элизиум

***

      Это был тяжелый день. К счастью для Жени, он подходил к концу. Она много плакала, переживала, обдумывала. Но, поднимаясь сейчас в лифте на свой этаж, она просто хотела отдохнуть. Поговорив с психологом, это решение ей далось проще. То, что случилось, это не её зона ответственности и она никак не могла повлиять на эту ситуацию. Теперь она четко понимает, что её контроль закончился на моменте ссоры со своей подругой, за всё остальное несет ответственность преступник. Вина - эта лишь верхушка айсберга. Не стоит боятся и остальных чувств: гнев на несправедливость, страх беспомощности, тоску по лучшим временам – всё это имеет право на существование.       Женя вышла из лифта так же, как и из зала после психолога, опустив голову вниз. Там – в ногах безопасно, не нужно смотреть на таящий угрозы мир. Когда она подняла взгляд, перед ней предстали люди, что не по своей воле были втянуты в это дело. Она видела их страх, отрицание происходящего, упрек... Но все всё понимали, никто ей ничего не сказал. Женя объявила, что группа уходит на бессрочный отпуск, а дальше... а дальше без понятия. Никто ничего не сказал.       Провернув замочную скважину, девушка вошла в дом. На лице появилась улыбка. Небрежно скинув куртку, она начала разуваться. Из комнаты вышел Даня: — Привет. — Приве-е-ет! — Женя обняла парня и вжалась ему в грудь. — Устала? — Ты не представляешь, как! — Промурчала девушка. — Как там заболевшая?       Женя непреднамеренно сжала Даню еще сильней. — Уже лучше. Температура спала. — Она посмотрела на него. — Пара дней и вернется... на тренировки. — Ну и хорошо. Ты сама-то не заболела после ночевки у неё? — Даня кистью приложился к её лбу и начал разглядывать. — Выглядишь, как помятый помидор. — Не... просто плохо спала. — Женя вновь припала к нему головой. — А ты что... Неужели соскучился? — Да... — Кротко ответил парень и поцеловал Женю в макушку. — Хотя знаешь, времени зря не терял! Прошел вчера наконец-таки ту игрушку.       Женя с закатанными глазами освободилась от объятий Дани: — Кто о чем... Понравилась? — Вполне. Концовка интересная, нетипичная. Этот было не просто смело, а...       Далее Даниил начал рассказывать о какой-то Disco Elysium, как он разговаривал с галстуком, вывел Кима на чистую воду и еще что-то про коммунистов. Женя абсолютно не понимала, что он несет, но старалась внимательно его слушать и поддакивать в нужные моменты. Закончив эту жаркую тираду, Довольный Даня пошел в комнату.       Женя направилась в ванную. Зайдя в помещение, она стянула с себя кофту и начала осматривать свои запястья и всё выше к локтю. Множественные расчесы уже успели подняться над кожей и покрыться легкой кровяной коркой. Красные пятна тут и там бегали по руке. — Блин... Нельзя, чтобы он увидел. — Девушка вновь надела на себя кофту.       Выбравшись из под воротника, она встретилась глазами со своим отражением. Как заколдованная она приблизилась к зеркалу, наблюдая за собой. — Господи, какое же ты ничтожество! — Что? — Бессрочный отпуск, серьезно? Ты даже группу распустить нормально не можешь! — Мы только приостанавливаем деятельность... — Да-да, мне можешь не врать, псевдо-лидер!       В дверь постучали. — Это не так! Это я привела их к успеху! — Ты лишь ступенька для них! Инструмент! — Они... они не бросят меня...       Очередной стук. — Бросят, сама знаешь. — Но не Саша... — Но не Саша. — Синий... — Розы — Оранжевый — Кто следующий?       Дверь в ванну распахнулась: — Ты вообще меня не слышишь? — Даня с непониманием уставился на Женю. — Мне греть тебе покушать или мы сразу спать?       Женя развернулась к своему парню, мило улыбаясь: — Не, я не голодная, давай сразу спать!

***

      Роман с фонариком на перевес идет по заброшенному кирпичному зданию, освещая себе путь впереди. Он сосредоточен, переступает через весь увиденный мусор, тихо пробираясь вглубь. Там он найдет очередной ответ. Еще не много, здесь, за поворотом. Чем ближе он подходил к углу, тем сильнее билось его сердце. Это страх. Неизвестность всегда пугает, но его не волновало, что за поворотом. Всем своим нутром он чувствовал невыносимое давление, что исходило лишь из одной точки. — Нельзя...  Ты не должен этого знать. Только не это. — Прошептал себе следователь.       Нечто сверху давлело все сильнее.

