Бонус

***

Солнце уже не так ярко светит, а воздух наполнен влажным запахом листопадного дождя. листья на деревьях переливаются всеми цветами радуги, окрашивая улицы в яркие краски. шум ветра, шелестящего листвой, создает ощущение меланхолии и глубокого задумчивого расслабления. в воздухе висит запах сырой земли и гниющих листьев, а прохожие спешат по делам под темнеющим небом. Именно в это время года, как осень было много хлопот. Ведь все эти обновления, все эти изменения требовались больших средств, а эти средства надо было заработать. Хотя не смотря на такой дефицит в роблоксе находятся много всяких админов, разработчиков и модераторов. Все они шедеврально справлялись, кроме одного, — Теламона. Теламон не был ленив, его все без слов уважали, а такая уважительная персона не ленился. Да и тем более, у того много всяких хлопот и отвлекать ни в коем случае нельзя. Но почему-то по каким-то неведомым причинам он только сейчас стал лениться. Пусть отдохнёт! Вот только доллары у него быстро исчезнут на такую разработку, а если хоть капельку отдохнёшь, — пропустить одну копейку, хоть и незначительную, но лучше ничего не терять. Осталось лишь только просить. Если Теламон просил, то лёгкие деньги за минуту уже мчались к нему в карман, так долго не может продолжаться, каждый доллар важен, в очередной раз просить было даже как-то стыдно, ещё когда ты почтенный разработчик. Тогда что вообще делать? Билдермен. Билдермен был необычным союзником, он большую часть времени тратил на роблокс, больше чем другие разработчики. Считался таким же уважительным как и Теламон, только единственное что отличало от этих двоих это то, что у Строителя было больше бабла чем у Теламона. Надо что-то сделать... Конечно же надо выпрашивать эти деньги у Билдермена! Это точно сработает, ведь он же союзник, он же НАСТОЯЩИЙ мужчина! В последний момент должен выручать своего друга, особенно в такие трудности. Надо осталось только продумать, как это всё правильно сказать, а то знаете, одно лишнее слово и прощай, только идти вон из кабинета.

