границы

темная синяя комната. глубокий, почти чернильный оттенок стен поглощал свет, делая помещение похожим на подводный грот. единственным источником света была огромная, во всю стену окно-витрина, что показывала вид на пентаграмм-сити - город греха, раскинувшийся внизу, кишел неоновым безумием и отчаянным движением. зрелище было грандиозным, но сейчас оно лишь усиливало ощущение заточения. аластор был один. сущность, чье присутствие обычно заполняло любое пространство зловещей харизмой и потрескивающим эфиром, теперь был сжат и обездвижен. его руки связаны спереди. провода скорее всего были сделаны из какого-то грубого, но прочного материала, что делало унижение еще более острым. теперь аластор сомневается: оставалось ли решение "стать пленным вокса" тщательно рассчитанным, многоходовым маневром, как он сам его оценивал? аластор должен был знать, что телевизор воспримет это как полную капитуляцию. видимо, вокс сильно увлекся своим триумфом. аластор пал к его ногам. и все ради какой-то сентиментальной ерунды, абсолютно недоступной для холодной, цифровой логики телевизора. вокс видел слабака, который отказался от власти ради... отеля? смешно. но эта видимая слабость была первым шагом. аластор всегда играл в долгую. он позволил воксу насладиться победой, почувствовать себя в полной безопасности. но в аластора уже был план в голове. он чувствовал его. а какой план — даже сам аластор не знает. :D от бесконечной, гнетущей скуки он решил обыскать комнату, в которой находился. первое, что бросилось в глаза — это громоздкий, футуристичный стол вокса. двигать ящики со связанными руками было не так уж и просто. но в конце концов, после нескольких минут борьбы и тихого шипения, ему удалось вытащить верхний ящик. там толком ничего не оказалось: пара грязных копеек, упаковка контрацептивов и... — а это уже интересно, — в глазах аластора как будто что-то загорелось. он нашел дневник вокса. старая, потрепанная тетрадь в дешевой обложке, испещренная каракулями и прилепленными стикерами. быстро, но аккуратно, он скинул ее на пол, чтобы не испачкать. дневник упал с глухим стуком. аластор сел возле дневника и начал листать страницы из самого начала - 2024 года: >> "ВОЗВРАЩЕНИЕ АБРАДАСТОРА я считал дни, месяцы, годы, пока ждал повторного появления аластора на радиоэфире. ждал, надеялся, даже в глубине души, признаюсь, немного планировал. как вдруг сегодня вал сообщает, что он почему-то пришел в дурацкий отель хазбин, якобы помочь этой принцессе. я даже сначала не поверил его словам! почему он появился в самый неожиданный момент, когда я почти забыл его лицо и его чертову, старомодную ухмылку? я скучал. точнее- я скучал по конкуренции, по адреналину, который он вызывал! все же, его слова достаточно ранили мое сердце (или что там у меня вместо него?), чтобы я решил выкинуть его из головы навсегда, но... да пошел он нахуй!" >> "АБРАДАСТОР СОСЕТ АДАМУ в день истребления он был в команде тех, кто боролся с ангелами. как противника аластор выбрал адама. клянусь, это было такое зрелище!!! я просто сидел и ржал, как ебанат. но, честно говоря, не знаю даже, из-за чего я так смеялся: из-за того, что это был аластор, который получал по заслугам, или из-за того, что это был аластор, который в кои-то веки получил по заслугам. ОЙ ФАК, я два раза случайно написал про аластора. может, на это есть другие причины... вал сказал, что я одержим. наверное, он прав. наверное." >> "АБРАДАСТОР - МОЙ ПЛЕННЫЙ!!! ЭТО ПРОСТО МОЙ ЛУЧШИЙ ДЕНЬ НАХУЙ, Я ПОБЕДИЛ, АЛАСТОР В МОЕЙ ВЛАСТИ!!!! я вообще не могу понять, хули он захотел стать моим пленным во благо отеля, это просто... глупо! ведь это не в его стиле! и это. напрягает. к тому же, меня гложит, что аластор теперь не такой разговорчивый, как был раньше. даже на мое предложение про сазерак — один из его любимых напитков, который я, блять, помню! — он тоже промолчал. и вообще, даже не знаю, зачем я так быстро согласился на эту сделку. почему я был так уверен в том, что