      Посмотри. Я и есть тайна

      Сопротивляться больше невозможно. Роман медленно поднимает голову наверх. Свет со всех сторон ослепляет его и начинает выжигать глаза. — Сука! Засунь свои дальнее себе в жопу! — Леша за рулем начал материть проехавшего водителя.       Роман проснулся. Салон раскачивал один из популярных фонков. На улице был ясный день, холодное солнце сместило луну с небосвода. Мужчина сбавил громкость: — Двму а лу? — Я не знаю французский. — Алексей смотрел на дорогу.       Рома оперся об дверное окошко. Расплетя язык, он уже членораздельно выразился: — Давно я сплю? — Без понятия. — Оперативник посмотрел на время. — Вроде 40 минут, как едем.       Рома расплылся по сиденью: — Тебе когда-нибудь снился трип? — Определенно. — Алексей включил поворотник и начал заворачивать к нужному жилому комплексу. — В детстве, когда у меня был жар, мне казалось, что перед моей кроватью стоит человек – охотник. С ружьем на перевес, в толстых варежках, валенках, меховой шапке. — Леша обернулся на следователя и засмеялся. — А сверху на нем лежало блюдце, в котором был бутерброд с маслом.       Рома расхохотался: — Ой, зря! Зря я спросил! — Придя в чувство, следователь посмотрел в окно. — Кто у нас на очереди? — Наумов Петр. 15 лет, нелестно высказывался в адрес участниц, угрожал сексуальным насилием, обещал «разобраться». — Интересный набор, но все равно не густо... — Даже обидно как-то браться за такую мелочевку. — Ты что, жалуешься? — Роман наигранно удивился. — Как же так? — Ну знаете, мне хватило этих утренних профилактических бесед с родителями. Это сплошные дети. Они не могли ничего подобного сделать. — Удивительно, но... я согласен.       Тойота встала у одного из подъездов. — С другой стороны, что нам остается? Людей тупо нет. Я согласен – мы не должны этим заниматься. Я тебе больше скажу, я просил выделить пару человек для слежки за одной из участниц группы, но мне просто отказали. — Охрененно... — Пока дело официально не переквалифицируют в 126-ю статью, мы ограничены в ресурсах.       Мужчины вышли из машины и направились к нужному подъезду. — Дак может ну его этих детей? — Нет. — Отрезал Роман. — Мы проверим все версии. И допросим этого Наумова... Последний подтвержденный раз, когда видели Александру, был в этом районе. Может и совпадение, — ответил следователь на немой вопрос компаньона, — но большего у нас нет.       Дверь в парадную открылась и оттуда, толкая Алексея, выбежал человек. — Эй! Ты не охренел...       Капитан тут же погнался в след. Он успел разглядеть юношу.       «Не в мою смену!»       Петр начал пересекать детскую площадку. Следователь бежал рядом по плитке, наращивая скорость. Преодолев участок, беглец перебежал дворовую дорогу и устремился за угол дома. Роман старался не отставать. Плитка, грязная лужа, Рома летит в фонарный столб. С благим матом, следователь врезался в препятствие. — Леха!..       В следующую секунду брызги летят в лицо капитана. Алексей уже начал погоню. — Спсибо...       Встав с земли, Роман постарался привести себя в порядок и неспешно зашатался в направлении преследования. Встав с земли, Роман привел себя в порядок и зашатался к месту встречи. Он уже знал исход. Повернув за угол, он увидел прижатого к земле брыкающегося парня. Капитану стало даже немного жаль его. Мимо проходящие зеваки с интересом следили за происходящим.       «Эта груда мышц его сейчас раздавит...» — Отпусти меня, гандон! — За языком следи! — Леша сильнее заломил парню руку. — Леш. — Роман рукой приказал ослабить хватку. — Петр, что это такое? — Капитан присел перед подозреваемым на корточки. — Заставляешь двух стражей правопорядка играть с тобой в догонялки. Не дело, я думал ты взрослый мальчик. — Не старше вас, дядя. — Плюнул ядом Петя.       «Дядя...» — Почему ты убегал от нас? — спросил Леша. — Догадайся! — Петр оскалился, бешено смотря на Романа. — Что, Александру ищите? А нет её больше!       Оперативник тревожно посмотрел на следователя. — Что ты знаешь? — Роман опустился к преступнику поближе. — Я убил её!       «Как же дешево, это даже интересно.» — Зачем ты это сделал?! Говори! — Леша вновь усилил хватку.       Рома гневно сверкнул глазами на товарища, явно давая понять, что говорить будет он: — Да, зачем? Чем тебе помешала бедная кассирша? — Она... она не продала мне водку!       Алексей с непониманием смотрел на наставника.                     «Лишь бы не засмеятся...» — Как ты узнал, где она живет? — Я проследил за ней! — Зачем ты устроил в её доме погром? — С каждым новом вопросом следователь усиливал давление на Петю. — Она сопротивлялась. — А надписи? Зачем ты расписал ей стены?! — Стены? — Да! «Я зоофил»! Это, между прочим, тоже статья! — Я...я... — Мальчик покраснел, как помидор.       Рома резко поднялся, отводя взгляд подальше от юноши.       «Тише, тише, меня заносит.»       Он вновь сел на корточки. — Петь, я понимаю тебя. Ты молодой, горячая кровь. Хочется показать себя, доказать окружающим, что ты особенный. — Рома взял парня за шевелюру и начал ее трепать. — Но ты выбрал не тот путь. Самовыражаться можно и по-другому. А своей ложью ты можешь сломать себе жизнь. — Пускай! Мне всё равно! — Обиженно пробубнил мальчик. — А как же родители? — О! Может хоть вспомнят обо мне! — Обязательно вспомнят. — Роман еще сильней зашевелил волосы парня. — Можешь ответить еще на один вопрос? — Я не хочу разговаривать с асфальтом! — Ага, что еще придумаешь? — Усмехнулся Алексей. — Отпусти его. — Рома разогнулся. — Мне его потом ловить? — с некоторым упреком спросил напарник. — Да.       Заворчав, Леша поднял парня с земли и помог отряхнуться. — Ты ведь знаешь Elevate? — Ну, да... — Ты же писал им плохие вещи? Зачем ты это делал? — Плохие? — Петя задумался. — А, да я... — Он обхватил одну из рук. — Они забанили меня в трех чатах! Ну я и вспылил...       «И всё?» — подумал Роман. — И всё? — спросил Леша. — Пацан, это явный перебор. А то, что им могло быть неприятно, может ты даже напугал их? — Да в интернете каждый так общается! — Малолетки... Совсем не чувствуете ответственности... — Прошипел оперативник.       Роман улыбнулся коллеге, намекая тому остыть. — Родители дома? — Дома... — Ну тогда веди. С тобой предстоит интересная беседа!              