***

Лёгкими шагами и с уверенностью Тел отправился в кабинет самого Строителя. Он шёл как обычно и как всегда, зачем беспокоиться, если ты уже просил денег у всех? Крылья выпрямились, предвкушая что-то новенькое. Только с каждым шагом Тел о чём-то думал, о том, что давно он с Билдером не виделся, у него ведь больше проблем, чем у него. Но так хорошо обнимать этого мальчугана серого, его слегка кудрявые волосы к которым прикасался только Тел, его прямое и накаченное тело, не настолько накачанное, чтобы предположить, что Строитель точно ходил на качалку, но спортом он уж точно занимался. Он всегда был забавным, и Теламону это завлекало, да так завлекало, что мог бы придушить этими обнимашками своему союзнику, но увы и ах. Осталось только подождать, пока вся эта ересь закончится к чертям и можно уже полноценно поработать. Наконец, дойдя до двери деревянной, кулачком постучал он по этой двери, и хитро произнёс имя другого. Ответа не было, пришлось ещё раз звать, наверно с первого раза уши кто-то съел. — Да войди ты уже! — Строгим надоедливым голосом пробормотал разработчик. Тел осторожненько и отважно вошёл в помещение. Крылья так распахнулись, сразу видно хотел себя показать в лучшем свете. Только Билдермену это не особо понравилось, листочки расписывал и подписи ставил, даже на другого работника не посмотрел. Фигура с крыльями наклонился перед столом строго смотря на него, до тех пор, пока оба не будут смотреть на друг друга. — Что тебе вообще надо? Не видишь? я тут работаю. — Ну, понимаешь ли, мне деньги нужны, а деньги очень ценятся для нас! И, так сказать, буду очень рад, если ты мой хороший Строитель хоть капельку денег положишь мне в карман. — Прямой, но хитрой речью приманивал свою жертву. — С чего так? — Усмехнулся он. — С каких пор я тебе должен оплачивать? Ты же сам больше всех зарабатываешь, если тебе на поесть не хватает, то нам уж точно не по пути. — Ну подумаешь, это же просто, просто дать мне денег, а я взамен потом тебе сделаю очень хорошее! Например, эээ... Подарю цветочки, твои же любимые это тюльпаны, да? Или же всё таки орхидея... — Во-первых, я и не против, чтобы ты мне сделал что-то, но и во-вторых мой любимый цветок это гусмания, которую ты уж точно не добудешь, ведь она является одним из самых редких растений. Теламон стоял молча, задумываясь о чём том, и Билдер стоял молча, задумываясь о чём то. Если Теламон думал, а как по-другому получить вознаграждение, то Билдермен думал, что ему предложить, чтобы дать ему денежное вознаграждение. Двоих осенило, первым стал говорить Теламон. — Я знаю что тебе предложить! У нас как раз есть кафетерия, давай я тебе жаренную индейку принесу и будет вместе- — Нет, давай я предложу. — Священный крылатый Теламон резко замолчал и готов был хорошо послушать. — Я уже большую часть времени трачу на разработку, будет очень хорошо, если я нормально отдохну от этого всего. Строитель повернул стул в правую сторону, подозвав Теламона. — Встань на колени. — Словно приказывал он, попутно отстёгивал ремень, медленно, чтобы тот осознал, что будет делать. — Теламон рассмеялся, потом осознавал, а позже так удивился, что даже не узнал того. Уж настолько всё быстро происходит. — Т-ты серьёзно? Я, — многоуважаемый разработчик будет... Делать тебе вот такое? Билдермеееен, ну не начинай весь этот сюр, я же знаю, что ты просто шутишь! Может ты думал, что я полюбил тебя, но не настолько, чтобы делать тебе именно тут и прямо сейчас! — Речь становилась всё неувереннее и неувереннее. — Может, я всё таки добуду тебе, как там называется... Гусмонию? Гусманаю? Гус, гас... — Ты чёт какой-то слишком медленный. Может тебе деньги и не нужны? Теламон растерялся, он не думал, что так просто выиграет жизнь, сам БИЛДЕРМЕН уж не намекает, но точно кричит. Сам заставляет, так ещё и торопит, разве это не самое лучшее? Так ещё и ради денег! Пальцы с руками тряслись как никогда, ноги словно сами падали на колени, как же легко может командовать Строитель, или может сам Тел из-за паники слушается без контроля над собой. Ширинка растегнулась, а за ним эти надоедливые боксеры. Взгляд Строителя так и говорит: "Давай уже сам." Язык облизывал губы, так и хотелось самолично это сделать, хоть и кажется, что это вообще невозможно, ибо это выходит за рамки разумного, но и при этом уже давно Теламон любил скрытно его, но так и не признавался, уж времени на этот бред не было. Жёлтые пльцы надёжно сняли боксеры. Показался фаллос, уже весь эрегированный, приманивал нашего хитрого крылатого. — Ты испытаешь такое, что вскоре сам будешь жалеть, что попросил об этом только один раз. — Манил Тел. — Да я тебя разорву на кусочки, как только сделаешь свою работу. — Тел запаниковал, о чём он имеет ввиду? Что значит "разорву на кусочки?" В любом случае лучше не задавать так много бесполезных вопросов, предстоит другая работа. Надо начинать с конца, именно кончик стал нежно облизывать Теламон. Резкое странное чувство за две секунды преодолел по всему телу Билдера, началась тряска, особенно около