Голуби в клетке. (Pigeons in a cage)

Будильник заорал высоким голосом Жени Отрадной “Уходи и дверь закрой”. Я медленно открыл глаза и с ненавистью уставился в пенопластовую плитку потолка, с нелепыми, нисколько не вяжущимися с обстановкой нашей убитой квартиры в хрущевке, выпуклыми узочиками, в стиле, блять, рококо. Простонал, специально чрезмерно громко, чтобы оповестить, по моей задумке, весь мир о моем же вселенском негодовании будильником (в первую очередь), этим днем (в частности), этой самой секундой (в общем)! Скомкал ватное советское одеяло и ногой отпихнул его куда-то в угол кровати. Огляделась по сторонам моя сонная и взлохмаченная голова, со стороны, наверное, похожая на башню танка, ищущую своего врага на поле боя. ( - Кажется, стоит заканчивать играть в War Thunder… - слишком сумасбродная мысль, реализации не подлежит *примечание автора) Что ж, я опять проснулся под ужасный рингтон. Мысли сменить его посещали меня уже около года, но я, почему-то (сам не знаю почему), откладывал это на потом... и каждое утро мучился от: НАТЕРПЕЛАСЬ, НАЖДАЛАСЬ, Я ЛЮБОВЬЮ ОБОЖГЛАСЬ. Но сейчас не об этом. Враг обнаружен. Я сел на кровати, сунул ноги в подранные кошкой Светой тапочки. Мебель скрипнула, неохотно выпуская меня из объятий неги и блаженства. Зевая и потягиваясь я нанес решающий удар: супостат мертв. До 6:30 следующего утра... Комната погрузилась в суету утренних звуков, доносящихся из приоткрытого окна: приглушенно слышались радостные голоса первоклашек, спешащих на первую в своей жизни линейку, озабоченные возгласы мамочек, пытавшихся успокоить ребят, остальное стихийное-бедствие-на-крыльях-хаоса летящее в школу (разочарованный вой школьников постарше), пение птичек и бурчание двигателей проезжающих мимо дома автомобилей. Все эти звуки смешивались в один и представляли собой странную “первосентябрьскую” симфонию, навевающую на меня не менее странные чувства: с одной стороны, хотелось радоваться наступлению нового учебного года, последнего для меня, с другой хотелось повеситься. По тем же самым причина м. Пока не решив, чего хочу больше, я занялся делом - подготовкой к предстоящей линейке. "А там уж посмотрим, в конце концов, повеситься можно всегда." - мрачно подумал я. У кровати стоял огромный трехстворчатый шкаф для одежды (за которым бабка, конечно же, стояла в очереди 20 лет и грех выбрасывать, и неважно, что эта громадина занимает добрую половину и так крохотной комнаты), одна из створок закрыта на замок, где ключ - неизвестно, но две другие открываются. Я достал оттуда одну из рубашек, особо не выбирая из их разноцветного множества, и огляделся. За это бурное, теплое, наполненное ссадинами и приключениями лето комната впитала в себя миллионы чувств и воспоминаний: вот моя старушка кровать, на которой, казалось, каждый вечер раскидывались пасьянсы, дурак и техасский холдем. За кроватью окно и трещина в нем (появившаяся по моей, не признаваемой мною же, вине), заклеенная новогодним Дедом Морозом в середине июля. Теперь гад-будильник стоит на письменном столе, раньше заваленном рыболовными снастями, пустыми алюминиевыми банками, чеками и бумажками…сейчас безвременно сгинувшими где-то в мусорном баке. На замену им пришли учебники, сборники ЕГЭ, погрызенные ручки и стол окончательно стал похож на резиденцию уродцев-школьных-принадлежностей…Все это было, было за это долгое, теплое, наполненное ссадинами и приключениями лето... Застреленное сентябрем. « - Сентяя-ябрь горит, убийца плачет, но он смог поступить иначеее» - напевал я по пути в кухню. Вскипятил чайник, попил чай с бутербродами. За окном красота: высокие деревья, клены, тополя, разноцветная сентябрьская листва... Прекрасный день, только число все портит. Телефон завибрировал, оповещая о новом сообщении. Я схватил его, пожалуй, с излишней поспешностью. Тот приветственно засветился, а на экране вспыхнуло сообщение от контакта "А.