XOXO, Gossip Witch | Сплетница Хогвартса

Это случилось почти случайно. Они сидели в гостиной после ужина: Гарри что-то рассказывал Джинни вполголоса, Рон лениво перелистывал учебник, явно не вчитываясь, а Гермиона делала вид, будто проверяет записи по трансфигурации, хотя на самом деле просто краем глаза наблюдала за остальными. — Кстати, — выпалила она раньше, чем успела передумать. — В субботу можно пойти в Хогсмид. Все вместе. Мы давно никуда не выбирались. Рон опустил учебник так быстро, будто только и ждал повода. — Серьёзно? — Я за! — Джинни оживилась мгновенно. — Я скучаю по «Трём мётлам» сильнее, чем стоило бы признаваться. — И по «Сладкому королевству», — добавил Гарри. — У них до сих пор лучшие ириски во всей Англии. — Договорились, — подытожила Гермиона, и Рон тут же ухмыльнулся ей так, как будто она пообещала ему лично что-то гораздо большее, чем поход в деревню. Гостиная постепенно наполнялась людьми. Кто-то принёс настольные игры, спор о правилах перешёл в спор обо всём подряд, и вечер незаметно растворился в смехе и пустяках. Когда стало совсем поздно и большинство студентов разошлось по комнатам, Джинни догнала её у самой лестницы, ведущей в спальни для девочек. — Я рада, что ты это предложила. — Что именно? — Хогсмид. Всё это. — Подруга неопределённо кивнула в сторону пустеющей гостиной. — Я же вижу, что у вас с Роном… ну, всё ещё осталось какое-то напряжение. Но я не лезу. — Всё хорошо, Джинни. Правда. Та подмигнула и скрылась за дверью. Гермиона уже почти уснула, когда в её дверь нерешительно постучали — словно тот, кто стоял в коридоре, был готов немедленно развернуться и уйти, если ему не ответят. Она открыла и увидела Рона. — Я… — он выглядел так, будто ему только что пришла в голову совершенно безумная и гениальная идея. — Не спишь? — Нет. Что-то случилось? — Да. То есть… нет. В смысле… — он окончательно запутался, шумно выдохнул и сказал проще: — Пойдёшь со мной? Прямо сейчас. Они пробирались по погружённым в полумрак коридорам Хогвартса, отчаянно стараясь не шуметь. Рон вёл её за собой на удивление уверенно, словно давно знал этот маршрут наизусть и нагуливал по нему шаги каждый божий день уже который год подряд. Кое-где факелы давно погасли, но темнота нисколько не мешала его уверенности. В аудитории Астрономической башни было темно и тихо. Дверь за ними закрылась почти беззвучно, и Гермиона вдруг остро осознала, насколько они выглядят… неправильно для этого строгого учебного места: двое студентов в домашних пижамах, сбежавшие из своих комнат посреди ночи, словно школьные правила на пару часов попросту перестали существовать. Рон был в старой, явно пережившей не одну стирку футболке и мягких штанах, которые были ему чуть коротковаты. Он сразу направился к массивному телескопу немного слишком уверенно для человека, который на самом деле отчаянно волновался. Словно именно ради этого они сюда и пробирались. Словно всё остальное было лишь неуклюжим предлогом. — Так, — сказал он с видом заправского знатока, — сейчас я покажу тебе кое-что действительно впечатляющее! Гермиона устроилась на широком подоконнике, подобрав под себя колени, и тихо наблюдала, как он увлечённо возится с громоздкими настройками телескопа. Его рыжие волосы были растрёпаны сильнее обычного, а на щеке угадывался едва заметный след от подушки. В этой простой домашней пижаме он выглядел моложе и по-домашнему, почти беззащитно. Не тот Рон, который отбивает квоффлы на тренировках по квиддичу или спорит с ребятами на уроках, а просто... её Рон. — Ты уверен, что знаешь, что делаешь? — она с трудом сдерживала улыбку. — Абсолютно, — парень даже не оторвался от окуляра. — Ну… почти. Я просто перепроверяю угол. Это очень важно. Астрономия — штука тонкая! — Разумеется, — Гермиона кивнула с самым серьёзным видом. — Особенно когда телескоп направлен строго