Туман отражений

Этим утром Гарри проснулся от тихого стука на кухне. Кажется, Рон опять не спит… На часах — четыре утра. За окном темнота, и только капли дождя тихо стучали по стеклу. Рон шагнул на кухню, волосы взъерошены после бессонной ночи. — Ты что, Гарри, опять не спишь? — пробормотал он сквозь сон, пытаясь скрыть усталость и тревогу. — Я… — Гарри замялся. — Просто не хотел тебя будить. Он налил себе воды, но, поднеся стакан к губам, заметил, что жидкость странно мерцает. — Слышишь? — тихо сказал Гарри. — Что? — Капли… они будто ближе… Всё вокруг казалось странным. Даже Рон выглядел иначе — не как обычно. Гарри начал сомневаться: спит ли он вообще? — Ты тоже это слышишь, да? — прошептал Рон, глядя в окно. — Что именно? — Как стекло шепчет. Вдруг Гарри остался один. Мир стал искажённым: отражения двигались отдельно, звуки были искажены, всё вокруг казалось подменённым. Капли больше не падали — они поднимались. Он позвал Рона, но в ответ был только звон стекла. Всё, что он любил и ценил, исчезло в его глазах. Гарри говорил с Роном, но это был не Рон. В его взгляде не было привычного тепла. — Может, я сплю? Или это бред? — перебирал мысли Гарри в панике. В его глазах мир начал темнеть и искажаться. Всё вокруг словно перешло в другую реальность. Вдруг он очнулся на поле, поглощённом густым туманом. Под ногами — свежая трава по колено. В десяти метрах за пеленой тумана ничего не было видно. Лишь один луч солнца пробивался сквозь серую дымку и падал на старый, полуразрушенный дом. Из-за тумана невозможно было рассмотреть детали. Гарри чувствовал растерянность и страх — он не понимал, где находится и что вообще происходит. Он сделал шаг вперёд. Трава хрустела под ногами, но звук казался странно глухим. Постройка постепенно проявлялась — небольшой дом с покосившейся крышей и выбитыми окнами. Чем ближе он подходил, тем сильнее казалось, что дом дышит. Лёгкое дрожание стен и скрип под ногами создавали ощущение, что строение живое. Гарри остановился. Сердце стучало так громко, что казалось, будто его слышат все деревья и туман вокруг. Вдруг в его глазах мелькнуло отражение — не своё, а чужое. Оно повторяло каждое его движение с задержкой. — Это просто игра света… — попытался убедить себя Гарри, но голос звучал чуждо, отдалённо, будто принадлежал другому человеку. Он сделал ещё один шаг к дому. Сквозь туман пробился слабый свет из разбитого окна. Гарри почувствовал, как что-то мягко коснулось его плеча. Он обернулся — никого не было. И тут его взгляд наткнулся на стекло окна: оно было идеально чистым, как зеркало. В отражении он увидел Рона. Но это был Рон, которого он не знал: глаза холодные, улыбка странная, не та, что обычно согревала его. — Рон…? — прошептал Гарри, делая шаг назад. Внезапно всё затряслось. Туман поднялся, как живой, обвил его ноги, и мир вокруг рухнул в темноту. Сердце Гарри бешено колотилось, а мысли метались. Но где-то в глубине сознания всплыл образ настоящего Рона — его тёплый взгляд, голос, смех. Холодный ужас начал отступать. Когда Гарри открыл глаза, он уже стоял на кухне Хогвартса. За окном дождь тихо капал, а Рон спал на стуле, мягко улыбаясь. Свет пробивался сквозь облака, наполняя комнату теплом. Гарри вздохнул, почувствовав облегчение: кошмар остался позади, но ощущение странной реальности ещё долго не отпускало его. — Я что… всё это время стоял тут? — прошептал Гарри, взглянув на часы. Теперь перед ним стоял тот, кого он по-настоящему ценил — Рон, с мягкой улыбкой и теплом в глазах. Мир снова обрёл привычные очертания, а сердце Гарри наконец успокоилось.