Странное чувство

Мои глаза в тебя не влюблены,

Они твои пороки видят ясно,

Но сердце... Ни одной твоей вины не видит

И с глазами не согласно.

©Уильям Шекспир

Он каждое утро напоминает себе кто он. Он убийца, он слуга Высшего, он судья живого и у него нет права влюбляться. Но каждое утро просыпаясь рядом с ней, в нем что-то ломается. Он купался в крови, рубил врагов, вырезал целые поселения, не будь он крестоносцем, его душа давно бы превратилась в уголь, а так, его всего лишь сжирает изнутри благословенное проклятие, вцепляясь когтистыми лапами в душу. Вы знали, что чужие чувства переживать тяжелее чем свои? Поэтому он не тактилен, даже братьев и сестер не косается. Ему до ужаса противно, противно от грехов, от самого себя, чурающегося своих воспитанников. Он и эту девчонку трогать не собирался, но брось он ее раненную в лесу, считай убил бы своими руками, поэтому пришлось забрать. В ней было что-то не то, такое странное чувство. Она не безгрешна, смотря в ее душу он видит многое, ее пороки, страсти, но вместе с тем... Его будто окутывает плед, теплый, мягкий, настолько нежный, что будь он мальчишкой шугался бы ее пуще, чем других людей. Но нет, его это тянит, сознание требует прекосновений, косаний, душа тянется к ней, добровольно вплетаясь в эту ловушку чувств. О Всевышний, как давно он не чувствовал спокойствия! Он уже забыл о тепле чужих рук, как там люди называют это? Кажется любовью... Глупое, мешающее в бою чувство, болезненное но как оказалось, до упоения сладкое и пьенящее. Он начинает замечать то, чтего раньше не видел, ее глаза настолько чистые, что кажется их подарил ей сам океан, капли дождя в ее белых волосах, ее голос. Он убеждает себя что это игра, что он бросит ее, как только закончится поход, как бросал сотни других, но сердце смеётся, заставляя чувствовать боль когда ее ранят, улыбаться с ее шуток, касаться, обнимать, поправлять волосы, любить. Возможно это и закончиться. Но сейчас, целуя ее, он лишь молится, чтобы это длилось вечно.