в потолок. Рон замер, ошеломлённо посмотрел на прибор, затем перевёл взгляд на неё и искренне, громко расхохотался. — Ладно, ладно, может, и в потолок. Но ты же понимаешь… я создаю интригу! Он принялся крутить рычаги ещё более усердно и наконец с гордым видом отступил в сторону. — Давай. Смотри. Гермиона наклонилась к окуляру и в тот же миг почувствовала, как Рон подошёл вплотную. Его плечо коснулось её спины, и сквозь тонкую хлопковую ткань пижамы это прикосновение ощущалось особенно отчётливо. Он наклонился следом, почти нависая над ней, и девушка поймала себя на мысли, что не отстраняется. Даже не думает об этом. — Это… Юпитер? — она внимательно вглядывалась в сияющую точку. — Да! — мгновенно оживился Рон. — Ну… почти наверняка он. Видишь те крошечные точки рядом? Это его спутники. Их, кажется, четыре. Или пять. Или… ладно, не суть важно. Гермиона не выдержала, тихо рассмеялась и выпрямилась, оказываясь к нему лицом к лицу. — Рон, ты только что под одно описание подогнал половину известных небесных тел. — В нашем деле главное — уверенность, — он обезоруживающе пожал плечами. — Остальное приложится. Рон стянул с себя объёмную тёплую толстовку, которую явно прихватил из спальни по дороге сюда, и бережно расстелил её прямо на холодный каменный пол. — Садись, — он увлёк её за собой. — Отсюда обзор лучше. Они устроились рядом, плечо к плечу, глядя в огромное окно, за которым мириады звёзд медленно скользили по бархатному чёрному небу. Гермиона подтянула колени к груди, Рон сдвинулся чуть ближе, и их ладони соприкоснулись. Его рука была такой тёплой, что ей захотелось прижаться к нему ещё сильнее. Он недолго помолчал, а затем тихо произнёс, по-прежнему не глядя на неё: — Ты мой лучший друг, Гермиона. Она едва заметно вздрогнула, но промолчала, не решаясь перебить его. — Ты и Гарри, — торопливо добавил он, будто всерьёз испугался, что она поймёт его неправильно. — У меня правда нет никого ближе. Ну… кроме семьи, конечно, но это совсем другое. Ты понимаешь. Рон криво усмехнулся, упрямо рассматривая далёкие созвездия сквозь стекло. — С вами двоими у меня весь мир как будто встаёт на своё место. Всё сразу становится просто и понятно. Я чётко знаю, кто я, где я и зачем вообще всё это нужно. Рон наконец повернулся к ней, заглядывая прямо в глаза. — И когда ты вдруг… отстраняешься, когда я чувствую, что ты где-то не здесь… у меня внутри всё сыпется, Гермиона. Я просто не понимаю, что мне делать без тебя рядом. Он тяжело сглотнул, силясь подобрать правильные слова. — И я до смерти боюсь, что это из-за меня. Или что я что-то упустил. — Я никуда не исчезаю, Рон. Я всегда здесь. Гермиона медленно подняла руку и мягко приложила ладонь к его груди, туда, где бешено стучало сердце. Через пару мгновений она подняла голову и посмотрела на него: в мягком сиянии звёзд Рон выглядел на удивление умиротворённым и каким-то особенно красивым. Его рыжие волосы переливались в лунном свете, выигрышно контрастируя с глубокими тенями аудитории. Гермиона потянулась к нему и поцеловала. Он мгновенно ответил, скользнув языком по её губам, и поцелуй стал горячее, но всё ещё оставался трепетным, как и всё между ними в эту ночь. — Если нас поймает Филч, — прошептал он ей на ушко, — я скажу, что это был научный эксперимент. — Какой ещё эксперимент? — Влияние пижам и поцелуев на точность астрономических наблюдений. Чистая наука. Гермиона рассмеялась и уткнулась лбом ему в плечо. Время текло незаметно, и в этой ночи не было ни загадок, ни тревоги, только тишина, звёзды и ощущение, что здесь и сейчас — хорошо. *****

💋 Эксклюзив: расследование расследований

До меня дошли сведения, что группа особо инициативных студентов организовала официальный штаб по моей поимке. Список подозреваемых, говорят, уже занимает три страницы. В него попали 16 людей, два призрака и один эльф.