ног, такое он никогда не чувствовал и опыта уж тем более не было. Мычание знак продолжения, и язык уже добирался до середины. Серая рука с тряской ложился на кудрявые волосы, закручивал и слегка подталкивая голову для эффекта. Ещё одно резкое чувство и Строитель уже стонет от удовольствия. — Охх... Тел-... амон... Ты такой потре-... сающий. — Прикрывая рукой тихо и медленно, как мёд говорил Строитель. Это что-то большее чем просто приятно. — Я знаю. Хорошо знаю. — Усмехнулся из-за похвала. Долго Теламон не хотел ждать, взял полностью в рот орган, как можно больше, всё равно подавится он, или нет, главное что Строителю нравится и это очень хорошо. Закатывал глаза Строитель, всё тело расслаблено, это настолько забавляло, что выдерживать каждый стон уже не получится, да и бесполезно, Теламон больше брал, когда эти сладкие как конфетки мужские стоны ласкали уши Теламону. Всё трясло из-за оргазма, забавно видеть было его усталую морду, которая очень сильно отличалась от реальной усталой морды. Билдер бы сказал продолжать, но эти дурацкие стоны и мычания вообще перекрыли вход, так ещё голос становился хоть и слаще для Теламона, но и очень стыдной, ведь контролировать весь процесс либо очень сложно, либо вообще невозможно, уж настолько приятно. Внутри тела проникло всё большее ощущения, Билдер так больше не мог. Больше хотелось чтобы это всё продолжалось долгое время. — Т-ты... Очень се-...ксуален, мхм, Теламон. Я х-хочу чтобы... Мх, это всё продолжалось, ха... — Теламону это очень нравилось, когда его так восхваляли, называли "сексуальным". — Тела-... Я сейчас... Б-БЛЯТЬ! ТЕЛА-А-МОН! Белая чутка горьковатая жидкость сползала с губ крылатого существа. — Мхм, хорошая вкусовщина, Билдер. — Теламон задвигался, после длительной паузы обе уже были так близко, что вот вот что-то должно было случиться. Теламон забрался на колени взволнованного Строителя, руки держались за плечи, взгляд был таким хитрым, уж точно Теламон что-то замышляет. — А теперь к самому главному. — На жёлтоватом щеке появился румянец, очень яркий румянец. Зрачки увеличивались, а дыхание учащается. Хитрожопный Тел встал, на последок усмехнувшись, и стал раздевать нижнюю часть одежды. Руки касались к чёрной ткани, словно поглаживая ими, тихо бормотал себе под нос Теламон: " Блять... Я так давно это ждал... ", ещё и мыча. Чувства смешивались, но всегда на первом месте будет эта грёбаная влюбленность. Тот самый момент, когда уже сам хочешь не ради денег получить удовольствие, а ради союзника Билдермена. Он не просто силён и будто могуч, он слишком сексуален, его стонаюший голос от удовольствия просто сводило с ума Теламона. Просто хотелось обнять крепко и никогда не отпускать. И теперь накануне будет нежный секс, эта чудесная новость, который сам Теламон и раньше не мог мечтать. Хотелось услышать его тихие еле заметные мычания во время того, как он сам делает толчки Теламону. Теперь не Теламон самый могущественный, как он сам думал, а Билдермен. Могущество не мог бы так долго терпеть, ему хочется размножатся, как птицы во время брачного периода. Крылья от этих мыслей тряслись, из них выпадали перья, то выпрямлялись, то сгибались. Улыбка не была простой улыбкой, она скользила по всему лицу. Теламон резко встал на четвереньки, легонько подняв бедро на верх, крылышки раскинулись по всему полу. — Б-билдермер… — Манящий и нервный голос звучал по всей кабинете. — Я принуждаю тебя... Сделай это, пожалуйста. — Теламон нуждался в этом. — Чего, чего? Да мне и этого хватило-… — Пожалуйста, сделай это... Я не могу терпеть, Я ХОЧУ ЭТОГО. Билдер хорошо понял намёк, но и не хочет так просто рисковать. Смазки нету, подготовки тоже нет, он не думал, что это будет надолго. Фаллос ещё стоял, чего уж терять. Он касался бедра и сразу Теламон пошатнулся, тихо простонал и весь в тряске, хотя он даже не начинал. Не медля Разработчик вёл орган в анус нуждающегося, тут же Тел сразу громко простонал, еле еле держась. Пару маленьких движений внутри для тестирования прошли успешно, как оказалось внутри Теламона очень узко и туго. Ну конечно, никогда такого опыта в плане секса не было. Придётся толкаться внутрь, с каждый толчок сопровождался скулящимм стонами и мольбами, мольбы это либо продолжать, либо просить божеств о чём-то. А вот эти сладкие стоны в отличие от стонов Строителя были принужденными, скулящимм от удовольствия и боли в одном, более менее длительнымм и наконец звонкими. Теламону не нравилось, что во время секса присутствует боль, чаще всего в первый раз. Дальше шло только удовольствие, и именно в этот момент Теламон стал вести себя совсем по-другому, стоны увеличивались от наслаждения, тело расслаблялось, при этом уставая, и всё больше принуждал делать дальше. А тем временем Строитель наш находил внутреннюю точку, которая бы заставляла Теламону сводить с ума. Эта точка находилась далеко, но иногда половой орган дотягивался, Теламон сразу выпрямлялся и вместе с нецензурной лексикой громко стонал и скулил как щенок, это радовало обоих. Билдер ускорялся.