Д.". Идти до школы недолго, каких-нибудь 5 минут. И я специально растягиваю дорогу: зачем то останавливаюсь у мусорных баков, придирчиво разглядывая их вывороченные бомжами внутренности, возможно, в подсознательном поиске летних сокровищ, после небольшого скандала, вечером выкинутых матерью. После прохожусь по детской площадке, пинаю белый щебневый камень, он залетает под низкую лавку и его приходиться оставить там, дохожу до школьных ворот и долго держу калитку, пропуская всю нарядную толпу рвущуюся внутрь. Идти на линейку не хочется, каждый шаг неумолимо приближает меня к невидимому эшафоту, где мне обязательно отрубят голову. "Жду тебя, зай" - сообщение от Андрея Денисовича. Я всегда язвительно хихикаю, вспоминая о моей мелкой пакости: записать контакт “А.Д.” - весьма иронично. Мой “неудавшийся роман”...И мне опять становится смешно, видимо, нервное. - Все началось в начале 10 класса, новый учитель физики наконец-то сменил сухую, как будто истончившуюся за жизнь, старушку Надежду Ивановну (гос.учереждения не щадят никого, особенно не щадят, если ты терпеть не можешь то, что делаешь). Женщина, с теплым именем - Надежда, была, по нашему скромному коллективному мнению, той еще сукой, положившей себя (о! как благородно. больше так не делай) на алтарь обучения юродивых новых поколений «Самой Важной Науке» - физике. Пухлый и кудрявый Андрей Денисович, пришедший ей на смену, сразу покорил сердца школьников своими манерными шутками и веселыми футболками с великими деятелями естественных наук. Что до “романа”? рома-рома-роман, мужчина всей моей жизни…Андрей был старше меня всего на каких-то 10 лет, 16-летнему мне казалось, что это совсем не существенно, неважный факт из биографии. Я рассуждал так: с мужиками под тридцатку вместе в танки играем? - играем, и ничего, темы для разговоров есть: у них - завод, у меня - домашка не выполнена… Я думал, что я умнее других, что я - особенный. Сейчас мне за эти нелепые детские мысли стыдно. Мне вообще теперь постоянно стыдно. Хотя совесть должна сгрызать не меня. Представьте себе ситуацию: ребенок-детсадовец и воспитатель, к примеру, поссорились, кто должен уладить конфликт? Вот и я о том же, больше ответственности на более зрелом человеке, том, кто априори старше, разумнее. И сейчас я мучаюсь от ошибок и раздутого эго того, кто должен был быть “разумнее”. Пока я один, каждую секунду, я продолжаю чувствовать себя грязным и использованным, обманутым ребенком, уведенным взрослым дядей с детской площадки. Насколько сильно я корю себя за опрометчивость и доверчивость, и как сильно мне хочется стереть все связанное с ним и всем произошедшим из памяти. И я пытался, я правда пытался!.. Я сжигал мосты, рушил все, к чему прикасался, бунтовал и свирепел, пытаясь вычеркнуть, вырвать с корнем, все случившееся из себя. Чтож, еще один важный жизненный урок: память - это место, где находится АД, праздник на тонком осеннем льду - а внизу бесконечная черная пропасть. Иногда меня накрывает такая пизда, что кажется, меня раздавит руинами воспоминаний, мои сны меня задушат и я (вся моя личность, все мое естество) просто аннигилируют - и останется овощ с нервным тиком. Иногда хочется, чтобы так и было. Иногда