В аду нет друзей

             Винсент никогда не считал себя хорошим человеком, только вот другим это знать было совершенно не обязательно. Злость на мир и себя пряталась глубоко внутри, страх же скрывался ещё глубже.       Это был обычный званый ужин, куда его приглашали как участника одного небезызвестного общества. Винсент улыбался, распивая вино и общаясь с различными гостями, когда он пересёкся взглядом с самым выделяющемся из толпы человеком. Тот был долговязым, со слишком смуглой, для такого общества, кожей, бешенной харизмой и перманентной улыбкой на лице.       — Добрый вечер, я Вас никогда тут раньше не видел, — Винсент тут же подошёл к тому завязать разговор, настолько притягивающим взгляд казался этот мужчина.       — Мм? Аластор, радиоведущий, — ни на мгновение не переставая улыбаться, проговорил он, повернувшись к Винсенту и протягивая руку.       — Очень приятно.       Винсент чувствовал как его бледные щёки чуть потеплели и наверняка чуть покраснели от этого пронизывающего душу голоса. Аластор был слишком во всём: голос, манеры, харизма и шарм. Винсент не мог оторвать от него взгляд. Этот человек завораживал.       Шло время, а они продолжали встречаться на подобных вечерах. Винсент знал, что Аластор разъезжает по крупным городам Америки, стараясь пробиться всё выше на радио. Винсент же был там, где жили простые люди, ведь именно они были согласны его слушать. Из скромного члена особого общества он превратился в главу этой церкви. Винсент проповедовал, нёс свет заблудшим душам, а те становились готовыми на всё ради него. Власть, богатство и чужая вера мотивировали его всё сильнее расширять простор своего влияния.       Месяца сменялись, но Винсент всё ещё продолжал посещать все званые вечера, стоило ему узнать, что туда пригласили Аластора. Винсент слушал все его выступления на радио, следил за каждым появлением в прессе. Кто-то бы сказал, что он одержим. Он же назвал бы это восхищением.       Всё двигалось вперёд и впервые за два года Винсенту пришлось отказать в ответ на приглашение, несмотря на всё. В этот день ему нужно было быть в Нью-Йорке и проводить посвящение для одного очень влиятельного мецената, готового принести его церкви неприлично большую сумму. Конечно же Винсент согласился. Что может случиться за один очередной ничем не примечательный вечер, — думал он, рассказывая глупую чушь, проводя обряд принятия в их общество. Винсент продолжал так думать, надеясь найти в утренней газете фотографии с вечера, где мог засветиться Аластор. Фотография и правда была именно его, крупным планом портрет с тонкой чёрной полоской в углу, словно траурная лента.       Сердце в груди билось слишком громко, отдаваясь в ушах, пока Винсент читал статью. Застрелен…Найден с пропавшим режиссёром в лесу…       — Ох Аластор, — голос был едва ли громче шёпота.       Похороны прошли как в тумане. Люди продолжающие говорить о том, что он был хорошим человеком, сколько сделал для развития радио и бла-бла-бла. Винсент быстро перестал их слушать.       — Если ты был прав, надеюсь ты справишься в аду, — тихо проговорил Винсент, склонившись над гробом Аластора.       Они несколько раз говорили о вере, религии и боге. Странно, но из них именно Аластор верил, был убеждён что потом его что-то ждёт, что у всего есть создатель и мир имеет смысл. Винсент же проповедовал изо дня в день и он встречал столько людей, что у него не было сил верить во спасение. Бог не помог ему жить лучше, зато помогло бытие этим богом. Винсент не видел смысла верить в то, что сам придумывал на ходу, ради отчаявшихся людей.       