***

В зале собраний сидели Думбрингер, Дусеккар, Скриптер и Клокворк. Из соседнего кабинета Билдермена явно что-то слышалось странное... Что конечно же надоело наших разработчиков. Если раньше ничего не было слышно, то сейчас уже все могли услышать что происходит за стенкой. — Блин, какого чёрта?! С каких пор в кабинете Билдермена такие странные звуки? — Пожаловался Клокворк. — Не переживай, рано или поздно эти ужасные звуки прекратятся. —После длительной паузы Думбрингер тоже стал жаловаться. — Хотя кого я обманываю? Даже если подождать десять минут, то ничего не изменится. Нам нужны крайние меры. — Может, Теламон и Билдермен поссорились? — Спросил Скриптер. — Да ну! Это попросту невозможно, они никогда бы не поссорились — Дусеккар уточнил. — Теламон и Билдермен хорошо относятся к друг другу и тем более в последние дни Теламон ведёт себя странно по отношению к Билдермену. Теламон пристаёт к нему, так ещё и... Веселиться с ним. Точно не знаю с чем это связано, но я уверен, что у них крепкая дружба. — Ну тогда я не знаю, но надо что-то с этим делать. — Клокворк задумался, но позже продолжил. — Ребят, кто из вас, самый при самый смелый, пойдёт в адскую комнату Билдермена?! Все замолчали. — Вы что? Все трусливые? — А сам не пробовал? Самый смелый тут. — Думбрингер заступился, но всё ещё не хочет идти туда. — Ребят, а давайте тот кто последний докоснётся до носа тот идёт в кабинет Билдермена!... — Скриптер первым докоснулся до носа, а самым последним стал Дусеккар, даже не успев оглянутся. — Чёрт возьми. Ладно, но давайте ещё подождём, хотя бы несколько минут, например десять минут. — Хорошо, но ты ДОЛЖЕН пойти к Билдермену, а то мне не хочется представлять, что они там делать могут. — Подчеркнул Клок.