хочется , чтобы ничего не было, а если и было, то только “хорошо” и “я ничего не помню”. Но там, где должна быть точка, все еще стоит жирная и противная запятая-ошибка. Он, “мой” Андрей, не даст отделаться так просто. Это его месть мне, это моя ему расплата за незрелость, за то, что я не стал его безвольным «сладким мальчиком», за то, что решил бороться с несправедливостью. В итоге мы “расстались”, тихо, без истерик, в мае (тогда я еще удивился тому, как просто все вышло: я был готов обнажить зубы, сражаться за свою свободу, но ничего… Ровным счетом ничего не произошло. Сухое “ладно”). Как выяснилось позже - для Андрея мы «взяли паузу», длиной в 3 месяца с полным отсутствием КАКОГО ЛИБО контакта. Действительно, блять, охуенная “пауза”. И я представлял Андрея, который сейчас непременно терся около моего 11”Б”, делая вид, что разговаривает с Леонидом Леонидовичем, к примеру... Почему-то эта картина тоже смешила. Полноватый и несуразный Андрейка и высокий, чопорный Леонид Леонидович - они совсем не смотрелись вместе, ситуация, как из дурацкого анекдота или как из рассказа Чехова «Толстый и Тонкий» только наоборот... "Черт-черт-черт" у меня начиналась натуральная истерика. В горле встал ком, глаза заслезились. Я нервно сжимал железо калитки и глуповато хихикал. Надеюсь, это дало тонкий намек паре первоклассников о том, куда они попали (школа ад - бегите дети). - Леха! ЛЕХА! - низкий голос Дениса, доносившийся откуда то из двора школы, вырвал меня из оцепенения. Огромные ручищи резко обхватили меня за плечи и прижали к себе. У меня затрещали ребра. Правая рука друга насмешливо опустилась на мою макушку и начала трепать и без того не очень то послушные волосы. - Эй!! Чуваа-ак! - хрипло пробасил в ответ я, воздух в легких заканчивался. Я начал пихать Дениса в живот, пытаясь ослабить мертвый хват друга (хотя, конечно, вряд ли мне бы удалось нанести ему хоть какой-то ущерб. Сдвинуть Дениса - все равно, что сдвинуть гору). Блондин возвышался надо мной на добрых 20 сантиметров, за лето он разросся (в ширину и в длину) ещё больше и теперь окончательно стал напоминать типичного игрока американской баскетбольной команды. Светлые волосы насмешливо развивались на ветру, челка лезла в глаза и рот, Денис с усердием выплевывал ее и она тут же залетала обратно, короче всячески мешала “неудавшемуся” баскетболисту, но тот и не думал ее поправлять, сжимая меня уже сильнее специально. - Вот и познакомились. - пробурчал где-то сзади Миша. Умеет же он незаметно подкрадываться... Денис уже успел хищно повернулся, явно надеясь заключить и его в "дружеские объятия, совсем не опасные для костей". Но Мишка предусмотрительно отшатнулся. Его так тискать нельзя, сломается. Взгляд цеплялся за черты Миши по-другому, пусть мы виделись совсем недавно, пусть я видел его практически каждый день на протяжении 3-х летних месяцев...сейчас я не смог отвести взгляд от оголившихся тонких ключиц, выглядывающих из под расстегнутой сверху рубашки. "Красуется" - пронеслась в голове ехидная мысль. И я уже начал размышлять как ненавязчиво намекнуть Мише об прогуле линейки в силу более приятного времяпрепровождения… Денис явно заминая паузу, пока я тупо разглядывал Мишу, нарушил тишину: - Тут постоим, или к нашим потопаем? - он неуверенно окинул нас взглядом, переминаясь с ноги на ногу. Мой тупой взгляд на Мишу явно смутил его. - Думаю, стоит.. - начал я, но меня перебили, “красующийся” как обычно без эмоционально выдал: "-Андрей Денисович прямо за твоей спиной, чувак" Я обернулся и увидел как Андрей прорывается