В поисках Линка

Владения Зора располагались прямо между Деревней Тарри и Хатено. Ревали решил остановиться там на ночь. В этот раз он приземлялся менее агрессивно. Судя по всему, Мифа заметила его ещё в небе, потому что ещё до того, как он успел достичь залитой водой центральной платформы, она уже вышла ему навстречу, чтобы поприветствовать. — Ревали… — улыбнулась она. — Я так рада снова видеть тебя. Она протянула руку, чтобы ласково коснуться пальцами его покрытых перьями щёк в знак приветствия. Попытайся кто-нибудь другой сделать это, он бы немедленно щёлкнул клювом, едва лишь их грязные ручонки потянулись к нему, ибо расценил бы такой жест, как унижающий его достоинство. Он же НЕ ЛОШАДЬ какая-нибудь, чтобы его наглаживали и трепали. Но прикосновения Мифы он принял с удовольствием — он как никто другой знал, что она была просто неспособна унизить кого-либо. По этой же причине он не оскорбился, когда она заметила: — Ты выглядишь усталым, дорогой друг. Большие пальцы её перепончатых ладоней успокаивающе растирали круговыми движениями красные отметины под его глазами. Он предположил, что именно потому, что её исцеляющая магия требовала прикосновений, она не стеснялась проявлять свою привязанность таким образом. — Хочу напомнить тебе, Мифа, что я опытный воин, а не птенец, которому пора ложиться спать. Среди всех Чемпионов, он любил её больше остальных. В этом не было ничего удивительного. Её любили все, и любовь эта была абсолютно заслуженной. Её руки не раз исцеляли их раны, и она неизменно оказывалась рядом в моменты, когда они были особенно уязвимы. Большинство сразу же прониклись к ней теплотой, но именно по этой же причине им двоим потребовалось время, чтобы наладить дружеские отношения. Отчасти, конечно, потому, что Ревали не выносил, когда кто-либо становился свидетелем его слабости. В первые дни их совместных странствий его смущение значительно превосходило чувство благодарности в те моменты, когда она пыталась ему помочь. Его самолюбию не помогал и тот факт, что из всех них именно он, после Линка, чаще всего получал травмы. Другие Чемпионы обладали магическими способностями, доставшимися им по праву рождения. Мифа обладала даром исцеления, Дарук — непробиваемой защитой, а Урбоза — даром управления молниями. Ревали не был наделён божественной силой, как другие избранные герои, и не было никаких пророчеств, которые бы закрепили за ним его место в мире, как в случае с Линком. Он добился всего, что имел, упорным трудом, который, впрочем, не всегда мог конкурировать с божественными способностями его товарищей. Что и взрастило внутри него болезненный, постоянно грызущий его комплекс. Но Мифа была той, кто умел заглядывать глубоко в чужую душу. Даже он в конце концов не смог противостоять её заботе. Как бы он ни старался скрыть от неё свои раны, она неизменно узнавала о них, подобно акуле, способной учуять кровь за многие километры… Что, надо признать, имело смысл. Она никогда не превращала лечение в представление для праздных глаз. Всегда находила укромный уголок, исцеляя раны в тишине и безмолвии. — Может, мне распорядиться, чтобы тебе подготовили комнату в гостинице? — спросила она. — Это совсем не… — Я настаиваю, — поспешила добавить Мифа, прежде чем он успел бы отказаться. — Думаю, тебе там понравится. И ему ничего не оставалось, кроме как согласиться. — Ты надолго здесь? — Поинтересовалась она. — Только на ночь, — ответил он. — Принцесса попросила меня найти… кое-что, что она потеряла. Утром я отправляюсь в Аккалу. — В последнюю секунду он решил, что лучше не упоминать имя пропавшего хайлийца. Она кивнула, явно всё поняв. — Я надеюсь… что этот потерянный предмет скоро найдется. — Её глаза подёрнулись грустью, и Ревали не смог не задаться вопросом, как, во имя милосердной богини Хайлии, Линк мог просто бросить её, не сказав ни слова. Изначально, после его внезапного ухода, рито предположил, что герой просто отправился во Владения Зора, чтобы провести остаток своих дней рядом с подругой детства, но Ревали не хватило наглости, чтобы озвучить такое предположение Зельде. Мифа отвела его к гостинице, которая, как оказалось, находилась всего в нескольких шагах. — Я была бы рада подольше поговорить, но думаю, тебе лучше поспать. Возможно, после того, как ты выполнишь своё задание, ты мог бы остаться здесь на более долгий срок. Если ты действительно так не хочешь возвращаться к своему народу, думаю, тебе было бы комфортно с зора. — Я могу вернуться домой в любой момент! — возмущённо прочирикал он. — Просто принцесса осталась без достойной охраны, а я слишком великодушен, чтобы не применить свои выдающиеся навыки для… — он замолчал, поняв, что близок к тому, чтобы проговориться. — Конечно, — мягко ответила Мифа. — Может быть, вы оба когда-нибудь приедете в гости. Я очень по вам скучаю. — Может быть, — согласился Ревали. — Что ж, тогда я оставляю тебя. Пусть твои сны будут… Её прервал громкий крик откуда-то сверху. — ЧЕМПИОН РИТО! Сверху? Это птица? Рито? Нет, это была акула. Гигантский зора грациозно спрыгнул с верхней платформы и приземлился прямо перед ними, забрызгав Ревали с ног до головы. Рито недовольно встряхнул мокрые крылья. — Сидон! — воскликнула Мифа, — Ревали нужно отдохнуть! — Чепуха, сестрица! — Зора по имени Сидон ухмыльнулся, сверкнув острыми зубами. — К нам прибыл почётный гость! Я был бы плохим хозяином, не поприветствовав его, как следует! К тому же он твой близкий друг, а Линк — мой близкий друг! И это делает его моим дорогим другом тоже! Ревали пробормотал что-то о том, что нет, не делает, но принц или не услышал или сделал вид, что не услышал, от всей души обхватывая рито обеими руками. — Моя любимая сестра рассказывала мне много историй о героях! Я бы с удовольствием послушал о твоих подвигах! Кто это — зора или щенок-переросток?.. Ревали удалось высвободить крылья, чтобы достать камень шиика. Разумеется, в памяти устройства нашлась фотография принца в торжествующей позе и с той же зубастой ухмылкой. — Полагаю, разговор нам не повредит.