Дорогие детективы, я тронута вашим вниманием! Продолжайте, это так мило.

XOXO, Gossip Witch

***** Суббота оказалось неожиданно солнечной — так бывает только в самом начале декабря, когда зима ещё не успела надоесть. Снег, выпавший пару дней назад, начал таять у обочин в мокрую серую кашу, но крыши домов всё ещё держали белые шапки, а воздух был прозрачным и колким. От дыхания вырывались маленькие облачка пара. Они шли от ворот вчетвером: Гарри и Джинни чуть впереди, Рон и Гермиона сзади. Рон держал её за руку и улыбался с самой их встречи у входа, пытаясь поймать каждый её взгляд. — В «Три метлы»? — обернулся Гарри через плечо. — Тут даже не обсуждается, — отозвалась Джинни. — Пока туда не набежали все. Они уже подходили к деревенской площади, когда им наперерез из-за лотка с пряниками выскочил Захариас Смит. — Дорогие посетители Хогсмида! — заорал он так громко, что несколько прохожих обернулись. — Не желаете ли провести этот замечательный вечер в самом захватывающем заведении нашей школы? — О, Мерлин, — простонала Джинни. — Это что ещё? Захариас выглядел как человек, отбывающий пожизненный срок и старательно делающий вид, что доволен условиями содержания. Лицо его при этом выражало такую неестественную бодрость, что было ясно: кто-то платит за каждое лишнее «не желаете ли». — В подземельях Хогвартса работает уникальное казино мистера Забини! Он стремительно вырос перед их компанией, расставив руки, чтобы они не смогли его обойти. — У нас выигрывают мётлы! Теряют достоинство! Заводят полезные знакомства! — Ты издеваешься, Смит? — недоверчиво уточнил Рон. — Я работаю, Уизли. — Захариас понизил голос до шёпота, чтобы услышали только они. — Я проиграл этому ушлёпку Нотту трёхдневную партию в «дурака» и теперь до вечера хожу по Хогсмиду с этой… презентацией. Он снова повысил голос: — ПРИХОДИТЕ К НАМ! ПЕРВАЯ ИГРА БЕЗ ПРОЦЕНТА ДЛЯ ЗАВЕДЕНИЯ! ОСОБЫЕ УСЛОВИЯ ДЛЯ КОМПАНИЙ ОТ ТРЁХ ЧЕЛОВЕК! Джинни уже согнулась пополам от хохота. — А если мы не хотим? — невинно поинтересовался Гарри. — Тогда я обязан стоять перед вами ещё минимум две минуты и расхваливать преимущества, — мрачно сообщил Захариас. — Цитирую: «Пока не обработаешь каждого, как следует». — Тебе уже отомстили заранее, — Рон сочувственно хлопнул его по плечу. — Слушай, мне даже немного жаль. Когда ты заканчиваешь? — Должен был в шесть, но Нотт сказал, что если он услышит от хоть одной живой души в Хогсмиде, что я работал «без огонька», он добавит мне ещё день. — Зачем тогда играть с Ноттом? Гермиона действительно не понимала и даже не пыталась. — Я был пьян, Грейнджер. Очень пьян. Захариас закатил глаза и снова перешёл на громкое: — В НАШИХ ПОДЗЕМЕЛЬЯХ ВЫ НАЙДЁТЕ АТМОСФЕРУ, КАКОЙ НЕТ НИГДЕ БОЛЬШЕ! Уходите, пожалуйста, пока меня не отправили ещё за кем-нибудь. Они отошли, давясь смехом. Захариас немедленно набросился на следующую группу прохожих с такой же натужной энергией. — Я бы заплатил, чтобы посмотреть на это второй раз, — выдохнул Рон, утирая слёзы. — А я бы заплатила Нотту, чтобы он растянул это на неделю, — Джинни ухохатывалась в плечо Гарри. — Гениальный план. — И, что характерно, эффективный, — заметил тот. — Я уже подумываю заглянуть. Чисто из любопытства. — Только попробуй! Джинни гневно ткнула его локтем. — На что хочешь спорить, что Нотт там нагрел половину Хогвартса?! — На что-нибудь, что я не проиграю. В «Трёх Мётлах» было шумно и тепло. Они заняли столик у окна, заказали горячий шоколад и сливочное пиво, спорили о том, чей напиток лучше, перебивали друг друга и смеялись громче, чем следовало. Всё было легко, как будто напряжение последних недель действительно осталось где-то позади, растворилось в морозном воздухе. Разговор