аластор мне нужен? неужели я... до сих пор не могу просто отпустить его? мне нужно что-то с этим делать." >> "а помнишь встречу первую ты нашу? я не знаю, что я чувствую. внутри меня как будто все поменялось. или... вернулось назад. я снова чувствую этот переполох эмоций, выбора, неуверенности в своих же словах и действиях. это бесит! я хотел забыть прошлое и начать все с начала. с чистого экрана. но, походу, с аластором я так не смогу. хоть у меня теперь есть новая команда, новая популярность, новая жизнь, новое имя, но аластор остаётся прежним. пока он жив — я остаюсь винсентом. единственное, что я могу сделать со своими чувствами — это впихнуть их в стихотворение. может, потом его допишу. а пока что... а помнишь встречу первую ты нашу? хоть мы тогда были младше, пили виски и болтали, друг друга мы воспринимали. а помнишь, как однажды в баре предложил работать в паре, но ты просто посмеялся, я - разбитым же остался. а помнишь, как с тобой в эфире ты для меня стал кумиром, ведь после стольких долгих лет я понимаю, я - винсент." аластор, приподняв бровь, закрыл дневник ногой. — как мило, — протянул он с абсолютно фальшивой теплотой в голосе. как вдруг с коридора радиодемон услышал приближающиеся, уверенные шаги. аластор действовал мгновенно. он быстро откинул дневник подальше и осмотрелся вокруг. но когда повернулся обратно, дневника там уже не было. на месте осталась лишь пара тусклых, фиолетовых разрядов молний, которые быстро угасли, сливаясь с ковром. аластор, прищурившись, молча смотрел на пол. это было ожидаемо. но сейчас этот дневник заставил его задуматься. он никогда не обращал внимание на чувства других существ. а сейчас... что же чувствует вокс? прежде чем аластор успел сформулировать для себя ответ, дверь распахнулась с громким стуком, и в комнату ворвался вокс. — хмм, о, аластор-кадастор, надеюсь, ты не скучал тут без меня? — вокс улыбался, заметив, что аластор сидит со связанными руками на полу, прислонившись к стене. он сделал пару шагов, собираясь присесть на стол, как вдруг его взгляд скользнул к источнику беспорядка. его улыбка мгновенно исчезла, сменившись бешеным, статичным шумом на экране. - а че ты... БЛЯТЬ, я не закрыл тот ящик?! вокс нервно подбежал к столу. он схватился за верхний ящик, убеждаясь, что и вправду забыл его закрыть. теперь стало ясно, почему аластор сидел возле стола. вокс замер. он молча опустил руки, сжимая кулаки, стоя к аластору спиной. напряжение в маленькой комнате стало таким густым, что его можно было резать ножом. аластор, наслаждаясь моментом, но одновременно чувствуя странное, новое любопытство, решил нарушить молчание. — это было, хм, познавательно, — произнес он, идеально выдерживая паузу. — какого хуя ты читал МОЙ ДНЕВНИК??!!!!?? — наконец-то взревел вокс. он резко развернулся и, сделав шаг, толкнул аластора ногой прямо в грудь. тот покачнулся и с глухим стуком упал на пол. вокс навис над ним, смотря сверху вниз. — ну, вдруг там есть ещё какие-то твои секреты, — аластор оставался лежать на полу. — Я ТЕБЕ ЩАС СВОЙ СЕКРЕТ ПОКАЖУ, - он накинулся на аластора сверху, прижимая его к полу. одной рукой он схватил его за шею. - ТОТ, что в моих трусах, ХОЧЕШЬ, АЛ, ХОЧЕШЬ?! второй рукой вокс с ухмылкой прошёлся по щеке аластора, ощущая тонкую, натянутую кожу. но олень и глазом не дёрнул. подобные реплики на этого красноволосого не действовали. он просто смотрел на вокса, как будто насквозь. — а чего ты так на меня накинулся? — аластор немного шире улыбнулся. — ты мне ничего не говорил за то, чтобы я не лазил в твоей комнате. — я тебе это ещё должен напоминать? это я виноват в том, что ты не знаешь границ??! — вокс зарычал, его экран мерцал красным. — ну, про границы я бы поспорил, — парировал аластор, не сводя с него глаз. телевизор воспринял это как вызов. он перевел вторую руку с щеки, также сжав ее на шее аластора. — хочешь, чтобы я сломал тебе шею? ЗНАЧИТ ТАК И СКАЖИ! — вокс начал сильнее душить. из горла аластора раздались