***

Каждый толчок обозначал каждый стон. Теперь когда Билдер ускорился так, что сам не ожидал, то уже просвечивала и удовольствие и чутка боли, однако Теламону было всё равно на эту слабую боль, самое главное что он уже получил свой бонус. Билдеру было намного легче проникать внутрь и дотрагиваться до той самой точки, крылья мазались из стороны в сторону, а само божество уже казался беспомощным, слабым, скулил при каждой соприкосновении внутри. Вот вот Теламон был готов просто упасть и до сих пор мычать из-за переувозбуждения. Это райский рай, Теламон испытал такое, что никогда не испытывал в своей жизни, он хоть и устал, однако готов был отстоять за своё. Тел уже не контролирует свои ах и ох, настолько приятно, что сам уже позабыл, что он, — важная личность. Билдермен внезапно наклонился, дав себя не только войти во всю внутрь и пробить шкуру этому наглому птенчику, но и сделать на плечах засос, много засосов. Каждый раз, когда он, с каской на голове делает поцелуй Теламон всё больше заводиться, всегда бормочет ему, чтобы тот сделал ему ещё больше. — Молись, Теламон, молись. Мх-... — Билдермен принуждал, строго и чётко. — П-пожалуйста, ур-х... Продо-... лжай, я хочу... — После послышался хриплре скуление. — Очень хорошо, я попробую закончить быстро... Ух... — Уже по лицу было видно, что даже сам Строитель не выдерживал, осталось совсем чуть-чуть, голос был как можно тихим, чтобы не было стольких подозрений. Возможно наверняка будут проверять. Это длилось будто бесконечность. Фаллос сильно дрожал, уже никто не мог терпеть. — Т-ты такой горячий Теламон, я и не думал, Мхм... Что мне попадётся такой партнёр... Б-БЛЯТЬ... —. Не предупредив, Билдер успешно кончает прямо внутри Теламона, пока Теламон выдавливал свой последний из уст долгий и громкий стон. Оба свалились на пол, усталые, но очень довольные. Теламон до сих пор мычать от переносещения, а Билдер постепенно собирал себя. — Как же я тебя л-люблю, Билди... — тихо, устало признавался Теламон, с трудностью встав перед Билдера и уложив чётко того на пол, держа за руки. — Я тебя тоже, Тела. — Ответил Билдермен взаимно. губы Теламона ощупывают нежную кожу шеи Строителя, словно исследователи, ищущие запретные острова. Он медленно прикасается к ней, а затем, с лёгким нажимом, кусает, оставляя яркие, как акварельные картина, засосы. Каждое из этих очертаний дерева любви становится всё темнее и насыщеннее, словно отпечатки его желания, которые остаются на коже, чтобы напоминать о страсти этого мгновения. Крепкие ладони уверенно обнимают тонкие запястья, вжимая их в поверхность тёплого тела, слегка сжимая, чтобы мальчик не смог сбежать от этого сладкого угара эмоций. сердца бьются в унисон, а воздух наполняется едва ощутимым ароматом возбуждения. Каждый укус — это искреннее выражение любви, сочетание нежности и лёгкого стыда. старший, с чувственной решимостью, проявляет свою страсть, при этом бережно заботясь о том, чтобы не причинить ни капли боли. Он периодически зализывает следы своих действий, как художник, добавляющий штрихи к своей работе, и эти действия вызывают тихие стоны у младшего, звуки, полные наслаждения и некоторой уязвимости. Каждое его прикосновение, каждый поцелуй на месте ярких отметин создаёт между ними нечто гораздо более глубокое, чем простая физическая связь. Теламон продолжает исследовать кожу, словно в поисках ответов на вопросы, которые только начинает задавать себе, оставляя за собой трепетные следы нежности. с каждым моментом их связь крепнет, зовущее, неотразимое волнение наполняет пространство между ними, заставляя забыть обо всём, кроме этого мгновения. Так бы продолжалось долго, до тех пор, пока внезапно кто-то входит в комнату. Это был Дусеккар. — Привет Билдермен, прости, что отвлекаю, но-... — Из под стола резко поднимается Теламон, Дусеккар очень удивился. — П-привет! Мэтт... Что-то не так? — Теламон говорил неуверенно и нервно, будто он на грани жизни и смерти. — Мэтт, какого чёрта?! — Вместе с Теламоном поднялся и Строитель. — Ты без стука зашёл в мой кабинет и спрашиваешь? Сейчас скоро придём не видишь? — А, ну, эээ... Ладно! Ладно... Пойду я, пойду... Только, через сколько вы будете на собрании? — В паничке Дусеккар спрашивает. — Я сказал ПОШЁЛ ВОН ОТСЮДА. Дусеккар ушёл как можно быстрее. — Ч-чёрт... — Билдермен устало посмотрел на часы. — Собрание уже давно должен быть! А мы тут... Эээ, перетрахались? — П-п... ПЕРЕТРАХАЛИСЬ? А, ну да, знаешь я даже не думал, что я, — священное существо влюблюсь в такого сексуального строителя как ты... — Хитро поглядел на того самого Строителя. — Особенно когда тот будет меня хорошенько уничтожать на кусочки! — Он рассмеялся громко, как никогда раньше. — Ага, "священное существо", зато стонал как шлюха. — Подколоть Билдер. — Так... Давай мы не будет об этом говорить! Лучше в губы последний раз и всё. В следующий раз я уничтожу тебя. — Строитель растерялся, но сразу принялся нежно целовать Теламона на последний раз. Крылья окружили тело Строителя, крепко обнял так Тела, что никак не мог отцепить.

***

— Билдер! Теламон! Твою мать, где вы были?! — Думбрингер в своём манере поведения возмущался, ругая и Теламона и Билдермена. — Чем вы занимались в кабинете? Дусеккар говорит, что вы были под столом. — Хороший вопрос... Это вообще долгая и длительная история, но... У нас просто были некие казусы, вот и всё! — Даааа... У нас были очень при очень важные дела были. И это конечно же не обошлось без ругательств! — Хитро Теламон подметил. — Лучше бы этими "важными" делами в другом месте! А то вас слышно через стену! — Клок всё больше жаловался. — Это уже проблема Теламона. — Билдер больше рассмеялся. — Мой любимый, дорогой Билдермен хорошо постарался, но это не значит, что надо скидывать вину на меня! — Кто бы говорил Теламон, кто бы говорил... — Усмехнулся Строитель.