Начало.

Комната была почти пустой, кроме мягкого света экранов и едва слышного гудения техники. Аластор стоял в центре, руки за спиной, улыбка на лице — но глаза горели ледяным огнём. Сделка была заключена. Он теперь был «гостем» Вокса… пленником или партнёром — зависело от того, с какой стороны смотреть. — Ну что, — медленно произнёс Вокс, приближаясь, — как тебе моё гостеприимство? Аластор поднял взгляд, едва скрывая пренебрежение. Его глаза сверкнули холодом, а губы растянулись в ледяной улыбке, почти насмешливой. — Гостеприимство? — повторил он, голосом, полным презрения. — Ха. Забавно слышать такие слова от тебя. Вокс ухмыльнулся, но в глазах проскакивала надежда. Он сделал шаг ближе, оставляя между ними метр пустоты — метр, который казался одновременно и безопасным, и смертельно опасным. — Может быть, — тихо сказал Вокс, — это я должен напомнить тебе, кто здесь хозяин? Аластор наклонил голову, смотря на него с явным скепсисом. — Хозяин? — холодно усмехнулся он. — Ты, похоже, очень забавный, если думаешь, что можешь командовать мной. — Хах, разве не в этом суть нашей сделки, сладкий? Тишина висела как густой вечерний дым. Каждый вдох — будто шаг по тонкому льду. Вокс приближался медленно, почти как хищник, который не спешит, но знает, что поймает. Аластор же стоял, сдержанно оценивая его, и в его взгляде было одно только: пренебрежение и контроль. — Ты любишь власть, — сказал Аластор ровно, с холодной усмешкой, — но иногда власть — это бремя. — И иногда бремя может быть сладким, — ответил Вокс, его глаза сверкали в полумраке, — особенно, когда оно взаимное. Аластор лишь фыркнул, едва скрывая раздражение и насмешку. Он понимал, что игра стала личной… для Вокса. Для него же это была просто демонстрация того, кто здесь сильнее. — Связь с тобой, Аластор… — тихо сказал Вокс, — словно ловушка, от которой не хочется убегать. Аластор скосил на него взгляд, полон презрения. — Ловушка? — хмыкнул он, — забавно, что ты считаешь себя способным на что-то большее, чем игрушку в моей игре. Вокс сделал шаг ближе, не отступая, дыхание напряжённое, как будто он готов бороться за этот холодный взгляд. Аластор оставался неподвижным, демонстрируя, что ему плевать на все эти чувства. — Тогда пусть будет так… — спокойно произнёс он, — Помоему тебе от этого никакой пользы. Вокс улыбнулся, несмотря на презрение, в глазах — возбуждение и власть. — Посмотрим, Аластор. Посмотрим. И тишина снова накрыла комнату, густая, электрическая, полная обещаний и опасности. Никто не шел на уступки первым. Но оба знали: игра только начинается.