Жизнь продолжалась. Старые фотографии Аластора заняли место в небольшой коробке глубоко в шкафу, чтобы не отвлекать и не пугать Люси, его молодую жену. Она была богата, известна и бесконечно преданна ему и церкви.       Винсент улыбался с первых страниц газет, держа красавицу жену за талию. Его влияние росло, но ему всегда было мало. Он всё продолжал расширять влияние. Телевидение подарило ему такой шанс. Вечерняя программа, в которой он всё большему количеству людей вещал о своём обществе. Как же вкусна была их вера в него.       Всё закончилось в очень тихий день. Он остался дома один и с наслаждением пересматривал своё вчерашнее выступление. Винсент встал, чтобы сменить канал, но когда он попытался нажать нужную кнопку на телевизоре, тот закоротил. В одно мгновение по всему его телу словно проскочили сотни разрядов тока и он упал на пол, скорчившись от судорог.       — Бля-я-ять, — простонал Винсент открывая глаза.       Больше не было вокруг ни знакомого зала, ни тусклого мерцания телевизора, лишь разъедающий глаза красный цвет неба, крики со всех сторон и странные ощущения в теле. Голова казалась слишком тяжёлой, руки и ноги непропорционально длинными. Винсент с трудом поднялся на незнакомо длинные ноги и посмотрел в стеклянную витрину. Коробка, давящая на плечи оказалась телевизором, руки заканчивались острыми когтями, а ноги и правда были чересчур длинными. Раздались крики и небеса разверзлись. Сотни существ в страшных масках проносились над существами, оставляя за собой реки крови. Винсент укрылся в тени с ясным осознанием "он в Аду".       Преисподняя стала казаться удивительно обычным местам всего через пару недель. Сильный пожирает слабого, многие стремятся к прибыли и власти, а кто-то просто хочет продлить своё существование и радоваться уголку спокойствия. Это знакомо и привычно. Винсент знал, как играть по правилам в таких условиях.       Первый шаг — сила и ресурсы. Чтобы к нему потянулись, Винсенту были необходимо что-то, что сможет привлечь людей. Может он и не был сильнейшим из грешников, но он легко нашёл своё пристанище. Ад был тем местом, где люди точно знали, что бог есть, но больше не собирались к нему обращаться, поэтому Винсент сделал всё, чтобы они обращались именно к нему. Найти себе место? Разобраться с каким-то мелким соперником? Винсент был тут как тут. Шаг за шагом он копил чужие контракты, обретая влияние. Пока однажды его не заметили высшие из Оверлордов.       Собрание на которое его пригласили должно было потрясти масштабом, силой собравшихся или хотя бы тем, что они обратили внимание на него. Вместо этого главным потрясением стал Аластор. Он изменился, его кожа стала бледной, на голове красовались ярко-красные оленьи уши, голос звучал со странными помехами, но улыбка была всё та же. Винсент чувствовал, как у него тряслись руки от этого знакомого голоса и яркого оскала.       Конечно же он не промолчал. Винсент подошёл к нему, разговорился и даже вновь представился. Как бы не был ужасен ад в историях, оказалось что он подарил Винсенту бесконечное время, что можно было проводить с объектом своего интереса. Они виделись едва ли не каждый день на протяжении месяцев. Бесконечные разговоры никогда не могли надоесть Винсенту, он не хотел отводить взгляд от Аластора. Этот человек восхищал его до глубины души и однажды Винсент в этом признался. Как же потом было больно.       — Мы будем непобедимы. Радио и видео. Ты и Я, мы сможем править адом вместе. Как партнёры, — Винсент говорил на одном дыхании, боясь сбиться хоть на мгновение.       Он улыбыясь протянул Аластору руку, казалось, что прямо сейчас будет заключена сделка всей его жизни. Раз и навсегда. Винсент смотрел Аластору в глаза улыбаясь, когда тот засмеялся. Пропала мягкая улыбка, которая была у него от рассказов Винсента, остался лишь кривой оскал и громкий душераздирающий хохот.       — Оу ты…ХА! ТЫ СЕРЬЁЗНО?! Ну же, Вокс. Я знал, что ты можешь быть жалок иногда. Но я даже не подозревал, что ты настолько слаб.       Вокс. Не Винсент, не приятель, а именно Вокс. Имя которое он взял себе в аду и лишь Аластор называл его иначе. Но сейчас тот громко смеялся, пока Винсент нервно хмыкнул.       — Что?       — Ох, блять! — Аластор продолжал смеяться, пока судорожно бил кулаком по столу. Виски в стакане едва не расплескалось, но ему не было дела. — Ты нуждаешься в том чтобы Я был в ТВОЕЙ команде. Я-то думал ты действительно приближаешься к моему уровню, но просишь моей поддержки? Партнёрства? Я разочарован в тебе.       Аластор говорил едва ли не леностно и от его слов шли мурашки по коже. Винсент отвёл от него взгляд, судорожно пытаясь придумать, что сказать.       — Я просто, я думал раз уж мы друзья.       Он тут же пожалел о сказанном. Долгие годы в голове у Вокса продолжит раздаваться ответ Аластора. "В аду нет друзей" изо дня в день било по самолюбию Вокса.       После этого дня встречи прекратились. Вначале Вокс стал избегать Аластора, пока копил силы. Долго у него не было никакого "Мы", лишь "Я". А потом появились "Ви".       Вся индустрия развлечений была у них под контролем. Вокс призывал людей верить им с экранов телевидения, пленя разумы грешников, Вельвет захватывала всё их внимание в сети, а Валентино помогал глупым душам радовать тела. Всё было идеально, кроме радиодемона, остающегося раздражающей помехой в идеальном плане Вокса.       Вокс был терпеливым. Прошло почти семьдесят лет, но теперь у него была та самая сделка. То, о чём Вокс мечтал, наконец случилось и теперь он прожил свой самый счастливый день. Вокс смотрел на связанного Аластора, который старался зубоскалить с ним, даже находясь в таком положении.       — Ты совсем не изменился, ты всё также полагаешься на всех вокруг. Всегда ищешь, кто бы потерпел твою непрестанную… — Аластор не успел договорить, когда его рот заткнули провода.       — Кажется, я предпочитаю тишину.       — Что? Не хочешь вспомнить, как ты отчаянно жаждал внимания?       Аластор продолжал говорить, надеясь вывести Вокса то ли на эмоции, то ли на ностальгию. Несмотря на лучшую технику башни, голос из динамиков звучал отвратительно. Вокс смотрел на побеждённого Аластора, когда в один момент расхохотался.       — Что? Ты ждёшь что я так расстроюсь от воспоминаний? Ну что ты, Аластор. Ты думаешь я из-за этого заплачу? Ты действительно открыл мне тогда глаза. Только ты ошибся.       Вокс ухмылялся, глядя на удивлённое выражение лица Аластора. У того уши прижались к голове, а в глазах плясало сомнение.       — Ты сказал, что в Аду нет друзей. Просто ты редкостный мудак, который может быть полезен другим лишь как ресурс. Винсент этого не видел. Я правда тогда верил, что ты интересен и могущественен. Но ты просто…жалок. Поэтому ты один, ни потому что в аду нет друзей, а потому что у тебя нет никого. Вал? — крикнул Вокс в воздух, зная, что его точно услышат.       — Мм? — тут же подошёл тот, лениво потягиваясь.       — Как на счёт праздничного ужина втроём?       — Я напишу Вел, — откликнулся Валентино, после чего указал свободной рукой на радиодемона, — а этот? Опять с нами?       Вокс окинул того взглядом и ухмыльнулся.       — Нет, что-ты. Он теперь пройденный этап, его место в каком-нибудь пыльном шкафу, с остальными наскучившими игрушками.       Вокс рассмеялся и, подхватив Валентино за талию, пошёл на выход из кабинета, оставляя Аластора висеть опутанного проводами без возможности шевельнуться.