как-то незаметно сполз в будущее — то ли потому, что в Хогсмиде всегда тянет помечтать, то ли потому, что когда вокруг чужие лица и чужая жизнь, начинает казаться, что и своя сложится во что-то определённое. Гарри уже что-то рассказывал про Лондонский магический университет и сильную программу по прикладной магии, а Джинни — про то, что у них там, кажется, и команда по квиддичу приличная, она узнавала. — Вы уже всё решили? — удивлённо спросил Рон. — Не «всё», — пожал плечами Гарри. — Но направление — да. Гермиона почувствовала, как внутри что-то слегка кольнуло. — Здорово... Вы правда планируете так далеко. — А вы нет? Вопрос Джинни прозвучал легко, без подвоха, но между ними всё равно возникла короткая пауза. Рон первым отвёл глаза. — Ну… мы как-то не обсуждали, — он неловко пожал плечами. — Типа… ещё полно времени. Гермиона кивнула. — Да. Мы ещё не говорили о том, куда именно мы будем поступать. Странно, что раньше она этого не замечала. — Это не значит, что надо всё решать сейчас, — поспешно добавил Гарри. — Просто… иногда полезно хотя бы представлять. — Представлять-то я умею, — буркнул Рон без раздражения. — Просто не всегда понимаю, что именно. Джинни перевела взгляд на Гермиону, но та уже сосредоточенно изучала собственную кружку и не подняла глаз. Она представляла, как и Рон — умела это с детства, — но представляла почему-то отдельно: Лондонский магический отдельно, учебу отдельно, Рон отдельно, и почему именно отдельно, она додумывать прямо сейчас не хотела. — Мы никуда не спешим, — сказал Рон, накрывая её ладонь своей. — Главное, что мы сейчас вместе. — Главное, — эхом повторила Гермиона. За окном промелькнул Захариас Смит, размахивая руками перед очередной парой невинных прохожих, и Джинни прыснула в кружку. Разговор закономерно вернулся к нему, и Гермиона была за это благодарна. ***** Вечером Гермиона снова оказалась в штабе раньше остальных. Это случалось и раньше, но тогда разница составляла несколько минут — сегодня прошло почти двадцать. Она успела разложить записи, пересмотреть старые публикации Gossip Witch и дважды переписать список подозреваемых, прежде чем дверь наконец открылась. Невилл влетел первым, на ходу извиняясь: — Прости. Профессор Стебль задержала меня в теплицах. Мы начали новый проект с ядовитыми лианами из Южной Америки, и одна из них решила, что моя рука выглядит очень аппетитно. Он продемонстрировал свежую повязку. — Она победила? — Пока ничья. Гермиона улыбнулась, но Невилл уже полез в сумку и вместо записей по расследованию извлёк оттуда конспекты по гербологии, потом ещё свиток, потом учебник, потом целую стопку домашних заданий. — Я просто положу это здесь, — извиняющимся тоном сказал он. — Экзамены уже через месяц. Гермиона хотела возразить, но не смогла: экзамены действительно приближались, и она сама вчера полночи сидела над эссе по чарам. Следующей появилась Джинни — в квиддичной форме, с растрёпанной косой и совершенно измученным выражением лица. Она рухнула на ближайший стул и тут же положила голову на стол. — Не двигайте меня. — Тяжёлый день? — осторожно спросил Невилл. — Я ненавижу квиддич. — Но ты же обожаешь квиддич. — Сегодня — ненавижу! Если кто-нибудь ещё заставит меня отрабатывать разворот на высокой скорости, я добровольно признаюсь во всех преступлениях, которые не совершала. — Даже в том, что ты Gossip Witch? — Да пофиг. Она отпила чай из кружки Невилла, не уточняя у владельца разрешения. Последним появился Дин, и сразу стало понятно, что мысленно он находится где-то ещё. Он сел за стол и выложил перед собой не записи по расследованию, а несколько свитков с чертежами. — Что это? — Проект. — Лицо Дина мгновенно просияло. — Мы с ребятами пытаемся