***

      Вечер того же дня. Отведя очередной МК, Лиза вышла на улицу, радуясь погоде. Она достала телефон, желая запечатлеть наступающую зиму. Полупрозрачный брелок бабочки красиво переливался в лучах света. Воодушевленная такой погодой, девушка решила прогуляться до метро подольше.              Улицы полнились людьми: отдыхающие семьи; восторженные туристы; коммунальщики, в быстром темпе чистящие тротуары; фигура в черном капюшоне... Кхм! Горе отмахнулась от тревожных мыслей.       На деревьях устанавливали гирлянду. Часть из них по пути уже горела мягким белым светом. Лиза обернулась, желая с расстояния охватить всю картину целиком. И опять этот силуэт... Зациклив на чем-то свое внимание, нам начинает казаться, что это теперь везде. Девушка не понимала, в данный момент это как раз такой случай или все-таки нет. Ускорив шаг, она стала активно думать. Резко присев, она начала «завязывать» шнурки. Горе аккуратно посмотрела назад. Неизвестный стоял на месте, смотря в телефон.       «Что мне делать?» — Где-то в глубине души начал зарождаться страх.       Мимо девушки проехал автобус. Лиза быстро вскочила и побежала к остановке. Уже там из дверей транспорта высыпала гроздь пенсионерок, не дававших пройти.        «Бабки!! Даже сейчас! Куда вам всё время надо?!»       Горе посмотрела через плечо. Преследователь (?) был всё ближе. В панике она отшатнулась от автобуса и быстро зашагала прочь. Глазами она начала искать спасения. Никто не обращал на неё внимания.       «Думай, думай, думай!»       Светофор загорелся зеленым. Через переход пошел плотный поток людей. Новая мысль озарила девушку. Двигаясь на пролом, она постаралась скрыться в толпе, параллельно этому высматривая место отступления. Проход через арку, поворот, закоулок.       «Спрячусь!»       Прекрасная идея.  Прибившись к стенке с боку от входа, она перестала дышать. Стук сердца гулом разносился по округе. Лиза закрыла глаза, стараясь прислушаться к какофонии звуков.       «Что мне делать...»       В её направлении послышались шаги. Горе шумно сглотнула. Они становились всё более отчетливыми. Девушка сжала кулаки.       «Либо я, либо меня»       В следующее мгновение из-за поворота показался темный силуэт. Черный капюшон мешал разглядеть лицо, но Лизе уже было всё равно. Перехватив локоть человека, она по памяти сгруппировалась, занесла свою руку к нему за подмышку и, зажмурившись, рывком кинула его через плечо. Как могла.       Послышался глухой удар. Открыв глаза, Горе свела их в кучу. Прямо к ней в переносицу было направлено дуло пистолета.