громкие, трескучие радиопомехи, словно его внутренняя частота сбивалась от давления. его улыбка стала напряженной, но не дрогнула. — стоит признать, ал, что в таком жалком виде ты мне нравишься больше, — прошипел вокс, наслаждаясь своей властью. тело аластора напряглось. он попытался откинуть вокса, дернув связанными руками, но хватка на его шее лишь усилилась. последнее, что могло помочь аластору, это его дар - острый язык, который, впрочем, он решил использовать сейчас как оружие. улыбка аластора стала как будто немного спокойнее. взгляд радиодемона стал мягче, почти манящим. тело и руки расслабились. он смотрел прямо в мерцающий экран вокса. — ты... ты- ты думаешь, я поведусь на твои.. — помню первый день я наш, было все, как в "ералаш", но довольный я остался, ведь с тобою пообщался. — ...ЗАВАЛИ СВОЕ- — помню мимику в тот день, твои глаза и твою тень, имели общее одно: оба темные давно. помню через лет так семь, стал известным ты совсем! но помню первый наш рассвет и даже то, что ты — винсент. а сейчас, когда ты сверху, во мне увидел ты утеху, можешь ты душить меня: твоего я не боюсь огня. вокс ослабил хватку на аласторе. его экран мигнул. продолжение стиха? это просто очередная манипуляция или аластор действительно... помнит все эти детали? вокс почувствовал, как внутренняя сторона наивного винсента возвращается. его тяжелый, рваный вздох сотряс его тело. аластор улыбался, ожидая следующих действий вокса. — ты... ты чертов манипулятор! — прошептал вокс. он медленно убрал одну руку с его шеи, проводя ею вниз. — ты знаешь, как играть на мне! — ты тоже не изменился, — выдавил аластор. он пытался не смотреть на экран вокса, фокусируясь на точке за его плечом. — и я ценю это. — что ты ценишь? — вокс резко повернул голову аластора обратно к себе, заставив его смотреть прямо в свой экран. — то, что я остался таким же жалким в твоих глазах? тебя это тешит? вот и пошел нахуй, олений пенис! вокс хотел встать, но что-то внутри останавливало. он внимательно смотрел на аластора. взгляд остановился на его улыбке. на его тонких, напряженных губах. «вы двое уже должны потрахаться», — вспомнилось воксу. он ухмыльнулся. — даже не смей, — прошипел аластор, словно прочитав эту мысль. его улыбка наконец-то дрогнула, становясь более агрессивной. — почему же? — вокс игриво наклонил голову. - тебя и вправду тешит быть тем, кому никто не нравится? ты же, вроде, так гордишься своей асексуальностью? — вполне, — отрезал аластор. вокс тихо прошипел. его мысли метались: унизить, отомстить за дневник, заставить потерять контроль. он медленно наблизился к лицу аластора. улыбка радиодемона немного дергнула — это был первый настоящий признак нервозности. воспользовавшись этим моментом неуверенности, через мгновение аластор почувствовал язык телевизора у себя во рту. вокс пустил свои пальцы в густые волосы аластора, хватая его за затылок, а второй рукой все также держал шею аластора, но хватка теперь была не удушающей, а властной. тело оленя напряглось, он издал низкий, гортанный звук радиопомех. он не хотел верить в происходящее. все в голове превратилось в кашу. аластор теперь окончательно решил, что сделка была достаточно тупой для его плана, если она докатилась до поцелуя. но вдруг аластор расслабился. он уже забыл это чувство, когда сопротивление бесполезно и неуместно. напряжение в теле аластора схлынуло, и он перестал сопротивляться. вокс, почувствовав его уступчивость, торжествующе издал тихий, статический гул удовлетворения. он наконец-то оторвался, отстранившись на полметра и тяжело дыша, чтобы наблюдать за реакцией. аластор лежал. он улыбался, но уже просто губами, наконец-то без зубов. — это тебе за границы, олень, — хихикнул вокс. он приподнялся, освобождая аластора от своего веса. — с этого дня, я запрещаю тебе лазить в моей комнате. так понятнее? аластор, не говоря ни слова, лишь фыркнул. вокс развернулся и ушел из комнаты. дверь за ним захлопнулась с глухим стуком, оставляя аластора лежать на полу.