрах юнхо, помогая ему двигаться, в то время как он наклоняется к чону, облизывая его шею, прежде чем прижаться губами прямо к точке биения пульса. он слегка покусывает кожу, прежде чем начать посасывать её, помечая своего маленького щенка как свою собственность. - близко… минги… я… мнгх… - и именно в этот момент минги прерывает его движения, останавливая приближающийся оргазм. - ты не кончишь, пока не доешь всё остальное, куколка. осталось совсем немного, да? будь хорошим щенком. глаза юнхо блестят от непролитых слёз, из-за чего он становится ещё больше похож на щенка, но минги уже не восприимчив к этому. да и юнхо тоже не особо хочет, чтобы эти пять печенек пропали даром, ведь минги потратил столько времени, чтобы приготовить их для него. было бы невежливо не доесть их. юнхо не отвечает, просто открывает рот и ждёт, пока минги, как всегда, набьёт его до отказа, что минги и делает. он старательно запихивает печенье за ​​печеньем в сложенные в форме сердечка губы юнхо, позволяя ему снова медленно двигать бёдрами. да и чон никогда не был зависим от получения удовольствия от оргазма, так что, возможно, всё было не так уж и плохо. а еще это показывало, насколько хорошо минги выдрессировал своего послушного щенка, когда юнхо справился с четырьмя печеньками всего за пару минут. единственное, что стоит между ним и оргазмом, — это последнее печенье. и он поглощает его так, словно это его последняя трапеза на этой бренной земле. поэтому, когда минги отправляет последний кусочек в его рот, язык юнхо нежно обхватывает большой палец минги, поднося его к своим губам. он умудряется одновременно жевать и посасывать большой палец своего парня, слизывая с него остатки шоколадной крошки. и в награду за это минги тоже начинает активно двигать бедрами, а его член, словно торпеда, врезается в ту самую чувствительную точку внутри. юнхо лишь стонет, как шлюха, и икает, когда минги не унимается, давая волю своей первобытной натуре. если бы юнхо не знал его лучше, он бы подумал, что минги реально хочет, чтобы он забеременел. руки старшего поднимаются, он цепляется за спину минги, ногти впиваются в чувствительную кожу, оставляя на ней небольшие следы в виде полумесяцев. - маленький непослушный щенок. ухмылку, которая появляется на лице минги, практически можно услышать, когда он шепчет что-то на ухо чону, крепко обнимая его и без остановки толкаясь в его бедную киску. для юнхо всё происходящее словно в тумане, он сжимает член минги, как тиски, выкрикивая его имя так громко, что их могут выселить буквально на следующий же день. - кончаю… пожалуйста… мин- мысль быстро обрывается, когда он теряет всякий контроль над своим телом, напрягаясь перед тем, как кончить на член сона, и жидкость растекается по всей промежности минги. тот каким-то образом умудряется не сбиться с темпа, продолжая трахать своего парня, прежде чем наконец заполнить его. податливое тело юнхо оседает на минги, он опирается на его плечо, тяжело дыша. минги, вечно любящий сон просто поддерживает его, проводя пальцами по копне волос на голове юнхо и шепча ему на ухо нежные глупости. - ты так хорошо поработал для меня, щенок. я так тобой горжусь. давай приведем тебя в порядок, хорошо? получив лишь кивок, минги встал с дивана, всё ещё глубоко погруженный в юнхо, чтобы не устроить ещё больший беспорядок, и повёл их в ванную. ✧⋄⋆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅⋆⋄✧ быстро приняв душ, они вдвоем ложатся на кровать. минги наслаждается, расположившись на своем любимом месте между ног юнхо, который прислонился к изголовью кровати. его животик набит настолько, что все еще кажется увеличившимся, и минги покрывает его невесомыми поцелуями, касаясь заметно округлившейся области. - знаешь, ты такой красивый и на этот раз юнхо, возможно, поверит ему.