через плотную толпу первоклашек, давя бедных детей и неосторожных родителей. Где Лёша? От Лёши и след простыл. Леша стоит за старым тополем, растущим около стадиона, и переводит дыхание. "Даже на физре так не бегал.. Щас легкие высру." - сказал я в пустоту. Я опустился на землю, особо не думая о чистых, выглаженных матерью штанах, и затих. - Леонид Леонидович, время поджимает, где же половина 11”Б”? - чуть растягивая букву «е» сказал Андрей, обводят взглядом несчастные 10 человек, все таки пришедших на линейку и теперь нелепо столпившихся недружной стайкой у школьных ворот. - Странные, сказано было прийти к 9:30, сейчас уже 25 минут! Напишу родителям не пришедших! - недовольно, по-петушиному, возмущался Леня Ленивич, свирепо оглядывая вверенный ему класс и начиная распихивать взрослых детей в более или менее аккуратную композицию. Денис, которого уже успели впихнуть в шеренгу 11-классников, явно недовольный стоянием рядом с учителями, переключил свое внимание на Мишку, уныло, что свойственно всем старшеклассникам, смотрящего в небо, на лице читалась вселенское принятие, усталость и фраза: “Боже, пошли нам потоп, когда же это все закончится”. - Напугал бедного и радуется, тучки он разглядывает - с подстебом пробормотал Денис. - Как обычно, Кинита, жжешь, небось Леха давно домой смысля, а теперь будет скучно и... - Я просто его предупредил. - похоже, сегодня Миша выполнял ачивку по количеству прерываний. - Разве тебе тааак хочеться видеть его сконфуженную харю весь день? Его как будто бульдозером переезжает после разговоров с Андреем. - он сделал небольшую паузу. -Денисовичем. -тихий голос отдавал железом. Не желая продолжать диалог он отвернулся от друга. Теперь оба товарища смотрели на физика, который озирался по сторонам, хищно ища "потеряшку". Видимо, упустил в толпе. “Линейка скоро начнётся, но что делать Леше, который явно застрял в неплохой такой жопе?” - Михаил Никитич! Денис Данилович! Не знаете куда делся Господин Зенцев? — в своей сладко-агрессивной манере пророкотал классный, он кричал им издалека, не удосуживаясь подойти ближе. - “He-a." - в голос ответили закадычные друзья даже не приглядываясь. Главное - делать вид, что ничего не знаешь, отработанная тема, рабочая. - Странный. А он вообще соизволит прийти? - не унимался Леонид Леонидович, продолжая буравить глазами подростков. Допрос продолжался. - Мы не в курсе. Может да, может нееет. - ковыряя кофточку протянул Денис. Классный, уже успевший подобраться к товарищам, шлепнул “Господина Гринева” по руке и расправил складки кофты. Педант. - Странный! И ты тоже! Не паясничай особо. - После этих слов классный ушёл драматично развернувшись, видимо, решив, что больше из ребят ничего не вытащить. "Ай, линейка начинается, Леша капут!" я схватился за голову. Без слёз на это зрелище не взглянешь.. Делать нечего. Нужно идти. Иначе весь день и всю ночь будет трепать Леонида. Я неуверенно пошел к своему стад… классу, едва сдерживаясь от того, чтобы не упасть на землю и притвориться мертвым, а может и притворяется не надо будет... - Пришел-таки, господин Зенцев! А самолет летел, колеса стерлися, а мы не ждали вас, а вы приперлися..! - затянул классрук и грубо взяв меня за руку воткнул между двумя восточными парнями. Так и простоял глядя в пол, пока директор говорил всякую ересь про высокие ожидания от результатов ЕГЭ выпускников, про “любимую” школу номер 36. После началось выступление первоклассников, Денис, несущий маленькую девочку на плече..слушать и смотреть не стал. Но начиналось все, конечно, не с этого…