Быстрая фаза сна

«Это и есть страсть, одержимость человеком: когда ты создаёшь в воображении его образ, мало соотносящийся с действительностью» — цитата Пауло Коэльо из книги «Валькирии». Урок биологии тянулся с мучительной медлительностью пытки. За окном сгущались сумерки, вторая смена клонилась к закату, и ученики в классе, казалось, исчисляли жизнь секундами ускользающего времени в ожидании спасительного звонка. Атмосфера в классе не менялась уже давно и оставалась такой же напряженной. Арсений спиной чувствовал прожигающий взгляд Саши, стараясь не обращать внимания на монотонную речь учителя. Оставалось десять минут томительного ожидания до звонка, до вожделенной свободы, но у Елены Николаевны, как, оказалось, были совсем другие планы. — Темы проектов я вам отправлю чуть позже, а вот на пары я вас уже распределила, — от её слов класс заметно оживился, словно потревоженный улей. По рядам прокатился ропот возмущения: никто не спрашивал их согласия. Елене Николаевне было не до сантиментов. Нащупав на столе заветный список, она начала зачитывать: — Игорь будет работать над проектом со Светой… — список тянулся, казалось, бесконечно, пока не прозвучало: — Саша и Арсений. Вы делаете проект вместе. Я прекрасно знаю о ваших непростых отношениях, но уверена, что работа в команде пойдёт вам обоим на пользу. Тем более, вы оба — лучшие ученики в классе, так что сложностей возникнуть не должно. Ни триумфальных возгласов, ни яростных протестов от назначенных в пару не последовало. Прозвенел долгожданный звонок, и все ринулись собирать вещи в спешке, а в групповом чате класса уже появился список тем.

***

В коридоре «фиалка» и «рыжик» снова столкнулись нос к носу. — У тебя будем делать проект? И тему ты выбираешь? — с плохо скрываемым нетерпением поинтересовался Саша. — У меня. И тему выбираешь ты. Завтра в час буду у тебя, — отрезал Арсений и, не дожидаясь ответа, быстро удалился. Рыжий лишь пожал плечами и пошёл в том же направлении, что и первый.

***

Вернувшись, домой, Саша скинул вещи в комнате и направился к своему тайнику – маленькой кладовке, святая святых, которую он ревностно оберегал от посторонних глаз. Даже родители не смели переступать её порог. Это было его сокровенное, его самое тщательно скрываемое и постыдное увлечение. Комнатка была безупречно убрана, в ней не было ни пылинки, ни намёка на хаос. Стены от пола до потолка были увешаны коллажами и досками, но на них не было, ни исторических хроник, ни генеалогических деревьев – только фотографии Арсения. Снимки, сделанные украдкой, тайком, чтобы «фиалка» ни о чём не догадался. Их было так много, что становилось ясно: эта одержимость длится уже не первый год. Это было не просто увлечение – это была всепоглощающая страсть, скрытая под маской ненависти. В центре комнаты стоял стол, а на нём – толстая тетрадь с лаконичной надписью «Арсений». В ней до мельчайших деталей было расписано всё: расписание тренировок, занятия с репетиторами, литературные предпочтения, пищевые привычки, анализ почерка, любимые цитаты… и всё это – в хронологическом порядке, год за годом. Рядом лежала другая тетрадь, потоньше – личный дневник. В нём Саша скрупулезно записывал малейшие изменения в поведении Арсения, пометки об оттенках его настроения, его отношении к тем или иным вещам. На основе этих записей он составлял таблицы, какие предметы нужно подтянуть, чтобы оставаться лучшим во всём.

***

Завтра придёт Арсений, объект его неутолимой любви и болезненной одержимости. Он не должен ни о чём догадаться, не должен узнать, что скрывается за этой дверью. Повесив на дверь табличку с надписью «Опасно. Не входить», он запер её на замок и, поднимаясь по лестнице в свою комнату, прошептал одними губами: — Ты не должен об этом узнать. Никто не должен знать об этом. Никто.