Утреннее сообщение

Утро началось не с будильника или вкусной чашки кофе, а с уведомления телефона. Соловьева уже не спала, поэтому быстро среагировала на характерный дилинь. — Ну и кто в такую рань сообщения пишет? – закатив глаза, потянулась к мобильному. На дворе было полпятого, и получить сообщение хоть от кого-то было странно. На экране смартфона светилось «Кулыгин», а содержание сообщения было следующим: — Ника, прости, пожалуйста, я не специально! Прости прости прости!!! Вероника была, мягко говоря, удивлена таким сообщением и решила спросить, что же случилось. — Кость, ты чего? — Я тебе изменил В такое доктор сразу не поверила и приняла за шутку. — хаха, очень смешно. И с кем же? — Ник, это не шутка. С Любой Руки начали трястись, глаза наполнились солёной водой, Вероника не могла в это поверить, ей начало казаться, что всё в комнате медленно плывёт. Открыла она глаза от будильника, который звенел на всю комнату. — Голова раскалывается, в обморок что ли упала. – Очень тихо прошептала Соловьева. – Нужно собираться, а то на работу опоздаю. – Конечно, туда ей вовсе не хотелось, ведь там есть все шансы увидеть Кулыгина, а этого Соловьева точно не хотела, но деятельность от разборок страдать не должна. К счастью Вероники, она была не одна на смене. Девушка быстро приняла смену и пошла в машину, где уже была Эвелина, с которой она стояла сегодня. Доктор села на переднее сиденье и закрыла глаза, не заметив Гончарову. — Привет. – Поздоровалась фельдшер и стала ждать ответа. Вероника подскочила от неожиданности. — Привет, напугала. Как дела? – Начала расспрашивать доктор, дабы не дать понять, что она полностью разбита и подавлена. — Я-то в порядке, а ты как? На тебе лица нет. Давай рассказывай, что случилось. – Настояла Гончарова, что-что, а человеком она была проницательным. И Соловьёва не могла сопротивляться её пронзительному взгляду. В глазах стали слёзы, и девушка перебралась назад к фельдшеру, чтобы если что истерику увидела только она. — Он мне изменил. Понимаешь, изменил. Ну вот что я не так делаю в своей жизни, почему меня все бросают, видимо, не дано мне быть в счастливых отношениях. – Плакать не было сильным умением Соловьёвой, обычно всё в себе, но не сегодня, и слёзы покатились. — Прости. — Сказала Вероника, начиная вытирать влагу с лица и уходить на переднее сиденье, но не тут-то было. Эвелина за руку потянула её к себе, и так вышло, что она приземлилась прям к ней на колени. — Не нужно за это извиняться, это нормально. — Стала успокаивать Эвелина напарницу, но Вероника продолжала. — Нет, правда прости, я не знаю, что на меня наш.. — Болтовня и извинения ни за что Гончаровой надоели, и она заставила замолчать Веронику поцелуем, таким поворотом судьбы доктор была ошарашена и быстро отстранилась. — И как это понимать? Это неправильно... – Растерянно спросила Соловьёва, смотря на Эвелину, в глазах которой не было ни капли сожаления. — Не знаю, но заметь, я ещё не получила подзатыльник, а значит, сильно против ты не была. – Гончарова посмотрела на Веронику, но чувства вины и близко не было. — Не зарекайся , это легко исправить, но так уж и быть не буду, в какой-то степени мне даже понравилось, признаю. – Сдалась Соловьёва, а сама подумала про Костю и продолжила. – Но я не думаю, что это верно, ладно если б я была одна, а так я в отношениях. – Грустно поникла доктор. — Если меня не подводит память, то Кулыгин тебе изменил. Пожалуйста, скажи, что ты не собираешься это терпеть. – Гончарова увидела, как замялась Вероника, поэтому предложила ей кое-что интересное. – Если так, то хотя бы отомсти ему. — Во-первых, я не тот человек, который будет мстить за это, а во-вторых, что ты предлагаешь сделать? Подставлять я его не собираюсь. – Предупредила фельдшера девушка, но Эвелина не растерялась. — А кто сказал, что нужно подставлять, отплати той же монетой. – С этими словами Гончарова начала гладить Веронику, но та быстро сбросила руку. – Нет, я не могу, это неправильно. – Соловьёва говорила очень быстро, чуть ли не проглатывая слова. После на минуту задумавшись, опустила голову на плечо фельдшера, продолжая сидеть на её коленях с одной лишь мыслью в голове: «Я запуталась» Гончарова почувствовала, как её плечо намокает от чужих слёз, но на сей раз она начала успокаивать Веронику, а та в свою очередь не извинилась за слёзы. Гончарова сразу поняла, что