сделать магическую систему навигации для замка. Представь карту Хогвартса, которая сама показывает кратчайший маршрут. — Серьёзно? — заинтересованно подал голос Невилл. Следующие пять минут Дин с воодушевлением рассказывал про движущиеся схемы, зачарованные коридоры и автоматический поиск кабинетов. Гермиона слушала молча, и в какой-то момент поняла, что её записи на столе остались лежать нетронутыми. — Так, — она откашлялась. — Вообще-то мы собирались обсудить пост. Все повернулись к ней с тем вежливым выражением, с каким смотрят на человека, прерывающего разговор, к которому он не имеет отношения. — «Расследование расследований», — напомнила она, ткнув пером в свой планшет. — Она ответила нам лично. Открытым текстом. «Дорогие детективы, я тронута вашим вниманием». Это насмешка. — Это правда насмешка, — согласился Невилл. — Это даже немного забавно, — Джинни едва оторвала голову от стола и смотрела на подругу уставшим взглядом. — Меня бы тоже умилил собственный фан-клуб. — Кхм. — А что? Это и есть фан-клуб. Только наоборот. — Она нас подколола, это значит, что мы её достали. А если мы её достали, значит, мы ближе, чем нам кажется! — Или дальше, — пожал плечами Дин. — Зависит от того, как смотреть. — Ясно, Дин, это прям как в анекдоте про нюанс. — Что за анекдот? — Дин сразу оживился. — Потом расскажу. Гермиона сделала глубокий вдох. — У меня есть идея. Раз предложка обнуляет наш список, надо проверить саму предложку. Что, если она вообще ничего не фильтрует? Печатает всё, что присылают? Джинни подала признаки жизни. — И как ты собираешься это проверить? — Отправим три выдуманные сплетни. Совершенно нелепые, чтобы любой здравомыслящий человек их не пропустил. Если хоть одна выйдет в публикацию — она не фильтрует. Если ни одна — фильтрует, и тогда мы можем сужать круг по тому, что именно она пропускает. Невилл моргнул. — Это… вообще-то умно. — Это умно, — подтвердил Дин уже бодрее. — Вперёд строчить херню! — Голова ты, — согласилась Джинни и впервые за весь вечер улыбнулась. — Я хочу придумать одну из сплетен. Можно? — Можно. Только без откровенно опознаваемого, чтобы потом нас не вычислили. — Принимается. У меня уже три идеи, из которых хотя бы одна не должна быть про моего брата, — добавила она через секунду. — Хорошо, две идеи. На минуту происходящее в комнате снова стало похоже на то, что было раньше: четверо людей, увлечённых одной задачей. Они быстро накидали три сплетни — одну Джинни, одну Невилл, одну Гермиона, а Дин записал их в блокнот с видом летописца, фиксирующего исторический эксперимент. — Отправим завтра, с разных аккаунтов, — подытожила Гермиона. — И посмотрим, что выйдет в течение недели. — Договорились. Расходились они быстро: у Невилла ждали лианы, у Джинни — тренировка завтра в семь, Дин обещал кому-то посмотреть на наброски его карты. Гермиона осталась за столом одна, аккуратно убирая записи в папку. Идея с предложкой её действительно зажгла, это было что-то новое, что-то, что можно проверить, измерить, получить ответ. И всё же — Гермиона сама не могла этого не заметить — друзья включились ровно настолько, чтобы согласиться. Не больше. Невилл записал сплетню скорее ради приличия, Джинни, конечно, искренне веселилась со своими версиями, но через минуту уже стонала про тренировку. Дин думал про карту. Гермиона убрала папку в сумку и долго сидела, глядя на пустые стулья. Расследование не зашло в тупик, оно просто перестало так будоражить. У каждого была своя жизнь, дела, заботы, мир не вращался вокруг Gossip Witch так же, как не вращался вокруг экзаменов, квиддича или теплиц. Только она почему-то продолжала возвращаться сюда снова и снова, словно ответ был важнее самого вопроса.