Оставьте свой отзыв о спасении в приложении "Облако Гусу"

Картина, открывшаяся Лань Сичэню, выбежавшему из ресторана, напоминала сюрреалистичный перфоманс: «Хаос в трёх актах с сиреной на бис». Вэнь Юань, вцепившись в здоровую руку Вэй Усяня мёртвой хваткой, закатил истерику операционного масштаба: — НЕ ОТПУЩУ! ДЯДЯ ВЭЙ — ГЕРОЙ! ОН ЛЕТЕЛ КАК НИНДЗЯ! Его мать в бриллиантах и с шатром причёски пыталась оторвать сына от незнакомца в помятой куртке, причитая: «Сыночек, я сейчас умру от разрыва сердца! Видишь — у меня уже дрожат пальцы!» Вэнь Жохань, с лицом, выражавшим ледяную ярость, устраивал разнос несчастной няне, чей профессиональный статус был растоптан вместе с мячиком Вэнь Юаня. —Вы уволены! Без выходного пособия! Я подам в суд за халатность! — его голос резал воздух острее, чем сирена подъехавшей скорой. Лань Сичэнь, глядя на окружение и сохраняя подобие спокойствия, но с напряжёнными скулами, обратился к пострадавшему: —Вам необходимо немедленно обратиться в больницу для осмотра. Мы возьмём на себя все расходы. А Вэй Усянь… Бледный, с явно вывихнутым плечом, но с абсолютно спокойным и немного скучающим выражением лица. Демоническая сущность уже начала потихоньку залатывать повреждения, вызывая лишь тупую, монотонную боль — как затянувшийся сериал. Мысли его витали далеко: там, где большая миска лапши «Со вкусом ада» с дополнительной порцией перца чили ждала его, такого одинокого и неоценённого. Он даже мысленно составлял список добавок: грибы, зелёный лук, варёное яйцо... — Да ладно, господа, — пробормотал он, мягко пытаясь высвободить руку из объятий Вэнь Юаня. — Просто царапина для прессы. Сейчас дойду до дома, приложу лёд, и всё как рукой снимет. Там лапша меня ждёт… острая-преострая… она, наверное, уже плачет без меня… Но его никто не слушал. Разве что Лань Ванцзи. Тот не кричал и не жестикулировал. Он просто подошёл так близко, что Вэй Усянь инстинктивно замолк, и, глядя ему прямо в глаза, тихо, но с давлением скалы, произнёс: — Вы поедете в больницу. Сейчас. В его золотых глазах не было места для возражений. Это был приказ, облечённый в самую спокойную форму. И по какой-то необъяснимой причине эта тихая уверенность подействовала на Вэй Усяня сильнее, чем все крики и рыдания вокруг. Молодой человек сдался с театральным вздохом. —Ну ладно, ладно! Поеду, поеду к вашим докторам! — Затем он наклонился к Вэнь Юаню и прошептал: — Слышишь? Меня уже арестовали. Ты можешь отпустить, герой. Мальчик, устав от собственных слёз, наконец разжал пальцы. Так и двинулась эта странная процессия к машинам: Лань Ванцзи, почти неся на себе ворчащего демона; Лань Сичэнь, открывающий дверь; Вэнь Жохань, всё ещё шипящий на няню; рыдающая семья Вэнь, утешающая Вэнь Юаня и хныкающего за компанию Лань Цзинъи. А Вэй Усянь, устроившись на мягком сиденье чёрного внедорожника, уставился в окно и с тоской пробормотал: —Моя лапша...