доктор ей доверилась. — Ну ты чего? Да пошёл он, не стоит из-за этого слёзы лить. – Эвелина поддерживала, как могла, но доктор не успокаивалась, через время Соловьёва посмотрела в глаза Гончаровой. – Это не из-за Кулыгина, я запуталась. – На лице доктора было лишь отчаяние. — В чём запуталась? Давай вместе распутаем. — В себе. – Девушка выглядела очень расстроенной. – Если хочешь, то можешь поделиться, станет легче. – предложила Эвелина. И согласившись, Вероника стала рассказывать. — Я понимаю, что Костю прощать нельзя, да и не хочется, но страшно, что тогда будет потом, и ты мне симпатизируешь, я не знаю, что делать. И в работу уйти уже тоже не вариант. Помоги – тут девушку прервал звонок КПК, и она тут же собралась. — У вас замена водителя, как придёт, сразу езжайте на вызов. – Выслушав, Вероника отключилась. — Ладно, позже договорим, ехать пора. – Соловьёва начала вставать, а Эвелина её крепко обняла в знак поддержки и прошептала: «Я всегда готова тебя выслушать». Несколько дней подряд Вероника ходила где-то глубоко внутри себя, никто не осмеливался её трогать. После таких нескольких дней Вероника подошла к Любе, чем удивила ту. Но не тем, что подошла, а тем, что почти не держала на неё обиды. — Привет. Прости, пожалуйста, но так получи.. – Золотарева не успела договорить, так как была перебита. — Забыли. Я к тебе по делу пришла. У тебя есть номер Эвелины? – Вероника говорила быстро, но чётко. — Да, конечно, пиши. Вероника быстро записала продиктованные цифры, кинула короткое «Спасибо» и ушла. — Что это сегодня с ней. – Подумала про себя Люба. Соловьёва открыла чат с Гончаровой и застыла. Номер она взять-то взяла, а вот что писать. В итоге решила печатать, не задумываясь. – Нам нужно встретиться, давай после работы перед подстанцией. – А вы кто? — Ой, это Соловьёва – Хорошо Время пролетело быстро, Вероника уже стояла около назначенного места и не знала, что говорить, ведь сообщение было написано на эмоциях. Эвелина тоже подходила к назначенному месту. — Привет, ты же меня недолго ждала? – С надеждой спросила Гончарова. — Не переживай, я только пришла. —Теперь я почти спокойна, зачем позвала? – К этому вопросу Вероника готова не была. —Честно.. Я не знаю, знала, что нужно, но зачем.. – Соловьёва сразу зажалась, и Эвелина решила помочь немного. — Тогда предлагаю просто прогуляться, согласна? – Получив положительный ответ, Гончарова направилась в парк, в котором было очень красиво. Они гуляли около двух часов, пока небо не затянуло густой ночью, а воздух не стал обжигать щёки. —Уже глубокая ночь, скоро метро закроется, нужно расходиться. – Заметила Эвелина, тем самым нарушив тишину, но не напрягающую, а наоборот. — Ты права. Тебе куда? – Расстроившись, спросила Вероника. Оказалось, что им в разные стороны. Когда они стали уходить, Соловьёва развернулась к Эвелине и, схватив её за руку, притянула к себе, поцеловав. Гончарова была немного удивлена такой смелости, но не растерялась и ответила. После глаза Вероники выражали смешанные чувства, и стыд, и ребяческий азарт, и счастье. — Кажется мне, что всё-таки для этого ты меня и позвала, хоть и неосознанно. – Улыбнулась Эвелина, на что лишь получила лёгкую улыбку и пожимание плечами. – Я распутала все мысли, спасибо тебе. — Здорово! Я за тебя очень рада. – Эвелина говорила очень искренне, и в глубине души надеялась, что в этом клубке мыслей не было нити «прощать Костю» — И тебе даже неинтересно, что я решила? – Вероника знала, что конечно интересно. — Главное, чтобы тебе этот выбор казался правильным. – Гончарова совершенно ничего не подозревала. — Ты, видно, очень устала после смены. — В смысле? – Эвелина совершенно не понимала, что хочет донести Соловьёва — Ты мне нравишься... Подожди, неверные слова. Я тебя люблю. — Гончарова застыла, мысли стали путаться. — А как же..? – Она не успела договорить, её перебили — А Костя мне изменил, если ты забыла. Пойдём домой, а то правда метро скоро закроется. Тебе куда? — В округе только одна станция метро, нам в одну сторону. – Улыбнулась фельдшер и протянула руку своей спутнице. Пока они ехали в метро, Вероника написала с лёгкостью на сердце: – 1:1 – Чего? – Считай, квиты, ты меня предал и выбрал другую, и я поступила совершенно также. Пока. Вероника выключила телефон и была счастлива, ведь они с Эвелиной теперь связаны крепкой, невидимой нитью, и это навсегда.